Развод со вкусом мести. Пламя страсти

Прижав к груди небольшой поднос с двумя чашками кофе, тороплюсь в кабинет мужа. Сегодня ровно пятнадцать лет, как я сказала «да», стоя под дождём и смеясь над промокшим смокингом любимого.

Я нарочно надела его старую рубашку, ту самую, с вышитыми на воротнике инициалами. Надеюсь, это вызовет его улыбку.

В последнее время он много работает и совсем перестал улыбаться. А времени на нас просто не хватает. Поэтому я решила взять инициативу на себя.

Офис мужа находится на двадцатом этаже, за дверью с надписью «Переговоры. Не беспокоить». Да, именно в его кабинете проходят почти все самые важные совещания в нашей компании.

Даже я иногда здесь делаю презентации ландшафтного дизайна для клиентов.

Но сегодня дверь приоткрыта. Как это не похоже на Антона.

Хочу толкнуть дверь. Но, услышав женский смех: низкий, бархатный — замираю.

— Ты же обещал развестись, — звучит голос.

И я узнаю в нём стажёрку из отдела маркетинга. Ирина, кажется. Та, что всегда использует духи с запахом пионов, которые я просто ненавижу.

Антон отвечает не сразу. Слышится шуршание одежды, брякает увесистая пряжка ремня, раздаётся тихий стон женщины.

Я вглядываюсь в щель, как в экран чужого телефона. Его пальцы впиваются в бёдра Ирины, сдвигая юбку выше татуировки на пояснице — переплетение роз и шипов.

Антон целует её шею, бормоча что-то по-французски. Тот самый шёпот, которым когда-то он просил меня выйти за него замуж.

Да, этот шёпот, как же я его любила, но теперь всё, сказанное им, будто покрывается плесенью и слизью.

Становится мерзко.

Поднос выскальзывает из рук, и всё разбивается о мраморный пол. Кофе брызгает на мои светлые брюки и даже долетает до белоснежной рубашки мужа на мне. Напиток оставляет неприглядные пятна на моей одежде. И даже на душе.

— Лена... — Антон отталкивает любовницу так резко, что та едва не падает со стола. Губы мужа блестят от помады цвета спелой сливы. А у меня в голове пульсирует осознание, что мой брак — ложь.

Рука невольно ложится на подвеску, что супруг подарил сегодня утром: сердце с надписью «А. Ш. + Е. Ш. = 15 лет».

И это тоже обман.

Как я могла быть такой слепой? Все эти совещания, командировки, проблемы с деньгами — что из этого было на самом деле?

А что лишь прикрытие для встреч с любовницей?

Я жду, что скажет муж. Извинится? Соврёт? Упадёт на колени? Но он лишь поправляет галстук и застёгивает ремень, избегая моего взгляда:

— Ты не должна была здесь быть.

Ирина вдруг смеётся, вытирая ладонью подбородок:

— Ой, Антош, давай я…

Я, перебив её, поднимаю обломок чашки и говорю мужу:

— У тебя на щеке её помада. Фиолетовый тебя не красит.

Мотаю головой и отступаю. Пытаюсь осознать, что видела, но оказывается вживую увидеть, как муж занимается любовью с другой, это совсем не то же самое, что читать об этом или просто бояться, что подобное произойдёт.

Антон шагает вперёд, но я уже отворачиваюсь. Понимаю, что слёзы наворачиваются. Но я не доставлю им удовольствия видеть, что мне больно. Я не могу позволить ему победить.

Выхожу из кабинета и иду к лифту. Достаю из кармана телефон, чтобы… даже не знаю зачем. Наверное, сейчас я больше всего хочу позвонить дочери. Услышать её радостный голос. Потому что скоро всё изменится.

Вижу спасательную дверь, что отделяет меня от холла с лифтами, и рывком распахиваю её.

Хочу вызвать лифт, но понимаю, что кнопка мигает, будто подмигивая именно мне. Кто-то уже её нажал.

Меня обдаёт морозным воздухом из открытого окна и дорогим парфюмом. Невольно перевожу взгляд в сторону запаха.

Темноволосый мужчина в чёрном пальто, прислонившись к стене, читает сообщение на умных часах. Заметив меня, он поднимает голову:

— Похоже, ваш завтрак не удался, — говорит он, кивнув на пятно от кофе на рубашке Антона.

А потом скользит заинтересованным взглядом голубых глаз вниз, к запачканным штанам.

В его низком голосе нет жалости. Только любопытство, холодное и хищное.

Сдерживаюсь, чтобы не закричать и не заплакать. Не хочу, чтобы тушь потекла. Потерять лицо сейчас — расписаться в своей слабости.

Лифт лязгает, открывая двери в холл. Мужчина входит первым, обронив через плечо:

— Вам на какой?

— Н-на, я сама, — тянусь нажать кнопку пятого этажа, где работаю я.

Наши пальцы сталкиваются, и я моментально одёргиваю руку. Меня словно ударяет током от его прикосновения.

Я быстро нажимаю на цифру «пять». Но незнакомец не выбирает свой этаж. Он продолжает нагло пялиться на меня.

Делаю шаг от него, он пугает меня своим вниманием. А от его холодного взгляда становится не по себе, хочется поёжиться, но я сдерживаюсь.

Лифт выпускает меня, скрипнув дверями. Тороплюсь в свой кабинет, а за моей спиной раздаются тяжёлые шаги.

С трудом сглатываю. Этот мужчина решил пойти за мной? На нашем этаже нет приёма, сюда не заходят клиенты фирмы.

— Вы преследуете меня? — резко останавливаюсь, а мужчина еле успевает затормозить, чтобы не влететь в меня. — Что вам от меня нужно?

— С удовольствием, выпил бы с вами чашечку кофе, — незнакомец снова бросает взгляд на мою испачканную рубашку, — но нет, я ищу строительную фирму Шараповых.

От упоминания собственной фамилии становится мерзко вдвойне. Муж взял мою, когда мы поженились. Его звучала не так красиво для того, чтобы открыть компанию. А уж для строительной фирмы точно не годилась.

Стискиваю зубы — теперь придётся ещё и отвоёвывать собственную фамилию в названии компании.

— Вы ошиблись этажом, — дерзко отвечаю, нет у меня желания сейчас возиться с потенциальными клиентами.

— Войтов. Мирослав, — мужчина переходит на шёпот и наклоняется ко мне, обдавая ароматом своих духов с примесью острого перца и табака. — Найдите меня, когда захотите... сжечь что-нибудь, — он переводит взгляд на мои рыжие волосы.

Глаза сами собой распахиваются шире обычного. Это, что, такой намёк на то, что я «огонь» из-за цвета моих волос?

Просто молчу. Что это за наглость? Разве на моём пальце не видно обручального кольца?

Правда, теперь это такое себе препятствие. Качаю головой и ухожу в кабинет. Собираю вещи, закидываю в сумку свой телефон. Следом — рабочий смартфон и контейнеры с едой, которую принесла с собой, чтобы порадовать мужа не только вкусным завтраком, но и вместе пообедать.

Хватаю ключи от машины и выхожу. В коридоре уже никого нет. Значит, этот Мирослав ушёл. Хорошо. Мне не нужна лишняя головная боль.

На улице меня встречает дождь. Он льёт так, что не видно ничего на расстоянии пары метров, а зонт сегодня я оставила дома. Приходится мокнуть. Иду, не чувствуя каблуков и шагая в такт стуку собственного сердца.

«Месть-месть-месть», — стучит в голове.

В мыслях всплывают обрывки воспоминаний: Ирина в машине супруга на прошлом корпоративе. Частые «командировки», новый пароль от телефона, который он мне не говорил. Дежурные поцелуи перед сном, отсутствие заботы...

Раздаётся свист. Успеваю повернуть голову и вижу, как на меня несётся чёрный «Гелик». Круглые фары рассекают капли дождя и мрак, который висит в воздухе из-за туч.

Застываю на месте, роняю сумку и закрываю лицо руками, будто это поможет.

В бедре вспыхивает боль.