Касалась руками я стен, что стояли

Две тысячи долгих и тягостных лет.

Со временем стёрлись рисунки, детали,

И надписей многих давно уже нет.

Глаза восхищались, а руки дрожали,

И пальцами перебирала все сколы.

Уверена, стены всё так же дышали,

Когда освящались земские соборы.

А стены надменно смотрели на это,

Смеясь мне в лицо, понимая величие:

“Кто это? Во что нынче сущность одета?

И сильно ли с прошлым пришедшим отличие?

Мы видели смерть и величие массы.

По плитке шагали шуты, короли.

Во мне исполняли солдаты приказы,

Не раз жертву разным богам вознесли.

Мы видели войны, победы, рождение.

Империи пали, а мы всё стоим.

Мы видели страх, нищету, эпидемии -

Не сможешь прожить даже сотню тех зим.

Лепрозные люди касались меня,

И вздох свой последний они оставляли.

Ничто не боюсь: ни чумы, ни огня.

Ох сколько по мне легионы стреляли!

А кто ты такая? Блоха и ничтожество!

Твой век так ничтожен, что просто смешон.

Таких я видала великое множество...”

Мне стены шептали так все в унисон.

На что я ответила, так же касаясь:

“Вы правы. Блоха я. И жизнь коротка.

Не спорю я с вами - со всем соглашаюсь.

Но это не повод смотреть свысока.

А свойство блохи - высоко, незаметно

Скакать по различным местам, закоулкам.

Прошу вас немедленно дайте ответ на

Вопрос: посвящали ли время прогулкам?

Не видели новых вы мест и морей.

Стоите на месте, теряя обличие,

Прожив миллионы нерадостных дней.

И это, по-вашему, точно величие?”

Загрузка...