Рассказ о последнем из...

Руины были старыми, стены пали и лишь башни поднимались над лесом, как непобежденные стражи границы, которой уже не было.

В слово "Победа" люди вкладывают разное значение. Для кого-то это завоевание, для других признание первенства. Для иной победы является смерть врага. Вот и эта цитадель была убита, но не побеждена.

Отважившиеся исследовать ее часто не возвращались, ибо подземелья сохранились гораздо лучше стен. А те, что вернулись говорили о призраках и пугающих тенях выхватывающих товарищей из круга света в темноту.

Он спал. Ему снилось, что ветер играет со стягом на башне. Рука крепко сжимает копье, а с белоснежных пиков, порывами, прилетают холодные ветра. Щеки обжигал этот холод, а солнце заглядывало ему в глаза. Сердце его билось и этот мерный стук в груди и покой в душе были счастьем.

Он пришел в себя. Не проснулся и не открыл глаза. Он пришел в себя. Темнота была прозрачна. Он ощущал, что границы вверенной ему территории кто-то нарушил. Он ощущал это всем своим существом, будто это чужеродное присутствие было внутри него самого.

Его вывели из состояния покоя. Его сердце не билось и второе состояние его было охотой на пришельцев. Он начал двигаться и хотел лишь одного - снова спать видеть грезы о жизни.
Смерть врага не победа. Смерть - не поражение.

***
- Элдариналерис... - она произнесла слово. Она стояла посреди поляны с необыкновенно высокой травой, доходящей ей до плеч. Солнце мягко ласкало ее лицо, будто светящееся в ответ самому небу.
- Она говорит тут место жизни эльфийской старой магии. Источник не определен. Это не соответствует описаниям этого места. Думаю невозможная корректировка предполагаемой формулы.
- Проси ее локализовать источник по любому из признаков. Найдем суть источник - найдем суть причину явлений.
Они стояли на плацу цитадели. Бывшей цитадели - если такие места могут быть бывшими. Будь они тут тысячу лет назад, то увидели бы светлые лица воинов, отринувших страх смерти, готовящихся к последнему бою. Под стенами земля была мертва и устлана трупами, пахло гарью и жженым мясом. Сквозь дым не было видно солнца. Но теперь цитадель заросла лесом, а ее плац стал поляной. И только осыпающиеся башни были напоминанием о былом.

***

Они стояли на горном кряже, солнце светило им в лица, а внизу землю в ущельях уже поглотила темнота.
- Локализовать источник не получается. Он перемещается, исчезает, меняет свою структуру, меняет полюсность. Больше похоже на игру природного духа, чем на обиталище чудовища.
- Почему ты подозреваешь обман?
- Полюсность смещается до инферно и обратно.
- Теоретически одно другого не исключает. Будем наблюдать с безопасного расстояния. Пусть и наша спутница "наблюдает". Сегодня ночью пошлите в подземелья наемников. - и не дожидаясь ответа второй пошел прочь.
- Что... Что мне им сказать...
- Найди, что им сказать.

Первый посмотрел на уходящего странно. Первый был молод и не привык расходовать людские ресурсы так просто.
Придется "наблюдать", одни уходили в транс и из своей пустоты пытались услышать отголоски творящегося вокруг в мире. Другие налаживали эмпатическую связь с непосредственными участниками, чтобы видеть их глазами, переживать их эмоции. Второй был слишком опытен, что бы рисковать кем-то из видящих посылая их на первый контакт.
Исследовать подземелья было решено ночью. Днем вероятность растормошить это логово сочли слишком маловероятным.

***

Ночь была днем от огня. Огонь бушевал по обе стороны стены цитадели. Через стену дождем перелетали горшки с огненной смесью. Глухие удары осадных машин били в стены. Несколько дней бесконечных штурмов измотали его. На лице эл'дара лежала серая печать гари и усталости. Усталость была от безысходности ситуации. Он четко понимал, что всему есть предел, что у всего есть прочность. Что бы достичь цели нужна сила и время деленное на силу. Так вот сила уже применялась и время истекало. Первое кольцо стен пало и после бойни между двумя стенами атакующие продолжили обстрел. Еще часы или минуты и второе кольцо стен падет. Но надежды не было. Это только в сказках герои должны продержаться до рассвета, до подкрепления или дождаться спасения.

Перед ним лежало последнее донесение: "Столица в осаде. По всей периферии идут ожесточенные бои".

И был приказ. Видимо последний приказ: "Держаться любой ценой".

Эл'дар с бешенной скоростью прокручивал вариации событий. Гарнизон мал. Падут: первое кольцо стен, второе, цитадель, подземные галереи и катакомбы - и все это он использует все в полной мере и последовательно, измотает и перебьет столько сколько сможет. Об отступлении не могло быть и мыслей. Эта цитадель стоит тут не просто так. Только смертные мыслят эгоцентрично - он же как Истинный выполнит свой долг будучи частью целого.

Перед ним на столе лежал кинжал. Инструмент силы и атрибут власти. Время крайних мер пришло.

***

Галереи занимали пространство не только под цитаделью, но и за пределами ее стен, чтобы противодействовать подкопам. Катакомбы уходили глубже переходя в пещеры естественного происхождения.

У людей не получилось ворваться в них на плечах отступающих. В узких коридорах развернулись бои. Щиты эл'дар перегораживали проходы в полной мере компенсируя их малое число. Подземелья не залили горючими смесями - люди преследовали иную цель. Катакомбы нужны были людям и они рвались туда безуспешно, пока не развернули легкую баллисту, что пробивала щит вместе с воином.

Время пламенных речей прошло несколько дней назад. Теперь стиснув зубы, он держал щит работая коротким клинком. Мыслей не оставалось, кроме стремления выполнить свой долг. Именно тогда он получил стрелу в грудь. Выпущенная из баллисты эта стрела больше походила на копье. И каков был ужас атакующих, когда он отбросив пробитый щит, обрубив торчащее из груди древко пошел в атаку. И бился снова и снова. Уже не живой. И люди бежали из подземелий.

***

Люди бежали снова. Черные тени гнали их по подземельям. Все началось с шорохов и шагов затихающих если начать вслушиваться. Потом пропал крайний в арьергарде. Сколько ни звали его - ни звука или следа. Потом было бегство. И их преследовал неизвестный враг, загоняя в тупики, добивая отставших. Наемники бежали. Страх изливался волнами. И трансформировался в ужасы.

***

Лагерь атаковали со всех сторон, наемники, что не ушли в ночной рейд падали разорванные, кого-то утаскивали в темноту тени. Стоял крик.

Старший маг чертил на полу своего шатра печать. Всплеск некроматической и инфернальной энергии подсказывали уязвимость феномена. В шатер вбежал молодой маг, которому выпал жребий отправить в катакомбы на смерть наемников.
- Ты бледен. - старший говорил спокойно. Сложно было сказать сколько ему лет на самом деле.
- В меру пережитого. - отвечал молодой маг.
- Не принимай чужие эмоции за свои и жить станет легче. - старший точно знал, что молодой маг практикует эмпатический контакт что-бы видеть чужими глазами.
- Он умер от страха.
- Все умирают. - старший не отрывался от своей печати на полу, выводя символы машинальными и размеренными движениями. - Приготовься быть проводником света. Я заканчиваю.
За порогом шатра вдруг стало тихо.

***

Маги собрались в круг и барьер становился сильнее. Но все что могут помыслить люди уже было когда-то. На каждый прием есть контрприем.

Он стоял в начерченном символе у лагеря. Мысли его погружались в управление нежитью которая кидалась, преследуя бегущих к лагерю и теперь его штурмовала. Он пришел по нити сознания магов, что видели глазами наемников. В каждом действии есть уязвимость и эта уязвимость привела его в лагерь врага. Всегда все сводится к тому насколько искушенный противник повстречается. Но он действовал вне шаблонов, приемов и контрприемов. Рамки шаблонов защищают сознание и его же сковывают. Маги в кругу измотались - это был недостойный противник. Рискованно, но рационально завершить все самому. Рискованно, но оправдано деморализовать противника доминирующей силой. И, выйдя из печати, он начал двигаться к лагерю.
Нежить вдруг осела вокруг магического купола, с нее сползла черная пелена, обнажая наемникам укрывшимся около магов их мертвых товарищей. Тьма перестала висеть кольцом сжимающимся вокруг магов.
- Старший, там тихо.
- Только не выглядывай из шатра. На шатре чары сокрытия душ. Заканчиваю.
Наступило затишье перед бурей.

***

На лагерь налетел ветер. Он зло хлестал по палаткам, что уцелели, бил в магический щит. Это было проявления природных духов. Наемники, что успели укрыться за щитом магов оглядывались. И тут налетел страх такой силы, что руки затряслись. Маг координирующий силы пнул наемника, но тот лишь глянул стекленеющими от страха глазами.
- Видель отвлекись! Выведи их из этого безумия! - один маг отвлекся от щита и закрыл глаза в медитации.
Координирующий магические силы почувствовал второй удар. К горлу подступала рвота. Желудок пытался избавиться от продуктов. Это был очень-очень плохой знак. Маги, в отличие от наемников, понимали ужас наступающего. Он оглянулся - может не все поняли, но все почувствовали это.
И вот из темноты проступил силуэт. Островерхий шлем, личина шлема на месте лица потеряла какие-то отличительные черты и теперь была лишь мятой пластиной, а с головы до пят спускался доспех клибанария - как его бы назвали люди. С каждым его шагом стальные чешуйки доспеха шуршали. В руках у него был клинок больше похожий на кусок кривого железа и кинжал со странно длинной рукоятью и широким клинком.
Координирующий не чувствовал... он не чувствовал в этом силуэте ничего! Он чувствовал лишь то, что ему позволяли чувствовать! Эфир заполнял страх, что волнами накатывался на щит.

Бронированный силуэт подошел к куполу магов. И остановился.
- Мерзкая тварь! Давай попробуй пронять! - начал храбриться вслух какой-то наемник.
- Молчать! Всем молчать! - корректирующий маг орал как мог. И поздно. Он чувствовал, будто перед ним открывается пасть демона с его неуемным голодом и вечными муками. Эта жуткая ухмылка которая в разнеслась в разумах живых была кошмарна.

Остановившись лишь на секунду силуэт сделал шаг к барьеру поднимая левую руку с черным кинжалом.
Корректирующий маг понял - ему позволили понять - кинжал некроманта. Черный клинок некроманта. Все формулы, построенные в щите будто, сжались и исковеркались. Будто пространство магии расступилось перед жутким гостем. И он сделал шаг в купол. По тому, что нельзя звать через поставленную преграду. Простое всегда лежит в основе сложного. Самые сложные формулы стоят на фундаменте простого обиходного шаманизма. Каждый в меру своих сил верит в то, или иное, определяя реальность. Жуткий гость принял слова наемника как приглашение.

В него устремились копья. Как когда-то давно, много-много раз. От него поднималась марево ужаса, сам его силуэт расплывался в этом видении, которое высасывало силы из живых - мышцы лишались тонуса, а удары будто замедлялись, падая на него. От одного копья он увернулся, отступив в сторону, другие уперлись в доспех не в силах пробить его. Одним движением он перерубил древко копья. На него обрушился чекан, вонзившись острием в плечо. Он повел плечом незадачливый владелец сделал вынужденный шаг к нему и получил удар ногой в грудь и полетел обратно, сбивая товарищей. Чекан упал на землю. И на нем не было крови.

Какой то маг попытался прочитать формацию души атакующего, но жуткий гость, отбиваясь от ударов, повернул к нему личину шлема, за глазницами которого была только чернота пустоты. Разумы живых взорвались громогласным ревом "не слова" - мысль была ударом. У мага странно подогнулись ноги, он упал будто от удара "под дых" и его вырвало.

Казалось этот древний весит тонну - он принимал удары непоколебимо, будто ему и не нужно было держаться за землю ногами.Он сделал маленький шаг, будто на месте и пропуская опускающийся удар мимо, будто ленивым движением снизу-вверх отсек руку наемнику. Он шел вперед, неторопливо, кровавым ковром простираясь к месту, где корректирующий маг пытался создать новую формацию силы. Маг чувствовал пристальное внимание всем своим существом. Будто его рассматривают сквозь лупу как насекомое. Так Темные метят своих жертв проклятием. Таким обычно спастись не удается. Маг сглотнул, выводя новую формацию...

***

Его отвлекал звук колокольчиков. Будто вводя в транс и погружая в размышления. Под ногой шевельнулся человек. Черная фигура окутанная вихрем размывающим ее очертания, испускающая волны ужаса и голода, надавила на рукоять меча - сильнее гвоздя человека к земле. Если бы маги остались живы, то видели бы бьющийся словно сердце кокон энергии, что поглощающий страдания и саму жизнь. Вокруг не было враждебных созданий способных на атаку - он чувствовал. Все кончилось.

Снова этот звук или не звук, будто журчание ручейка, или щебет птицы. Он отвлекал, сбивал мысли, будил что-то угасшее в душе. Он обернулся будто не чего не ища. Но взор его неожиданно уперся в фигуру. Она не представлялась врагом - она врагом не чувствовалась.

Она стояла среди поваленных палаток и трупов, что устилали землю. Костер догорал, все больше погружая картину ночи во мрак. Луна выступила из туч и осветила ее белое, ясное лицо, темно-русые волосы. Он, с железным скрежетом, вытащил меч оставляя раненого человека корчится и шагнул к этой озаренной луной фигурке стоящей посреди хаоса.

***

Она говорила.

Ее речь лилась как журчание горного ручейка. Снова и снова. Со слезами на широко открытых глазах она повторяла одно и тоже. Он лишь видел что ее губы шевелятся и отвлекают его от задачи - его боевой задачи. Подходя тяжелыми шагами, он ее не слышал.
- Что она говорит?! - шептал старший маг, молодому.
- Не могу разобрать! - молодой маг одним глазом выглядывал из шатра.
- Не смотри пристально! Расфокусируй внимание! Эта тварь все чует! Смотри на картину в общем! Так, сокрытие душ долго не потянет! Ты готов?!

Он был в шаге от нее. Черный вихрь накрыл ее и высушил слезы. Ее дыхание перехватило, но он не задумывался, что убивает ее своим присутствием. Нести смерть - обычное дело.
- Ар... ...ваир аэлрин... та... - ее голос перехватило, но она протянула ему свиток задыхаясь.

Он посмотрел на свиток с печатью. Слова вдруг обрели смысл. Боевые установки формации души изменились.
"Именем Наследника Дракона. Силой Истинной Печати Великого. Лучезарный требует оставить сие место и явиться к Нему."

Печать Истинна. Наследник Дракона Зовет.

- А'эл'дар'рил...

Электричество прошло по нему. Эмоции, которых он был лишен тысячу лет возвращались. Демон зашевелился, ища слабость в его душе. Все происходило не так как он спланировал тысячу лет назад.
- Это ее дед! Дед! - затараторил молодой маг.
- Не важно кем он был! Соберись! Начали!

Мир взорвался белым светом. Формация его души исказилась под давлением. Мысли сдуло. Он знал, что если бы не предусмотрел это, то, сейчас, был бы мертв полностью. Он пытался развернуться к источнику этого света. У него не получалось. Оставшийся ресурс был слаб. И он рухнул на одно колено. Меч в руке стал костылем, на который он опирался. А поток света все не иссякал! Он не мог поднять всю конструкцию своей души на высший уровень. Он, стиснув зубы терпел. К нему шагнула она - но теперь он ее снова не слышал. Весь спектр занимал этот белый шум, белый свет.

Маг выступив из-за порога шатра фокусировал колоссальную силу. Не мигая он терзал этого неупокоенного. Он читал какое то проклятие неживому.

Свист. И маг упал со стрелой в горле.

Молодой маг повернулся к старшему, оставшемуся в шатре и оседая получил еще две стрелы в сердце и в глаз. Он не увидел как старший чертыхается и отступает в темноту.

Эльфы может многое забыли, но перестраховка осталась. Никто не собирался посылать ее одну на задание без страховки. Эльф из темноты в две секунды утыкал незадачливого мага, так сильно отвлекшегося на нежить.

Она была рядом с ним. Качая на руках голову в шлеме с железной маской она плакала.
- Домой дедушка. Пойдем со мной домой.

Выступивший из темноты эльф. Смотрел на картину безучастно, оставляя сородича наедине с ее эмоциями.

***

Ему снилась последняя битва. Магический шторм разрушал коммуникации. Многие оказались отрезанными и вели бои самостоятельно. Они отступили с рубежа и заняли оборону в крепости. Крепость являлась одной из фокусирующих силу цитаделей, питавших столицу. Рубеж который нельзя сдавать.

Теперь запертые в катакомбах они дрались уже день. Он шел вниз к источнику силы и поглядывал на черный кинжал, будто тот был живым. Нельзя отдавать источник силы людям. Времени мало. Он шел и создавал сразу три конструкта душ, которые должны были вплестись друг в друга. Он готовился без ритуалов призвать демона и в сознании чертил круги и знаки. Он создавал боевую формацию лича - восставшего некроманта, которые кошмарят живых даже после смерти, вписывая в эту формацию боевую задачу и контуры поднятия и управления нежитью.

Подземный зал был огромен и его занимало озеро. Свечение было легким и манящим. Свет играл в воде неуловимо. Все чего он просил у духов земли - сохранить его тело. Он создавал третью формацию с первыми двумя вместе - голем. Тело его уже начало кристаллизоваться, напитываясь кремнием из воды. Каждая его клетка обволакивалась кремниевой скорлупой. Он потянулся в инферно и демон откликнулся. Просачиваясь в наш мир - в его незащищенную душу. Он мысленно попрощался с родными, которых более не увидит скорее всего. И вот он вонзил себе в грудь кинжал. Но крови уже не было. Демон взвыл осознавая ловушку. Конструкт лича как крышка саркофага лег уже на голема, в котором, в заточении бился демон.

Но он запустил и обратный процесс. Он думал, что после победы магический шторм погасят и заложил форму обратного процесса: изгнание демона, восстановление организма и снятие боевых установок лича. Идеальная конструкция не мертвого.

Он не знал, что шторм не стихнет тысячу лет.

Эл'дар проиграли и он остался не живой и не мертвый... один в темноте... на тысячу лет.
Последняя битва в тысячу лет.

***

Он открыл глаза. Тёмные сны ушли, оставив неопределенное настроение. Он прислушался к своему телу - по мышцам будто бегало электричество. Закрыв глаза, он видел, будто в теле снуют золотые огоньки. За окном пели птицы. Он закрыл глаза. Время восстанавливаться. Он помнил ночное небо над какой-то телегой, спешные выкрики незнакомых голосов - видимо он открывал глаза раньше.

Второй раз он открыл глаза спустя неопределенное время. За аркой на балкон был день. Организм изменился - восстановление прошло. Он попытался подняться, но тело отдавалось нытьем, а боль в голове повергла его обратно на кровать. Над ним, в шести метров сверху, плыл свод потолка. Комната, в которой он оказался, казалась не большой из-за высокого потолка и арки на балкон почти такой же высоты - больше похожей на портал. Деревянная дверь, украшенная резьбой, была не примечательна на фоне пропорций комнаты. Все это творение эл'дар.

Он услышал шаги за дверью и притворился спящим. Шаги, шаги, дверь тихо открылась, шаги приблизились, секунда промедления, шаги стали удаляться обратно к двери. Он открыл глаза. От кровати отходил женский силуэт. Слишком низкий рост для эл'дар. На ней были странные одежды сложного покроя, больше похожи на человеческое творение.

Контроль. Он не контролировал ситуацию и у него не было информации.

Он испытывал почти физический голод без информации. Глаза его изменились уверенностью. Он принял решение.
Он быстро провел руками по лицу сверху вниз. Боль стерлась. Одним движением в прыжке он оказался у девушки за спиной. Одной рукой он сжал ей горло. Второй заломал ей руку за спину.

Все выбирают свой пусть по своей сути: раб примет решение раба, охотник - охотника, воин - воина. Вот он был охотником. И сам привык контролировать ситуацию - своими силами. Он развернул ее к себе лицом, прижав к стене. Девушка пыталась вдохнуть и не могла - обе ее руки оказались заломанными за спину.
- Арэлдлилармалмалаг - табелгагамартет. - голос был чужим даже ему самому. Хриплый и рычащий. Глаза девушки расширились, а по щекам текли слезы. Он дал ей вдохнуть и увидел ее уши - заостренные как у эл'дар.

***
Как обычно, уже месяц, по приказу Светлейшего Князя она приходила проверить гостя, который не приходил в сознание. Вот и в этот день она увидела бледное, недвижное лицо - будто лик живого мертвеца. Сегодня что-то изменилось, но она отмахнулась от интуитивных ощущений. И, через мгновение, она не могла вдохнуть, а заломанные руки горели огнем. Удушье вышибало слезы. Она увидела перед собой бледную маску ярости и безразличия, голода и кошмара - оживший кошмар, на голову выше ее, с клыками явно длиннее и в большем количестве чем положены эльфам. И услышала хриплое, тихое рычание.

"Излей свой голос без моего разрешения и твоя тень останется в стене".

***

- Друг мой. Вы закончили удовлетворять свое любопытство?

Неизвестно сколько времени прошло пока очнувшийся погружался в сознание эльфийки. Теперь он знал многое, но не все. Он разжал руку, и она сползла по стене. В какой то момент у него зародилась мысль продолжить дальше выжимать информацию из приходящих, но он посмотрел на пришедшего и стоящего в дверях эльфа, или...
- Вручаю свою судьбу в руки Дракона! - очнувшийся попустился на колено и склонил голову.

Эльф или не эльф улыбнулся и вошел в комнату. Он был непропорционально выше эльфийки и напоминал очнувшемуся его самого. И в нем текла кровь наследников Дракона.
- Поднимись, Друг Мой, этого титула больше нет. - с полностью скрываемой грустью сказал пришедший. - Теперь все мы Светлейшие Князи... в лучшем случае.
- Где же Наместник Войны? Как теперь называть наместника Первого в этом мире?
- И этих титулов больше нет... - пришедший склонился над эльфийкой в обмороке.
- Это отступничество? Я хочу узнать все.
- Это тот мир, что ваше поколение оставило нам. - ответил он уклончиво - И я хотел узнать от тебя это "Всё", что случилось тогда. - Светлейший Князь уложил, теперь уже спящую спокойным сном, юную эльфийку на постель. - Попрошу тебя как Гостя быть впредь аккуратнее с моими подданными. И теперь, когда ты в сознании навести моих лекарей и.… сними боевую маску. Тут нет врагов.

Боевая маска (боевой транс) рухнула в тот же миг. Головная боль вернулась, боль в суставах пронзила его как выстрел и он зашатался.
- Тебе пора к лекарям! Древний. Им было очень тяжело работать с тобой в бессознательном состоянии. Я пришлю к тебе провожатого. - светлейший Князь поддержал его под руку.
- Я не древний... - прошептал очнувшийся.
- Для нас уже древний.
- Вы не понимаете, что такое древний... - эти неправильные эл'дар даже слова употребляли неправильно... от отчетливо вспомнил колосов духа заключенных в смертные тела, их глаза, которые невозможно запомнить, отражали вечность. Сошедшие с ума от бесконечной жизни, они, казалось, жили в прошлом одновременно, предугадывая все действия врага - идеальные воины и полководцы. Он не был таким... Неправильный мир... Он очнулся в неправильном мире.

***

Князь шел по коридорам, мысли его срывались в нетерпеливые тона. Он близок к тому что-бы "Узнать". Память и знания - самое ценное, в мире эл'дар или эльфов... И он близок что бы вернуть и то и другое... Он открыл двери выходя из крыла своего дворца.
- Светлейший. - десяток магов и пол сотни воинов склонили головы.
- Отбой тревоги. Расходитесь по постам. Наш гость - друг. - и князь, уже смотря на расходящихся эльфов добавил еле слышно - Думаю друг...