
Пабло Пикассо говорил,
что любое искусство эротично.
Если у вас не эротично, значит у вас не искусство.
Это мой ответ всем недовольным.
Ну, не мой, а Пабло Пикассо,
неудовольствий афродизиаки не принимают.
В контексте приключения, на его главных сидениях
всегда сидит женщина, но я вам признаюсь, я не совсем женщина,
я настоящая проказница, вместо того чтобы ждать Одиссея
до эллинской покорной дочерью Икария Пенелопой,
я смастерила корабль и ринулась в бушующие воды ионического моря
разыскивать сноба, а в уме моем воспоминания вертятся, и они попроизвольнее.
Те женщины, которых вы знали, были обычными женщинами,
определенные цели карьерные себе наметившими,
на моих внутренних лепестках, пропитанных беспомощным нектаром и вашими выделениями,
а также определенными мыслями, грустью и гложущими сомнениями
после дополнительного толчка бедром «вот так» и несуразными поведениями,
доминанта густого концентрата,
ремесленная сперма гения,
вы бы увлажнили что ли, ваше вхождение угловато,
но я таю, даже при минусовой температуре эрекция,
когда свет рассыпается и рассеивается,
сквозь тонкую черную прозрачную комбинацию это невозможно не заметить,
соски пышных грудей и животик гладкий, паркуйтесь на рейде,
остановитесь, но вы не можете, тогда смейте.
С дзен-подобным свистящим дыханием
сексуальное удовольствие,
это разминочное движение, вы даже не представляете какой я могу быть,
обнимите меня и потеплейте.