Разведчик

Сергей Никифоров

Сборник "Вся правда о роботах"

"Разведчик"

Фантастический рассказ

Сначала была темнота. Непроглядный мрак, ограниченный шестью одинаковыми плоскостями. Я не могу сказать, что это было моё ис­тинное существование. Всю эту ограниченную действительность я воспринимал как-то отдалённо, равнодушно. Каким-то кусочком соз­нания я понимал, что это не настоящее, и ждал перемен.

И они пришли. Появился свет. А когда я смог нормально соображать, то понял, что нахожусь в кают-компании первого межпланетного корабля и мы летим на Марс. Я вспомнил о своей задаче – изучить эту планету. Вспомнил людей, которые работали со мной, учили обращаться с измерительными приборами, с инструментами, анализировать первичные данные. Это ведь не шутка – исследовать новый мир! Я дол­жен быть точным и объективным. Они позаботились даже о том, что­бы трёхмесячный перелёт до Марса прошёл для меня, как сон. Органи­заторы экспедиции очень на меня надеялись и просили не подвести. Я им отвечал, что готов к выполнению задания.

И вот мы уже приле­тели. Передо мной стоял капитан корабля и дружелюбно улыбался.

— Ты отлично выглядишь, Одиссей! Как самочувствие?

— Спасибо, хорошо, — вежливо ответил я и подвигал руками. — Надеюсь, полёт прошёл нормально?

— В целом – да. Пара незапланированных манёвров, но это мелочи.

— Я готов к высадке.

— Не спеши, вот через час выйдем на низкую орбиту и спустим тебя в мо­дуле. Ох, смотри, осторожнее там! Земле очень нужна информация.

— Понимаю.

— Ну, вот и отлично. Пока можешь побездельничать. Позовём, когда надо будет. Вся экипировка в шкафу, возле шлюз-тамбура. Возьмёшь кос­тюм под первым номером. Это твой. В него встроены разные приборы, анализаторы, реактивные приводы… Ну, ты знаешь.

— Ясно.

— Молодчина! — Капитан дружески хлопнул меня по плечу. — Пойду пока в рубку к пилоту. Посмотрю, как у него дела. Вопросы будут – приходи.

— На все вопросы есть инструкция. — Я постучал себя пальцем по голове. — Я помню каждое слово.

— Ну, ты и впрямь молодчина! Не скучай.

Он ушёл в рубку. Я остался один. Делать было нечего, и я отправился к шлюзу ещё раз проверить оборудование спецкомбинезона, который будет для меня одновременно одеждой, транспортным сред­ством и хранилищем образцов и различной информации, которую я буду должен впитывать в себя, как губка.

Час прошёл. Капитан дал добро на высадку.

Я оделся, залез в планетарный модуль и закрыл кабину. Сквозь прозрачный пластик помахал рукой капитану и пилоту, которые провожали меня. Затем они покинули тамбур, дверь за ними закрылась, и стали открываться наружные створы. Засвистел воздух, вырываясь в пространство. Я вывел модуль из ангара и направил его к повер­хности планеты. Серебристая сигара корабля скоро осталась далеко позади.

Местность повсюду была практически одинаковая. На малой высоте я пронёсся не одну тысячу километров, снимая на плёнку весь пройденный путь. Потом приземлился у гряды старых каменных холмов. Песок, поднятый посадкой, тут же унёс ветер. "40 метров в секунду" — записал я в информационный банк. Стоять под порывами урагана бы­ло трудно, но моя универсальная подготовка позволила это. Я вклю­чил в своём скафандре видеопередачу на корабль. Теперь они видели то же самое, что и я. Точнее, ничего не видели.

— Эй, Одиссей, у тебя что, объективы запотели? Не видно же ни черта!

— Это просто буря. Тучи песка и пыли во взвешенном состоянии. А чего вы желаете увидеть?

— Чего-чего! Ну, хоть булыжник какой...

Я нагнулся, пошарил в плотном песке и извлёк старый скальный обломок.

— Если не возражаете, я возьму его с собой. Хотя это то же самое, что и на Земле.

— Бери. Учёные сами разберутся, что им нужно.

Буря стихла внезапно. Ветер унялся. Тучи песка стали не спеша опускаться вниз. На красном от пыли небе появились мутные звёзды. Над горизонтом всходил полный Фобос. Тени от скал протянулись в бесконечность.

Несколько часов я изучал холмы, их возраст, плотность, внутреннюю структуру. Ничего интересного. Я так и сказал на корабль.

— Ничего ты не понимаешь, — со вздохом отозвался капитан. — Как бы я хотел оказаться на твоём месте! Пощупать всё это своими руками!

— Кто вам мешает?

— А ты думаешь, у меня своих инструкций нету? Если со мной или пилотом что-нибудь случится, кто поведёт корабль обратно? Ты, что ли?

— Здесь кроме разреженного воздуха и низкой температуры ничего не угрожает человеку.

— Сам знаю. Но инструкция, пойми ты! Наша с пилотом высадка возможна только в исключительных случаях. А таких, надеюсь, не будет.

Мне это было трудно понять. По-моему, человек имеет право делать то, что хочет, он же человек, а не машина!

У меня было ещё двое суток времени, и я добросовестно занимался изучением планеты. Мой скафандр, был снабжён реактивным движителем, так что я мог совершать прыжки по десять-двадцать метров, что осо­бенно было удобно в горах. Я снимал всё, что видел вокруг себя, и записывал все звуки вокруг себя. Заполненные информационные банки я относил в модуль. Всё шло хорошо, с заданием я справлялся. У меня даже мелькнула мысль, что если я оправдаю надежды, то, воз­можно, отправлюсь и на другие планеты, где будет интересней, чем здесь.

Но случилось несчастье.

Я находился в горах, когда вдруг началось землетрясение. Землетрясение на Марсе! Случай уникальный и в научной литературе никем ранее не описанный! Я не мог не остаться, что­бы замерить силу толчков, напряжение коры, определить эпицентр.

Я снимал показания с приборов, когда очередной мощный толчок сбил меня с ног. Я покатился по крутому спуску к подножию горы и внизу застрял в рас­селине. И тут же массы камня опять сдвинулись, и я оказался по грудь намертво зажат в каменных тисках. Свою нижнюю половину ту­ловища я сразу перестал ощущать, сознание померкло, одной свободной рукой я вцепился в камень, словно боясь провалиться ещё глубже, а другой нажал на запястье кнопку "с.о.с.".

Когда с корабля прибыл второй модуль с капитаном и пилотом, землетрясение уже закончилось. Я мог шевелить только руками и голо­вой. Речь нарушилась, и я не мог произнести ни слова. Они подошли ко мне, встали рядом.

— Жалко, — сказал капитан. — Я уже успел к нему привыкнуть.

— Надо было приказать ему вернуться и ничего бы не случилось, — добавил пилот.

Они повернулись и пошли обратно к модулю. Я глядел им вслед единственным уцелевшим глазом. Они не сказали мне ни слова благодарности за мою работу. Но я их не виню. Они люди. А люди – я знал твердо – всегда поступают правильно. А я... я всего лишь робот.

1987 г.