Разбитое сердце

Два гения музыкального мира — старый мудрый мастер и дерзкий молодой виртуоз попались в ироничной ловушке судьбы. Любовь часто выбирала не ту дверь, но входила в ту же семью.

Вена XVIII века была пропитана запахом пудры, париков и интриг. Йозеф, тогда ещё не «папа Гайдн», а молодой, амбициозный капельмейстер, давал уроки музыки дочерям придворного парикмахера.

Его сердце принадлежало младшей — Терезе. Она была кроткой, музыкальной. Гайдн уже представлял их тихую жизнь, но у папаши дочерей были свои планы. Терезу отправили в монастырь.

Старик, не желая упускать талантливого жениха, предложил «замену»:

«Йозеф, зачем тебе монахиня? У меня есть старшая дочь, Мария Анна. Она свободна!»

Гайдн, будучи человеком чести, согласился. Это была катастрофа. Невеста была старше, совершенно не понимала музыку и, по слухам, использовала партитуры мужа вместо бумаги для выпечки. Их брак — взаимное равнодушия и колкие шутки. Гайдн часто называл её «бестией», но до конца дней содержал и заботился.

Спустя несколько десятилетий история повторилась, но с другим размахом. Молодой Вольфганг приехал в Мангейм и буквально потерял голову. Его музой стала Алоизия — красавица с ангельским сопрано.

Вольфганг писал отцу восторженные письма, мечтая увезти её в Италию и сделать примадонной. Но когда он вернулся за ней, уже не как вундеркинд, а как ищущий работу музыкант, Алоизия — ставшая знаменитой — холодно дала ему понять, что он ей больше не интересен, даже не узнав его.

Моцарт был раздавлен. Но семья Вебер никуда не делась. Прошло несколько лет, и судьба снова свела его с ними в Вене. На этот раз его внимание привлекла младшая сестра — Констанция.

В отличие от жены Гайдна, Констанция была живой, лёгкой на подъём и такой же непрактичной, как сам Моцарт. Отец Вольфганга, Леопольд, был в ужасе: он считал, что семья Вебер просто «охотится» за его гениальным сыном.

Но Вольфганг видел в Констанции черты без холодности старшей сестры. Она стала его опорой в безумном мире долгов и гениальных озарений. Хотя Алоизия навсегда осталась в его музыке (он даже продолжал писать для неё сложнейшие арии), именно Констанция была рядом, когда он писал свои гениальные произведения.

Оба великих композитора искали любовь в одном лице, а нашли её в зеркальном отражении — в сёстрах. Гайдн через этот брак научился спокойствию, а Моцарт — земному счастью, которое вдохновляло его на самые св

етлые образы.