Разделяй и властвуй

Русский

Румынский

— РИВ —

Артём с трудом держал себя в сознании, пока вёл буханку и её пассажиров прочь из самого радиоактивного города, в котором он когда-либо был.

Осталось всего ничего... ничего...

Артём прекрасно помнил, как до такого дошло.

После битвы за Д-6, Артём принял решение уйти из Ордена. Мельник отпустил его с очень большой неохотой, людей у него было на перечёт. Но всё же он отправил ему на ВДНХ отряд спартанцев во главе с Анной, его довольно близкой подругой и единственной женщиной в отряде, для защиты станции и на случай, если он передумает. Так длилось полгода.

Однако около года назад, благодаря его действиям, он и отряд спартанцев вместе с машинистом Ермаком смылись из Москвы на поезде. Мельник был очень им недоволен, но дальнейшие события испарили его обиду на Артёма. Отряд был в неведении относительно всей ситуации, потому не цеплялись к нему.

Они провели этот год в путешествиях по России на Восток, и много где побывали и увидали.

Но не обошлось без неприятностей.

Одна из таких произошла практически в самом начале.

Во время вынужденной остановки на Волге, Аня, уйдя на разведку, провалилась на замурованный склад химикатов через дыру в отсыревшей земле и потеряла сознание, надышавшись газом. О болезни она была молчок, пока не стало почти слишком поздно.

Экипаж, и Мельник частности, не мог думать ни о чём другом, кроме поиска лекарства. К счастью, зацепка нашлась. Но ради лекарства им предстояло совершить путешествие в Ад и обратно, ибо оно находилось в Новосибирске, городе, где радиация намного превышала московскую. Мельник разделил экипаж на две группы: первая включала его и Артёма, а вторая — всех остальных. Все возражения он просто задавил авторитетом. Артём в принципе был согласен, как минимум половина вины лежала на его плечах.

Но они справились, они нашли не только лекарство, но также выжившего жителя местного Метро, который указал им возможный путь к долгожданному чистому от всего возможного месту. Дело осталось за малым: покинуть это богом проклятое место.

Но как ни странно, мысли двигались в другом направлении. В направлении секрета, который Артём никому и никогда не рассказывал.

Этим секретом были сны. Точнее, их содержимое. Они начались после из Д-6 на ВДНХ. Почти через раз, когда Артём засыпал, он видел старую вокзальную станцию где-то за пределами Москвы. Каждый раз там был начинающийся летний закат. Это был один из его стимулов к достижению своей мечты.

Но самое странное было в том, что он был там не один.

У него была компания в виде женщины в чёрной одежде и такого же цвета скрывающей лицо вуали. Первые попытки наладить контакт провалились, они говорили на разных языках. Впрочем, женщина почти мгновенно это решила, и они смогли наконец общаться.

Сны почему-то не давали называть друг другу имена, но они выкрутились, давая подсказки. Её подсказкой было узнать, как будет по-итальянски «женщина». Идиота этот вопрос привёл в замешательство, но он ответил.

Донна. Так её звали.

Артём мог признаться себе, что ему комфортно в обществе Донны. Они говорили, обсуждали, смеялись. Обоим было хорошо.

Однажды Артём уговорил её снять вуаль. Тогда он впервые увидел её лицо. Лицо Ани было первым с чьим он сравнил лицо Донны. Но даже не смотря на огромный абсцесс на правом глазу, оно показалось ему прекрасным. Он невольно сравнивал Донну с Аней, и понял, что Донна ему нравится больше. Артём не стал делать Ане предложение руки и сердца. Они принадлежали другой. Артём согласился с Донной, что они не смогли бы встретиться в живую, но по-прежнему не терял надежду. Донна также научила его говорить на румынском языке на довольно хорошем уровне. Его товарищи недоумевали, где Артём выучил румынский, но затем просто привыкли.

Но к обоюдному неудовольствию, встречи начали сокращаться. Он видел её не чаще раза в неделю, и это очень его не устраивало. Однако это также помогло ему сосредоточиться на добыче лекарства для Ани.

И что самое удивительное, последней мыслью перед тем, как он отключился, было имя.

— Донна... — одними губами произнёс он и позволил тьме захватить себя, остановив буханку у шлагбаума.

К сожалению, Кирилл не успел среагировать на резкую потерю сознания водителя, от чего того легонько отрикошетило от руля, и Артём, завалившись влево, задел ручку двери, открывавшей её изнутри, и вывалился из машины, потому единственное, что заметил мальчик, это яркий свет, затмивший собой лунный, но который был характерен пространственной аномалии. С замешательством на лице, Кирилл перелез к рулю и выглянул наружу. Но увидел только сделавшую своё дело аномалию, и, несмотря на охвативший его ужас, захлопнул дверь и обхватил руками колени, дав волю слезам. Больше он сделать ничего не мог.

— РИВ —

Отменив запланированное на вечер собрание и только бросив, что скоро вернётся, Матерь Миранда куда-то пропала, что для неё было нехарактерно, а лорды, разочарованные тем, что пришли ради одной минуты, разошлись.

Сегодня Донне Беневиенто не спалось, и она решила провести ночь за созданием очередного фарфорового друга. Закончив с нарядом и одев куклу, Донна вернулась из подвала, заварила себе чай и уселась на диван перед столиком. Поставив на него чашку с блюдцем, её взгляд зацепился за один из переделанных на местный лад учебник по русскому языку. Донна улыбнулась, невольно погрузившись в воспоминания.

Почти полтора года ей снится одно и тоже место: заброшенная, замусоренная и заросшая железнодорожная станция — где она виделась с ним, молодым человеком с темными волосами лет двадцати с небольшим. Исходив станцию вдоль и поперёк за три раза, они, в попытке найти объяснение этих встреч, начали общаться. Только вот с некоторыми трудностями: они не могли сначала понять друг друга (к счастью, Донна немного понимала по-русски благодаря урокам матери), затем назвать свои имена, поскольку сны немедленно прекращались.

Писать тоже не могли — бумаги не было. Как же они потом хохотали, когда узнали, что можно писать веткой по грязи. Донна в жизни так не смеялась. Хотя они смогли решить проблему: ей кое-как, но удалось попросить его поискать, как будет «Женщина» по-итальянски, а он сказал, что его состоит из пяти букв, двух гласных и трёх согласных, и начинается на первую букву русского алфавита, а заканчивается на букву М. Обратившись за помощью к Герцогу, она выяснила имя — Артём.

Наконец-то у неё появился собеседник помимо Энджи. Чтобы понимать его, Донна заказала у Герцога вместе с тканями учебники. Тот, как всегда, заломил цену, но они того стоили, денег у Донны хватало. Научившись более-менее говорить по-русски, она начала учить его румынскому. Артём, не желая обижать Донну незнанием языка, оказался очень способным учеником. По его словам, он — житель подземелий московского метрополитена. Почему он жил в метро, он не говорил, но Донна уважала его право на приватность. Артём больше рассказывал о приключениях в Метро. Донна, слушая с неподдельным интересом, впитывала эти рассказы, оказавшиеся поинтереснее романов из её библиотеки, как губка, но давая знать и о себе, других и деревне.

Когда он спросил, почему она носит вуаль, Донна отказалась говорить, но он смог её уговорить снять её. Она думала, что он оттолкнёт её так же, как и другие, но он просто пожал плечами:

— Абсцесс как абсцесс, ну и что? Сам тоже в следах от взаимодействия с мутантами.

Она не верила, но опыт указывал, что он с ней искренен, так сам по своей сути ненамного старше её. Артём отметил её внешнее сходство с его коллегой по Ордену Аней, но видел разницу между ней и Донной, и не в пользу первой.

Время этих встреч стало тем, чего Донна с нетерпением ожидала каждую ночь, но ей так же хотелось, чтобы Артём как-нибудь навестил её в живую, хотя понимала, что такое по понятным причинам просто невозможно. Ей однажды даже удалось изменить место встречи, проведя Артёма по иллюзии её дома, но надолго её не хватило, и он мало что успел запомнить, однако он был благодарен и за это. Она старалась прятать от своих, что ей становится лучше. Как минимум Карл это заметил, однако ничего не сказал.

Но в последнее время встречи стали очень редкими, дай бог если раз в неделю. Сама Донна, как и Артём, тоже не была этому рада, понимая, что что-то мешает им видеться, но не понимала, что это значит.

— «Ни одной встречи с начала февраля. Интересно, как он там? Добыл ли лекарство?», — вздохнув, она сделала последний глоток чая и поставила пустую чашку на блюдце.

— Донна... — услышала Донна едва различимый шёпот.

Донна аж подпрыгнула от неожиданности.

— Что такое? — заметила это Энджи.

— Ты это слышала? — завертела головой Донна.

— Что слышала? — не поняла Энджи.

— Не важно... — отрезала Донна.

— Ты устала, — решила Энджи. — Иди поспи немного. Скоро новое собрание.

— Наверно... — согласилась Донна и ушла в свою спальню. — «И всё же, что это было?»

— РИВ —

Артём пришёл в себя сильно контуженный, и ему понадобилось около десяти минут, чтобы начать нормально соображать.

— «Где это я?» — начал озираться он, в глазах всё ещё мутило.

Светало, спался снег.

Последнее, что он помнил, это как занял место Полковника за рулём и повёл машину к выезду из города. Похоже, из-за дозы радиации, которую он подхватил в Новосибирске, Артём потерял сознание. И почему он лежал в снегу? Он же был за рулём. Выпал с водительского места? Дверь же вроде была закрыта...

Как ни странно, но ощущения, испытываемые от облучения, почти не чувствовались, как будто ему уже сделали переливание крови. Дозиметр молчал, можно было дышать без противогаза. Снаряжение и оружие, состоящие из «Рельсы» Полковника, «Калаша» с коллиматором и магазином на 45 патронов, двуствольного дробовика «Ашота» с ЛЦУ, и патроны к ним были на месте.

Артём осознал, что оказался посреди леса у перевёрнутого грузовика незнакомой конструкции, рядом с которым валялось тело, судя по форме, какого-то оперативника. Нашивка с аббревиатурой ему ничего не говорила, но она была английской, что означает нахождение на вражеской территории. Кое-как встав на ноги, Артём отряхнулся от снега, подошёл к фуре и осмотрел жмура. Недавно убитый, ничего полезного. Какой-то непонятный прямоугольный предмет с кнопками Артём отбросил за ненадобностью — не работал. Рядом лежала папка с документами на английском. Артём подобрал её. Читать немного по-английски он умел. Всё-таки не зря Полковник заставлял бойцов учить назубок составленные Сэмом русско-английский разговорник и краткий словарь, а ещё регулярно практиковаться.

— Так, цель... тело... взять Розмари Уинтерс и Етхана... Ой, Итана Уинтреса... взять обоих в пункт Ц для чего-то... и ещё два чего-то... Ни хрена не понял, но ладно, — Артём засунул папку в рюкзак.

Оглядевшись снова, Артём увидел ведущие в чащу следы, которые уже почти замело, проверил ещё раз снаряжение, и пошёл по ним.

Вид привязанных к веткам и висящих клювами вниз дохлых ворон заставил напрячься, но он и не такое видал. Кровавый след на снегу привёл его к дыре в ограде из колючей проволоки, пролезши под которой и пройдя по мостику, Артём оказался у хижины, где кто-то был совсем недавно, оставив после себя полный бардак. Типичный случай. Пройдя через дыру в стене и дальше по тропе, он оказался на горном хребте, откуда открывался потрясающий вид на самый настоящий величественный замок и находящуюся внизу горную деревню.

Только-только встало солнце, но часы показывали не то время, и настроить их не представлялось возможным.

— «Так, если сейчас светает, то значит в той стороне восток, замок на юге, особняк на западе, а пришёл я с севера, — рассудил Артём, глянув на компас на наруче. — Эх, карту бы какую...»

Но Артём не успел как следует насладиться видом, так как его отвлекла заработавшая рация. Артём достал планшет и прислушался. Какая-то женщина говорила, как он понял, по-английски, и он отчётливо услышал «Луиза», «дом» и «выжившие». Тут внимание Артёма привлёк огонь, а точнее пожар — дома начали полыхать. Достав бинокль, он увидел прыгающих по крышам каких-то ненормальных существ, но, приглядевшись, понял, что это мутанты, причём вооружённые.

— «Плохо дело, — подумал Артём. — Если по деревне такие уроды скачут, местные долго не протянут. Говоря о местных, — он заметил, как мутанты гоняются по улице за вполне успешно отбивающимся от них светловолосым парнем в бежевой куртке где-то рядом с площадью. — Надо спускаться!».

Пока он добирался до дороги, раздался звон колокола, и проигнорировавшие Артёма твари убрались восвояси.

— Ну и разруха, — присвистнул он, держа в руках «Ашот». С учётом расстояния между домами, от него будет больше толку.

Дойдя до развилки, он пошёл направо, чтобы осмотреть разрушенные дома. Там его внимание привлекла лежащая в колыбельке мягкая игрушка в виде непонятной зверушки. Непонятно зачем, но он затолкал её в сумку.

— «Интересно, тот парень ещё жив или его уже сцапали?».

Артём вернулся на развилке и пошёл по главной дороге, сторонясь отрубленных козьих голов. Указатель он смог прочесть только по буквам, поскольку этих слов не знал.

Тут он услышал эхо какого-то звука, похожего на истерический хохот, раздававшийся где-то впереди.

Что это было?

Свернув в единственном доступном направлении, он вышел на задний двор одного из домов и, глянув на странную запертую решетчатую дверь с символом, по другую сторону которой бегали куры, вошёл в дом, на уголке крыши которого горел подвесной у́гольный светильник. Внутри на столике у дальней стены, перед которой валялась груда хлама, горела керосиновая лампа, освещающая проход на кухню. Расчистив завал и зайдя туда, Артём обратил внимание на дыры в потолке, полу и стене. Должно быть, так эти твари сюда проникли. Выйдя через дыру в стене во двор, он увидел открытые ворота, возле которых валялись цепь с болторезом, и, проверив на всякий пожарный сарай и не найдя там ничего, пошёл дальше.

Увиденное им состояние улицы можно было смело называть полем боя. Всё, что горело, уже потухло от холодного ветра. Однако вбитые жизнью сталкерские привычки не перебороть, и Артём начал осматривать здания, но не нашёл ничего полезного. Трупа того парня нигде не было, значит, он, возможно, ещё живой, и прихватил всё, что смог.

Вдруг что-то звякнуло под сапогом. Артём убрал ногу, и поднял с земли небольшой мешочек, внутри которого были монеты с изображением идущего воющего волка. Судя по всему, тут явно не расплачиваются патронами, потому Артём, найдя монеты на сумму в 800 единиц местной валюты, положил потолстевший мешочек в подсумок, мало ли пригодится. Закончив и отметив ещё одну решетчатую дверь в домике с водяной мельницей, он подошёл к красным воротам и открыл их, выйдя на площадь, в центре которой стояла статуя девушки с мечом и щитом.

— Тьфу, не деревня, а посёлок городского типа. Ну и где мне тут искать дом Луизы?

Указатели ничего полезного не дали, хотя странное слово на Д зацепило, но чем он не мог понять. Артём посмотрел по сторонам и заметил клубы дыма с западной стороны.

Туда!

Тропинка привела его к раскрытым воротам, ведущим в замок, но ему было не в ту сторону. Повернув к другим воротам и пройдя через них, Артём оказался у небольшой церквушки.

— «Зачем кому-то ставить игрушку на крышу?» — подумал он, приметив на крыше небольшую деревянную козочку. Войдя внутрь, Артём заметил на стуле карту, показывающую, где дом Луизы. Значит, он на верном пути. Присев на пять минут на этот самый стул перевести дух, он вытер ладонью пот со лба, но таким резким движением, что задул на правой стороне алтаря свечи, после чего посмотрел на него, увидев висящую икону, изображавшую женщину в странной маске.

— Это ещё кто? — спросил себя Артём. Он видел иконы раньше, но такую впервые.

Поморгав, чтобы глаза привыкли к свету, он заметил три фотографии в форме ромба. Одна изображала вполне красивую женщину в платье и шляпе, другая профиль патлатого мужика в пальто, шляпе и очках, а третья вообще какую-то тварь с перевязкой костей на башке. Хмыкнув, Артём вышел через другую дверь и направился в делянку под паром.

Пройдя через ворота, Артём увидел, что дом и был источником дыма. И загорелся он, считай, только что, но внутрь было не пройти из-за обвала. А значит и выбраться оттуда никто не мог. Может, через окно с чердака на балкон, а с него на землю, но это вряд ли, ибо пришлось бы действовать быстро.

— Опоздал, — констатировал факт Артём, покачав головой.

Приметив на крыльце шкатулку, он нашёл в ней ожерелье. Решив, что оно уже никому не понадобится, он забрал его, но из-за скользких перчаток уронил, и из украшения выпал самоцвет, а за ним и ключик.

— Ничего себе, — удивился Артём, ложа всё в подсумок с деньгами. — Я бы не додумался. А?

Рядом раздалось рычание.

— «Явились, не запылились», — Артём вскинул «Ашот» и аккуратно выглянул за ворота.

Снаружи бродил мутант с мачете. Ну и урод. На вид человек, только кожа какая-то серая, волосы грязные, носит какие-то тряпки, вместо рта — пасть и передвигается подобно зверолюду. Его повадки напомнили Артёму стражей. Наверняка разведчик, стоит которому завыть, как сбежится вся стая, а этого ему не надо. Артём чуть-чуть толкнул ворота, прячась за ними и привлекая внимание мутанта. Тот забрёл во двор.

БАБАХ!

Двойной выстрел картечью оборвал мутанту жизнь, безголовое тело упало и уже через секунду, к изумлению Артёма, рассыпалось в пыль.

— Ого, — только и мог сказать Артём. Такое он видел впервые. — Ну, хоть труп убирать не надо.

Воя не последовало, значит мутант был один, отбился от стаи. Артёму это было на руку, и он поспешил обратно. Обыскав маленькие домики, он нашёл немного пороха и металлолома, которые могли пригодится для создания патронов, но это потом.

Похоже, за неимением лучшего, ему придётся идти в замок, хоть и непонятно зачем.

Кстати, я перенёс свою базу данных на телеграмм. Публиковаться там будут в основном фото и арты. Заходите, если интересно. https://t.me/AW_DB_V2