Реликтовый маг. Книга 4

Я проснулся от того, что в меня полилась лечебная энергия. Ох, как хорошо! Живительная сила смыла зуд в поражённой проклятьем руке, и шершавая кожа больше не чесалась. К сожалению, лечение быстро прекратилось. Похоже, лечебные артефакты в части не очень-то ёмкие.

– А ногу?

– Ай! – взвизгнул женский голос. – Ты проснулся?

Я открыл глаза и уставился на худенькую женщину. Вытянутое лицо, глаза навыкате, нос великоват, жиденькие волосы непонятного оттенка и одета в голубую униформу. Отсюда вывод – передо мной та самая страшненькая медичка, о сексуальных приключениях которой мне рассказывал Джиз. Ну да, не красавица, прав котяра.

– Проснулся. И даже выспался. А можно мне ещё ногу полечить? Чешется, сил нет.

Она склонилась надо мной, разглядывая мою левую руку, потом нахмурилась и потыкала в неё пальцем.

– Больно?

– Нет.

– Согни руку. Разогни. Ещё раз согни. Ничего не понимаю. Я сейчас вернусь.

– А ногу? – но медичка уже испарилась.

Я догадываюсь, чему она удивилась. Ещё вчера мои левые рука и нога, а также бок были поражены огненным проклятьем, отчего кожа там стала толстая, шершавая и трескалась и кровоточила при любом движении. Лечебные артефакты, тем более, такие слабые, против проклятий не помогают. А сегодня она увидела, что я спокойно сгибаю-разгибаю руку, и никакого кровотечения нет. Она, конечно, не знает, что я договорился с эргами проклятья, и они мирно покинули меня. Сейчас прибежит и начнёт спрашивать, как и почему. А я что? Как обычно, прикинусь валенком. Моя не знать ничего.

В одиночестве я пробыл недолго. Через пару минут медичка примчалась, таща за собой здоровенного детину с петлицами младшего унтера. Похоже, этот тип принадлежит к когорте врачевателей. Хотя, судя по виду, его лучше определить в костоломы. Младший медицинский унтер подтвердил моё умозаключение, схватив мою руку, как клешнёй – бесцеремонно и сильно.

– О, – прогудел он, – а кровь-то не идёт.

Я обалдел от такой наглости и вырвал руку.

– Сдави себе бубенцы и посмотри, пойдёт ли кровь.

– Да не кипятись ты, – опять загудел он. – Ещё вчера в тебя она пальцем тыкала, и сразу кровотечение открывалось.

– Так то пальцем…

– Кровь не идёт, проснулся раньше времени, – битюг глубокомысленно наморщил лоб и вынес диагноз: – Непорядок. Сенна, дай ему опять снотворное.

– Дерек, какое снотворное? – возмутилась медичка. – Он же теперь может спокойно двигаться без риска истечь кровью.

– А. Ну, тогда не давай.

Я только глаза к потолку закатил. Хосспади, как этот интеллектуал вообще лечит солдат? И кто ему присвоил звание младшего унтера? За какие заслуги? А ведь Джиз сказал, что он тут начальник. Медбрат, или кем он здесь числится, постоял, почесал в затылке и удалился со словами "Сама тут разбирайся", а медичка пристально на меня уставилась.

– Может, артефактик на ногу, а? – намекнул я ей.

– А, может, тебя Дереку на лечение отдать? – внесла она контрпредложение. – Знаешь, как он лечит? Ставит крестики зелёным раствором.

– Куда ставит?

– А где болит, туда и ставит.

– И что, помогает?

– Помогает отсеивать всяких желающих поваляться в лазарете. А если крестики не помогают, то Дерек симулянтов на улицу пинком выкидывает.

Какой солдат откажется позаниматься ничегонеделанием вместо изнурительных тренировок? Видимо, во всех мирах в армиях одно и то же. Вот теперь я понял, почему такой откровенно-туповатый тип числится начальником лазарета. Он тут два в одном: пугалом и вышибалой работает. Уверен, если бы эта женщина была тут главной, то вся комната была бы заполнена пациентами – и настоящими, и мнимыми. Я даже вспомнил, как однажды удивился, увидев парочку солдат с зелёными крестами на лбах. Теперь-то ясно, что они приходили к господину Дереку с жалобой на головную боль

– А мне за что подобная немилость? Я ж, вроде как, по-настоящему болею.

– По-настоящему ты болел вчера, – сердито сказала женщина. – А сегодня сюда приедет комиссия, которой мы уже расписали, как опасно ты проклят. Что трогать тебя нельзя, иначе ты отправишься на свидание к Ашату. И что теперь?

– Что? – неподдельно заинтересовался я.

– То! Комиссия приедет, увидит, что ты вовсе не истекаешь кровью и заподозрит меня если не во вранье, то в некомпетентности точно. А если лечебный артефакт ещё и кожу твою в порядок приведёт, мне можно сразу увольняться.

– Скажи, что проклятье было, но прямо сегодня утром самоликвидировалось. А, хочешь, порежусь? Вся лежанка в красных пятнах будет.

– Я сама тебя сейчас порежу, – уже не сердито фыркнула медичка. – Лежи уж, герой. Ты и без того весь запас чистых простыней в лазарете извозюкал кровищей.

Она присела на край лежанки и легонько потыкала пальцем в моё левое колено.

– Ничего. А вчера тут самое плохое место было.

Ну, ещё бы, в районе коленки эргов проклятья было больше всего. Кстати, интересно, почему? Но спросить не у кого. Разве что какой некрос де Вилля подымет и поинтересуется. Сам я склонен думать, что в первые секунды дуэли, когда я скрючился в три погибели, согнутая в колене нога торчала сильнее всего из-под антимагического щита, вот ей и досталось больше. Если причина не в этом, то я отказываюсь гадать. Было, но прошло, так что, забыли.

– Сенна, – я вспомнил, как её назвал детина, – я уже понял, что лечилок мне больше не видать. Но хотя бы поесть можно?

– Ну-у, не знаю, – протянула она. – Пока ведь непонятно, что с тобой произошло. Вдруг проклятье не исчезло до конца? И тогда еда тебе только повредит. Придётся тебе поголодать с недельку, а там посмотрим.

С каждым произнесённым ею словом мои глаза становились всё больше. Очуметь! Я должен неделю голодать? Да они тут все с ума посходили, что ли?

– Ой, не могу! – вдруг рассмеялась женщина. – Видел бы ты своё лицо. Да не переживай, пошутила я. Сейчас принесу.

Она ушла, а я с удивлением понял, что когда она смеётся, то выглядит вовсе не такой уж страшненькой. Ой, похоже, у меня начался очередной бунт гормонов. Надо поскорее незаметно слинять из части и добраться до дома номер шесть на улице Законников… Потом в дело включились мозги и напомнили, что вскоре сюда заявится какая-то комиссия. И, скорее всего, не просто медицинская, а та, про которую говорил Джиз – состоящая из комиссаров тайной стражи и Конвента. Разум и гормоны устроили внутри меня короткую, но яростную битву, в которой гормоны были повержены. К тому же, великодушно подсказал побеждённым разум, можно рассмешить Сенну, и она будет казаться почти симпатичной. Поэтому когда медичка вернулась, я уставился на неё с определённым интересом, вызванным вовсе не видом тарелки с едой.

– Но-но, кобелина, даже не думай! – она с полпинка распознала мой взгляд. – Не успел в себя прийти, как уже готов к постельным подвигам?

– Да я не имел в виду ничего такого…

– Имел, имел, я такое выражение по десять раз на дню вижу. Каждый солдат, кто сюда приходит, смотрит вот так, не имея в виду ничего такого, – усмехнулась она. – Да и младшие унтеры ничем не отличаются.

– А если и имел, разве это запрещено? – я подумал, что в обороне сражения не выигрываются и бросился в атаку.

– Представь себе, да. Я, как врачеватель шестой категории, запрещаю тебе активную постельную деятельность. Так что, лежи себе тихо.

Потом она оглянулась на полуоткрытую дверь, наклонилась ко мне и тихо сказала:

— Вот когда сведём твою шершавость на руке и ноге, тогда и посмотрим. Не хватало ещё с эдаким наждаком… Так что, ешь и набирайся сил, герой.

Сенна ушла, оставив около меня слабый аромат духов, напоминающих запах сирени. Но как бы ни был этот аромат слаб, меня он буквально сводил с ума. Я едва удержался, чтобы не вскочить с кровати и не броситься ей вдогонку. А потом зажать её в тёмном уголке, сорвать с неё голубую униформу, заткнуть рот, чтоб не орала, заломать руки и…

Я дал себе кулаком по башке, если не возвращая мозги на место, то хотя бы выбивая из них подобные мысли. Потому что понял, что со мной что-то не то творится. Я никогда не понимал насильников. Какое удовольствие может получить мужчина от брыкающейся, царапающейся и кусающейся женщины? Никакого, если он не извращенец, которого можно вылечить только способом из анекдота: отрубить хвост по самую голову. А теперь сам об этом думаю. Отсюда вывод: что-то на меня воздействует. Может, пока я валялся в сонной отключке, меня маг разума проверял? И что-нибудь в мозгах сломал? Нет, Джиз об этом мне сразу бы сказал. Тогда что?

Моих ноздрей вновь коснулся аромат сирени, и гормоны опять взбунтовались. Я вполголоса выматерился. Ай да Сенна, ай да выдумщица! Не знаю, афродизиаком она полилась, или это какое-нибудь магическое средство, но на мужиков действует просто убойно. Я включил магическое зрение – нет, в воздухе никаких магических конструкций не видать. Значит, какая-то разновидность афродизиака. Я посмотрел в коридор через полуоткрытую дверь – никого, и создал магическую вентиляцию, которая быстро выдула наружу за окно всю эту дрянь.

А вот интересно, как она теперь дальше работать собирается? Вокруг ведь сплошные мужики. Впрочем, это её проблемы. А мои проблемы — это приезжающая комиссия. Потому что, как бы я ни храбрился, приезд особистов и, тем более, магов, меня всё же нервировал. Но пока гадать бесполезно, поэтому я занялся едой. А, поев, огляделся магическим зрением в поисках оранжевого эрга. Вредная медичка, опасаясь за своё профессиональное будущее, оставила мою ногу нелеченой. Надо бы снять если не ороговевшую кожу, то зуд. Я понимаю, что раз чешется, значит, заживает, но зачем терпеть, если можно от этого избавиться? Однако, оранжевых эргов в пределах видимости не наблюдалось. Ну, кто бы сомневался.

Чтобы отвлечься от зудящей ноги, я принялся медитировать. Название, конечно, громкое, но на самом деле я просто лежал с закрытыми глазами и старался не думать о том, что левая нога у меня просто зверски чешется. Как там было в притче? Не думай о белой обезьяне? Вот и я лежал и не думал о ноге. Каждую секунду.

– Да провались оно всё! – спустя пять минут я подскочил на кровати. – Или пусть дают мне лечилку, или пойду искать эрги.

Я добрался до окна, чтобы поискать снаружи крошечный оранжевый огонёк, но увидел совсем другое. К зданию неспешно шагала целая команда незнакомых офицеров, среди которых я приметил прим-майора де Наккоса и капитана Верезга. Итак, по мою душу пожаловала та самая комиссия. Пришлось быстренько юркнуть в постель и притвориться умирающим лебедем. Потом я вспомнил совет Джиза и призвал стихийные огоньки, но не стал их воплощать, а попросил побыть внутри меня. Температура тела резко подскочила, мне стало жарко, будто я находился в сауне. В общем, когда Сенна привела в палату комиссию, я лежал весь мокрый от пота.

– Вот он, господа, наведённое проклятье исчезло буквально сегодня утром, но пока больной ещё плохо… – защебетала медичка, но, увидев мою мокрую физиономию, осеклась. – Ой, кажется, ему хуже стало.

Сенну кто-то отодвинул в сторону, и я впервые в этом мире увидел негра. Типичный такой негр, даже не с коричневой, а просто с чёрной кожей. Здоровенный. Даже под просторной мантией угадываются нешуточные мускулы. На погонах и петлицах по две маленькие звезды. Маг и аж целый майор, однако. Сверкнув на меня белками глаз, негр буркнул:

– Артефакты применяете?

– Так точно, – рявкнул откуда-то сзади Дерек. – Сегодня один использовали.

– Повторите. Мне нужно, чтобы он понимал, что его спрашивают, а не метался в бреду.

– У нас артефакты только шестой категории, они могут не помочь… – возразила Сенна.

– Значит, примените пятую.

– Но ведь стоимость…

– Выполняйте! – а это уже голос де Наккоса.

Интересно, насколько артефакт шестой категории отличается от пятого? Наверное, лучше лечит. Пока битюг Дерек куда-то бегал, члены комиссии вошли в палату и расположились кто на соседних лежанках, кто на стульях, а кто просто сел на подоконник. Я, продолжая изображать смертельно раненого, исподтишка разглядывал незнакомцев.

Высокий негр, очевидно, тут главный – недаром же у него майорское звание. Да и ведёт он себя соответственно: по-начальнически. Даже с де Наккосом общается свысока, хотя тот выше его по званию. Второй маг был капитаном. Тощий тип с рыжей клочковатой бородой и сонными глазами. В противоположность начальнику, он больше молчал – казалось, что ещё немного, и он уснёт прямо на стуле. Ещё двое – оба тоже капитаны, явно особисты. По их постным физиономиям можно было понять, что они подозревают всех и каждого в госизмене, или, как минимум, в свободомыслии, и рады бы всех здесь арестовать, но пока не имеют нужных доказательств. У де Наккоса озабоченное и хмурое лицо, а вот Верезг выглядит довольным, будто всю ночь в публичном доме отрывался. Ох, не к добру его радость.

Битюг Дерек притащил новую лечилку. По внешнему виду она ничем от виденных мной ранее не отличалась, а вот по воздействию – да. Если артефакт шестой категории был лейкой, то этот – настоящим душем, которым меня окатили с ног до головы. Зуд в ноге тут же прекратился, хотя кожа так и осталась шершавой. Жаль, всё быстро закончилось – по ёмкости артефакт пятой категории был таким же, как и шестой.

Так-то я и до того чувствовал себя очень даже неплохо (не считая чесотки), артефакт меня просто взбодрил. Пришлось делать вид, что лечение мне помогло, и я готов к разговору. Я даже сделал попытку приподняться, но негр выставил вперёд руку.

– Лежи, солдат! Поговорить мы сможем и так – это даже удобнее.

Я с удовольствием подчинился.

– Давай знакомиться. Я – майор СМС, мастер Оголу. Что?

Майор СМС? Услышав аббревиатуру, я закашлялся, пытаясь скрыть смешок. Видимо, получилось не очень.

– Что тебя рассмешило? – по его чёрной физиономии ничего понять было нельзя, но, судя по тону, ему моё весёлое настроение не понравилось.

– Простите, господин майор. А что значит СМС?

– Специальные магические силы. Слышал о таких?

Во я попал со своими смешками! Слышал, конечно, хотя и без подробностей. Судя по коротким рассказам унтеров, это магический спецназ. Крутые парни, которые таких, как я, на завтрак могут пачками есть. Другое дело, за каким тырком его по мою душу прислали? Я, вроде как, пока не успел магически набедокурить настолько, что для моего ареста понадобился специалист его профиля.

– Не дёргайся, пока ты нам неинтересен, – хмыкнул негр, словно угадав мои мысли. – Мы тут мимоходом оказались. И, раз уж оказались, должны провести твою диагностику. Потому что в твоих документах и в действительности имеются расхождения, о чём нам подсказал капитан Верезг.

Ну, естественно, без нашего особиста не обошлось, то-то он такой довольный. Выслужиться за мой счёт хочет, гнида. Майор кивнул второму магу, тот достал из сумки-планшета коробочку, открыл её и принялся раскладывать вокруг моей лежанки знакомые кристаллы.

– Меня уже так обследовали, – заметил я.

– Плохо обследовали, если у тебя обнаружился вторичный навык, – сказал майор. – А ведь в твоей характеристике чётко сказано, что предрасположенностей не обнаружено. Вот мы сейчас и узнаем, всё ли правильно было в прошлый раз сделано. А ты лежи и не шевелись.

Рыжий маг подал энергию в центральный кристалл, нахмурился, поводил растопыренными пальцами вокруг камня и сказал:

– Зарай, я ничего не понимаю. Такое впечатление, что основных навыков у него два. Огонь и тьма. А предрасположенностей к вторичным вообще нет.

Негр тоже нахмурился, сдвинул коллегу в сторону и сам взялся ворожить. А я почувствовал себя неуютно. Почему-то ни я, ни этот умник Джиз о таком просто не подумали. Хотя, кто мог знать, что мне устроят второе обследование? Майор пошаманил около центрального кристалла, сделал жест, будто смахивает что-то невидимое в сторону и сказал:

– Солдат, рассказывай.

– О чём, господин майор? – я постарался даже лицом изобразить тот самый валенок, которым прикидывался.

– Как ты вступил в сговор с магистром Тенеузом.

– А кто это?

– Тот, кто проводил твоё обследование в городе Кадишша одноимённого графства.

– Но я с ним в сговор не вступал. Он почти и не разговаривал со мной. Только велел, как вы, не шевелиться и вопросов дурацких не задавать. А потом отдал мне бумагу и сказал, что в случае потери придётся золотом платить. Вот и всё.

Я смотрел на него честными-пречестными глазами, тем более, что ни в одном слове не соврал. На чёрном лице майора ничего не отразилось, второй маг опять впал в полусонное состояние.

– Угу, – промычал негр. – Значит, отрицаем? Тогда расскажи, как у тебя появился навык тьмы.

– Господин майор, можете мне не верить, но я этого не знаю. Я даже не понял, как и когда это произошло. Просто потом вдруг осознал, что могу призывать тьму. Не очень большую.

Негр бросил взгляд на коллегу и потребовал:

– Продемонстрируй.

Я пожал плечами и призвал темнушку. Только попросил её проявиться без самодеятельности – просто повисеть в воздухе. Она так и сделала – проявилась над моей лежанкой в виде чёрного облачка размером с футбольный мяч и застыла. Негр наклонился к ней, словно принюхиваясь, а потом недоверчиво спросил:

– И вот таким шариком ты ослепил опытного боевого мага?

Наивно было бы предполагать, что эти комиссионеры придут ко мне, предварительно не ознакомившись с материалами дела. Которое, вот уши наотрез даю, на меня уже завёл мой заклятый дружбан капитан Верезг. Надеюсь, он там много не насочинял – всё-таки свидетелей дуэли много было. Но ведь можно соврать и без откровенной лжи. О чём-то умолчать, что-то вынести на первый план – и вот уже картина произошедшего изменена в нужную особисту сторону.

– Да, – коротко подтвердил я без излишних подробностей.

– А наведи тьму на меня, – неожиданно предложил майор. – Как тогда, на дуэли.

Что-то мне не нравится экспериментаторский пыл майора, однако, пришлось подчиниться. Я попросил темнушку окружить голову мага, что она и сделала. Негр поводил руками перед лицом, потом неожиданно прыгнул в сторону. Наверное, хотел избавиться от темноты, скрывавшей от него окружающее. Ну, это он, конечно, сделал не подумав. Темнушка осталась на его башке, как приклеенная, а сам майор вписался в соседнюю лежанку. Поскольку был он здоровенным и мускулистым, такой неудачный прыжок ему не повредил, чего нельзя сказать о лежанке. С треском и грохотом та развалилась на запчасти.

– Понятно. Убирай, – буркнул сидящий среди деревянных обломков майор. Когда темнушка исчезла, он сказал: – Всё было слышно, но ничего не видно. Так, когда, говоришь, ты получил стихию тьмы?

– Я не говорил, когда, – он, что, за наивного дебила меня держит, если хочет поймать на такой элементарной уловке?

– Да, действительно, – ничуть не смутился майор. – Ну, хотя бы приблизительно?

– Где-то с месяц назад. Или чуть меньше.

Негр приподнял одну бровь, обернулся к второму магу и спросил:

– Ну, что?

– Не врёт. Ни насчёт сговора, ни про второй навык.

Услышав это, я так и застыл. Вот же я кретинозавр! Меня внаглую прощупывает маг разума, а я клювом щёлкаю! Немедленно включил магическое зрение и увидел тонкие лиловые потоки, тянущиеся от рыжего мага ко мне. Глаза у него сонные, как же! Мозги у меня сонные! К счастью, эти ментальные щупальца не проникли в меня, а просто окружили. Значит, до моих мозгов этот тип ещё не добрался.

– Господин прим-майор, пожалуй, мы заберём его с собой, – негр посмотрел на де Наккоса. – Вам маг ни к чему, а мы его поизучаем. Интересный экземпляр.

– Позвольте возразить, господин майор, – Верезг выступил вперёд прежде, чем де Наккос успел что-либо сказать. – Де Марин с момента прибытия в часть находится под особым надзором тайной стражи. И этого надзора до сих пор никто ещё не отменил.

Майор посмотрел на Верезга, как на надоедливую букашку, но капитан остался спокоен. Оба приехавших особиста тут же подобрались, словно приготовившись встать на защиту собрата по профессии. Я же смотрел на происходящее и не знал, радоваться мне или плакать горючими слезами. Верезг, скотина, уже второй раз не желает выпускать меня из своих цепких лап. Я, конечно, в пластуны попасть не особо горел желанием, а сейчас, тем более, не хочу, чтобы меня тащили куда-то "поизучать", но и чувствовать себя персональным пленником особиста тоже как-то не очень приятно. Что лучше: быть "экземпляром" или остаться здесь, я пока не определился. Впрочем, сие зависело не от меня.

– Капитан, ты бы хоть иногда смотрел, куда идёшь, – обманчиво мягким голосом посоветовал негр. – А то ступишь на край и не заметишь, как упадёшь в пропасть.

– Господин майор, до сих пор зрение меня не подводило, – всё так же спокойно ответил Верезг. – Но если вы желаете забрать его из-под опеки тайной стражи, вопрос может быть решён быстро и просто. Ваш коллега ведь маг разума. Пусть он обследует де Марина и докажет, что тот является дворянином. Это единственное, что заставляет меня, как комиссара тайной стражи в части 3113, возражать. Как только это препятствие будет устранено, я закрою дело де Марина и отправлю его в архив. Ну, а если он докажет, что де Марин самовольно присвоил себе дворянское достоинство, уж извините, солдат отправится не с вами, а на виселицу.

Майор почему-то нахмурился, посмотрел сначала на худого коллегу-мага, потом на двух капитанов-особистов, потом опять на Верезга.

– Фактически, я даже настаиваю на том, чтобы ваш коллега провёл такой сеанс, – твёрдо сказал Верезг.

– Присоединяемся, – хором сказали оба капитана-особиста.

У-у, похоже на сговор. А ещё меня обвиняли.

– Вам ведь уже сказали, что магистр Ернуг не полноценный маг разума, – он не спрашивал, а констатировал факт. – Вы отдаёте себе отчёт, что в результате его манипуляций солдат может… хм, пострадать?

Ну, точно, сговор. Верезг – просто скотина. Сводит со мной счёты за сдохшего собутыльника. Он ведь при любом раскладе останется в плюсах: подтвердится или нет, что я дворянин, будет уже без разницы, потому что мои мозги в яичницу превратятся. Верезг закроет дело и в самом худшем для себя случае останется при своих. А в лучшем – получит премию или повышение за блистательную работу. Оба капитана-особиста его явно поддерживают. То есть, половина приехавшей комиссии "за".

– Макс, – послышался ментальный голос метаморфа, – немедленно включай темнушку.

– Ты где?

– Под окном. А то, может, завалим тут всех? – кровожадно предложил кот.

– Джиз, давай пока без крайних мер. Может, я ещё побарахтаюсь.

– Побарахтается он. А потом поедешь с магами, чтобы они тебя препарировали? Надо бежать.

Я подумал о Брайванах. Даже если Джиз поможет, и я сумею прикончить тут всех, их ведь всех продадут в рабство. Да уж, хорошую сдерживающую систему придумали имперцы.

– Нет. Пока нет.

– Дурень ты, Макс, – вздохнул метаморф. – И я от тебя дурости набрался. Раньше я бы уже порвал тут всех и утёк. А теперь сижу под окном и жду, когда моего брата начнут калечить.

– Ты же сам говорил, что темнушка – это защита от магии разума. Всё, Джиз, призываю.

Я призвал темнушку, которая уютно расположилась в моей голове, и голос Джиза пропал. Пока мы с ним пререкались, за меня вступился де Наккос. Он, волком глядя на Верезга, сказал:

– Я, как командир части, протестую. Нет никакой необходимости прямо сейчас проводить ментальное дознание, которое грозит искалечить солдата.

– Господин прим-майор, – вмешался один из безымянных капитанов-особистов, – не усугубляйте своё и без того сложное положение.

– Но он не давал своего согласия…

– Он согласился свидетельствовать перед магом разума. Квалификация мага при этом не упоминалась.

Де Наккос мрачный, как грозовая туча, отступил. Особист повернулся к негру.

– Господин майор, мы, как комиссары тайной стражи, поддерживаем предложение капитана Верезга. Если есть возможность закрыть дело, нужно её использовать. Вы ведь не хотите, чтобы мы отразили в отчёте ваше нежелание содействовать? Его светлость герцог Нуово, насколько я помню, не только руководитель тайной стражи, но и действующий член Конвента.

Негр посмотрел на меня и пожал плечами.

– Экземпляр интересный, но не настолько. Ернуг, приступай, только постарайся, не как в прошлый раз. А вы, господа, свидетельствуйте.

Меня от злости аж затрясло. Обсуждают меня, как табуретку. Экземпляр, видите ли! И никого, кроме де Наккоса, здесь не волнует, что этот тощий рыжий маг собирается взболтать мне мозги. Постарайся, как не в прошлый раз, да? Выходит, какому-то несчастному он уже мозги раскурочил? Темнушка, защищаемся! Тьма во мне согласно заурчала.

– Старший солдат де Марин, вы назвались дворянином, – вслух сказал рыжий маг, а сам двинул лиловые потоки в мою голову. – Вы на самом деле являетесь дворянином?

Ментальные щупальца меня плотно окружили, но пока никаких неприятных ощущений я не испытывал. Пока – нет, а вот потом? Сейчас он ломанётся вглубь моего "я", топча грязными сапогами мою сущность и разрушая её. И буду я потом, как сказал Джиз, радоваться виду волосатых мужских ляжек. О, нет, только не это!

– Да, я являюсь дворянином! – твёрдо заявил я, снова вызвав в памяти своё дальнее родство с неведомым дореволюционным дядькой.

– Пока он говорит правду, – озвучил результат маг. – Сейчас копнём поглубже.

Ментальные щупальца стали сжиматься, я почувствовал давление, словно мою голову со всех сторон охватили обручами. Сильнее всего почему-то давило в районе затылка. Темнушка заурчала громче – так рычит кот, предупреждая противника. Я невольно напрягся, словно физическими усилиями мог помочь своей ментальной защитнице. Острая боль резко ударила в затылок, темнушка взвыла, а у меня всё поплыло перед глазами. Только бы не очнуться изменённым, лучше уж сразу сдохнуть. Только не волосатые мужские ляжки!

От острой пронзающей голову боли я невольно вскрикнул, после чего потерял связь с реальностью и погрузился во тьму. Она была огромной и ласковой, она убаюкивала и говорила, что всё будет хорошо. Я очень хотел в это верить, а потому просто растворился этой мурлычущей тьме. Весь, без остатка.