Рапорт для ведьмы

Палило солнце, словно испытывая каждого, кто осмелился появиться на плацу в этот день. Пыль под ногами танцевала в такт шагам молодых солдат, а воздух вибрировал от команд и свистков.

Капитан Всеволод Викторович Кузнецов стоял на небольшой возвышенности, словно скала посреди бушующего моря. Его взгляд был строг и сосредоточен, а голос — твёрдый и острый, как лезвие ножа.

— Ну что, генералы будущего, — начал он с тонкой усмешкой, — если ваша выносливость так же развита, как ваша способность находить отговорки, завтра мы будем отмечать День Лени, а не День Победы.

Солдаты переглянулись и сдержали улыбки.

— Капитан, — раздался тихий голос, — может, и вам стоит пробежаться с нами?

Всеволод, не отрывая взгляда, ответил:

— Моя тренировка — наблюдать за вашими ошибками. Это тоже искусство.

Он оглядел строй.

— Тот, кто продержится дольше моего терпения, завтра освобождается от бумажной работы.

Ряд солдат одновременно вздохнул, осознавая, что шансов немного.

Тем временем генерал сдержанно вел Маргариту Николаевну Котик по плацу, рассказывая ей о буднях части. Она шла в строгом костюме, пытаясь впитать атмосферу места, где каждая секунда — это дисциплина и порядок.

— Вот здесь у нас плац, — говорил генерал с легкой улыбкой, — место, где учат не только бегать и прыгать, но и вовремя уворачиваться от начальства. Думаю, в офисе вам это знакомо?

Маргарита улыбнулась в ответ:

— Иногда и в офисе приходится уворачиваться… от бумажной рутины.

Когда они приблизились к капитану, генерал представил:

— Капитан Кузнецов, это Маргарита Николаевна Котик, наша новая сотрудница.

Всеволод медленно повернулся, не отрывая взгляда от солдат, и протянул крепкую руку для рукопожатия. Их руки сомкнулись, и он с легкой усмешкой произнёс:

— Приятно познакомиться, ведьма.

Маргарита нахмурилась и с оттенком недовольства ответила:

— Ведьма? Не то чтобы мне это нравилось…

Он лишь улыбнулся:

— Со временем привыкнешь.

Генерал, заметив этот момент, улыбнулся и продолжил экскурсию, оставив их наедине с тихим напряжением, которое обещало будущие столкновения и, возможно, нечто большее.

Всеволод снова повернулся к солдатам, продолжая тренировать их с привычной долей сарказма:

— Петренко, ваш прыжок почти как у птицы — если бы птицы не были такими ленивыми!

— Иванов, если хочешь убежать от проблем, сначала научись бегать быстрее их!

Пыль кружилась в воздухе, смешиваясь с голосами, и между строк чувствовалась искра, что обещала разгореться в нечто сильное и неизбежное.