"Война миров", вторая высадка

Рассказывают, что невообразимо давно люди были могущественнее «трёхногих». Ныне об их былом могуществе напоминали разве что колоссальные развалины, пялящиеся пустыми глазницами окон в призрачном свете обеих лун. Этажи с низкими потолками и крошечные комнаты-клетушки подходили людям чуть ли не идеально. Зато о нынешнем всесилии «трёхногих» недвусмысленно говорили негромко гудящие витки «жгучей проволоки». Веерными лучами они тянулись чуть ли не через всю страну, от задымлённых городских окраин до морского берега и Главного Канала, отрезая путь к близким спасительным горам.

Багровый резной лист урикии оказался широким, словно одеяло. Распластавшись под ним, прижавшись боком к наполовину ушедшей в землю обомшелой металлической конструкции, Муни лежал, ткнувшись носом в красноватую землю. Из одежды на нём был лишь сплетённый из травы пояс с двумя винолоновыми лоскутками спереди и сзади. Левая рука крепко сжимала копьё с наконечником из остро отточенного стального прута.

Мысленно Муни раз двадцать проклял себя за то, что так близко подобрался к городским окраинам. Всякий знает, что от «трёхногих» нельзя убежать – они движутся намного быстрее человека. И почти невозможно спрятаться – взгляд огромных, прозрачных, выпуклых глаз проникает сквозь каменные стены и в багровые травяные заросли днём и ночью. К счастью, не во всякое убежище способно забраться длинное и гибкое металлическое щупальце. К тому же всегда оставалась надежда – порой «трёхногие» ловили не всех людей, а то и вовсе не трогали, спокойно проходя мимо. Иногда они даже выпускали пойманных, непонятно зачем перевезя на новое место.

На этот раз «трёхногих» оказалось всего двое – огромных, словно прибрежные утёсы. Чёткий и звонкий ход, вырывающиеся из сочленений клубы зеленоватого дыма, подвешенные вдоль корпуса щупальца, с металлическим звоном раскачивающиеся в такт движению. «Пройдите, пройдите мимо! – молил про себя Муни. – Вы же видите, здесь никого нет. Просто трава, примятая ветром трава. С утра был такой сильный ветер, что она заметно примялась...».

Что страшное вот-вот случится, он понял, лишь когда под ним дрогнула земля, и закачались похожие на сросшиеся комочки мясистые стебли верий. В тщетной попытке спастись, Муни вскочил – метнувшееся навстречу щупальце срезало лист урикии. Спустя минуту лишь подрагивающее копьё, вонзившееся наконечником в землю, напоминало о разыгравшейся трагедии. Не далее, чем в пяти километрах, наполовину скрытые зеленоватым туманом, светили городские огни.

* * *

– Всё же, забавные существа, эти «пищевые», – заметил Йоворуэ, нынешний дуайен ре-сообщества Йонкари. – Иногда даже кажется, будто они способны к рассудочным действиям. Чепуха, конечно – чего ждать от отключённых друг от друга одиночек. Ведь со смертью отдельной особи теряются и все накопленные ею знания. А ты как думаешь, Йовускэ? У себя на маяке ты, наверное, наблюдал всякое.

– Чепуха, со-высокий! – презрительно ответил Йовускэ. – Последнее, что мне-нам могло придти в голову – изучать привычки и образ жизни «пищевых». Хотя, в чём вы правы – место и в самом деле кормное. Имели место охоты и облавы, но постоянного населения не было – пока не я-мы на заступили на вахту...

– Ну да, конечно, – в речи Йоворуэ чувствовалось презрение. – Ты же у нас тоже почти одиночка. Живёшь в своё удовольствие на маяке, «сол» за «солом» наблюдая лишь одного себя. Общее Мнение тобой весьма недовольно. Не участвуя в Обмене и Слияниях, не желая ни с кем делиться, ты совершенно игнорируешь свой долг перед Цивилизацией.

– Согласен и принимаю, со-высокий! – не стал спорить Йовускэ. – И тебе-вам, и Общему Мнению моё-наше личное мнение может показаться несколько эгоистичным. Но мы-я хотели бы остаться целым, имея свою историю и свои личные, а не общие с кем-то воспоминания. Поделившись... Понимаете, это будем уже не мы-я. Ну, в смысле, не совсем мы-я.

– Чудно говоришь, Йовускэ! – заметил Йоворуэ. – Не стану отрицать, кое в чём ты прав. И при Слиянии, и при Обмене меняются и отдельные «линии», и «су-», и «ре-», и даже «над-сообщества». Давно подмечено, что память любого из нас хранит события, имевшие место лишь в последние три Оборота вокруг Светила. Но для Цивилизации это жизнь и развитие – собранные сообществами и отдельными «линиями» знания сохраняются и преумножаются. Если бы не Слияние и Обмен, мы были бы такими же дикими, как и «пищевые». Даже хуже – без «триходов» неспособные самостоятельно передвигаться «носители» попросту умерли бы от голода...

– Послушайте, со-высокий! – ответил Йовускэ. – Не стану спорить, что мой-наш эгоизм несколько выходит... э-э... за рамки. Но неужели без меня Цивилизация непременно должна пасть? Я-мы живём на маяке, вдали от остальных. Есть энергостанция, собственное алюминиевое и винолоновое производство, в окрестностях достаточно «пищевых». Чем моя-наша обособленность способна повредить Цивилизации?

– Тем, что создаётся опасный прецедент, – строго заметил Йоворуэ. – Не только для малых «линий», но и для молодых «су-сообществ». Сегодня ты забудешь о своём долге, затем другой... Цивилизация, плодами которой ты столь успешно пользуешься, и в самом деле может пасть – а начало этому положит молодая мятежная «линия» по имени Йовускэ...

– Но что мне-нам делать, со-высокий? – не выдержал Йовускэ.

– Для начала признать, что другого выхода у тебя нет, – строго сказал Йоворуэ. – Не спорю, обособленно ты сможешь прожить какое-то время. Затем лишённые свежей крови «носители» начнут вырождаться, страдать от болезней... Ты и сам не заметишь, как сперва поглупеешь, а затем и вовсе «погаснешь». Либо, что вернее, тебя «растащат» случившиеся поблизости сообщества.

– Но это же произойдёт не сразу, – не сдавался Йовускэ. – Прежде у меня-нас будут десять-пятнадцать Оборотов. Заметьте, со-высокий – моих-наших собственных, и больше ничьих...

– Ты рассуждаешь, словно никогда не видел останки «носителей», – убеждал Йоворуэ. – Истлевшие, сожранные паразитами тела, высохшие хрящи и костяные бляшки? Беда в том, что ты ассоциируешь себя с ними. Живые существа постоянны и смертны. Цивилизация изменчива и вечна. Благодаря ей мы сохраняем и приобретаем знания, помним о событиях, свершившихся сотни Оборотов назад... Так что, будь умницей – на ближайшем Собрании раскройся перед молодыми «линиями», чтобы вернувшись в Лоно, снова стать одним из нас.

– Простите, со-высокий! – возразил Йовускэ. – Я-мы не хотим...

– В таком случае... – задумался Йоворуэ. – На скольких ты?

– На девяти... – машинально ответил Йовускэ.

– Богато живёшь, – заметил Йоворуэ после продолжительной паузы. – Эдак ты скоро самостоятельно развернёшься в су-сообщество. Для рядовой «линии» достаточно пяти «носителей», и даже восемь – это уже много. Впрочем, с компенсацией, которую тебе любезно предоставит над-сообщество Йонторо, тебе всё равно понадобится два полных «нефа». Учти, что один из твоих нынешних «носителей» будет использован в качестве «связного»...

– Боюсь, я-мы не совсем понимаем вас, со-высокий! – возразил Йовускэ.

– Рассмотрев твоё дело, – торжественно начал Йоворуэ. – Общее Мнение признало твоё поведение враждебным Цивилизации. В то же время оно готово пойти тебе навстречу, предоставив в твоё распоряжение даже не старый маяк, а целую планету. Можешь сразу развернуться в «су-» и даже «ре-сообщество», если сумеешь...

– Простите, со-высокий! – Йовускэ и в самом деле был искренне удивлён. – Я-мы по-прежнему не понимаем, что именно мне-нам предлагается?..

– Вот к чему приводит одиночное самосозерцание на маяке, – согласился Йоворуэ. – Закрывшись в себе, ты и знать не знаешь, что десять Оборотов назад су-сообщество Йонимри высадилось на Кёрсури...

– Я-мы слышали об этом, – подтвердил Йовускэ. – Но ведь Йонимри там и погибло, абсолютно всё, целиком. Как и «линия» Йонтами, три года спустя высадившаяся на Вирсури.

– Вижу, ты владеешь ситуацией, – согласился Йоворуэ. – Но неудача на Вирсури имеет простые, естественные причины – тамошняя атмосфера непригодна для дыхания. Зато Кёрсури!.. Богатый водой, жизнью и ископаемыми мир, много солнца, кислорода и просто невероятное количество диких «пищевых». Они там возвели целые скопления гнездилищ, подобные тем, какие строят наши. Сила тяжести, превышающая обычную в два с половиной раза, выматывает «носителей» – предполагается, что срок их жизни сократится примерно вдвое. Впрочем, это не трудно компенсировать большим количеством рождений. Дочерняя Су-Цивилизация имеет все шансы превзойти материнскую...

– Но гибель Йонимри... – осторожно начал Йовускэ.

– Необъяснима и непонятна, – закончил за него Йоворуэ. – Они высадились на Двойном Острове в Северном Полушарии, близь побережья Долгого Северного Континента. Очистили территорию от излишка «пищевых» – там у них было колоссальное гнездилище, построили редут, пробурили шахту для сбора энергии и развернули производство. Уже на пятый день они сумели построить «перекрыл» и совершить несколько разведывательных полётов. А затем... Создаётся впечатление, будто смерть обрушилась на Йонимри внезапно и сразу, вдруг, непонятно откуда. Последнее, что сумели принять оставленные на Тилимо «связные» – «нам плохо, мы умираем...».

– Общему Мнению желательно, чтобы я-мы выяснили, что именно там произошло? – спросил Йовускэ.

– Су-сообщество Йонимри входило в над-сообщество Йонторо, – подтвердил Йоворуэ. – Отлитое Йонторо экваториальное орудие цело, как цел и запас «нефов» к нему. Общее Мнение рекомендует взять дополнительные «римми» для излучателей – Йонимри жаловалось, что его запас быстро подошёл к концу. Оно же не советует тебе высаживаться непосредственно на Двойном Острове – предпочтительнее высадиться в другом районе планеты, уже непосредственно на месте построив «перекрыл»...