Рассвет души - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Свет (самиздат)

— Вроде тихо. — Алиссия старалась держаться смело, но то и дело оглядывалась по сторонам.

— А ты точно знаешь где его комната? — шёпотом уточнила я у Рэма, который вел нас по пустым коридорам преподавательского крыла.

— Вообще-то мы уже пришли, вот она.

Отмычка в замке — щелчок, от которого сердце ухнуло в пятки. Рэм замер. Мы с Алиссией вжались в стены. Тишина. Главное не забывать дышать.

Поняв, что всё идёт по плану, Рэм осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Всё чисто. Я и Алиссия остались на стороже, а он, тем временем, отправился оставлять сюрприз. Бесшумно выскочив, он закрыл дверь и поставил нехитрое устройство собственного производства на замок.

Убедившись, что дело сделано — мы дружно бросились наутёк. Алиссия, выбежав из здания чуть было не перепрыгнула двухметровый забор, и уже почти сделала это, как её окликнул Рэм.

— Стой Алиссия, разве ты не хочешь посмотреть на это? — его голос был настолько притворно обиженным, что я лукаво усмехнулась. — Между прочим, я полгода старался.

Алиссия обернулась, поправила юбку и отряхнула несуществующую пыль.

— Так куда идти? Я так испугалась, что и забыла про это. — вздернув голову и расправив плечи, кокетливой походкой отправилась за нашим предводителем.

За окном на улице одновременно выросло три головы. Очень кстати наш мастер Векс поселился на первом этаже, иначе бы мы пропустили представление нового творения Рэма.

— Ты на сколько таймер поставил? — судорожно взглянув на свои часы и поправив выбившуюся прядь волос, поинтересовалась я.

— Не переживай, оно точно сработает. Три, два, один...

В комнате что-то начало истошно орать. Этот противный крик наверняка услышало все общежитие, затем мы увидели и само устройство — железная механическая птица ездила на колесиках по всей комнате. Она продолжала вопить, ездить и махать крыльями. Векс отреагировал быстро, он мигом наступил на неё ногой и попытался раздавить, но все попытки были тщетны. Птица продолжала вопить на всё общежитие. Мастер уже взял её за ноги и хотел бить её руками об пол, как из неё выскочило яйцо. Кажется, он понял в чем дело, отбросил птицу и побежал к точке спасения — к двери. Замочное устройство сработало отлично, а яйцо, тем временем, издало истошный писк, и из него повалило зелёное облако.

— Фу, что ты туда добавил? — закрыв нос, поинтересовалась Алиссия.

— А вот теперь, пора! — я уже развернулась, чтобы рвануть, как вдруг прямо передо мной выросла Рона: — А что вы тут делаете?

Она стояла перед нами и непонимающе хлопала невинными глазками.

— Беги! — гаркнул на неё старший брат, готовясь прикрывать тыл.

Но окно мастера с грохотом открылось и из него на нас свалился и сам он, собственной персоной.

***

Первый час мы выслушивали гневные речи и сидели в приёмной магистра — ждали, когда наступит рабочий день. А после — нас дружно пригласили в кабинет.

— Вы хоть понимаете, что вы наделали? — в голосе магистра звенел металл.

Мы же, все четверо, стояли на ковре, склонив головы, изо всех сил изображая раскаяние. Только вот скосив глаза в сторону Рэма я увидела не раскаяние, а довольную ухмылку. Он поймал мой взгляд и подмигнул.

— Вы — ученики Ваулрокского Королевского Интерната Прикладных Искусств! Напомню, Королевского! Таким поведением вы подставляете не только себя, но и престиж нашего уважаемого учебного заведения!

После этой фразы он хлопнул папкой с докладом от нашего уважаемого мастера Векса. Встал и начал ходить взад-вперёд.

— И ладно бы одни пошли, так ещё и ребенка с собой взяли. Рэммииль, я думал, что вы, юноша, ответственнее отнесётесь к репутации своей младшей сестры. — от его хождения у меня закружилась голова. И не мудрено, на вылазку мы отправились в шесть утра. К тому же, никто так и не смог заснуть от подступающего адреналина.

Тут Рэма, который до этого изображал раскаяние, действительно схватили за живое, и его довольная ухмылка быстро превратилась в настоящее сожаление. И ведь действительно, он держал в тайне детали нашей вылазки от Ронетты. Видимо сестрёнка тайно добралась до его чертежей, всё-таки она его сестрица — хоть и маленькая, но та ещё проныра.

Магистр остановился, сложил руки поверх стула, подался вперёд, нависая над столом и как нечто само собой разумеющееся, выдавил слова сквозь неподвижные губы. Ей богу, не понимаю, как так у него получается.

— Неделя в подвале — это для вас, девушки. А Рэммиль отработает две — за себя и сестру. Начиная с сегодня.

Алиссия всхлипнула: — Но магистр Торвальд, а как же праздник?

Тут дверь кабинета резко отворяется и на пороге появляется наша наставница Ирма. Все мы немного выдохнули, а магистр ещё сильнее напрягся. По её внешнему виду можно сразу понять, что, узнав о нашей шалости она сразу побежала к нам на помощь. Плохо, что она живёт не в общежитии, а в городе, вот и приходит, едва успев к началу занятий. Глядишь, и выбила бы нам заключение на более короткий срок.

— Магистр Торвальд, что мои оболтусы наделали и в этот раз? Я только на первый урок забежала, а тут такие новости. Ох! — она посмотрела на малышку Рону и схватилась за сердце. — Магистр, только не говорите, что и Ронетту отправите туда? Я вам этого не позволю! Слышите меня? Костьми лягу!

Но тут её прервал магистр: — Куратор Ирма, кажется, вы немного забываетесь. Попрошу сменить тон и успокоиться. — процедил он, но его побелевшие костяшки на пальцах говорили об обратном — он вскипал. — У меня тут в конце года прошение об увольнении, а вы мне об этом? Кто, скажите! Кто теперь будет у них экзамены принимать, вы мне теперь скажите? — в конце речи всё его лицо было красным, а дыхание сбивчивым.

Мы не на шутку испугались — даже Рона пискнула и подалась к наставнице. Ирма подошла к девочке и заботливо обняла её за плечи. Немного погладила и с решимостью отодвинула за свою спину. Золотая женщина.

— Магистр, но вы же знаете, что праздник уже завтра. Это же такое событие, это же как пропустить своё собственное рождение. А давайте я вместе с ними, а? А вы отпустите их хотя бы на праздник. — не унималась куратор.

Тут магистр понял, что теперь эта женщина точно из этого кабинета без смягчающих обстоятельств добровольно не выйдет.

— Давайте хотя бы после праздника, а? Им же ещё и подготовиться надо, девушкам платья купить, выходных же ещё не было, одни экзамены. Сжальтесь! — она вышла вперёд нас, закрывая всех своей грудью, прикрывая путь к отступлению.

Магистр устало поправил оправу своих очков, не находя твердых аргументов, а если бы не смотрел на грудь, возможно, они бы и нашлись. Отодвинул кресло и с великой усталостью устроился в нём, тут куратор поняла этот жест как знак. Посмотрела на нас и просигналила всеми частями тела, что нам пора. Тут же сама села на стул и принялась за продолжение своей речи.

— Да не переживайте вы так, найдем мы вам нового преподавателя. Кофе, кофе вам попросить? С булочкой, а то исхудали совсем с этими экзаменами. — ворковала она над магистром.

Только я открыла дверь кабинета, как нос к носу столкнулась с секретарём и несколькими учениками. Ученики в секунду рванули в коридор. А секретарь, как ни в чем не бывало, пошла к своему столу приговаривая: — Кофе, да, надо бы кофеёчек приготовить.

— И две булочки! — услышала я от наставницы, как дверь за нами с грохотом захлопнулась. Подпрыгнули все одновременно.

— Кушать хочется! — держась за бурлящий живот жалобно пропищала Рона.

— Если в столовой что-то осталось. — с мрачным выражением лица я рванула в столовую и крикнула напоследок: — Кто последний — тот голодный.

Бежим и ржём как кони, поворот, второй, лестница. Рэм меня давно уже обогнал, Алиссия дышала ему в спину. Где-то позади меня кричала Рона: — Подождите меня! Так не честно!
Рэм явно начал поддаваться, а Алиссия не упустила шанса и долетела до дверей столовой первая, чуть не ударившись лицом. Тут добежали запыхавшаяся Рона, за ней Рэм и я.

И вот, все краснолицые и довольные мы открываем дверь в надежде, что она ещё открыта.

Кажется, получилось. Дверь открылась — и нас тут же чуть не смело лавиной оваций. Вся столовая набита до отказа. Со всех столов свистят и кричат: — Так его! Долой Векса! Справедливые экзамены!

Рона, не теряя ни секунды, вприпрыжку пошла к однокурсникам, явно ждавших свою героиню. Лишь напоследок оглянулась. Мне показалось, или только я увидела хитрющее выражение лица?

— Рона, давай быстрей, мы тебе уже еду взяли! — пытались перекричать однокурсники ликующую толпу.

Убедившись, что о нас не позаботились, пошли штурмовать стол для раздачи.

Мы кое-как нашли свободные места, и только уселись — как нас тут же облепили со всех сторон.

— Ребята! Да дайте же пройти. — сквозь ряды сплетников и зевак к нам протиснулась девушка из десятого — кажется, Инесс, и энергично расцеловала нас по очереди в обе щеки. — Я вас обожаю, и от лица всего нашего курса благодарю за такой решительный подвиг. Если вам что-нибудь понадобится, смело обращайтесь.

Раскрасневшись от своей же смелости, девушка с хохотом умчалась обратно. Мне бы такую решительность.

— Ну, рассказывайте, что вы ему на этот раз подсунули? — не успокаивались ребята с разных сторон.

— Вы не представляете! — театрально сделала паузу Алиссия. — Сначала она орала так, что я уши закрыла, потом круги наматывала и крыльями хлопала. Векс начал её бить, а она не затыкалась. Ух он тогда бешеный был, и в одних труселях. А потом плюх, и яйцо катится. Ну он к двери побежал, а Рэм замок запер. А потом из яйца зелёный дым пошёл. Ну и выпал Векс в итоге из окна, прямо на нас.

— Между прочим, я там систему зажигания от парового котла прикрутил. Если бы Векс не наступил, она бы ещё и искрить начала. — добавил Рэм, дожёвывая бутерброд.

Я поперхнулась крошкой и прокашлялась: — Ты в своём уме? А если бы она спалила чего?

— Но не спалила же. — в очередной раз лукаво подмигнул.

— А нечего было нас всех валить в прошлый раз! — хлопнув по столу, гневно проговорила Эбигейл.

— Вы это хорошо придумали, только представлю гневное лицо Векса, так сразу улыбаться хочется. — хищно улыбнулась Мия.

— Только, кто теперь экзамен принимать будет? — Коллин озвучил главный вопрос, интересующий нас всех.

На минуту все затихли, чуя надвигающуюся лавину последствий, ожидая кары небесной.

— Думаю, мы скоро это узнаем, экзамен никто не отменял, а значит в аудиторию надо успеть вовремя. — подметила я очевидное, как вся толпа дружно засобиралась.

— Эх, так жалко. — печально вздохнув, Алиссия положила голову на свой кулачок. — Только представьте, что это наша последняя выходка. Так не хочется с вами расставаться. Кстати, вы придумали, куда поступать будете? — с надеждой посмотрела она на Рэма.

— А я не рассказывал? — Алиссия замахала головой. — На специализацию точной механики к профессору Хромфорд. Она меня давно заприметила. — дожевал последний кусок, звучно допил чай и закинул сумку за плечо. — Ну и долго вас ждать?

Алиссию явно озадачил такой ответ, и она погрузилась в себя, нервно теребя подол своей юбки. Мы взяли сумки и поплелись следом за Рэмом.

В аудиторию идём в гробовой тишине, весь курс стоял перед кабинетом, не решаясь первыми попасть под раздачу. Кто-то пытался разглядеть что-то в замочной скважине, а кто-то уже надел слуховые усилители в надежде выведать обстановку.

Я только цыкнула на всё это сообщество трусишек, и первая открыла аудиторию. На меня обрушилась абсолютная тишина, а лёгкий ветерок обдал своей прохладой. Кто-то забыл закрыть окно.

— Пусто...

Всеобщее напряжение сбавило обороты и река курсантов затопила пустующую аудиторию.

Прошло пять минут, и всё нервное ожидание скатилось до банального — хочется спать.

Осмотрев аудиторию, я поняла, что не одна такая. Рэм положил голову на стол и лениво гонял ручку то вправо, то влево. Алиссия и вовсе уткнулась лбом в тетрадь с конспектами и тихо сопела. Кто-то в первых рядах до сих пор держался бодрым, зубрил конспекты. А моя голова уже склонилась к левому плечу, в глазах задвоилось и стало темно.

Хлопнула дверь, и все одновременно встрепенулись. Магистр Торвальд, собственной персоной, медленно и уверенно взял курс к трибуне, тяжесть в каждом шаге и весь его внешний вид говорили нам о нежелании здесь находиться. Его долгий цепкий взгляд приковал внимание каждого в этом помещении, продолжая держать нас в мучительном неведении. И наконец, его плотно сомкнутые губы вещают нам:

— Выпускники одиннадцатого курса, сегодня утром произошёл инцидент, послуживший увольнению нашего уважаемого мастера Векса. Прошу заметить, что столь неожиданное событие негативно сказалось на репутации нашего престижного учебного заведения, не говоря уже о том, что это доставило немало проблем нашей администрации. Весенний экзамен по предмету "Проект и конструирование простейших механизмов", переносится на осень. — магистр взял паузу, а сердце мгновенно ушло в пятки. — Так хотел бы я сказать, но. — сердце вернулось на прежнее место. — В связи с тысячелетием победы над богом хаоса, ничто не оставляет мне выбора, как поставить вам всем зачёт. — внутреннее ликование охватило всех, но никто не смел произнести и слова. — В продолжение своей речи, замечу, что не приближайся столь великий праздник, я бы не поменял своего решения. Благодарите Хроноса и его победу. Ну а причастные к увольнению мастера Векса — понесут своё наказание на следующий день после праздника. Все остальные распоряжения вы узнаете от ваших кураторов. Желаю вам всем благоприятно провести выходные. — на последних словах ещё раз окинул взглядом каждую душу, чуть задержался на мне, и с чувством облегчения покинул нас.

Прошла секунда, и первые, кто очнулся, сидели на задних рядах.

Волна тетрадей полетела в воздух и дождём упала на головы в первом ряду. Но этого никто не заметил. Началось всеобщее сумасшествие. Только одна я стою и пытаюсь осмыслить сказанное — наказание перенесли, а значит Алиссия точно поведёт меня под ручку, а если я не захочу — понесёт. Ещё и ребят подключит.

— Рис! — Рэм потянулся к моей руке, но я отдёрнула. — Ты чего? Зачёт же! — заложил руку за голову и почесал затылок.

— Ага, — говорю я. — Зачёт. — И улыбнулась, делая вид, что ничего не произошло.

— Юху! — Алиссия с разбега повисла на Рэме, но он только прикрыл глаза, и сделав глубокий вдох, мягко снял её с себя.

— Алиссия, у тебя лоб в чернилах. — плюнул он на большой палец и нацелился стереть, как она пискнула и схватившись за лоб убежала из аудитории.

После того, как все устали, единодушно решили, что пора бы и поесть.

Повара как-то прознали о решении магистра и решили порадовать всех сдобными булочками, в дополнение к основному обеду. Что сказать, система связей, налаженная секретарём, работает исправно. Даже интересно стало — что ей перепало на этот раз. Говорят, те самые, кто подслушивал у кабинета с утра, подогнали ей новый девайс, якобы для омоложения кожи.

Столовая не замолкала ни на секунду. Новость о наших зачётах затмила новости о предстоящем празднике, ведь сегодня случилось легендарное событие, которое будет передаваться из уст в уста многие годы. Вселяя надежду в каждого, кто мечтал хоть раз насолить своему начальству.

— Ты чего ковыряешься? Булочку хоть попробуй. — пихнула в бок меня Алиссия, продолжая одухотворённо произносить громкие речи.

— Когда человек кусает щёки, это можно назвать каннибализмом? — шепотом проговорил мне на левое ухо Рэм.

Я уставилась на него, не понимая, о чем речь и только сейчас сообразила о чём он.

— Не хочу завтра никуда идти, плохое предчувствие. — сказала я с надеждой в голосе, что он поймет меня.

— Ты, конечно, можешь это сделать, твоё право. Но мне кажется, ты немного преувеличиваешь. Да и думаешь Алиссия не заметила твоего состояния? Она непременно захочет вытащить тебя развеяться. Посмотри, какая она сегодня боевая.

Я посмотрела на неё. Да, Алиссия разогналась не на шутку — она с ребятами придумывала новые фразочки и наставления для будущих поколений в духе «постоим за себя и за наши зачётки».

Поболтав еще немного о разном, мы шумно разошлись каждый по своим комнатам.

***

— Куда это ты собираешься? — спросила я Алиссию, наблюдая, как она примеряет на себя разные платья и юбки.

— Так, стоп, хочешь сказать, что ты не в курсе? — ещё одно платье полетело в стопку забракованного. — Сегодня ж, за обедом договорились всем вместе отпраздновать у Кола в комнате. Говорят, Мия каким-то образом мимо тётушки Гретты бутылку пронесла. Так что сегодня точно будем веселиться. Ну же, вставай, и пошли собираться. — пыхтя, тянула она меня за ноги.

— Да отстань же ты! — я схватилась руками за изголовье кровати.

— Я не оставлю тебя гнить в одиночестве.

Наконец она оставила попытки и расстроенная, пошла к своей кровати надевать чулки. А я, устав от её мельтешения отвернулась к стене и прикрыла глаза.

— Вот и как мне теперь веселиться, зная, что ты здесь одна? Ой!

Я повернулась обратно и увидела, что на её новом чулке красуется гигантская стрелка. Только не это. Алиссия жалобно на меня взглянула: — Беатрис Сендхерст.

— Нет. — перебила я её, зная к чему это ведёт. Отвернулась от умоляющих глаз и накрылась с головой.

— Ну пожа-а-алуйста, пусть это будет последнее маленькое чудо для меня. — она подсела ближе и начала гладить меня по голове. — Это были мои последние чулки, мне теперь не в чем идти. Если ты мне не поможешь, мне придется остаться с тобой. Я уверена, мы отлично проведем время. — не унималась она.

Ага, как бы не так.

— Иди у девочек попроси новые.

— Но ты же знаешь, что ни у кого нет таких же, посмотри, из какого нежного они материала. Ну давай, давай я что-нибудь для тебя сделаю. — милые поглаживания превратились в сильные покачивания.

— Давай! — я резко села. —Только это было последний раз. Больше этого не повторится. Так что хорошенько береги свои чулочки.

Она быстро сняла порванный чулок и положила передо мной на одеяло.

— Отвернись. — буркнула я.

Она обиженно посопела, но промолчала. Я взяла чулок в руки и представила, что он когда-то был целым и проговорила про себя с детства заученный стишок, сильно концентрируясь на задаче.

«Стрелка, стрелка не спеши,

Время вспять поверни.»

И вот опять пространство в моих руках начало искажаться. И странная волна энергии заставила вибрировать всё в этой комнате.

— Рис, всё в порядке? — заволновалась соседка.

— Отвернись сказала.

Я всегда думала, что магия должна быть красивой. Но моя способность работает иначе, нет в этом ничего красивого, пространство искажаясь прыгает и моргает в моих руках. Оно будто умоляет меня остановиться. Но я безжалостно удерживаю и заставляю сделать так, как надо мне. Подождав ещё немного, я закончила и посмотрела на свой результат. Чулок был цел и невредим.

— Готово. — положив чулок обратно на место, взглянула на ошарашенную Алиссию.

— Брр, меня всегда пугали твои способности, все волосы дыбом, смотри. — она показала мне руку с поднятыми волосками вверх. — Но смотри какая красота. — Покрутила она в руках свои целые чулки.

— А нечего было уговаривать меня.

— Но это же, это же… если бы у меня были такие способности…

— Стоп, кажется, мы уже говорили об этом, я хочу жить нормальной жизнью, и ты клялась.

Алиссия приосанилась: — Да помню я, спасибо тебе. — она присела рядом со мной и обняла одной рукой. — Ладно. Будь по-твоему. Но если что — я рядом. — затем она резко вскочила, за считанные минуты собралась, напоследок чмокнула меня в щёку и ускакала веселиться.

Ну а я так устала, что свалилась на кровать без чувств, темнота.

***

Я открыла глаза. Впервые за долгое время почувствовала себя отдохнувшей, проспав всю ночь. М-м-м, как хорошо, растянулась на кровати во все стороны. Солнышко вовсю светит, это хорошо. А значит время, сколько время? Вот же ж, я опоздала. Собираюсь натягивать штаны, как услышала знакомый похмельный храп. Присела. Алиссия, целая и невредимая, такая же, какой я её видела накануне. Даже чулки не порвала. Я подошла к ней и несмело потрясла.

— Алиссия, если я тебя не разбужу, ты меня не простишь. — усилила я колебания. — Алиссия, Рэм уже стучал, тебя спрашивал.

— Пусть подождёт. — прошептала она умирающим голосом.

— Ну сколько можно. Скоро уже праздник начнется. — уже со всей дури трясла её. — Так, щас я что-нибудь наколдую, волосы...

— Нет! — вскочила так, будто в неё резко вернули жизнь.

Что ж, такого эффекта я и ожидала. Только вот, обидно немножко.

Дверь в комнату тихонечко отворилась и появилась голова Роны: — Вы что, ещё одевайтесь? Давайте быстрей. — задумчиво сказала она и испарилась.

Быстро собравшись, мы направились к точке сбора. Рэма и Роны ещё не было, странно, мы с Алиссией сами опоздали минут на пятнадцать.

— И как это понимать? — подруга со злости пнула ближайший камень, за что и поплатилась. — Ай. — подпрыгивая на одной ноге, продолжила выкрикивать ругательства.

Вдруг, со стороны технической пристройки мы услышали странную какофонию звуков. Всё было в этом звуке — лязг металла, непонятный скрежет, выход пара от теплового котла, шум весёлой толпы. Мы с Алиссией сильно напряглись, но тут же успокоились.

Рэм сидел у руля самоходной кареты, Рона сидела рядом и излучала свою светлую энергию, а наши однокурсники догоняли это доисторическое чудо и всячески улюлюкали, поддерживая нашего главного изобретателя. Доехав до нас, машина с противным скрежетом замерла на месте, продолжая тарахтеть и выпускать пары.

— Дамы, запрыгивайте скорее, есть шанс, что до площади мы будем добираться пешком.

Мы поняли, что его прогноз точен на девяносто процентов и быстро запрыгнули на оставшиеся места сзади.

— Рэм, ты когда успел такую машину смастерить и сколько человек тебе помогало? — я потрогала обивку сидений. Невооружённым взглядом видно, что собирали её скрупулёзно, но, чтобы один человек справился с таким объёмом работ — этому я не верила.

— Нас пятеро, если ты об этом, мы решили выпускную работу вместе делать, ну а ушло у нас месяца два, и это без чертежей. Все тесты она прошла успешно, а как сегодня себя поведёт — мне неизвестно. Ну и кстати, назвали мы её "Тарахтелкой". Прошу любить и жаловать.

— Врёшь ты всё. — надула губки Рона. — А кто тебе разводные ключи приносил, а кто воду всем наливал?

— Извини, извини. — и чуть громче произнёс: — Нас было шестеро, а самой главной была Рона. Это её все слушались!

Рона на это лишь закатила глаза, сердито засунула руки в подмышки и уставилась в небо.

— А что там с Алиссией? — перекрикивая звук мотора, поинтересовался Рэм.

— Действительно. Спит она.

И все дружно засмеялись.

— А ничего, что нас уже все обогнали? — ребята с нашего курса объехали нас по встречке, посигналив на прощанье.

— Не боись, доберёмся. — Рэм был уверен.

Почти подъехали к городу, как нас остановил патрульный. Рэм быстро нажал на тормоз. Тарахтелка надрывно затрещала, а хозяин погладил её по корпусу и успокоил: — Тише маленькая, тише…

— Я так понимаю, курсанты из ВКИПИ, куда направляетесь? — подошёл к нам инспектор, с интересом разглядывая изобретение Рэма.

— Мы на праздник едем! — радостно сообщила Рона, за что брат ущипнул её за бок. — Ай!

— Уважаемый инспектор. Мы везём данное изобретение на выставку, вот направление от магистра. — он спешно достал из сумки бумагу и отдал инспектору.

Машина затрещала и загудела.

— Инспектор, быстрее. Мы можем не успеть, если она сейчас заглохнет, придётся вызывать эвакуатор.

Патрульный бегло изучил направление и отдал обратно.

— Ну тогда, счастливой дороги, юные изобретатели. — и напоследок легонько похлопал Тарахтелку по бамперу.

Чуть отъехав от поста, я заметила, что Рэм оглядывается, явно привлекая внимание. Я заподозрила подвох и спросила:

— Направление магистра подделка?

— Да, подделал прошлогоднее. — такую широкую улыбку я ещё в жизни не видела.

***

Давно я не была в городе, мимо проплывали двухэтажные одинаковые дома с красивыми фасадами, огороженные зеленью и деревьями. На каждом доме красовались золочёные флюгеры, и абсолютно все они были разными, будто только так хозяева подчёркивали индивидуальность своего дома. Скучновато, вот если у меня когда-нибудь будет свой дом — я сделаю его не похожим на остальные, каждая деталь в нём будет всем говорить: «Здесь живёт Беатрис».

Здания ближе к центру обрастают историей. Каменные величественные строения вмещают в себя дух древнейших времён. На крышах и в колоннах стоят статуи предков. Впитывая в себя энергию эфира, они напоминают нам о величественности избранных и их богов. Молчаливо наблюдают за нами, за своими потомками, храня в себе тайны, которые нам невозможно осмыслить. Мы словно мародёры, посмевшие зайти на их территорию, оскверняя их взор своим присутствием.

Жители Ваулрока оставили все свои дела и поддались праздничному духу, заражая других всеобщим весельем. Торговцы расположили свои лавки в каждом незаполненном уголочке центральных улиц. Детский смех питал улицы жизнью и волшебством. Наряженные малыши носились повсюду, разглядывая украшения. У каждой лавки непременно кто-то пускал слюну, но родители нещадно тащили их на центральную площадь.

— Держитесь! — я схватилась за сидение, и тут же резко всех подбросило на кочке.

Алиссия стукнулась головой: — Ай! — потирая ушибленное место спросила: — Мы приехали?

— Мы уже назад едем! — Рона повернула свою ехидную морду.

Алиссия задумчиво уставилась на меня, ожидая ответа.

— Бр-р-р. — остановил свою кобылу Рэм. — Приехали.

— Рэм, Рэм. — Рона трясла брата за рукав. — Купи мне вон ту сахарную вату! — и усилила колебания.

— Давай пирожок лучше возьму, сегодня же все не завтракали. — лёгкой походкой он направился в ближайшую лавку.

Рона надула губки, но побежала догонять брата. А Алиссия была явно не в духе.

— Ты чего такая?

— Какая такая? — подозрительно уставилась на меня.

— Красивая. — подколола я её, но эффекта не получила.

— Нашу вечеринку вчера комендантша Гретта накрыла. Сказала, что позвонит родителям. И вот теперь отец меня точно прибьёт. Это он еще про Векса не знает. — она судорожно оглядывалась по сторонам. — Давай так, если его увидишь, сразу мне говори.

— Радуйся, твой хотя бы о тебе вспоминает.

Довольная Рона поедала огромный пирожок.

— Главного обжору накормили. — Рэм разворошил волосы Роны на макушке, за что получил по руке. — Девушки, прошу угощайтесь. — галантно извлёк из сумки два румяных пирожка и протянул нам с Алиссией.

— Ох, как внимательно с вашей стороны. —приняла игру Алиссия и присела в реверансе.

— Спасибо. — нерешительно приняла угощение. — Я тебе деньги завтра отдам.

Он серьёзно посмотрел на меня. — Не надо. — резко переключился на весёлого. — Ну что, концерт нас заждался. — предложил Роне локоть и под ручку пошёл вперёд.

— Встречайте его величество, Людвиг Казимир Торгон!

Король вышел на балкон. Толпа затихла. Он поднял руку, улыбается, но в глазах — усталость и торжественность.

— Жители Ваулрока! Гости нашего славного королевства!

Толпа взорвалась приветственными криками. Король немного подождал, поднял руку — тишина.

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы отметить великий день — тысячелетие победы над тьмой. Тысячу лет назад Хронос очистил наши земли от зла, и с тех пор мы живём в мире и спокойствии.

Король оглядел толпу.

— Но мир — не то, что даётся раз и навсегда. Его нужно беречь. И сегодня, в этот священный день, нам напомнят об этом. Сегодня вы увидите представление, услышите песни, а потом... потом будет объявлено нечто важное.

Он делал длинную паузу, будто сам не до конца знает, что скажет дальше.

— А пока — веселитесь, пойте, радуйтесь! Пусть этот день запомнится вам надолго!

Толпа заликовала. Король кивнул и ушёл вглубь балкона.

На сцену вышел ведущий, прочистил горло, и вся толпа опять замерла в ожидании. Я только сейчас заметила звукоусилители по всему периметру площади.

— Жители Ваулрока! Для вас сегодня выступают лучшие сказители, певцы и лицедеи нашего королевства. Сегодня вы услышите балладу о воине, которому сам Хронос даровал силу. Сегодня вы увидите сказку о создателях мира и о двух солнцах, что когда-то сияли в небе. — поднял руку к небу.

— Пусть сегодняшний день войдёт в легенды! Пусть каждый из вас унесёт в своём сердце частицу этого света!

Аплодисменты захватили всю площадь. А ведущий удалился.

Тишина. Музыканты вынесли табуреты и принялись играть на своих инструментах. Музыка прекрасной мелодией растеклась по всей площади, откликаясь в душе каждого. Показалась прекрасная женщина в возрасте.

— Сказывают, в стародавние времена, когда ещё звёзды были пузырьками, а солнце плыло по течению, жили на свете двое. Создатель и его Свет.

На сцену вышли двое: мужчина в мантии с капюшоном, закрывающим лицо и женщина в белом платье, вышитом золотыми нитками. Она с вязанием в руках, он смотрит на небо.

— Вместе они строили миры. Один за другим. Перебирали, как чётки. Пока не нашли тот, в котором захотели остаться.

Они оглядываются, улыбаются друг другу.

— И остались. Жили долго. Делали наш мир лучше и лучше.

Они изображают что сажают, чертят, поправляют. Я, глядя на это, хохотнула.

— И создали они первого духа.

Создатели отошли в сторонку. На сцену выбежал мальчишка в голубой накидке, музыканты прервались и началась другая мелодия, а мальчик начал отплясывать озорной танец.

— Тоже мне, я тоже так могу. — буркнула Рона.

Мальчик поклонился и убежал. Зрители поблагодарили.

— Но прожив многие годы создатели решили наконец отдохнуть. Они обнялись в последний раз и рассыпались на много миллионов огоньков.

Создатели разошлись в разные стороны. На сцену выбежало много маленьких детишек в разноцветных накидках.

— Ух, какие прикольные. — запищала Алиссия.

Музыка поменялась. И начался хоровод снежинок.

Хоровод снежинок остановился.

— Эти огоньки стали духами, что следят за миром без устали.

Снежинки опять полетели. Остановились и убежали под ликование толпы. Затем мальчишка снова выбежал на сцену.

— А первый дух, тот, что создатели сделали первым, рос, рос, рос…

Мальчик показывает, как пыхтит и становится выше. И убежал.

— Пока однажды не поднялся в небо и не стал вторым солнцем.

На сцену выбежали два парня в жёлтых накидках с капюшонами. Музыканты поменяли мелодию. И парни начали танец. Поклонились, получили овации и остались на сцене.

— Говорят, некогда было два солнца. Одно — наше, привычное. Второе — странное, холодное, но прекрасное. Но в один из дней второе солнце куда-то пропало. Правда это, или быль, никто не знает. Но мудрые говорят: «Если очень сильно желать — оно появится снова.»

Все артисты вышли на сцену и поклонились. Площадь рукоплескала.

Затем на сцену неспеша, но уверенно вышел мужчина в возрасте с табуретом и гуслями в руках. Рона дёрнула брата за рукав и зашептала ему на ухо про туалет. Рэм поморщился, махнул рукой:

— Иди, только быстро. И не потеряйся!

Рона кивнула и растворилась. Рэм даже не посмотрел вслед — слишком ему было интересно.

А я почувствовала что-то неладное. Но решила, что показалось. По площади пробежал шёпот и быстро затих. Певец оглядел всех присутствующих и запел.

«В стародавние годы, люди сказывают, жил

Воитель, что смерти не знал.

Сколько битв он прошел — никого не щадил,

Ни разу лица не склонял.

Говорят, явился к нему в час ночной

Голубоглазый тот свет.

Дал ему силу — не поймёшь, что почём,

И сгинул во тьме без примет.

Век проходил, за ним другой миновал,

Воитель всё там же стоял.

Никто не считал, сколько зим пролетело,

Никто ничего не считал.

А свет тот ночами, бают, всё мелькал —

То в поле, то в чаще лесной.

Кто видел — крестился, а кто убегал,

А имя ему... сам знаешь, какой.

Ой, Хронос, Хронос, кто ты такой?

Что за подарок принёс?

Воитель наш стал как скала под горой,

А ты ему душу унёс.

А воин ушёл, говорят, на закат,

Туда, где кончается свет.

А дух тот поныне, как сказывал брат,

Всё ищет, кому бы согреть.

Ты встретишь его — не бойся, постой,

Скажи: «Я не трушу, я свой».

Он рядом пройдёт, улыбнётся, родной,

И махнёт тебе вслед рукой.»

Я услышала всхлипы, оглянулась, и увидела, как многие девушки и женщины плачут в немой тишине. Мужчины всасывают слёзы обратно в глаза. А дети поедают сладости и не понимают в чём дело. Только Роны до сих пор не было. Секунда, две, три. И все взорвались от эмоций.

— Рэм, Рона где?

Я почувствовала его панику.

— Алиссия, останься здесь, вдруг она вернётся, а мы пойдём поищем.

На балкон вышел король.

— А вон там, кто? — Алиссия указала куда-то пальцем.

Я повернула голову и увидела проказницу на высокой колонне, увитой праздничными флагами.

— Сейчас я открою капсулу времени, что покоилась тысячу лет в нашем хранилище. Сам Хронос повелевал сохранить это пророчество до сего дня. — торжественно заявил король.

Он открыл капсулу и достал из неё железную табличку.

Ругательства проносились в моей голове, пока я протискивалась сквозь толпу.

— Тысячу лет назад мы очистили эти земли от зла. Этот день символизирует непоколебимую веру в победу, в то, что мы можем обратить молитву в силу — силу, способную защитить мир и спокойствие. — читал король с таблички.

Я добежала до Роны, но в её глазах я увидела страх.

— Рона, слазь давай.

— Не могу, ой!

Теперь я увидела, что колонна стоит неуверенно и от каждого движения Роны она вот-вот упадёт.

—И сегодня, благодаря вашей вере, свершилось чудо. Сейчас вы увидите рождение нового избранного. — продолжал король.

— Помогите ребёнку! — одна женщина из толпы крикнула в пустоту.

Король прервался и увидел причину крика.

— Помогите же дитю.

Рона сильнее заволновалась и затрепыхалась от того, что она стала центральным объектом внимания. Колонна полетела вниз. Толпа разбежалась, испугавшись попасть под удар. И воздух завибрировал. Время замедлилось. Стук сердца раз, два…

И Рона уже в моих руках. Толпа в шоке.

— За сим я, Хронос, повелеваю избранному принести жертву. Эта жертва необходима в борьбе за наше существование. Жертвоприношение состоится на главном жертвенном камне площади в полночь.»

Стоп. Что? Люди, не отойдя от оцепенения медленно повернули голову к балкону. Я отпустила Рону.

— Вы видели?

— Избранная!

— Какая жертва?

Людской шёпот становился всё громче и громче. Пока король не поднял руку.

— Вы все стали свидетелями появления избранного. Что это, если не проделки самих богов. Посему, послание Хроноса обжалованию не подлежит. А избранного привезти ко мне.

Ко мне уже шли стражи. А на сцену вышел хор и запел гимн.

«Над скалами Ваулрока солнце встаёт,

Где молот и камень — наш народ.

В горнах куётся судьба,

В сердце не гаснет борьба.

Здесь секвойи хранят тишину,

Время течёт сквозь века и молву.

Мы строим миры из металла и снов —

Из верности, стали и вечных оков.

Мы помним тех, кто ушёл в тишину,

Кто строил твердыни, кто пал за страну.

Их души в секвойях, их свет в кузнецах,