Реролл

— А может, пошло оно всё... Куда подальше, а? — После довольно долгого молчания словно бы невзначай поинтересовался у сидящего за рулём Гудка, откинувшийся на спинку заднего сидения Клим, по паспорту Алексей Николаевич Климаков, как только его любимый (ибо слишком много у данного человека было связано с конкретно этой машинкой, чтобы пустить ту в утиль) озаряемый вспышками досрочно пущенного кем-то салюта, по нынешним меркам практически антикварный шестисотый мерседес плавно вошёл в очередной поворот. — Ну, действительно, Гриша? Что они там без меня не нажрутся, ёлочку не подожгут, да шлю... Куртизанок, — в самый последний момент успел исправиться он. — Не... Того-этого?

— Ну, почему же? — Не отвлекаясь от управления, в меру сил пожал плечами водитель. — Это-то они Шеф как раз-таки прекрасно сделают и самостоятельно. Но вот... Порешают ли они без вас дела, сие есмь большой вопрос. Особенно с учётом, что на том мероприятие преимущественно вашими усилиями должен будет присутствовать сам... Тот, который тот. И если вы не появитесь, это... скорее всего будет истолковано им крайне… превратно. Мол, сам же уговорил на встречу, и сам же не явился, а значит...

— Испугался. — На несколько секунд прикрыв глаза закончил за собеседника пассажир. — В смысле, я испугался его. Или испугался, или... Какую подлянку планирую.

— Оно самое. — Протяжно вздохнув подтвердил Гудок. — Хотя на все ваша воля, шеф. Не хотите, значит не хотите.

— Ну, да... — Прищёлкнул языком Клим, после чего сконцентрировавшись на веренице пролетающих за окном украшенных новогодней иллюминацией столбов, резко сменив тему добавил:

— Слушай, Гриша, а почему ты Гудок? Откуда погоняло? Это если что никакая не предъява, а так... — Он сделал правой рукой неопределённый жест. — Просто крайне запоздалое любопытство, и ничего более.

— Оттуда, шеф. — Водитель более чем красноречиво мотнул головой. — Я тогда первый раз в гости к хозяину заехал. Ну и... Нет, приняли нормально, беспредела не было. Просто... Короче получилось так, что поскользнулся я, и со всей дури лобешником об спинку шконки. Причём реально со всей дури. Ну, и... Завыл в общем. А один из старых постояльцев возьми да и пошути, что, мол, как, дескать, ору то красиво. Во всю глотку, да на одной ноте. Прямо, как паровозный гудок. Вот с тех пор так и кличут.

— Ясно. — Подвел итог Клим, и очередным жестом велев собеседнику умолкнуть снова погрузился в мысли. Довольно-таки, к слову, малоприятные мысли, ибо... Ну, вот не любил Алексей Петрович новый год. А если точнее, то откровенно данный праздник ненавидел.

Да ненавидел его несколько меньше, чем собственный день рождения, но тем не менее. Нет, разумеется, и то, и другое, он уже много лет как в обязательном порядке отмечал. Причём достаточно пышно. С рестораном, соответствующего уровня подарками, и прочими атрибутами крайне успешного человека, вот только... Всё это было, преимущественно как говорят в народе «показухой». Да, ВСЁ включая его же на тот момент якобы искреннюю радость и удивление. Вот только там, внутри, оно ему и даром не сдалось, однако… есть такое слово, как: «надо». А по сему и сегодня он, разумеется, тоже обязательно поедет на этот очередной трижды проклятый новогодний фуршет. Потому что в противном случае данного поведения действительно не поймут. Причём, как тот, который… тот, так и все прочие. Поедет дабы... Короче, в первую очередь, примерно за час до официального начала необходимо будет тет-а-тет встретиться с...

Вот только закончить данное планирование господину Климу оказалось не суждено. А причиной тому была... Песенка. А-ля: «Новый год к нам мчится, скоро всё случится» песенка, которая...

— Любопытно... — С откровенной, и притом явно искренней настороженностью покосившись на внезапно возомнивший себя магнитофоном бардачок данного автомобиля прокомментировал сие Гудок. — И это... Просто, чтобы вы знали, шеф. Я тут не при делах. Я сам не вдупляю.

— Угомонись. — Осадил водителя пассажир. — Тебе пока по-прежнему никто ничего не предъявляет. — Угомонись, и притормози. В смысле тачку притормози.

***

— И, что скажешь? — Нарушил-таки очередное затянувшееся молчание Клим, буквально гипнотизируя взглядом, лежащий на ладони подчинённого источник их беспокойства, коим оказался довольно-таки дешёвенький смартфон, через который всё ещё упорно пытался дозвониться некий абонент под именем... «Дед Мороз». Да, именно так. Именно что Дед Мороз. — Какие мысли?

— Да, бес его знает, Шеф. — Точно также не отрывая взгляда от соответствующего устройства буркнул Гудок. — Если бы я такую хрень просто на улице нашёл, то гарантированно решил бы, что это просто какой-то ребёнок свой новогодний подарок потерял. Ну, действительно? Снеговики эти, ёлочки, белочки на кожухе, брелок а-ля ёлочная игрушка, и прочее... Однако, при условии, что конкретно к данной тачке доступ имеем только, кстати спасибо за особое доверие Шеф, мы с вами, а детей у нас вроде как пока еще нет... — Мужчина свободной левой рукой задумчиво почесал подбородок. — Хотя остаётся ещё автосервис, ну тот...

— Который мой. — Подсказал Клим.

— Угу, именно. — Кивнул водитель. — И у тамошних мастеров дети вполне себе могут быть, вот только... Во-первых, вряд ли бы кто-то из тамошних гайкакрутов, зная, так сказать... Особую специфику их места работы стал бы брать туда свое потомство, а во-вторых... Ну... Не знаю, в общем. Реально не знаю, шеф. Странная мутка. Особенно с учётом, что я, конкретно я, перед каждым выездом данной тачки, реально, без мухлежа, проверяю ту с ног до головы. Сегодня, если что, не исключение, а потому если бы этот агрегат... Короче, как я вам уже до этого сказал, последним гадом буду, сие есмь не моя маза, так как... — Он на мгновение умолк, после чего кажется и сам боясь своих слов предположил. — А может это... Покушение? Точнее попытка покушения? Мы сейчас трубку так сказать поднимем, оно и... рванёт? — После чего поймав на себе весьма красноречивый взгляд начальства поспешно добавил:

— Хотя, да, шеф, согласен. Моя есмь кажется перемудрил, потому как реши нас кто-то взорвать, то... Оно бы уже от входящего сигнала рвануло, хотя... Бес его знает, что на том конце за... извращенцы, и...

— Эх Гришка, эх Алёшка... — Внезапно прервал его чей-то откровенно раздосадованный старческий голос, причём на то, чтобы понять откуда он исходит Климу с Гудком понадобилось никак не меньше пяти секунд, по истечении которых...

— Я ничего не нажимал шеф. В смысле звонок я не принимал... — Покачал головой водитель. — Сами же видели, что оно... Само. И на громкую связь тоже включилось само.

— Да видел он, видел. — Подтвердил смартфон, — И... В общем ты бы Алешенька из кареты своей выбрался, да задний багажник ее проверил. Там тебя подарок ждёт. Да, моя вина ,что только сейчас но... Лучше уж поздно, чем никогда.

— Не смейте Шеф! — Инстинктивно потянувшись к наплечной кобуре возразил Гудок. — Даже не вздумайте, и не смейте! А то, если они в наш бардачок этот телефон подкинуть умудрились, то бес его знает, что там дальше быть может. Например, вы сейчас только наружу вылезете, а там…

— Снайпер? — Беззлобно хохотнув вклинился в разговор смартфон. — Ну, допустим. Вот только карета-то у вас и так… не бронированная. А посему выходи наружу Алешенька. Ты Гришенька, тоже выходи. И не бойтесь, ибо, ну неужели я, сам Дедушка Мороз, да ещё за четыре часа до нового года, буду...

— Ты такой же Дедушка Мороз, как я балерина. — Буркнул водитель.

— В таком случае... балерина ты довольно неплохая. — Парировал старик, ну или тот, кто выдавал себя за оного. — По крайней мере в своё время твоя учительница тех самых бальных танцев возлагала на тебя большие надежды, и... Но, впрочем, продолжим мы никак не раньше, чем вы окажетесь на свежем воздухе. — После чего дождавшись пока Клим с Гудком напоследок крайне многозначительно переглянувшись выполнят-таки данное требование продолжил:

— В общем так, Гришенька, раз уж ты сейчас поперек Алёшеньки лезешь, то… В общем для тебя у Дедушки Мороза тоже есть маленький подарок, который прямо сейчас находится у тебя в правом внутреннем кармане куртки, и… — Неизвестный собеседник позволил себе лёгкий смешок. — Рискнешь посмотреть? Хотя бы… в целях безопасности? А то, мало ли?

Ответом ему стала очередная воистину гробовая тишина.

— Ну? — Подбодрил водителя смартфон. — Давай. Смелее.

Вот только выполнять очередное требование Гудок не спешил. По крайней мере до тех пор, пока не дождался от своего шефа едва заметного кивка, после чего крайне бережно положив эту чертову трубку на передний капот всё того же мерседеса запустил-таки руку за пазуху и...

Что Гришка по итогу обнаружил в заветном кармане Климу разглядеть так и не удалось. Однако судя по тому, как в этот момент изменилось лицо водителя...

— Копия? — Не иначе, как чудом взяв себя в руки, с откровенной надеждой в голосе наконец прошептал тот.

— Обижаешь... — Протяжно вздохнул смартфон. — Оригинал.

— Дерьмовый подарок. — Не менее протяжно вздохнул следом Гудок, и со всей дури зашвырнув данную, чем бы она не была, штучку как можно дальше в темноту обочины, пояснил всё это время молча уставившемуся на него Климу. — Мусор. Это был просто мусор. Понятно? — После чего закрыв глаза, и походу реально еле сдерживая столь не соответствующие его внешности и габаритам слёзы крайне сбивчиво добавил:

— Врал. Когда я тебе рассказывал про свою первую ходку, шеф, я врал. Точнее не совсем врал, просто...

— Просто того человека насмерть сбил не он. — Снова подключился к разговору «старик» на том конце провода. — А его невеста. Точнее девушка, которую он на тот момент считал своей невестой, и которой же в качестве... Помолвки подарил тот самый... Мусор. Пятьсот восемьдесят пятая проба. Три камня: изумруд, рубин, сапфир. Девушка, что... В итоге, мол, доказательство любви и все такое, уговорила его взять вину на себя, обещая ждать сколько потребуется, вот только... Хватило её не на долго, ибо...

— Ибо! — Всем свои видом показывая, что категорически не желает продолжения данной темы обрубил того походу, окончательно взявший себя в руки Гудок. — И вообще, если ты действительно настоящий Дедушка Мороз, то... Разве ты должен быть добрым? Или добрый ты только с... хорошими мальчиками, а такие мрази, как я...

— Санта клаус. — Прервал его все тот же смартфон. — Это он... статистику ведёт. Кто хороший ребёнок, а кто плохой. После чего и раздаёт, одним... Радости, другим... Гадости. В смысле одним игрушки, другим уголь в носок. Дедушка Мороз же никогда таким... Распределением не занимался. Тем более, что... Почему ты считаешь себя плохим? Ну, действительно? Да, ты два раза побывал в казематах искупая вину. Вот только в обоих случаях вина та была заведомо чужая. Первый раз добровольно тобой на себя взятая, а второй насильно повешенная, ибо подставили тебя тогда Гришенька, мол, он бывший заключённый на него... Всё косяки и спишем. Ты ведь...

— Тогда к чему такой подарок? — Бесцеремонно усевшись на снег продолжил допытываться, Гудок. — Заметь, я спрашиваю не как ты все это сделал, а именно зачем.

— Потому что именно этого ты больше всего хотел. — Пожимая плечами (по крайней мере Клим, конкретно Клим, отчётливо почувствовал, что собеседник на том конце провода сделал именно этот жест) пояснил «старик». — А теперь, прежде чем мы вернёмся к данной беседе, побудь и дальше хорошим мальчиком позволив мне немного поговорить с твоим другом. Да, именно другом, потому как никому больше, включая свою нынешнюю фаворитку, великий и ужасный господин Клим не позволяет быть с собой столь... Не побоюсь этих слов… фамильярным. Договорились?

— Ну, допустим. — Ответил за Гудка пуще прежнего нахмурившийся Клим. — Ну допустим, так называемый глубокоуважаемый господин Дедушка Мороз, вы...

— Всё ещё не веришь, стало быть. — Слегка разочарованно поцокал языком голос из динамика. — Даже после всех уже устроенных мной чудес, и то не веришь.

— Потому что никаких чудес, пока еще не видел. — Даже и секунды не сомневаясь, что собеседник тоже прекрасно почувствует этот его ответный жест развёл руками Клим. — А история с мобилой и кольцом... — Он позволил себе едва заметную усмешку. — Круто, конечно. Вот только... При наличии соответствующих связей вполне себе осуществимо и без всякой магии. Сложно конечно до одурения, однако тем не менее вполне себе... технически осуществимо.

— Ну, да. — Пошёл на попятную «Дедушка Мороз». — Что правда, то правда. В таком случае усложняем задачу и... Для начала проверь-ка уже свой правый внутренний карман.

— И что я там обнаружу? — Не то от холода, не то от напряжения поёжился Клим, ибо... Нет, то, что на том конце находится тот самый заведомо сказочный персонаж он, разумеется, не верил, но вот... Уровню осведомленности и влияния всё ещё неведомого собеседника должное-таки после той истории с кольцом вполне себе отдавал. — Только, честно?

— Тогда сюрприза не получится. — Всё так же абсолютно беззлобно хохотнул «старик». — А новый год ведь это в первую очередь время сюрпризов, правда? Ну? Или получается, что Гриша смелее своего... хозяина оказался?

— Ладно... — Проводив взглядом в этот самый момент проехавшее мимо такси вынес таки вердикт Клим. — Черт с ним. — После чего сунул-таки руку за пазуху.

***

— Ну, и? — Внезапно подал голос, по-прежнему сидящий на земле, и из-за все того же падающего снега издали уже отдалённо начавший напоминать небольшой сугроб, Гудок. — Давайте, колитесь, Шеф. Что там? А то ваша рожа сейчас даже моей фору даст.

— Письмо. — Пояснил за Клима всё тот же неугомонный смартфон. — Это, Гришенька, первое и последнее написанное мне Алешенькой письмо. То самое письмо, которое он в свое время так и не отправил, потому что его на тот момент отчим, под девизом: «Уже в первый класс ходишь, а до сих пор во всякую чушь веришь»...

— Сжег... — Еле сдерживая идущие ему даже меньше нежели собственному водителю слезы прошептал великий и ужасный Алексей Петрович Климаков. — Точнее сперва мне внушительную оплеуху отвесил, потом демонстративно в это письмо высморкался, а затем его сжёг. Тварь плешивая, и...

— Именно с тех пор ты, Алёшенька, и ненавидишь новый год. — Сочувственно вздохнул динамик. — День рождения, к слову, ненавидишь абсолютно по той же самой причине. Ибо с тех пор, как в твоей жизни появился соответствующий мужчина, они для тебя просто исчезли, так как, по его мнению, тратить деньги на какой-то там праздник было глупо, ибо, мол, есть более важные расходы. А ещё... — Собеседник выдержал очередную паузу. — Как по-твоему данное письмо, а это ведь действительно, ты же видишь, что это действительно то самое письмо, оно сейчас тоже не тянет на чудо? Ибо… Ну, не знаю. Может, например, ибо по факту видели данное послание всего двое, ты, когда его писал, и твой отчим, когда на твоих же глазах его уничтожил, в тот момент еще и некто третий будучи невидимым стоял за твоей спиной, чтобы успеть его сфотографировать, дабы потом спустя много-много лет предварительно заказав у соответствующих специалистов соответствующую же идеально выполненную копию...

— Зачем? — Только и смог буквально выдохнуть Клим. — Ну, хорошо! Ну, допустим, что я поверил. Чисто теоретически поверил, что ты тот самый Дед Мороз. Однако наряду с Гришей тоже всё ещё не понимаю почему подарки такие мягко скажем своеобразные. Ему кольцо... мне... вот это. Особенно при условии, что с твоих же недавних слов, ты не Санта Клаус, и плохих мальчиков не наказываешь. Ну?

— Потому что таковы были ваши желания Гришенька и Алёшенька. Точнее желаниЕ, ибо оно у вас одинаковое, самое заветное желание. Озвучить?

— Удиви. — Словно месяц до этого репетировали, хором не то попросили, не то приказали Клим с Гудком.

— Реролл. — Пояснил «Дедушка мороз». — Вашим самым заветным желанием уже много лет является получение возможности всё… переиграть. Поэтому... В общем смотрите детишки какой расклад. Как только ты, хочешь верь, хочешь пока не верь, Гришенька, наденешь на безымянный палец своей правой руки то самое, оно, если что, снова лежит у тебя в том же самом кармане, кольцо, то... Ровно на десять минут вернёшься назад, и... Сможешь послать куда подальше ту красную девицу вместе с ее просьбой слезною, исполнение которой доказательством к ней неистовой любви считаться должно. А ты, Алёшенька, как только сожжёшь данное письмо, точно так же ровно на десять минут вернёшься в прошлое дабы любыми способами успеть сделать так, чтобы твоя мама категорически отказалась знакомиться с тем мужчиной. После чего если вы всё провернете правильно, ваши прежние личные псевдо-стабильные пространственно-временные альфа потоки автоматически перестроятся согласно корреляции соответствующих реперных точек, и... — Старик внезапно осёкся. — То есть я хотел сказать, что ваши судьбы кардинально изменятся, и по возвращении в настоящий момент...

— А в какую сторону они изменятся? — Очередной раз крайне многозначительно переглянувшись всё тем же хором сухо поинтересовались Гудок с Климом, почему-то даже и доли секунды сейчас не сомневаясь что обещанное путешествие в прошлое для них нынче более чем возможно. — В лучшую, или в худшую?

— Без понятия, ибо я ведь не внебрачный сын Ванги с Нострадамусом, а всего лишь старый добрый Дедушка Мороз. — Басовито хохотнул собеседник, причём то, что тот сейчас нагло врёт и... Новые линии соответствующих вероятностей соответствующих же людей ему заранее вполне себе известны Клим с Гудком ни капли не сомневались тоже. — Только учтите, что данное волшебство, если вы на него решитесь, должно быть ровно до полуночи вами провернуто. А теперь мне бежать пора, ибо до заветных курантов всего три часа осталось, за которые Дедушке Морозу ещё кучу детишек успеть поздравить требуется. Посему, прощай Гришенька, прощай Алёшенька. С новым годом вас! С новым счастьем! — И смартфон не иначе, как для разнообразия проиграв напоследок: «Когда приходит год молодой, а старый уходит в прочь, дано свершиться мечте любой, такая уж это ночь» умолк.

Клим с изволившим-таки наконец подняться на ноги Гудком нарушать тишину не спешили тоже, вместо этого предпочитая пуще прежнего гипнотизировать взглядами каждый свой подарочек.

***

— Забавно, Шеф. — Наконец первым разорвал тишину Григорий. — Ну, согласитесь, что всё это реально крайне забавно? Я к тому, что вот так вот полжизни мечтаешь одно единственное событие в прошлом изменить, а когда данный шанс оказывает у тебя на ладони то... — Он проводил взглядом в этот момент ещё одно проехавшее по трассе такси. — Я к тому, что, да, по идее… Точнее по факту. — Исправился он. — Суммарно около двенадцати лет моя есьм реально отмотал ни за что. Двенадцать лет жизни на помойку, и... Хотя с другой стороны, у меня сейчас Анька есть, а если баба, мужика у которого две ходки за плечами, приняла, замуж за него пошла, да ещё и ребёнка от него захотела, значит... — Он походу так и не сумев подобрать нужных слов просто развёл руками. — Вот. Ну, реально же? Анька есть, дочку ждём, хату вашей Шеф милостью вот недавно приличную намутили. Работа опять-таки на вас же. А там? Что меня ждёт там? Что? И... Вот ливером чую, что данная магия сработает, однако... В общем уверен, что вы поняли.

— Не вы, а ты. — Тоже, к слову, по-прежнему ни капли, не сомневаясь, что «магия» сработает, однако (ибо с одной стороны его отчим в своё время действительно был редкостным чёртом, однако при этом с другой стороны, именно соответствующая ненависть, помноженная на стремление стать максимально сильным дабы уже оная тварь его боялась, и сделала в итоге Клима, тем самым… Климом) не спеша активировать оную поправил его Алексей. — Реально, давай на «ты», а то... Забодал уже. — После чего задумчиво посмотрев на висящую в безоблачном небе Луну, быстрым шагом направился к как он это иногда называл «чулану своей барбухайки», где, со слов все того же «Дедушки мороза» его, вроде как, должен был ждать еще один подарок, что в итоге оказался…

— Здравствуйте, я ваша тетя. Приехала к вам из Бразилии, где очень много диких обезьян… — Внимательно изучая обнаруженные в соответствующем багажнике бумаги крайне задумчиво пробубнил себе под нос Клим.

— А можно немного подробнее, Шеф? — Снизойдя наконец до отряхивания с себя снега поинтересовался Гудок. — Только не говорите, что там сейчас нечто уровня того вашего новогоднего письма.

— Если бы... — Алексей ещё раз крайне задумчиво посмотрел на луну. — И... В общем ты, кажется. говорил что детдомовский, и фамилия твоя, если не ошибаюсь, Ярышев?

— Ну, да. — Подтвердил собеседник. — А что? Только давай снова на чистоту, Шеф. Колись
С этим теперь какие-то проблемы?

— Скорее очередные вопросы... Крайне конкретные вопросы к крайне конкретным людям. Точнее к некоей Марии Васильевне Клименко. — Возвращаясь к изучению документов нахмурился Алексей. — Потому что согласно данным... — Он демонстративно помахал перед собой соответствующей пачкой листов, — Писулькам, коим я, в свете последних событий таки верю... В общем... — Мужчина целенаправленно пролистал несколько страниц. — Так... Данная экспертиза бла-бла-бла, выданная органом бла-бла-бла, на основание бла-бла-бла... Вот. Выносит официальное постановление о том, что Алексей Николаевич Климаков, а также Григорий Дмитриевич Ярышев с вероятностью в девяносто девять процентов... Являются единокровными братьями. — Бесчисленная уже за сегодня крайне многозначительная пауза. — Как тебе новость? Особенно при условии, что познакомились мы... Точнее что на работу я тебя взял отнюдь не по... Резюме.

— Намекаешь, что... Та история без так сказать Дедушки Мороза тоже не обошлась? — Уточнил Григорий.

— Без понятия. — Покачал головой Клим. — Однако... — Он свободной левой рукой нащупал в кармане соответствующее письмо, после чего скомкав швырнул то под ноги. — Однако при этом точно знаю, что конкретно я ничего в своём прошлом переписывать не собираюсь. Было, значит, было. Вот собственно, и всё. Сам не буду, однако тебя отговаривать на планирую. Потому что если, несмотря на все твои слова об Ане, будущей дочке, и прочем, там в глубине души, ты всё ещё хочешь, устроить этот самый…

— Реролл. — Подсказал Григорий.

— Угу. — Кивнул Алексей. — Его самый. Если все-таки хочешь воспользоваться тем кольцом, чтобы…

— Ой... — Уже второй раз подряд швырнув данную побрякушку в темноту обочины откровенно наигранно воскликнул собеседник. — Не поверишь Леха, но кажется я его потерял. Вот горе-то какое. — После чего резко сменив тему крайне серьёзным тоном поинтересовался:

— Ну, так мы едем, или, ну его в черту? Я про то... мероприятие. Потому что если таки едем, то надо бы поторопиться. А то в первую очередь... Тот который... Тот…

— Само собой. — Кивнул Клим. — В смысле едем, конечно. И это... — Он внезапно скорчил максимально детскую рожу, на которую только был способен. — Только можно, ну пожалуйста, можно, за руль сейчас сяду я? Я умею водить. Честно-честно!

Конец

P.s. Если вам понравился данный рассказ, то не забудьте поставить лайк. Вроде бы мелочь, а автору приятно.