Разбойница Зенидаэ и Тайна Пустыни

Солнце над пустыней Зохара светило так ярко, что выжигало глаза. Вместе с сухим ветром и пустой флягой он представлял страшную опасность неразумному путнику, посему их нечасто можно было тут встретить. Это обстоятельство и сподвигло атамана одной незадачливой бандитской шайки разбить лагерь в одной пещере. Само собой, в пустыне нечем было поживиться, однако после недавней удачной вылазки людям требовался отдых. Трофей был на редкость богатый: три толстых тюка жареного мяса, одиннадцать мешков с овощами и тринадцать с пшеницей, четыре мешка с финиками и апельсинами, одиннадцать фляг хорошего вина, немного украшений, снятых с шей богатых барышень, и три мешочка монет. Наверно, любому разбойнику из лесной провинции это кажется скромной наградой, однако народу, живущему в пустыне, добрая пища и питье важнее золота. Тем более что то была одна из тех одиноких деревень, стоящих вдалеке от городов, которые не полагаются на наличные деньги, а преимущественно обмениваются бартером с соседними деревнями и кочевниками. Без стен и городской стражи, она стала идеальной жертвой для нападения. Местное ополчение не было способно отбить несколько десятков разбойников, и те были вынуждены сдаться без боя. Что, к сожалению, не уберегло некоторых крестьян от жестокости вольного народца.

Мужчины ели и пили, пели старые песни местного народа. Мотивом некоторые из этих песен совершенно очевидно было порицание разбойничьей деятельности, но оркестр это ничуть не смущало. Пели они так громко, что тому же лесному разбойнику стало бы не по себе от мысли о королевском патруле. Да только эти пески и острые камни с самого сотворения мира не видели никаких патрулей, ибо между деревнями, построенными на редких оазисах и реках, расстояния слишком велики. Здесь же, в пещере, отдыхали вьючные ослы, на которых бандиты привезли награбленное.

На дозор был поставлен один только человек, который захмелел чуть слабее прочих. Солнце уже почти садилось, от буйного веселья клонило в сон, а люди тут появляются чуть чаще, чем дельфины, поэтому свою дозорную службу этот человек выполнял неохотно, посматривая через плечо краем глаза и крайне редко. Потому, когда в восьми милях от лагеря появился силуэт человека, замыленный глаз охранника не отличил его от скалы. Конечно же, он не вспомнил, что скал в том направлении и не было, а скалы, как известно, гулять не любят. Когда, спустя весьма долгое время, охранник вновь оглядел пустыню, силуэт был уже в двух милях от пещеры. Только тогда охранник сообразил.

- Народ, да у нас гости.

Шайка была уже прилично пьяна, потому пришлось крикнуть еще раз и громче. Атаман приказал встретить гостя десятку своих людей. Те с явной неохотой встали с насиженных мест доплели до незнакомца.

- Ау, слышь, горемыка. Мы, как видишь, празднуем, сегодня добрые. Если подкинешь к столу, да подаришь чего, можешь идти гулять дальше. Мы даже воду твою не заберем. Видишь какие мы добрые, а? - ухмыльнулся самый большой и крепкий разбойник, настоящий великан. Говорил он правду.

- Какого!? Он ж наш лагерь нашел, недоумок. Его нельзя отпускать, - завозмущался его напарник.

- Да ты чего, брат? Оставим его, что станет-то с него… - неохотно запротестовал первый. Неохотно, потому что со своей бандой ссорится не с руки бандиту, но и лишнюю кровь проливать не хочется.

- Хэй народ, да это ж женщина. Присмотритесь-ка – при этих словах по толпе пробежал мрачный гогот, а в логове заворошились и встали еще трое человек.

- Ну, принцесса, лучше бы вам не сопротивляться, не то нам… - тот, который предложил не отпускать незнакомца, не успел закончить свою едкую насмешку, как поднялся страшный ветер, и туча песка накрыла его и его товарищей. От поднявшегося ветра загоготали ослы. Ветер утих почти мгновенно, и когда пыль улеглась, Девушка промчалась от врага к врагу с такой сумасшедшей скоростью, что весь отряд пал почти одновременно.

Вся толпа лежала неподвижно. Только великан немного дергался от боли, пока незнакомка неспешным твердым шагом, с окровавленной саблей в руке шла к пещере. По свисту атамана поднялись все разбойники. Даже те, кто спал, мгновенно открыли глаза и двинулись на неприятеля.

Расправа была быстрой и кровавой. Разбойники уже приготовились к очередной пылевой буре и надели очки для путешествий в пустыне, но незнакомка была хитрее. Неожиданно ее тело скрылось в столбе света, столь яркого, что от него сильно болели глаза. Ослы в страхе разбежались по окрестностям, две особи потеряли сознание от нервного срыва. Пока сиял свет, девушка быстрыми шагами приблизилась к каждому оппоненту по очереди, после чего тот падал на колени. В банде были и лучники, но преимуществом дистанции невозможно воспользоваться, если ты не видишь куда стреляешь. И на слух нельзя полагаться, потому что двигалась девушка на удивление тихо. В этом заключалась боевая хитрость: дай врагу подумать, что применишь прием «А» и неожиданно примени прием «Б». Ни атаман, ни кто-либо из банды не сражался с кем-то с волшебными способностями, и не приготовил запасной стратегии.

Через минуту свет погас, но не было уже никого, кто мог это видеть. Было абсолютно тихо. Девушка прогулялась по пещере, взяла только деньги, драгоценности и припасов, сколько потребуется на дорогу обратно. На одних руках много не унести, поэтому остальную пищу и питье придется оставить.

Когда шаги девушки стихли вдалеке, великан осторожно открыл глаза и проводил ее взглядом. Когда она скрылась за горизонтом, мужчина наконец осмелился встать, что потребовало от него немало сил, ибо был он сильно, но не смертельно ранен. Наспех перевязав рану, великан уже собрался осмотреть каждого товарища и найти уцелевших, но тщательный осмотр не понадобился. Буквально каждый был обезглавлен, головы валялись тут и там по всей пещере, пустынный ветер катил головы снаружи. Мужчине стало дурно, в глазах помутнело, а затем его вовсе вывернуло наизнанку, что было крайне больно с раной на туловище.

В вероятность произошедшего было трудно поверить. Он бы сам не смог в это поверить, если б не видел собственными глазами. Пугала тут не столько жестокость, с которой была учинена расправа, сколько удивительная сила палача. Даже не смотря на то, что кривизна сабли и вес ее лезвия идеально подходили для рубящего удара, срубить голову на самом деле не так и легко. Молодому солдату требуются месяцы подготовки, чтоб натренировать руку и сноровку. И даже после этого, любой опытный мясник скажет вам, что рубить несколько десяток туш подряд за пару минут – непосильная задача даже для крепкого мужчины. Тут нужна просто лошадиная выносливость.

«Неужто пощадила? Но почему?» задал он себе вопрос, когда пришел немного в себя. Ему надо было срочно восполнять потерю крови, поэтому он прильнул к чарке с чистой водой. Постепенно отступил страх, притупивший чувства голода и усталости. Великан жадно набросился на мясо – делить его уже не с кем.

Его одолевала усталость, клонило ко сну, но спать в окружении мертвецов просто невозможно. Особенно ему, ибо великан, хоть и был бандит, еще ни разу не пролил кровь. До сих пор он только смотрел со стороны, как убивают его товарищи, но самому ему всю жизнь было достаточно просто выглядеть устрашающим со своими широченными плечами и бандитским оскалом. Само собой он не святоша, такой же бандит и разгильдяй, не желающий честно работать, как и остальные его друзья, и все же этого единственного отличия было достаточно, чтобы прямо сейчас он никак не мог уснуть на собственной постели. Тем более что больше нет дозора, пусть последний и не был такой необходимостью в этой земле. Звезды свидетели, от настоящей беды не спасет никакой дозор. Великан взял свою постель и расположился за пределами пещеры, у подножья горы, в которой была та пещера, где из-за камней и выступов не было видно его прежнего дома.

Перед тем, как он уснул, ворох самых мыслей посетило его голову. Он прокрутил в голове последовательность событий, которые сопровождали эту трагедию, и тут до него дошло.

«Может ли быть, что меня пощадили только потому, что я был против насилия над ней? Да не, быть такого не может. Секунду, как я тогда сказал? «…Можешь идти гулять дальше. Мы даже воду твою не заберем…». Да не, как она могла поверить моим словам? Неужто эти единственные слова защитили меня от смерти? Невозможно». Он уже почти провалился в сон, ка вдруг еще один неожиданный вопрос молнией пронесся у него в голове, от чего он аж встал с постели.

«Погодите, а как она нас выследила? Она же, получается, целенаправленно искала именно нас? В этой огромной пустыне?»

***