Разыскиваем маму. Срочно. Том 4

Меня затягивало, крутило и куда-то толкало. Казалось, что я в водовороте, только не мокро, а ярко, сильно и есть чем дышать. Почти. Перемещаться внутри барьера было не столько больно, сколько страшно: казалось, что еще совсем немного – и воздух кончится, а окружающее пространство сожмется с такой силой, что тело не выдержит. Но я лишь крепче сжала руку Эвы. Разум твердил, что раз уж эта мразь, пытавшаяся похитить ребенка, вошла в телепорт и затащила туда Эву, то ничего страшного не случится. Но я ведь могла и что-то упускать…

Например, отсутствие у меня магии могло привести к тому, что я умру.

– Не забывайте дышать! – прокричал мне на ухо Крейн. – И не открывайте глаза, иначе можете ослепнуть.

Я выполняла все рекомендации, не забывая про Эву. Потому что та дергалась, явно как-то борясь с похитительницей, и меня буквально трясло от мысли, что я не удержу ее.

– Эва, ногой пинай сильнее! В лицо! В рожу ее! – кричал Крейн.

Если бы мне не сказали молчать, я бы его… поддержала. И Эву тоже, с удовольствием пнув ногой девицу прямо в лицо. Но, увы, глаза приходилось держать закрытыми.

А дальше все произошло в одно мгновение: я услышала полный боли женский крик, который прозвучал как ангельское пение для моих ушей, водоворот внезапно закончился, и я распахнула глаза.

Мы были в небе. И падали!

– Крейн! – крикнула я, но мальчишка, крепко державший мою вторую руку, явно не ждал подобной ситуации: панику на лице не заметил бы разве что слепой. – Чудо!

А вот чудо не подвело: выпрыгнуло из кармана и окутало нас прозрачной пленкой, замедлив падение настолько, что я даже смогла рассмотреть, что там внизу.

Ага, под нами была небольшая полянка с озером, левее – лес, а справа – какая-то деревня. Больше ничего не успела, потому что шар упал прямо в воду. К счастью, не тонул, а дрейфовал на поверхности.

– Все в порядке? – хрипло спросил Крейн, выглядя так, словно сейчас упадет в обморок.

– Это мне надо спрашивать, – сказала я. – Эва?

– Нормально, – пробормотала девочка, цепляясь за мою руку.

– Крейн? Что с тобой?

Мальчишка замялся, чуть поморщился и махнул рукой. Это еще что такое?

– Перерасход сил, – сдала его Эва. – В таком типе портала люди без магии обычно не выживают. Или выживают, но очень сильно болеют. Но он защищал вас, вот и потратился прилично.

– Я в порядке, – упрямо сказал Крейн. – Мы все в порядке. Пока.

– Пока? – тут же насторожилась я.

– Да. Пока та деваха нас не нашла. К счастью, Эва потрясающе ловко пнула ее ногой в лицо.

– Ага! Я ударила прямо в зубы. Даже туфельку потеряла, – обиженно пробормотала девочка. – В ее зубах. Жаль, что до сих пор целых.

Крейн вздрогнул и чуть отодвинулся от Эвы.

– Молодец, – похвалила я ее.

Не похищенная малышка намного важнее чьих-то там зубов.

– Молодец, конечно, – пробормотал с некоторым сарказмом Крейн. – Но отлетела она недалеко от нас. И скоро может найти, чего мне бы не хотелось. Пока я не восстановлюсь, защитить вас не смогу.

– А химера?

Крейн посмотрел на чрезвычайно довольное Чудо, летавшее вокруг шара, и сказал:

– Не будем рисковать. Давайте отсюда убираться.

Внезапно по воде пошла рябь, а шар, на котором мы плавала на поверхности озера, задрожал.

Чудушко внезапно то ли замяукало, то ли заверещало, после чего шар лопнул как мыльный пузырь, а мы втроем резко погрузились в воду. Когда водная гладь надо мной сомкнулась, то первая мысль была о том, что я не знаю где Эва!

Вынырнув на поверхность, я выдохнула с облегчением: химереныш удерживал голову Эвы задними лапами за шкирку платья над водой. Неужели успел понять мои мысли? А где Крейн? Я повертела головой и поняла, что вообще его не вижу!

Что-то, точнее, кто-то в лице (или морде?) Чуда подсказал, что он ниже и левее. Как мы выбирались на берег, как я мысленно ругалась (не при детях же!), описывать даже не буду. Закономерный итог был таков, что мы мокрые, уставшие и обессиленные сидели на берегу озера, не в силах даже встать.

– Как можно не уметь плавать? – пробормотала я, глядя на лежащего на спине Крейна, которого из воды я вытащила исключительно благодаря непомерному везению и невесть откуда взявшимся силам.

– Я магией раньше пользовался, – буркнул Крейн, на щеках которого появился легкий румянец. – И вообще!.. Это Чудо вовремя не вытащил нас на берег, вот и… ай! Мои волосы!

Я только представила, как отрываю химеру от Крейна и шлепаю по шаловливой пятой точке, как Чудо моментально отлетело от Крейна и село рядом с Эвой.

– Надо двигаться, – сказала я, глядя на солнце.

– Куда?

– В деревню, я видела ее совсем рядом с нами. Иначе мы или замерзнем, или умрем от голода.

– Или нас найдет эта девица, меня и вас убьет, а Эву заберет с собой, – пробормотал Крейн, вставая с трудом. – Вот только безопасна ли деревня?

– А у нас большой выбор? – хмыкнула я. – С деревней – это пятьдесят на пятьдесят, а вот то, что похитительница Эвы чрезвычайно опасна и недружелюбна по отношению к нам – это все сто процентов.

До деревни мы добрели уже тогда, когда начало смеркаться. Химереныш, как единственный дееспособный защитник, сидел на плече Эвы, а я помогала измученному Крейну идти. Полянка быстро сменилась простой вытоптанной дорожкой, а та – более удобной каменной. Когда показались ворота деревни, я с облегчением выдохнула. Почти.

– Стойте! Не подходите близко, – воскликнул Крейн, когда мы уже стояли около входных ворот, перед которыми никого не было.

– Что такое? – спросила я, останавливайся и помогая Крейну осторожно усесться на землю.

Ну, грязнее он не будет, а стоять на ногах из последних сил – то еще удовольствие. Эва с Химерой остановились рядом с ним. Я же сделала несколько шагов в сторону ворот.

– Магический защитный контур. Он либо передает звуковой сигнал, что тут люди, либо атакует, либо убивает. Вы главное не пересекайте голубую светящуюся линию, – попросил Крейн.

Я посмотрела под ноги – вроде бы ее нигде нет. Потом посмотрела назад и поняла, что я ее уже пересела. Ой.

– А если уже все? – спросила я.

– Что все? – настороженно спросил Крейн.

– Я, кажется, прошла через нее, – заметила я, чувствуя, как от нервов губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Ой-ей! – воскликнула Эва, глядя на меня испуганно.

– Ну, она меня не убила, значит, все не так плохо, – ответила я.

– Кто здесь? – из-за ворот донесся мужской бас.

Не слишком дружелюбный, но и не враждебный.

- Люди, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал вполне себе миролюбиво.

Ну а что мне отвечать, а? Здравствуйте, я тут влетела в ваш мир благодаря одной мерзкой женщине, которая пыталась украсть (почти) моего ребенка, едва не утонула в озере, промокла, промерзла и теперь хочу к людям в тепло и, если повезет, к еде.

– Люди, да? – Ворота распахнулись, и к нам навстречу вышел внушительного вида мужчина. – Людей мы любим. Есть на ужин, ха-ха-ха, уха-ха-ха…

Смех мужчины оборвался, когда мы все скептически посмотрели на него. И если мой взгляд его никак не удивлял, то Крейн, закативший глаза, и Эва, начавшая радостно хихикать и хлопать в ладоши, определенно удивили.

– Неужели совсем не страшно? – чуть обиженно спросил мужчина.

– А должно быть? – спросила Эва, умилительно похлопав глазками. – И ужин – это хорошо. Очень кушать хочу.

Кажется, кто-то напрочь проигнорировал тот факт, что в качестве ужина мужчина предлагал людей. Эх, Эва, Эва, иногда твои полеты в облаках… чрезвычайно полезны. Хотя бы для моего морального удовлетворения – вон как этот мужчина-шутник растерялся. Конечно, это тебе не взрослый пошутил в ответ, это сказала маленькая девочка с абсолютно невозмутимым видом, еще и улыбнулась чрезвычайно воодушевленно. Признаюсь, я бы от такой предпочла держаться как можно дальше. На всякий непредвиденный случай.

Но мужчина оказался не из робкого десятка. Не сбежал, наоборот, принялся расспрашивать:

– Вы кто? И что тут делаете?

– Путешествуем, – ответила я, улыбнувшись.

– В таком виде? – Мужчина выразительно окинул взглядом мой наряд.

Простое платье, которое я носила в поместье у Дитриха, хоть и подсохло, но все еще оставалось тяжелым и неприятно сырым. И это при том, что оно было простым и совсем не многослойным. Обычное универсальное платье, которая я носила в поместье. Такое могло принадлежать как аристократке, так и обычной горожанке. И это, признаюсь, меня выручило. Если бы я в чем попышнее в озере оказалась…

– Некоторые неприятности, – улыбнулась я. – Мы бы хотели найти ночлег и еду.

– Вы оплатить сможете? – поинтересовался мужчина.

– Отработаю, – уверенно сказала я. – Или вы позволите мне и моим детям замерзать тут?

Нет, я и оплатить могла, но насколько разумно рассчитываться магическими амулетами или золотом другого мира?

– Детям? И этот тоже ваш? – указали на Крейна.

Тот, молодец, не растерялся:

– А я в папу внешность пошел. Или что? У вас все дети – копии родителей? Почему я сразу не мамин? Вы меня еще беспризорным назовите!

– Крейн мой братик! – быстро подыграла Эва, вцепляясь Крейну в шею. – Плохой дядя, плохой!

Мужчина закономерно растерялся:

– Да я…

– Что вы? Вы моих детей зачем расстраиваете? – с деланной обидой спросила я. – Ну не похожи мы. Но глаза, между прочим, одного оттенка. Зеленые у меня, а у сына – темно-зеленые.

– Да я к тому, что ваш сын выглядит уж слишком взрослым, чтобы быть вашим сыном, – возмутился мужчина. – Как такой взрослый малец может оказаться ребенком такой молодой женщины? Я же не слепой. Зачем врете, а?

Достойный ответ в голове возник моментально.

– Я вру? Зачем? Видите ли, вы ошибаетесь. Это не мой сын выглядит взрослым. Это я хорошо сохранилась, – ответила я, после чего, проникновенно глядя стражнику в глаза, совершенно бессовестно заявила: – Сорок пять.

– Что?

– Мне сорок пять лет.

– О темная богиня!

– Светлая, – поправила я.

– Что?

– Я говорю, что не согласна быть темной богиней. Исключительно светлой.

Мужчина бросил на меня еще один полный удивления, к которому начало примешиваться восхищение, взгляд. И подошел поближе, протянул руку со словами:

– Ифан. А вас как зовут? Светлая богиня.

И ехидства столько!

– Кира, – ответила я.

Крейн, который до этого был полуживым, внезапно резво подскочил к нам, таща Эву за руку.

– Мы теперь можем войти? – спросил он. – Если знакомство закончено.

– Мелкий нахал! – восхитился Ифан, делая шаг в сторону.

Он присел на корточки, провел ладонью около линии, которую я упустила из вида – и та исчезла.

- Весь в папу, – ответил Крейн. – У мамы, как видите, характер идеальный. Так что?

– Можете войти, заходите. – Ифан встал и сделал приглашающий жест рукой. Когда Эва поравнялась с мужчиной, тот тут же спросил: А вашей маме действительно сорок пять?

Эва остановилась, Крейн нахмурился.

– Конечно, нет, – ответила Эва, глядя на Ифана большими глазами.

– Вы все же соврали, – довольно ухмыльнулся мужчина.

– Ей пятьдесят два, – не растерялась мелкая. – Но она свой возраст скрывает. Говорит, что после восемнадцати вообще считать нельзя – плохо на нервах сказывается. Ну так что, дядя, вы нас впустите? В деревню на ужин. И неважно, из чего он будет – из животных или из людей, я очень, очень хочу кушать. Покормите, а?

– Покормлю, – фыркнул мужчина.

Ворота перед нами распахнулись – кто-то определенно владел магией воздуха. Милая уютная деревня с приличными на вид домиками, широкая дорога из мелкого камня, цветочки везде, огромный фонтан, поддерживаемый магией, в центре. Да уж. Или мы попали в какую-то особую деревеньку, или все люди в этом мире довольно хорошо живут. Как только мы вошли внутрь деревни – ворота за нами довольно быстро захлопнулись, пробуждая настороженность.

Ведь именно в подобных милых деревеньках во всех прочитанных мной книгах творились очень страшные вещи. Впрочем, мы не в книге, а Эва, которая сейчас была готова съесть что угодно и кого угодно, пугала меня даже несколько больше, чем загадочная деревня и Ифан.

Дома внутри были ничуть не хуже, чем снаружи. По крайней мере, тот, в который нас привел Ифан. С первого взгляда дом мог показаться обычным, но стоило только войти, остановиться в просторном коридоре и осмотреться, как сразу же многие вещи бросались в глаза. Например, идеально отшлифованное магическое дерево с едва заметным золотистым блеском. Подобное Дитрих использовал для своего особняка, чтобы учеба и шалости племянников не обрушили дом. И стоило оно совсем не дешево. Еще в коридоре были всякие магические штуки вроде самоочищающегося ковра, светильников на стене, которые загорались, как только люди входили…

Не слишком ли для простой деревушки в глуши?

Когда я падала, то никаких крупных городов, оживленных дорог и тому подобного не заметила. Это место явно не пользовалось популярностью. Да и ворота, между прочим, казались самыми простыми. Если у кого-то была возможность установить столько всяких магических приспособлений, то почему же ворота выглядели так, словно едва держались? Для маскировки? Но от кого маскировались – от обычных воров или?..

- Ромэйна, накорми и приюти наших гостей. Они определенно попали в неприятности, а мы же не из тех, кто позволит юным магам и их матери страдать из-за голода и холода, не правда ли? – Ифан чуть ухмыльнулся, глядя на нас.

Звучало так, словно в будущем нам обязательно позволят страдать из-за куда более серьезных вещей. Уточнять, так ли это, я благоразумно не стала.

– Юным магам? – Восторг и удивление в голосе меня ничуть не обрадовали. – Иду-иду, бегу-бегу! Буквально пять минуток!

Мало ли, чему эта Ромэйна радуется – возможности по-доброму помочь несчастным детишкам или же похитить их и продать?

Эву, несмотря на всю ее романтичную натуру, восторг тоже не впечатлил – она сразу же встала за мной и схватила меня за руку. А еще… пихнула Крейна второй рукой в правый бок. Он тут же уставился на Эву с удивлением. Собственно, как и я.

– Мужчины… – пробормотала Эва, закатив глаза, от чего рядом закашлялся Ифан.

– Где она такому научилась? – спросил Ифан, выразительно поглядывая на меня. – Идеальный характер, да?

– Да, – влез Крейн. – Все плохое, что увидите – это от папочки.

– И закатывание глаз с презрительными фразами? – усмехнулся Ифан.

– Лишь частично, – ответил Крейн. – Папа после этого советовал бить по самому мужскому-дорогому, но мама отучила. Сказала, что не женское это дело – драться. Лучше попросить кого-нибудь посильнее. Ты это имела ввиду, Эва, когда меня пихала?

– Именно. Почему ты стоишь не впереди? Разве ты не должен нас защищать? – спросила девочка, нахмурившись.

Кажется, чье-то романтическое сердечко сейчас разобьется.

– Я успею вас защитить, даже если буду стоять тут, – неловко улыбнулся Крейн, который стоял рядом, но тут же шагнул вперед, загораживая Эву.

- А я не подойду в качестве защитника, милая юная леди? Я определенно сильнее этого малыша, – спросил Ифан, тыкая в самого себя пальцем.

– Нет, – мотнула головой Эва. – Вы странный, подозрительный и не такой красивый, как Крейн или папа.

Рядом раздался заливистый смех: к нам в коридор вышла красивая высокая девушка, всего на полголовы ниже Ифана. Чем-то она была похожа на мужчину, но черты лица были тонкими, выразительными, да и губы куда более пухлыми. Они родственники?

– Ты когда эту малышку успел обидеть, Ифан? Снова твои дурацкие шутки о том, что мы едим детей, а, братец? Дошутишься когда-нибудь. И придет к тебе чей-нибудь красивый отец с не самым хорошим характером и как ударит по самому мужскому-дорогому, – хихикнула девушка. – Что ж, дорогие гости, проходите, сколько можно стоять на пороге? К нам нечасто заглядывают, поэтому мы всегда рады новым лицам.

Я улыбнулась автоматически, не ощущая никакого спокойствия от столь радушного приема. Опыт мне подсказывал, что подарки судьбы всегда идут в комплекте с подвохом.

Стол, за который нас усадили, лишь подтвердил мои подозрения: слишком роскошный для простых людей. Нет, еду попытались замаскировать под простецкую, ту, которую бы ели обычные горожане, даже посуда была самая обычная, но вкус выдавал – добавленные приправы и необычные способы приготовления превратили обычные на вид похлебку, рагу и запеченную птицу в изыски.

– Значит, госпожа, вы путешествуете? – спросил Ифан, улыбаясь.

– Верно, – я с благодарностью кивнула Ромэйне, принесшей мне и детям по кружке чая.

– С детьми? Одна? – с легким сарказмом заметил Ифан. – Не владея ни оружием, ни магией?

– В моем возрасте обычно о таком не беспокоятся, – без зазрения совести солгала я.

– Правда? Неужели путешествие протекает гладко?

– Как вы могли заметить – нет, – ответила я.

В конце концов, перед воротами я сказала, что пропала в переплет. Когда врешь, то самое важное – помнить всю свою ложь от начала до конца.

– И что же случилось, если не секрет?

– А если секрет? – вмешалась Эва. – Вы не станете дальше расспрашивать?

– Стану, – пожал плечами Ифан. – Какими бы милыми не были наши гости, мы должны знать, что они безопасны для деревни. Слабые и беспомощные…

– Маги высшей ступени, – поправил его Крейн.

Маги? Значит, Ромэйна тоже? Я бросила взгляд на девушку, которая тут же мне улыбнулась, и напряглась.

– Ифан, хватит. Нельзя пугать леди с двумя маленькими детьми. Дай им спокойно поесть, отдохнуть, а потом уже все остальное.

– Ромэйна, слушай...

– Нет уж, ты послушай. – Ромэйна подошла к Ифану, уперла руки в бока и грозно сказала: – Проветрись.

– Что? Но…

– Иди и проветрись, Ифан. Не заставляй меня повторять, ты же мой характер знаешь…

– Ладно, ладно, пойду проверю ворота. Вдруг кто-то еще нагрянет к нам сегодня в гости.

Я продолжала улыбаться, хотя внутри всё напряглось: неужели Айне? Ифан говорил с такой уверенностью, что стало понятно: гости точно будут. Вот только те, которых ждали жители деревни? Или те, которых бы я очень не хотела видеть? Ладно, это закономерно, что Айне будет нас преследовать. И лучше она найдет нас тогда, когда мы находимся в компании магов высшей ступени, чем одни.

В конце концов, бедная леди без капли магии и двое маленьких детишек вызывают больше симпатии, жалости и доверия, чем одна странная девушка, которая, ко всему прочему, является сильным магом.

Ифан вышел, а Ромэйна довольно фыркнула:

– Теперь я могу показать вам дом. Хотите?

– Хотим! – воскликнула Эва. – И не только… Можно вас спросить?

– О чем? – Ромэйна все же чрезвычайно мила.

– Почему этот страшный дядя вас так слушается? – спросила Эва, вставая из-за стола. – Это… это сила любви?

Ромэйна взглянула на девочку и… рассмеялась.

– Нет, это сила.

– Сила чего?

– Просто сила. Я сильнее его, – хихикнула Ромэйна. – В наших дуэлях девять из десяти побед мои. Братец, конечно, меня любит. Но не проигрывать он, пожалуй, любит даже больше. А его единственный способ не проиграть мне – не вступать со мной в дуэль.

– О… – Эва вся замерла, глядя на Ромэйну круглыми глазами. Повернулась ко мне и жалобно-жалобно спросила: – А как же сила любви?

– Спроси у Крейна. Он мужчина, так что мужчину должен лучше понять, – сказала я, бессовестно перебрасывая сложнейший вопрос на Крейна, за что получила полный ужаса взгляд.

Нам показали дом: и уборную, и банную, и наши личные комнаты, где мы будем ночевать. Крейн даже успел во время осмотра юркнуть куда-то в другую комнату, но Ромэйна совсем не ругала его за такое самоуправство.

– Я не знал, что туда нельзя, – сказал Крейн с некоторым вызовом.

– Да можно. Почему нельзя? С помощью магии я прибралась везде, так что можете заглядывать куда хотите, – сказала Ромэйна.

Такое излишнее радушие было еще подозрительнее, чем запреты. Но Крейн, притворяясь дитем, воспользовался им по полной: осмотрел едва ли не все спальни. После осмотра одной он вышел немного нахмуренным, словно нашел нечто странное, но никаких знаков не подал. Значит, не опасно. Но важно. Как бы его расспросить? По Ромэйна заканчивала экскурсию по свою немаленькому дому, я пыталась придумать, как бы расспросить Крейна, что он там такое увидел.

Но в итоге ничего не вышло, потому как по завершению осмотра нас не оставили в покое. Ифан вернулся в дом и громко закричал:

– Вас там ищут!

– Меня? – удивилась Ромэйна. – Кто?

– Да не тебя. Наших гостей.