Ритмы Города Дверей

Если спросить случайного прохожего, с какими знаменитыми зданиями Сигила связана профессия частного сыщика, его реакция расскажет вам много интересного. Резкое «Отвянь!» с головой выдаст измотанного тяжёлой работой и едким смогом жителя Нижнего Района. Гость города, даже хорошо замаскированный, ответит недоуменным: «Какая профессия?» Досужий читатель бульварных романов из Района Леди, не раздумывая, назовёт Суд и Тюрьму, а потом, чтобы получилась красивая тройка, добавит Казармы. В самом деле, все знают, что хитроумные детективы выслеживают опасных преступников и разгадывают их коварные планы столь проницательно, что бойцам Гармониума из Казарм остаётся лишь схватить злодея в неожиданный для него момент и приволочь в Суд. А там Учёные юристы Братства Порядка вынесут заслуженный приговор и передадут негодяя в руки Убийц Милосердия — безжалостных палачей и надзирателей Тюрьмы.

На деле же большинство клиентов частного сыщика совсем не стремится довести дело до Суда, хотело бы держаться подальше от Казарм и бледнеет при упоминании Тюрьмы. Все эти обманутые супруги и обворованные партнёрами дельцы становятся фанатами закона и порядка только тогда, когда у них из тайника вытаскивают любимый кошелёк. А случись им самим провернуть подобное, тут же начинают петь о тирании и неравенстве, не оставляющих выбора честному существу.

Поэтому тот, кто на самом деле близок к профессии, отвечая на вопрос о знаменитых зданиях, безошибочно укажет на Зал Записей. Редкое расследование обходится без получения справок и выписок из каких-нибудь метрик, реестров и бухгалтерских книг. А главное — каждый частный детектив обязан получить особую, ежегодно продляемую лицензию и регулярно платить со своих доходов налог. Всеми этими вопросами с искренним усердием занимаются члены фракции Обречённых, избравшие Зал Записей своей штаб-квартирой.

Фракции — главная особенность политической жизни Сигила. Сложилось так, что Безмолвная Леди — почти всемогущая покровительница Города — не ставит на важные посты ни своих серокожих слуг-дабусов, ни, тем более, преданных поклонников. Вместо этого она позволяет фракциям, этим группам воинствующих философов, выполнять функции, наиболее близкие их мировоззрению. Поэтому Гармониум патрулирует улицы, а Обречённые собирают налоги, и город живёт не то чтобы очень хорошо, но довольно сносно для перекрёстка миров, где встречаются все народы Мультивселенной.

Примерно так думал частный сыщик по имени Грга, сидя на ковре-самолёте спиной к своему боссу и рассеянно обозревая загаженные воронами крыши. Вокруг клубился пропитанный горьким дымом туман, скрывая от глаз безумный ландшафт Города Дверей, и только тренированный взгляд Грги подмечал, что дальние крыши кажутся выше ближних, а не наоборот. Тусклый свет и мелкий холодный дождь навевали тоску, но сыщик все равно предпочитал работать в пасмурные дни, когда Сигил выглядел почти как обычный город какого-нибудь из миров Прайма. Ведь стоит мгле рассеяться, и Город Дверей уже не даст ему сосредоточиться ни на чём, кроме себя. Неповторимый, невозможный город, построенный на внутренней стороне огромного кольца, парящего над вершиной невообразимо высокой горы.

Незримый жених

Вознес кольцо волшебства над пальцем невесты

Город тысячи планов, Сигил.

Полёт настраивал на лирический лад, но Грга не мог позволить себе полностью расслабиться. Всё же, он сопровождал Манаса Наири, купца, волшебника и основателя сыскного агентства «Наири и партнёры». За годы жизни в Сигиле Наири нажил немало врагов, и кто-нибудь из них вполне мог шепнуть группе предприимчивых гостей города: «Видите этого толстяка на ковре-самолёте? У него денег куры не клюют!». Конечно, шеф Грги, как и большинство зажиточных сигильцев, хранил своё золото в банке, но в некоторых мирах Прайма даже не придумали этого слова. Для выходцев из подобных мест самым понятным аргументом был сидящий за спиной толстяка здоровенный ящер с обсидиановой чешуёй и изогнутыми когтями на мускулистых лапах.

Грга принимал облик гормиля каждый раз, когда Наири требовалась охрана, и настолько сжился с ним, что все знакомые считали, будто это и есть его истинная форма. Но на самом деле чешуйчатая морда была такой же маской, как смуглое человеческое лицо с тонкими восточными усами или пятнистая физиономия худого лысого гитзерая. Истинное же обличье сыщика было куда более внушительным и опасным. Опасным, прежде всего, для самого Грги, поскольку могущественных врагов у дракона с плана Теней было не меньше, чем у его начальника.

Дома расступились, и Манас приказал ковру плавно снизиться. Впереди, сквозь туман, виднелся силуэт увенчанной короной из стальных когтей башни Зала Записей. Штаб-квартира Обречённых совсем не походила на административное учреждение. Она скорее напоминала жилище не слишком доброго волшебника, и эта ассоциация была исторически верной. Когда-то её построил Бигби, ученик знаменитого Морденкайнена, чтобы открыть в Сигиле академию магических искусств. Увы, предприятие не окупилось, и весь комплекс зданий Академии отошёл фракции Обречённых в счёт недоплаченных налогов. Теперь башня стала сосредоточием фискальной власти - того особого колдовства, что превращает золото в карманах граждан в свинец на их ногах, а вместо вечной молодости дарит безвременную старость. Вид Зала Записей мог бы показаться гнетущим, если бы не великолепный парк с тенистыми аллеями, искусственными прудами и лавочками, на которых можно отдохнуть в ожидании встречи с налоговым инспектором. За этот парк Грга был готов простить Обречённым драконовские проценты и бумажную волокиту.

Пройдя мимо пары одетых в яркие мундиры гигантов-часовых, Грга и Наири вошли в просторный холл с мозаичным полом. Многочисленные посетители толкались у стендов с образцами заявлений и анкет, переругивались из-за места в очереди или мерили зал нетерпеливыми шагами в ожидании решения по своему вопросу. Птицы более высокого полёта вроде Манаса Наири без лишней волокиты направлялись в приёмные нужных им отделов.

Не успел Грга заскучать, как их с шефом пригласили в кабинет инспектора. Франтоватый маг по имени Намба Бацак был старым партнёром Наири по игре в чатурангу и обычно принимал его так же беззаботно, как дома за чашкой чая. Но в этот раз Грга сразу понял, что инспектора что-то беспокоит.

— Я, как всегда, попросил Дарагачи, чтобы он подготовил продлённую лицензию, — чуть быстрее обычного сказал Бацак, запихивая банковский вексель Наири в трубу пневмопочты, — но он сказал, что тебе нужно сначала уладить какой-то вопрос в кадастровой палате.

— Что за вопрос? — светским тоном поинтересовался Наири.

— Дословно: «Что-то не так с его офисом», — поморщился инспектор.

— Узнаю старину Дарагачи, — усмехнулся глава сыскного агентства.

Пневмопочта выплюнула справку об оплате и короткую записку. Бацак протянул обе бумаги детективу.

— Я спросил у мистера Загадочность, к кому тебя направить. Ответ в записке.

«Кабинет 15, Ильфрэна Тор-Андар», — прочёл Наири. - Не припомню такой.

Грга непроизвольно напрягся. В Сигиле жило не так много дроу, и каждое имя на их наречии казалось сыщику приветом из прошлого. Порой его посещали кошмары - удушающее волю касание магических пут и алые глаза заклинателей во тьме. Сколько времени прошло? Пожалуй, все шестерни Механуса успели сделать полный оборот. Пора бы уже перестать дёргаться.

— Формально она из кадастровой палаты, - неохотно пояснил Бацак, - но на деле…

Он многозначительно показал пальцем вниз, намекая на обширные архивы фракции, где лучшие аналитики Обречённых трудились над любимым проектом своего фактола — «Тайной историей Сигила».

— Будь с ней осторожнее, - искренне посоветовал инспектор. - Даже если она выглядит как милая девочка на побегушках.

— Не волнуйся, дружище, — широко улыбнулся Манас Наири. — Я всегда знал, что в вашей фракции таких не бывает.

Тесный пятнадцатый кабинет выглядел слишком чистым и аккуратным для рабочего помещения. На книжных полках выстроились шеренги папок с адресами на корешках. Грга отметил про себя, что некоторые из этих домов уже несколько лет как снесли дабусы. Хозяйка кабинета казалась довольно молодой по эльфийским меркам, хотя сыщик помнил, что дроу старятся медленно. На красивом тёмном лице выделялись глаза - неожиданно светло-серые, как у галки. Чиновница просматривала какие-то документы и делала в блокноте пометки, почему-то на стародраконьем.

— Господин Манас Наири, верно? — спросила она, оторвавшись от бумаг.

- К вашим услугам, - легко поклонился волшебник. - А это мой друг и помощник Грга.

Дроу окинула сыщика цепким взглядом серебряных глаз и с сожалением качнула головой:

— Боюсь, стулья для посетителей не выдержат вашего веса, господин Грга.

- Не беспокойтесь, - проворчал сыщик, вежливо склонив чешуйчатую голову. - Я к этому уже привык.

- Я - Ильфрэна, пятая дочь дома Тор-Андар, - представилась чиновница. - Полагаю, господин Бацак предупредил вас, что возникли некоторые затруднения с лицензированием вашего офиса.

Мелодичный голос Ильфрэны скрашивал её сухую, хотя и достаточно вежливую речь. От дочери благородного дома бессознательно ждешь большего презрения к простолюдинам.

Пристроившись в углу, Грга украдкой рассматривал хозяйку кабинета, подмечая мелкие детали. Овальное лицо с мягкой линией скул, большие внимательные глаза. Взгляд строгий, но не надменный. Пушистые снежно-белые волосы собраны в хвост, но одна прядь остаётся свободной, и в неё вплетено что-то вроде серебряной бусины со сложной гравировкой. Фамильная реликвия или защитный амулет, а может - то и другое вместе. Кроме неё из украшений только эмалевая брошь в виде знака фракции и наручный хронометр - массивный циферблат на широком кожаном ремне. Простое чёрное платье перехвачено поясом из кожи какой-то рептилии. Ткань на свету слегка отливает синим и фиолетовым, но на ней - никаких узоров или символов. Никакой лишней информации, доступной невооружённому взгляду.

- Какого рода затруднения? - спокойно спросил Наири.

Стоит сказать, что и Манас, и Грга давно ждали, что это случится. Если вместо приличного офиса покупаешь за бесценок заброшенный храм полузабытого божества, не стоит спрашивать, будут ли у тебя проблемы. Правильный вопрос: как быстро они начнутся? Опытный купец вроде Манаса Наири должен был обойти такую недвижимость десятой дорогой, но храм был красив, а прямо напротив него располагался клуб для волшебников, где Наири встречался с друзьями. Поэтому Грга, у которого были причины личного характера, смог уболтать старшего партнёра на эту сделку.

- На прошлой неделе в Городском Совете были прения между жреческой коллегией и фракцией Атар, - ответила Ильфрэна. - Жрецы хотели запретить использование старых храмов не по назначению. Атар поняли, что у них хотят отнять штаб-квартиру, и дали отпор. В итоге сошлись на компромиссе: если в здании бывшего храма не проводится ритуалов, владельцы обязаны демонтировать статуи божеств.

Чиновница говорила на всеобщем чисто и правильно, без какого-либо акцента или обрывков сигильского канто. Её речь, как и платье, не выдавала лишнего. Разве что в имени можно было найти маленькую зацепку. "Ильф" на языке дроу - не только изумруд, но и ярко-зелёная трава. "Рэна" - дом или поместье. Возможно - только возможно - пятая дочь Тор-Андар родилась на поверхности. Этот кусочек информации вызывал смутное чувство deja vue. Из глубин памяти дракона выплыло название: "Изумрудный предел". Что это было? Имение? Замок? Гряда холмов, покрытая сочной травой? Или просто случайная фраза, обронённая купцом на Великом Базаре?

— Жаль, — вздохнул Наири. — Наши статуи создал искусный мастер. Мы с партнёрами к ним, можно сказать, привязались. Есть ли способ это как-нибудь обойти?

Ильфрэна понимающе улыбнулась:

— Думаю, выход есть. Коллегия жрецов Сигила может выдать документ, подтверждающий, что постройка является вашим домовым храмом.

— Разумеется, не бесплатно, — улыбнулся в ответ Наири.

— Я помогу вам решить этот вопрос, если вы поможете мне. Как детектив.

Глава агентства с сомнением покачал головой.

- Почему я, госпожа Тор-Андар? Не могу поверить, что внутри вашей фракции нет способных и надёжных людей!

Губы чиновницы тронула горькая усмешка.

- В том-то и проблема, господин Наири. Человек, с которым я привыкла работать, пропал. Я хочу, чтобы вы помогли мне его найти.

- Только человек без сердца может отвергнуть просьбу такой прекрасной леди, - с поклоном сказал Наири. - Что нам следует знать?

Скупого рассказа Ильфрэны хватило, чтобы осознать масштаб проблемы. Агент по имени Гаэтано Вольпони был не «человеком», а лисом-оборотнем, да к тому же ещё и членом Совершенного Ордена. Это значило, что природный талант к перевоплощениям сочетался в нём с любовью к загадкам и импульсивным поступкам, характерной для его взбалмошной фракции. Впрочем, если верить чиновнице, до сих пор это особых проблем не доставляло. Вольпони искал для неё порталы и ключи к ним, был пунктуален и трудолюбив, и не требовал за свои услуги совсем уж неприличных денег. Но потом вдруг исчез. Его не видели ни в Великом Гимнасии, ни в чайном домике на окраине квартала Леди, ни в других местах, где лис назначал Ильфрэне встречи. Чиновница уже решила, что агент достиг просветления или провалился через односторонний портал на план Огня, что для их сотрудничества было одинаково гибельно. Но вчера по внутренней пневмопочте пришло письмо. Вольпони или кто-то по его просьбе опустил в ящик для анонимных жалоб листок со стихами:

Нанизываю бусины миров

На призрачный шнур понимания:

Двери открыты.

— И что это, по-вашему, значит? — спросил Наири, разглядывая покрытый летящими символами лист.

— Вольпони искал ключ от определённого портала. По-видимому, нашёл.

— Портала куда? — уточнил глава агентства.

— В пределах города, — уклончиво ответила чиновница. — Обычная срезка.

— Поймите нас правильно, — проворчал Грга. — Если это письмо — не просто орденская блажь, ваш агент хотел скрыть от посторонних и факт находки, и характер вашей с ним связи. Я бы предположил, что он чувствовал слежку. Поэтому стоит подумать: есть ли в деле сторона, которая крайне заинтересована в том, чтобы портал не открывали?

Ильфрэна задумчиво посмотрела на кончики пальцев.

— Не думаю, — неохотно ответила она, — портал ведёт в Гимнасий, грубо говоря, с улицы. В штаб-квартире Совершенного Ордена, как всем известно, потайных комнат нет. Это публичное пространство, целиком и полностью. Ещё одна дверь никому не помешает.

— Теоретически, — обронил Наири.

— Это Сигил, — развела руками дроу. — Возможны любые сюрпризы.

Грга мрачно кивнул. Сюрпризов в его профессии действительно хватало, и крайне часто они случались по вине клиента.

Манас Наири недовольно вздохнул.

— Честно говоря, я вижу здесь только два варианта. Подать объявление в газету или попытаться выжать что-то из этого листка с помощью магии.

— На самом деле, — осторожно вмешался Грга, — из него вряд ли что-то удастся выжать. Но это само по себе подсказка.

Наири и Ильфрэна повернулись к нему. Взгляд шефа был недоверчиво-любопытный, чиновницы — одобрительно-заинтересованный. Похоже, она уже обращалась к заклинаниям и потерпела неудачу.

— Это ритуальная бумага, — пояснил Грга. — Видите, как она блестит на свету? Такую используют для прошений Нефритовому Императору. Только небесные чиновники могут определить, кто и с какими мыслями писал письмо, от смертных жрецов это должно быть скрыто. Если, конечно, служители Небесной Пагоды не врут.

— Не врут, — подтвердила Ильфрэна.

— Тогда не будем терять времени! — воскликнул Наири. — Начнём поиски с Небесной Пагоды, и будем надеяться на благоприятный исход.

Волшебник поднялся со стула, но чиновница властным жестом остановила его.

— Вам понадобится наш пароль. Запомните: «Принцесса-галка передаёт привет принцу-лису».

Откланявшись, детективы вышли из кабинета. Моржеподобный Наири двигался в толпе клерков и жалобщиков с лёгкостью молодого дельфина. Грга едва поспевал за ним, то и дело бормоча извинения рычащим басом гормиля. Наименее привычные гости города шарахались от него, складывая руки в защитные символы своих божеств, но сыщик почти не замечал этого. Он снова погрузился в воспоминания, пытаясь выделить из клубка эмоций рациональное зерно.

Его учитель, аметистовый дракон Умбракоракс, рассказывал о древней войне между драконами и коалицией малых народов. Боги эльфов, гномов, орков и даже гоблинов привели своих детей в мир драконов, чтобы забрать его себе, и победили. Выжившие драконы ушли в подполье, или стали комнатными собачками внешних богов. Грга охотно верил рассказу, потому что именно такой была его судьба. Теневые драконы приглянулись Вэрону, тёмному сыну верховного божества эльфов. В пантеоне нынешних дроу он, помимо всего прочего, считался покровителем шпионов. И секта "Полуночных клинков" возвела это занятие в идеал. Грга вряд ли когда-то узнал бы об этом, если бы не испытания мастеров. Те из учеников-дроу, кто стремился к званию мастера, должны были выкрасть с плана Теней яйцо дракона и воспитать детёныша в традициях секты. Так нынешний сыщик стал младшим послушником "Полуночных клинков" по имени Ноктэлурос - "ночной кот". Так его прозвали за неумеренное любопытство и посредственную по меркам секты самодисциплину. Со временем он, конечно, обтесался, стал учеником и даже подмастерьем. А потом встретил Умбракоракса, и его мир вырос до размеров Мультивселенной, а тайны и интриги дроу показались копошением термитов в трухлявом дереве.

Секта, конечно, предательства не простила. Во время короткой вылазки на план Теней Ноктэлурос и его новый наставник попали в засаду наставников прошлых. Грга снова вспомнил ритуал. Серое небо и чёрная земля, он в центре сложной магической диаграммы. Пульсируют линии, связывая волю незримыми нитями. Насмешливым огнём горят алые глаза мастеров-заклинателей. В том проклятом месте закончился путь Умбракоракса, а его трусливый ученик смог сбежать. И до сих пор, бродя по улицам Города Дверей, сыщик присматривался к лицам и теням прохожих, одновременно опасаясь и надеясь встретить кого-то из своих старых врагов.

Вот только была с этим одна проблема. Ритуал не прошёл даром для его памяти. Лица старых учителей и соучеников, его путешествия с Умбракораксом, даже обстоятельства их встречи - всё это потерялось во мгле плана Теней.

- О чём задумался? - спросил Наири.

- Просто приступ паранойи, - тряхнул головой сыщик. - Как всегда, когда дело касается дроу.

- Да уж, потрепало тебя, - сочувственно протянул глава агентства. - Если хочешь, я сам займусь этим делом, а тебе что-нибудь другое найдётся.

- Спасибо, шеф, - с благодарностью ответил Грга. - Но я, пожалуй, возьмусь. Дело интересное. Да и эта "принцесса-галка", вроде, ничего.

Глаза чиновницы, серебристо-серые, а не алые, как у его мучителей, успокаивали. Но, с другой стороны, можно ли быть в чём-то уверенным, имея дело с фанатиками бога шпионажа?

- Ну и отлично, - улыбнулся Наири. - Тогда пойдём, пока нас не затоптали.

Они протиснулись через толпу жалобщиков, увернулись от закованных в алую броню громил Гармониума, тащивших в участок какого-то недотепу-праймера, потолкались в броуновском движении у ворот парка, и, наконец, вышли на главную площадь.

Часы на башне показывали полдень, но смог и не думал рассеиваться, создавая ощущение раннего вечера.

- Вот что, Грга, раз уж ты согласился, тебе и карты в руки, - деловито сказал Наири. - Отправляйся в Небесную Пагоду, а я пока наведу кое-какие справки. Встретимся в офисе и обсудим всё, что удалось узнать.

Передав сыщику письмо, старший партнёр коротко щёлкнул пальцами, и через мгновение к его ногам спикировал ковёр-самолёт, затянутый по случаю непогоды в чёрный кожаный чехол. Усевшись на нём по-турецки, Наири махнул рукой и унёсся к Залу Ораторов - месту заседаний городского совета.

Накинув капюшон непромокаемого плаща, Грга побрёл в другую сторону. Его цель лежала на противоположной стороне Великого Кольца, и в любом другом городе поход затянулся бы до ночи. Но Сигил не зря назвали Городом Дверей. Ткань этого места была изрезана волшебными порталами как погрызенный мышами старый плащ. Тот, кто знал место и ключ, мог во мгновение ока перенестись не только в другой район, но и на иной план бытия, начиная от первичного материального (в обиходе - Прайма), заканчивая стихийными планами Огня и Негативной Энергии. Ключом, и в этом была неприятная особенность Сигила, могло быть что угодно - песня, запах, воспоминание или испуганный вскрик. Беспечный путешественник, входя в подворотню, рисковал очутиться за несколько сотен световых лет от точки своего назначения. Но осторожный старожил, скопивший свой личный перечень полезных дверей, мог срезать немало острых углов.

Пройдя под непримечательной каменной аркой, Грга перенёсся в самую красивую часть города - храмовый квартал. Здесь служители божеств Мультивселенной боролись за умы и сердца жителей Сигила, возводя величественные храмы и монументы, украшая улицы между ними мозаичными плитами. Каждый из первосвященников мечтал положить Город Дверей к ногам своего кумира, но развалины храма бога порталов чуть дальше Литейной ясно показывали, что будет с тем из жрецов, кто слишком близко подберётся к своей мечте. Безмолвная Леди не собиралась кому-либо уступать свою вотчину.

Разноцветный мрамор понемногу сменился истертой брусчаткой, на стенах и заборах всё чаще виднелись плети бритволозы. Где то здесь пролегала зыбкая граница между аристократичным Районом Леди и пропитанным угольной пылью Нижним Районом, чье огнедышащее сердце - Великая Литейная - гулко билось вдали ударами тысячи молотов. На этой границе, как символ единства Неба и Земли, стояла трёхъярусная круглая пагода с ало-золотыми колоннами и синей черепичной крышей. Из-под неё выглядывали удивлённые мордочки потешных слонов-драконов с изогнутыми короткими хоботами, а на дверях грозно пучили глаза нарисованные яркими красками боги-привратники в золочёной броне.

Повинуясь давней привычке, Грга прошёл мимо своей цели и нырнул в узкий проулок. Густая тень окружила его, и сыщик отпустил своё тело, позволив ему погрузиться в неё как в прохладную воду. Краски окружающего мира, и так не слишком яркие в пасмурный сигильский день, выцвели еще сильнее. Очертания домов исказились, стали более резкими и изломанными, а прохожие превратились в размытые флуорисцирующие кляксы. Ни одна из этих клякс не проявляла к его исчезновению нездорового интереса. Подождав около десяти минут, Грга убедился, что за ним не следят. Он снова напрягся, побуждая своё тело вынырнуть из тени и принять форму смуглого кареглазого человека с тонкими висящими усами. Одетый в длиннополый халат и телогрейку, со знаком Вольной Лиги на круглой тканевой шапочке, он походил на приказчика или счетовода с Великого Базара.

Выйдя из переулка, сыщик быстрым шагом делового человека подошёл к парадной лестнице пагоды, но у её подножия резко замер и трижды поклонился, сложив вытянутые руки в замок. Затем, поднявшись по ступеням, почтительно обошёл здание против часовой стрелки, и только тогда толкнул правую створку двери. Скрипнув, тяжёлая дверь приоткрылась. Внутри царил полумрак. Горящие плошки с ароматным маслом подсвечивали золочёные балки и многоярусный потолок, расписанный изображениями небесных чиновников и полководцев. Буйство красок одновременно восхищало и отталкивало дракона, рождённого на плане теней. Временами он удивлялся тому, что вообще способен видеть все эти цвета. Его далёким предкам, чёрным драконам Прайма, цветное зрение помогало избегать опасностей в насыщенной зелени джунглей. Но почему его сохранили теневые драконы, из века в век глядящие на разнообразные оттенки серого? Даже мудрецы из Братства Порядка не знали ответа на этот вопрос.

Из-за лаковой ширмы появился жрец в синей мантии, расшитой серебряными изображениями гадательных триграмм и священных созвездий.

- О чём почтенный соученик желает вопросить Великое Небо? - церемонно спросил он.

- Я надеялся, что небесный узор откроет мне, бесталанному, где найти автора этих строк, - сыщик протянул жрецу листок.

Служитель пагоды внимательно прочёл текст, подошёл к алтарю, где горели плошки с маслом, и резко сунул бумагу в огонь. Грга едва удержался от того, чтобы вырвать горящий листок из рук жреца. Не обращая внимания на возмущённый вздох сыщика, служитель внимательно смотрел на охваченную огнём бумагу, как будто в пламени скрывались тайные знаки.

- Ответ зависит от того, кто спрашивает, - наконец, произнёс он, отряхнув пепел с пальцев.

- Принцесса-галка передаёт привет принцу-лису, - напряжённо ответил Грга.

Жрец кивнул и молча удалился за ширму. Тянулись минуты ожидания. Сыщик не находил себе места от досады на то, как легко он позволил жрецу уничтожить важную улику. Что, если негодяй в сговоре с неведомыми врагами Вольпони? Может, он уже сбежал через чёрный ход, оставив Гргу с носом? Сыщик уже решил отбросить приличия и вломиться на жреческую половину, когда служитель пагоды бесшумно вернулся в зал.

- Ответ таков: пусть принцесса-галка прилетит сама! - провозгласил он и скрылся за ширмой.

На этот раз Грга не выдержал. Он резко рванулся вперёд, заскочил за ширму, и увидел глухую стену. Похоже, здесь скрывался портал, а у него, конечно же, не было нужного ключа. Разочарованно вздохнув, сыщик вышел из храма и поплёлся в офис.

Храм, который Наири приобрёл для своего агентства, был совсем невелик. Восьмиугольное здание из серого камня, увенчанное необычным ребристым куполом, пряталось в глубине маленького запущенного сквера. Когда-то здесь росли цветы и плодовые деревья, но безжалостная сигильская сажа быстро погубила их. От цветочных клумб осталась лишь лужайка с пожухлой травой, на которой под мелким дождиком нежился гормиль Крарак - крупный синекожий ящер с длинными и цепкими как у гориллы передними лапами.

Гормили, как и их дальние родственники слаады, умеют превращаться в разных живых существ, поэтому большинство клиентов считало, что на Манаса Наири работает целый штат сыщиков, секретарей и телохранителей. В кругах более узких вращалась информация, что весь штат состоит из двух братьев-гормилей и приходящего повара. И только Грга с Крараком знали, что гормиль среди них ровно один.

- Привет, старший! - кивнул партнёру Грга. - Загораешь?

- Купайся в огне, загорай под дождем. Всё как завещали предки, - весело хрюкнул Крарак. - Узнал что-нибудь? Шеф уже заждался.

- Тогда пойдём к нему, чтоб два раза не рассказывать.

Несмотря на скромные размеры, храм был посвящён драконьему божеству. Когда-то здесь чтили Сардиора, первенца Бахамата и Тиамат. Его статуя, вытесанная из полупрозрачного алого кристалла, до сих пор высилась в центре главного зала ротонды. Поклонялись Сардиору, очевидно, драконы, но земля в квартале Леди стоила баснословно дорого, и членам конгрегации приходилось тесниться внутри в своих гуманоидных обличьях. Со временем община то ли разлетелась по иным мирам, то ли была разгромлена врагами, и здание пустили с молотка. Тогда Грга, покойный наставник которого тоже почитал Драгоценного Первенца, уговорил Манаса Наири выкупить храм. Хотя здание не особо годилось для ведения дел, глава сыскного агентства был достаточно опытным волшебником, чтобы решить эту проблему. Теперь окованная чеканным железом дверь вела в одну из трех комнат в собственном особняке Наири. Пришедшие с докладом сыщики всегда попадали в рабочий кабинет - небольшую комнату без окон, заставленную стеллажами, на которых теснились дела и бухгалтерские книги. На единственной свободной стене висела карта Сигила, утыканная разноцветными флажками.

Хозяин кабинета, нацепив на нос очки в стальной оправе, записывал что-то в расходную ведомость.

- Рассказывай, - кивнул он сыщику, указав на стул напротив себя.

- Жрецы меня провели, но им что-то известно.

Грга кратко пересказал произошедшее в Пагоде Неба. Наири, слушая его, недовольно хмурился.

- Как неприятно, - процедил он. - Я узнал кое-что о нашей заказчице. Вкратце - расстраивать её не стоит. Но, если сумеем произвести впечатление, дела наши могут пойти в гору. Так что давайте думать, как выпутаться из этой ситуации.

- Они хотят видеть принцессу-галку, - проворчал Крарак. - Давайте покажем им принцессу-галку. Дело несложное. Я умею превращаться, Грга умеет превращаться. Даже ты, шеф, умеешь превращаться. Один превращается, двое страхуют. Если это ловушка, отобьёмся, не подвергая заказчицу опасности. Если нет - узнаём, что хотели жрецы. Главное - не дёргаем заказчицу. Большие шишки нанимают профессионалов, чтобы те закрывали проблемы, а не создавали новые.

- Есть пара возражений, - покачал головой Грга. - Допустим, у жрецов есть зеркало истины. Или в Пагоде прячется сам Гаэтано Вольпони. Нас раскроют в два счёта. Я предлагаю всё-таки побеспокоить заказчицу. Представить два варианта. Первый - она идёт в Пагоду с нами, на случай засады дадим ей амулет телепортации. Второй - мы используем магию и рискуем разоблачением. Пусть сама определит приемлемый уровень риска.

Глава агентства задумчиво побарабанил пальцами по столу.

- С одной стороны, прав Крарак. Госпожа Тор-Андар вряд ли обрадуется предложению поучаствовать в расследовании. Но, с другой стороны, заказчица явно держит нас в потёмках. В такой ситуации мы не способны адекватно оценивать риски. Поэтому поступим следующим образом. Грга. Тебе предоставим переговоры с заказчицей. Крарак тем временем установит наблюдение за Пагодой Неба на случай неприятных сюрпризов.

**

На этот раз Грга в своём обличье счетовода средней руки идеально влился в толпу посетителей Зала Записей. Каждый сигилец покрупнее считал своим долгом протолкнуться впереди него или оттереть от стенда с образцами документов. К счастью, сыщику нужно было не в справочное окно, а на стойку охраны. Кряжистый дворф в начищенной кирасе с эмблемой Обречённых смерил его неприветливым взглядом.

- Пожалуйста, позовите Ильфрэну Тор-Андар из кадастровой палаты, - попросил Грга.

- По какому вопросу? - буркнул страж архива.

- Я из детективного агентства "Наири и партнёры", - Грга протянул ему визитную карточку.

Охранник достал из-под стойки небольшую латунную коробочку и нажал на вмонтированный в крышку кристалл.

- Семнадцатый? - отрывисто бросил он.- Пятьдесят три - сорок один!

- Двадцать четыре - двадцать четыре! - отозвалась шкатулка.

- Ждите, - уже дружелюбнее сказал охранник, указав на свободную скамью для посетителей.

Нанимательница появилась через пять минут. Выскользнув из служебного коридора, она быстрым шагом пересекла зал, лавируя между посетителями словно яхта между тяжёлыми баржами. Увидев у стойки незнакомого человека, дроу неодобрительно прищурилась.

— Не думала, что господин Наири доверит моё дело посыльному, — холодно сказала она.

Грга тонко улыбнулся. В мире знати, где существование слуг и посыльных казалось таким же естественным, как утренний туман, порой было несложно остаться незамеченным. Или неузнанным.

— Мы встречались этим утром, — миролюбиво ответил он. — Вы сказали, что стул не выдержит моего веса.

Лёд в глазах Ильфрэны растаял, сменившись искорками любопытства. Она сплела пальцы в сложный знак и провела взмахнула рукой перед глазами, как будто отгоняя морок. Но облик Грги не был иллюзией и плетение не дало результата.

— Отличная маскировка, — признала чиновница. — Не хуже, чем у моего пропавшего коллеги. Это врождённая способность, или вы изучали методы трансмутации?

— Немного того и другого, — не без самодовольства ответил сыщик. — Настоящий учёный обязан исследовать признанные теории, проверяя и дополняя их в меру своего таланта.

— Это цитата из „Зеркала философа“ Умбракоракса? — удивлённо спросила дроу. — Не думала, что кто-то здесь знает его труды!

Грга ощутил укол тревоги и любопыства. Дроу, которая читала работы наставника? Это было, по меньшей мере, необычно. Может ли она быть связана с "Полуночными клинками"? Ему определённо следует быть осторожнее.

К счастью, у чиновницы не было времени для праздной беседы. Она с сожалением посмотрела на свой хронометр.

— Но мы отвлеклись. Что хочет передать мне господин Наири?

— Жрецы Небесной Пагоды определённо знают что-то о Вольпони. Но когда я произнёс вашу кодовую фразу, они ответили: «пусть принцесса-галка прилетит сама».

— Вы хотите, чтобы я пошла с вами?

— Я понимаю, что это нежелательно. Возможно, это вообще ловушка. Кто-то из нас троих мог бы скопировать ваш облик…

— Но не привычки, походку и жесты, — качнула головой дроу.

— Приятно говорить с профессионалом, — улыбнулся Грга. — Да, если кто-то внутри вас знает, нас разоблачат.

— Информация важнее моей безопасности, — твёрдо заявила Ильфрэна. — Я иду с вами.

Грга вытащил из кошеля костяную пластинку, покрытую сложным рисунком.

— Амулет телепортации. На всякий случай.

— Вы очень любезны, господин Грга, — улыбнулась дроу. — Но я справлюсь и без этого.

— Как знаете, — пожал плечами сыщик. — Просто помните, что он входит в стоимость наших услуг.

Ильфрэна молча кивнула и направилась к выходу. Грга зашагал рядом. Некоторое время они молча шли по аллеям парка. Сыщик украдкой подмечал детали. Дроу ступала мягко и уверенно, как разведчик или мастер боевых искусств. То и дело она бросала быстрые взгляды на прохожих, причудливо сплетенные ветки, рябь на поверхности пруда. Казалось, девушка специально старается замечать несвязанные между собой вещи. Её походка неуловимо менялась, повинуясь беззвучному ритму, который никак не мог разгадать Грга. За свою жизнь сыщик встречал немало волшебников, и у каждого из них чувствительность к потокам магической энергии проявлялась по-своему. Как знать, может сейчас его спутница слышит ту самую симфонию Мультивселенной, о которой так любят говорить проповедники Гармониума и учителя Совершенного Ордена?

Почему-то эти черты Ильфрэны вызывали симпатию. И сыщик, который в начале пути намеревался проследить, каким путём чиновница направится к храму Неба, не удержался и выдал пару ускоряющих путь порталов.

— Вы тоже почитаете Небесного Императора? — спросила дроу, когда они приблизились к пагоде.

— Как олицетворение закона и порядка он мне симпатичен, — ответил сыщик. — Но я не принадлежу к пастве небесных чиновников.

— Тем не менее, вы с первого взгляда опознали их ритуальную бумагу.

— Сравнительное богословие — моё увлечение, — признался Грга, — как и преступления на религиозной почве. Они, как правило, куда запутанней и изощрённей бытовых. Если, конечно, мы не говорим про банальный погром.

— А могли бы вы по косвенным признакам определить, какого бога чтит то или иное существо?

— В Мультивселенной огромное множество божеств, в том числе привязанных к мирам, где я никогда не был. Но я мог бы попробовать.

— Тогда что вы скажете обо мне?

Грга ненадолго задумался. Для того, кто знал о верованиях дроу, образ Ильфрэны был довольно легко читаем. Но помня о склонности этого народа к интригам и маскировке, сыщик не мог быть ни в чём уверенным.

— На вашей одежде и украшениях нет ни одного орнамента в виде паука или паутины. Серебряная сфера в ваших волосах, возможно, символ полной луны. Среди последователей лунной девы Эйлистри серебристо-серые, как у вас, глаза считаются благословением. Но я допускаю, что всё это — лишь внешний эффект, который вы сознательно создали, служа, например, Вэрону, владыке теней и шпионов. Или даже паучьей королеве Ллос.

Чиновница наградила его загадочной улыбкой. Угадал или нет? И, если угадал, то что именно?

Крарак уже ждал их на ступенях храма. В облике коренастого заросшего бородой наёмника в короткой кольчуге и шлеме-мисюрке он не привлекал лишнего внимания.

— Всё тихо, — сказал гормиль вместо приветствия.

Ильфрэна на мгновение замерла у подножия лестницы, но затем бросила взгляд на хронометр и решительно двинулась вверх. Храм встретил их ленивым мерцанием сотен свечей и лёгким ароматом благовоний. Знакомый жрец расставлял бумажные фигурки на столике для подношений. Увидев вошедших, он коротко поклонился, сложив руки в замок.

— Чем ничтожный служитель бескрайнего Неба может помочь почтенным путникам? — спросил он как ни в чём не бывало.

— Вы звали. Я прилетела, — сухо откликнулась дроу.

Жрец взял со столика четырёх бумажных журавлей, молча вручил по одному Ильфрэне и её спутникам и жестом пригласил следовать за ним. Грга чуть приотстал и, улучив момент, стянул ещё одну фигурку. Они зашли за знакомую ширму, и в нише между двумя колоннами с лёгким хлопком открылся портал. Из него веяло пылью, тушью и старыми книгами.

— Я войду первым, — заявил Грга. — Если опасности нет, вернусь и позову других. А вы, любезный, подождите здесь.

Служитель пагоды неодобрительно вздохнул, но отошёл в сторону, пропуская сыщика вперёд. Грга на всякий случай задержал дыхание и шагнул в проход. Он успел почувствовать лёгкое давление в ушах и покалывание в кончиках пальцев той руки, в которой он держал бумажного журавля. Когда сыщик оказался на той стороне портала, фигурка бесследно исчезла. Он оказался в большом помещении с деревянным полом, стены которого терялись в полумраке. Повсюду рядами стояли стеллажи со свитками, брошюрами и фолиантами. Такая комната могла находиться где угодно, но некое неуловимое ощущение подсказывало сыщику, что он оказался за пределами Сигила.

На первый взгляд в книгохранилище никого не было. Грга заглянул за несколько стеллажей, прислушиваясь и принюхиваясь, а затем вернулся к порталу, искренне надеясь, что запасная фигурка сработает. Бывало, что для прохода в обратном направлении нужен был другой ключ, а некоторые порталы были и вовсе односторонними. К огромному облегчению сыщика, проход снова открылся.

— Вроде бы чисто, — сказал он, вынырнув в Небесной Пагоде.

Ильфрэна кивнула. Жрец с выражением вселенского долготерпения выдал сыщику ещё одного журавля, и все четверо вошли в портал.

Следуя за служителем пагоды, трое сигильцев оказались в ярко освещённом кабинете. Возле круглого, затянутого промасленной бумагой окна за лаковым письменным столом сидел седой старик. На нём была чёрная тканевая шапочка с жёсткими «крыльями» и бордовый чиновничий халат, на груди которого красовалась вышивка шёлковой нитью — пара журавлей. За спиной старого чиновника висел пейзаж. Лёгкие мазки чёрной туши складывались в знакомые очертания сигильских улиц — нагромождение каменных стен и шипастых крыш с мрачной громадой Литейной на заднем плане. На свободном пространстве были выведены стихотворные строки:

О, дивное планов смешенье,

Где каждый и рыцарь, и плут!

Философов дерзких воззренья

Тобою живут!

Противоположную стену занимало зеркало, но вместо кабинета и его посетителей в нём отражалась какая-то беспорядочная игра света и тени.

— Наставник, она здесь, — почтительным полушёпотом произнёс жрец.

Старик поднял голову, и на его сухих губах появилась бледная улыбка.

— Так много лиц в моей скромной обители, и ни одно из них не настоящее, — пробормотал он, глядя куда-то сквозь вошедших.

"Всё-таки, это оно", — понял Грга. То самое зеркало истины, которого он опасался. Такое огромное должно было стоить казны маленького королевства. Забыв про вежливость, сыщик повернулся к сияющей плоскости и наконец осознал, что именно она отражает.

Придавая себе человеческий облик, Грга сознательно или интуитивно помещал себя в центр сложного плетения, изменяющего баланс энергии и массы, превращающего тело дракона в вероятность, а вероятность — в тело человека. Но с точки зрения теории трансмутации облик дракона был не более истинным, чем человеческий. Подлинным было само плетение, и зеркало отражало именно его — сложный узел из света и тени, мелкие элементы которого повторяли целое и так до бесконечности.

Такими же «фрактальными» телами выглядели Крарак, Ильфрэна, и даже старый чиновник с младшим жрецом. Но, сравнивая размер, текстуры, яркость и переменчивость, сыщик с изумлением увидел неоспоримое сходство между собой, Ильфрэной и старым чиновником. Крупные и стабильные, их структуры разительно отличались как от живого динамичного вихря гормиля, так и от дрожащего пламени младшего жреца.

Грга повернулся к своей спутнице. На лице Ильфрэны читалась досада, растерянность и что-то ещё, чего сыщик пока не мог разгадать.

— Да, я не дроу, — устало сказала чиновница Зала Записей. — Но другой принцессы-галки у меня для вас нет.

— Верно, — с той же безмятежной улыбкой ответил старик. — Принц-лис это подозревал.

— Он был здесь? — нахмурилась Ильфрэна. — Что с ним произошло?

— Он оставил вам письмо, подарок и предупреждение. К сожалению, больше я ничего не знаю.

Старый чиновник протянул лже-дроу сверток из плотной бумаги. Внутри были чётки из серебряных бусин, связанных невидимой нитью. Каждая сфера - кружево из тончайшей серебряной проволоки, внутри которой пряталась ещё одна, меньшего размера. У самой крупной из них магия чёток удерживала жетон с гербом Совершенного Ордена.

— Это и есть ключ, который искал принц-лис? — догадался сыщик.

— Несомненно, — кивнула Ильфрэна.

Она развернула бумажный конверт, и на внутренней стороне обнаружилось очередное стихотворение:

На пороге портала

Ворон сидит одиноко —

Память о прошлом.

Рядом быстрый набросок — полукруглая арка, увитая бритволозой, и на её пороге, как на насесте, сидит взъерошенный ворон.

— Это либо очень маленькая дверь, либо птица величиной с грифона, — проворчал Грга. — А что за предупреждение?

— Два слова. Берегитесь теней.

**

— Господа, я рассчитываю, что вы сохраните произошедшее в строжайшей тайне, — спокойно произнесла Ильфрэна, когда они снова оказались в зале Небесной Пагоды.

Она довольно быстро пришла в себя после разоблачения, или просто хорошо скрывала свои эмоции.

— Сохранность ваших тайн - это наша репутация, — рассеянно ответил Грга.

Узнав, что за обликом дроу скрывается его соплеменница, сыщик снова ощутил прилив симпатии, а затем укол любопытства. Значит, она драконица, но какая именно? Откуда она знает наставника Умбракоракса? Встречались ли они раньше? И если да, то как друзья, или враги? Память, изрядно потрёпанная проклятым ритуалом дроу, не давала ответов на этот вопрос.

— Как вы думаете, что хотел нам сказать Вольпони вторым хокку? - спросил он вслух.

— Есть одна гипотеза, но, чтобы её проверить, нужно пройти через первый портал. И, учитывая предупреждение, мне понадобится ваша охрана.

- Это уже за дополнительную плату, - проворчал Крарак.

- Конечно, я учту ваши риски, - понимающе улыбнулась чиновница.

Сигил нравился сыщику тем, что в каждую его точку можно было попасть несколькими способами. Пешком, в экипаже, по воздуху и, конечно, через порталы. Грга особенно любил метод прыжков. Он требовал хорошей памяти и немалой доли везения, но позволял сокращать время в пути в несколько раз. Именно им и воспользовалась Ильфрэна. Она вела их через порталы, выпрыгивая и запрыгивая в самых неожиданных местах. Мраморная арка в честь какого-то героя вела на чью-то убогую кухню. Нарисованная дверь за очагом - на крышу Суда, слуховое окошко - в торговый павильон. Грга только успевал удивляться, с какой щедростью чиновница делится с ними своими тропинками. Наконец, протиснувшись между маятников и рычагов часовой башни, детективы оказались на краю изрезанной расселинами площади. Перед ними во всём своём скорбном величии возвышались руины Разрушенного Храма.

В старые времена Храм Десяти Тысяч Дверей по праву считался чудом Мультивселенной. Каждая его арка, начиная от восьми циклопических полуколец, перекрещенных в небе над главным куполом, и заканчивая дверью ризницы, была действующим порталом в иные миры. Сколь бы опасен не был выбранный путь, последователи бога странствий Аоскара могли быть уверены, что за спиной остаётся гостеприимный и безопасный дом. Там, под Звёздным Куполом главного святилища они смогут вознести благодарственные молитвы, залечить раны и приготовиться к новому путешествию. Храм быстро стал сердцем Сигила, символом процветания, культуры и власти. Новая вера влекла даже дабусов - молчаливых слуг Безмолвной Леди, её вечных строителей и ремонтников. Но когда один из них решил стать жрецом Аоскара, чаша терпения Госпожи Сигила переполнилась. Её гнев обрушил гигантские арки и проломил купол храма как яичную скорлупу. Сама земля раскололась, являя взору горожан подвалы, катакомбы и естественные пещеры. Кварталы вокруг Храма долгое время считались проклятыми. Но затем руины обжила фракция Атар. Разрушенный Храм был осязаемым свидетельством их проповеди: боги Мультивселенной смертны. А, если так, то какие они, к слаадам, боги?

Ильфрэна решительно направилась к одной из трещин в земле, которая пересекала площадь у самого фундамента Разрушенного Храма. Внизу виднелось отверстие подземного хода, возле которого скучали одетые в серые шинели и воронёные шлемы храмовые стражи. Осторожно спустившись по шатким камням, Ильфрэна и сыщики подошли к посту охраны.

- Кто такие? - грубо окликнул их старший охранник, положив руку на рукоять меча.

- Портальная комиссия, - коротко отозвалась чиновница.

Откинув полу плаща, она показала потайной жетон в виде амбарного замка.

- Это территория фракции Атар. Проваливайте.

- Вот там, - лже-дроу указала на проход, ведущий куда-то в подвал Храма, - территория Атар. А здесь, - она показала на вторую половину подземного хода, - муниципальная собственность. Будьте добры подвинуться, или я вернусь с нарядом Гармониума.

- Минуту.

Охранник достал переговорную шкатулку, такую же, как у его коллеги из Зала Записей.

- Свен? Здесь опять люди портального мастера. Что делать?

- Им внутрь или наружу? - сухо ответила шкатулка.

- Наружу, Свен. В ту комнату.

- Пропусти, но сообщи, что мы будем жаловаться.

- Будет сделано. Всё слышали? - грозно спросил охранник, спрятав шкатулку.

- Да пожалуйста, - пожала плечами Ильфрэна. - Жалуйтесь хоть самому Праймусу.

Охранники слегка посторонились, и детективы нырнули в подземный ход. Заколка плаща чиновницы слабо светилась, и этого хватало её спутникам, чтобы ориентироваться в пространстве. Коридор был ровным и гладким, без боковых ответвлений и глубоких ниш, где могла скрываться засада. Пройдя около сотни метров, они оказались в сводчатой восьмиугольной комнате с высоким потолком. Тусклые магические лампы освещали стрельчатые арки, всего четыре. Через одну из них сыщики попали внутрь, три других были декоративными, или заложенными каменными блоками. Посреди комнаты возвышался гладкий каменный постамент.

Ильфрэна достала из поясного кошеля чётки и подошла к левой арке. Серебряные бусы издали мелодичный перезвон, и в арке с легким хлопком открылся проход. По ту сторону виднелось просторное, ярко освещённое помещение со стенами из розового мрамора. Вдоль стен стояли верстаки с инструментами, необработанные куски камня и дерева, чаны с глиной и неоконченные скульптуры.

- Похоже на класс занятий скульптурой в Великом Гимнасии, - прокомментировал Грга.

- Портальный ключ у нас один, - заметил Крарак. - Какие будут распоряжения?

- Попробуем схитрить, - улыбнулась Ильфрэна. - Станьте рядом со мной, возьмитесь за чётки. Шагаем на счёт "три". Раз, два...

Грга невольно зажмурился. Некоторые порталы прощали подобные фокусы, а другие вполне могли раскидать их по разным планам, и хорошо, если каждого одним куском. Но и на этот раз им повезло. Когда портал закрылся за спинами сыщиков, все трое стояли на мраморном полу Гимнасия, и даже чётки были на месте.

- Многоразовый ключ? - буркнул Крарак. - Хорошая вещь. Можно продать кому-нибудь из верхушки Атар. Десять минут, и они в термах Гимнасия. После тяжёлого рабочего дня это дорогого стоит.

Чиновница не ответила. Она медленно двинулась вдоль стены, внимательно осматривая работы посетителей Гимнасия. Смотритель класса, старый сморщенный гитзерай в холщовом балахоне, наблюдал за ней обманчиво-сонным взглядом.

Среди множества неоконченных скульптур и статуэток, ожидавших возвращения своих творцов, попадались и завершённые произведения. Как видно, авторы оставили их в дар Гимнасию, а мастера Совершенного Ордена выставили здесь же, в классе скульптуры, в качестве примера для новичков. Глядя на нанимательницу, Грга догадался, что второе стихотворение Гаэтано Вольпони описывало не портал, а ещё один ключ. Он тоже обошёл комнату, но ничего похожего не увидел. Решив не терять времени даром, он подошёл к смотрителю.

- Простите, вы не видели здесь статуэтку в виде ворона, сидящего в дверном проёме? Я хотел показать её своему другу, но нигде не могу найти...

- Ваш друг увлекается малыми формами? - оживился гитзерай. - А по нему не скажешь.

- Крупная моторика - это за деньги, - подыграл сыщику Крарак, похлопывая по мечу. - А мелкая - для души. Я немного режу по дереву, и начал присматриваться к камню. Хотел сделать что-нибудь эдакое... Чтобы дужка из металла, а птица из камня. Сбалансировать, чтобы сидела без потайных креплений и магии.

- Тогда ворон действительно был бы отличным примером, - закивал смотритель. - Жаль, что его забрали.

- Кто, если не секрет? Может, нам удастся договориться с владельцем, чтобы взглянуть хотя бы одним глазком?

- Если я правильно понимаю, статуэтка должна быть у мастера Гаэтано Вольпони.

- Гаэтано сам её забрал? - вмешалась в беседу Ильфрэна. - Как давно?

- Нет, нет, - покачал головой гитзерай. - За ней приходил его друг.

- Не вспомните, как звали этого друга? Или как он выглядел? Я мастера Вольпони уже неделю ищу! И ладно бы он мне был должен денег, тогда понятно, но ведь наоборот! - с виноватой улыбкой развела руками дроу.

Возможно, смотритель и не поверил её словам, но сторожить пустой класс было скучно, и он с радостью ухватился за предложенную тему.

- Как не помнить? Сказал, что зовут его Марек Гаттимон. Щеголеватый такой гном. Золотые волосы, фиалковый камзол. Да, у него ещё был механический питомец, вроде котёнка с крыльями летучей мыши.

Взгляд чиновницы стал тревожным. Она вежливо поблагодарила смотрителя и отвела Гргу в сторону. Крарак самоотверженно прикрыл их отступление, задав смотрителю какой-то дилетантский вопрос. Старик, оживлённо жестикулируя, потащил гормиля к витрине с каменными статуэтками.

- Вы знаете этого гнома? - тихо спросил сыщик.

- Мне он известен под именем Мэррин Грундольф. Называет себя независимым журналистом, но основное его ремесло - шпионаж.

- Как думаете, на кого он может работать?

Ильфрэна опустила глаза. Грга чувствовал, что за непроницаемым фасадом её лица кипит напряжённая работа мысли. Ситуация явно выходила за рамки начального договора, и теперь, сыщик был уверен в этом, нанимательница пыталась найти компромисс. Как много она может рассказать ему, чтобы не выдать тайны своей фракции?

- Грундольф - крупный игрок сам по себе, - тщательно подбирая слова ответила лже-дроу. - Если он появился на сцене, значит, в деле замешана большая политика фракций. Дальнейшее участие вашей фирмы в расследовании несёт риски, которые господин Наири вряд ли сочтёт приемлемыми. Пожалуйста, передайте, что я считаю его обязательства передо мной выполненными.

Она взглянула на хронометр и повернулась к двери. Какая-то часть сознания сыщика подсказывала ему, что было бы куда разумнее и безопаснее выбросить из головы эту женщину с её опасными тайнами. Но другая, более громкая, подсказывала ещё одну цитату наставника: "нам, драконам, следует помогать друг другу, иначе мы попросту вымрем". Грга понял, что хочет помочь Ильфрэне. В память об учителе. Ради знаний о собственном прошлом. Да, что ходить вокруг да около: потому, что она ему нравится, а для дракона этого бывает вполне достаточно.

- Госпожа Тор-Андар! - окликнул он чиновницу.

Лже-дроу обернулась и выжидательно посмотрела на него.

- Вы намерены продолжать расследование?

- Мне нужно время, чтобы выяснить, что происходит, - устало ответила она. - Но я не отступлю. Не дождутся.

- В таком случае, я хотел бы помочь вам. Не от имени фирмы, а как частное лицо.

Чиновница снова задумалась. У её виска вспыхнула серебряная искорка, затем ещё одна. Заметив их, Ильфрэна с досадой тряхнула головой.

- Это будет опасно, господин Грга. Для вас, ваших друзей и близких. Я не хочу, чтобы вы разделили судьбу Гаэтано Вольпони.

- Для этого мне необязательно лезть в большую политику, госпожа Тор-Андар. Каждое моё дело, даже самое невзрачное, может принести проблемы, и мои друзья это понимают.

Ильфрэна внимательно посмотрела ему в глаза.

- Я должна понимать, что вами движет, - тихо сказала она.

- Вы так и не спросили, где я познакомился с трудами Умбракоракса.

Чиновница грустно улыбнулась.

- Вы дракон, и живёте в старом храме Сардиора. Вы были его учеником. Как и я.

- Время от времени у меня появлялось чувство, что мы были знакомы.

- Возможно. Очень возможно. Может ли быть... - она тряхнула головой. - Нет, пока не будем об этом. Если мы переживём этот кризис, я с радостью отвечу на ваши вопросы. А пока возьмите это.

Ильфрэна протянула ему серебряные чётки. Грга взял их в руку и удивился, насколько они лёгкие. Дроу коснулась пальцем центральной бусины. Чётки откликнулись звонкой серебряной трелью, будто невидимый музыкант взял сложный аккорд на цитре.

- Они чувствуют магию, подпевают её музыке. И сохранят вас в трудную минуту. Берегите себя и, будем надеяться, до встречи.

Она вышла из зала скульптур и смешалась с толпой посетителей Великого Гимнасия. Проводив лже-дроу задумчивым взглядом, сыщик тихо пробормотал:

Сакуры-однокурсницы

Лепестками усыпали двор академии:

Краток путь воина.

- Что за чёрная меланхолия? - весело спросил подошедший Крарак. - Она тебя отшила?

Грга неопределённо покачал головой.

- Официально расследование завершено, - невпопад ответил он. - Но, похоже, самое время зайти к Сорену в "Каплю" и попытаться выяснить, во что мы вляпались.

**

Когда Грга познакомился с полуэльфом по имени Сорен Финнеас, тот был мелким фактотумом фракции Атар - сборища отчаянных и чокнутых, посвятивших себя борьбе с богами Мультивселенной. Виртуозность, с какой Сорен находил себе на голову опасные приключения, заставляла Гргу с Крараком спорить, где он окажется раньше - на Заставе или в Книге Мёртвых. Но парень сумел их удивить. Вернувшись живым с плана Негативной Энергии, Сорен ушёл из Атар и основал газету. Конечно, как и положено атаону, он задумывал "Каплю" просветительским альманахом с пафосным слоганом "Капля истины точит камень неведения". Казалось, его детище обречено еще до рождения, но, погрузившись в мир печатного слова, Сорен быстро понял, чего не хватает Сигилу. Теперь символом "Капли" стала клепсидра - водяные часы. "Не теряй ни капли времени!" - кричали разносчики, потрясая пёстрыми от биржевых сводок листками. Газеты разлетались как горячие пирожки, особенно в районе Великого Базара. Теперь узким местом предприятия Сорена стала печать, и он днями не вылезал из типографии - мрачного, серого от золы одноэтажного здания, прилепившегося к стене Великой Литейной.

Торопливо проскользнув в дверь "Капли", сыщики с облегчением вынули из ушей восковые затычки. Здесь, в печатном цеху, не умолкая ни на минуту, скрипели и стучали станки, но их шум был ангельским шёпотом по сравнению с гулом всесокрушающих ударов механического молота за стеной. Силы планов Огня и Воды смешивались, чтобы питать этого монстра, а излишки пара по медным трубам отводились в типографию и вращали колёса печатных станков. Тонкий пузырь защитного плетения, за которое Сорен отстёгивал десятую часть своей прибыли, ограждал работников печатного цеха от оглушающего грохота и пронизывающей до костей вибрации, но только пока они были внутри. На работу и с работы печатники бежали наперегонки.

Грга и Крарак нашли Сорена в его "кабинете" - дощатой выгородке в глубине цеха. Редактор "Капли" задумчиво курил трубку с каким-то горьким зельем. Рядом сортировала заметки бледная темноволосая девушка с заострёнными эльфийскими ушами. На её чёрной полотняной куртке серебряной нитью был вышит силуэт Разрушенного Храма. Сардана - так звали девушку - как и когда-то Сорен принадлежала к фракции Атар. Начинала она с переписывания партийных листовок, потом от скуки начала улучшать их тексты, а когда открылась "Капля", сразу же перебежала к Сорену. Время от времени Сардана помогала Наири и его сыщикам распутать сложное дело в обмен на информацию для своих статей.

- Уже слышали про новый закон о заброшенных храмах? - меланхолично спросил редактор, показывая свою осведомлённость.

- Нам уже поставили это на вид в Зале Записей, - усмехнулся Грга. - Но обещали уладить дело в обмен на небольшую услугу. Которая на поверку оказалась не такой уж небольшой.

- Кто обещал? Бацак?

- Ильфрэна Тор-Андар из кадастровой палаты. Слышал о такой?

Редактор отрицательно покачал головой.

- Звучит как имя дворянки-дроу. Уже достаточно, чтобы насторожиться.

- Я слышала, - подняла голову от заметок Сардана. - Свен Воротынек, начальник охраны в Разрушенном Храме, жаловался всем, как ему надоели люди Рамандера Мудрого, городского регистратора порталов. В том числе поминал эту Ильфрэну.

- Мы сегодня с ней лазили в какую-то крысиную нору рядом с вашим Храмом, - проворчал Крарак. - Этот Свен через магофон обещал на нас жаловаться.

- Правда? - заинтриговано переспросила газетчица. - Как интересно... Все эти катакомбы остались от культа Аоскара, мёртвого бога порталов и путешествий. Раньше ими интересовались только сторонники "Воли Избранного"!

- Это те блажные, что хотят вернуть Аоскара из небытия? - нахмурился Крарак. - Вряд ли Ильфрэна связана с ними, она показалась мне достаточно умной.

- Что же она там искала? - спросила Сардана. - Расскажите подробнее.

- Всё началось с того, что пропал помощник Ильфрэны по имени Гаэтано Вольпони...

Грга пересказал ход расследования, аккуратно пропустив события в Пагоде Неба.

- ...когда выяснилось, что статуэтку увёл у нас из-под носа гном по имени Мэррин Грундольф, дроу решила, что Манас этим заниматься не захочет.

- Мэррин Грундольф! - удивлённо воскликнул Сорен. - Какая тяжёлая кавалерия!

- Ты его знаешь? - переспросил Грга.

- Это широко известная в узких кругах личность, - усмехнулся редактор. - Работник пера и топора. Знаете, что на гномьем "разведка" и "служба новостей" отличаются только интонацией в одном слоге? Вот это точно про Грундольфа. На поверхности это такой светский лев, вхожий в Высокие Дома района Леди. Само собой разумеется, он там не только чай пьёт и танцует, но и снабжает всех свежими новостями. Не слухами, заметим, а отборным материалом. А если хорошо попросят, то умеет решать проблемы не хуже задорных ребят из Храма Бездны.

- Да уж... - мрачно пробормотал сыщик.

Он, конечно, и сам был не лыком шит. В своё время мастера "Полуночных Клинков" признали его одним из лучших учеников. Но лучшие в мирах Прайма нередко оказывались посмешищем Сигила.

- Этот Грундольф... Он входит в какую-то фракцию? - уточнил Грга.

- Не поверишь, но в ту же, что и ты, - весело ответил Сорен. - Кого только не встретишь в Вольной Лиге, правда?

Сыщик кивнул. Фракция, к которой он по настоянию Манаса Наири присоединился, была чем-то вроде вечной похлёбки, в которую докидывали всё, что было под рукой. О подлинном единомыслии в ней не могло быть и речи, но некая призрачная общность носителей одного знака могла сыграть Грге на руку. Или, наоборот, всё испортить.

- Почему у меня такое чувство, - с хитрой улыбкой спросила Сардана, - что ты, вопреки здравому смыслу, хочешь продолжать расследование?

- Наверное, потому, что ты меня знаешь, - вздохнул сыщик. - Когда я мог пройти мимо хорошего запутанного дела? Проблема только в том, что я могу подставить под удар и вас.

Сорен затянулся и выпустил колечко дыма.

- Если эта Ильфрэна продолжит бросать камни в Канаву, все, кто был с ней связан, рано или поздно окажутся по уши в дерьме. Пожалуй, лучше быть в курсе событий, чем прятать голову в песок.

— В таком случае, где мне искать Грундольфа? Хотелось бы увидеть, с кем мы имеем дело.

— Учитывая, что ты не вхож в салоны Высоких Домов, остаётся лишь одно относительно доступное место — «Колесо Фортуны».

**

«Колесо Фортуны» было заведением поистине легендарным. Обитатели Нижнего Района и даже Района Клерков регулярно обсуждали, сколько их годовых зарплат спустил за карточным столом очередной высокий чиновник или финансовый воротила. Ставки в «Колесе» делались баснословные, а выигрыши были столь же редки, как дни без смога. Но существа из высшего света приходили сюда отнюдь не приумножить и без того немалые состояния. Истинной ценностью для них были связи, а проигрыш помогал укрепить их даже лучше выигрыша.

Попасть в эту цитадель азарта было нелегко, и чёрный ход охранялся едва ли не лучше парадного. Блистательная Шемешка, королева секретов и сплетен, и по совместительству хозяйка заведения, знала толк в незаметности слуг. Пытаться выдать себя за одного из работников «Колеса» было попросту глупо. Манас Наири и Намба Бацак нередко захаживали в казино, но использовать в качестве пропуска своё знакомство с обоими волшебниками Грга, учитывая обстоятельства, не хотел. Оставался наиболее затратный способ, к которому прибегали моты и ротозеи из числа гостей города - дать взятку охраннику, чтобы пройти "имущественный ценз".

Для этой вылазки сыщик нарядился волшебником с Прайма. Вместо невзрачного сигильского плаща он одел лиловую мантию, расшитую алхимическими символами. На голову нахлобучил широкополую остроконечную шляпу. Довершали наряд иллюзорная борода и тяжёлый кулон в виде драконьего глаза. Грга знал, что охранники зорко следят за подозрительными гостями. Но от волшебника ожидают, что он использует магию. Главное — не для того, чтобы облапошивать клиентов.

Войдя в роскошно обставленный зал, Грга, как и положено праймеру, замер на пороге, часто моргая от изумления. Огни сотен канделябров отражались от лакированных столов. Сверкали позолотой спицы знаменитого Колеса, каждый поворот которого манил близким выигрышем, но дарил его лишь немногим счастливчикам. Огромная драконья голова, украшающая стену над барной стойкой, развлекала зевак волшебной историей. В этом месте было больше магии, чем в башне Конклава какого-нибудь захолустного мира. Но сыщик, правдоподобно разинув рот, подмечал совершенно другие вещи. Тени в зале вели себя неправильно. В них явно пряталось пять-шесть существ с его родного плана. Трое из них - Грга слышал это от Наири - работали здесь охранниками. Остальные, вероятно, служили телохранителями важных клиентов. Настолько важных, что их даже не попросили оставить охрану за дверью. Это значило, что самому сыщику в тени соваться не стоит. По крайней мере, на этом этаже.

Мэррина Грундольфа сыщик заметил не сразу. У шпиона было моложавое гладко выбритое лицо, прямой, слегка заострённый нос и большие зелёные глаза. На нём был чёрный бархатный камзол, расшитый серебряным позументом и берет, украшенный синим пером сойки. На правом плече Мэррина сидел механический котёнок из серебристого металла, глаза которого светились той же изумрудной зеленью, что и глаза его хозяина. Гнома не привлекли ни карты, ни рулетка. Всем этим обыденным развлечениям он предпочёл расчерченный серебряной паутиной стол для игры в саву - популярный у дроу вид шахмат. Противником Грундольфа оказался ни кто иной, как налоговый инспектор Намба Бацак. Он как раз сделал не слишком удачный ход и, нервно постукивая по краю стола, ожидал ответа гнома. Сбоку от инспектора, спиной к стене сидел крепко сложенный мужчина с обветренным лицом и коротким ёжиком каштановых волос. На нём была крепкая стеганая куртка - признак человека, не чуждого воинскому ремеслу. Узкий гражданский меч удобно прислонён к столу так, чтобы быстро схватить ножны левой рукой и выхватить клинок правой. На спинке стула наёмника висел тёмно-серый сигильский плащ с вышитой светлыми нитками эмблемой Вольной Лиги. Грга вспомнил, что раз или два видел этого типа на собраниях фракции. К сожалению, Вольная Лига была слишком многочисленной, чтобы помнить всех поимённо.

Грундольф взял фигурку ассасина и ленивым движением сбросил с доски одного из воинов Бацака. Инспектор едва заметно улыбнулся и взял восьмигранную кость.

- Семь и пять! - объявил он. - Жрица подкупает твоего ловчего!

Грга насторожился. В классической саве удачный бросок кости мог заставить фигуру противника атаковать соседа. Это была дань внутрисемейным дрязгам, сотрясавшим общество дроу. Бросая кости, игрок не имел права ходить своими фигурами. Что значат слова Бацака? Что не будет ходить только жрица? Или они используют игру как шифр?

- Скажи, Мэррин, почему ты не вывел её из игры? - недовольно спросил наёмник. - Она была открыта.

- Потому, друг Кетиль, - ответил гном, подтверждая подозрения Грги, - что это расстроит матрону и архимага. Это даже Кит понимает. Правда, Китти?

Механический котёнок из серебристого металла, которого сыщик вначале принял за светильник, пошевелил крыльями и мелодично мяукнул.

- Рвешь одну нить, она сплетает две, - проворчал Кетиль. - Этак мы никогда не закончим.

- Сава - не быстрая игра, - поучительно произнёс Бацак. - Некоторые партии длятся годами.

Грга прошёл мимо игроков, не рискуя привлекать их внимание. Он вернулся в зал с Колесом, поставил десять монет на золотой сектор, ожидаемо проиграл и пошёл попытать счастья у гномьих игровых автоматов. Когда он проходил мимо столика Грундольфа, ловчий и его дрессированные звери уже отправились в отбой вслед за воином Бацака.

- ...что удалось добыть? - донесся до сыщика вопрос гнома.

- Увлекательное дело, - отозвался наёмник. - Никогда не знаешь, что окажется у рыбы в животе. Вот, думаю, тебе понравится.

Он положил на стол чётки, похожие на те, что передал Ильфрэне её агент. Грга не заметил, был ли на них знак Совершенного Ордена, но чутьё подсказывало сыщику, что "улов" Кетиля появился из того же источника. Усилием воли он заставил себя отойти подальше от столика Грундольфа и присоединиться к толпе у игровых автоматов. Если бы не призрачные телохранители, сыщик тотчас нырнул бы в тень... И, возможно, напоролся бы на магическую защиту гнома-шпиона. Кто знает, на что способен этот его котёнок?

Краем глаза он заметил, что Грундольф протянул Кетилю небольшой мешочек. Наёмник вытряхнул его содержимое себе на руку, и тени в зале сместились. Кетиль улыбнулся, забрал меч и плащ, и двинулся к выходу.

Грга вышел из зала ещё раньше него. Оказавшись на улице, сыщик нырнул в ближайший проулок и слился с тенью бритволозы. Через несколько минут он увидел наёмника. Тот шёл неспешно, держа в левой руке меч в ножнах, а в правой - камень, подобного которому Грга не видел уже много лет. Для обычного существа это был тусклый и скучный обломок чёрного минерала вроде графита или каменного угля. Но для рождённого на плане Теней камень был настоящим магнитом, завораживающим калейдоскопом неоформленных образов. Умбралит - так его называли учёные - делал своего владельца малозаметным для обыденного взгляда. Спешащие по своим делам прохожие и караулящие беспечных игроков карманники видели вместо Кетиля скучную серую тень, недостойную их внимания. Но, использовав этот трюк, наёмник невольно облегчил работу сыщика.

Грга брел по улицам Сигила, позволив зову умбралита вести своё тело. Он чувствовал, куда направляется камень, даже не сохраняя визуального контакта с его носителем. Его разум, избавленный от рутинных функций, лихорадочно работал, сопоставляя обрывки знаний. Откуда Кетиль взял чётки? "Не знаешь, что найдётся у рыбы в животе". Грубо говоря, выпотрошил кого-то. Вероятно, фактотума Совершенного Ордена, такого же, как Гаэтано Вольпони. Зачем? Чётки на руке Грги открывали портал. Может, и те тоже? В городе ходили слухи, что члены Совершенного Ордена исполняют волю самой Безмолвной Леди. Сорен считал, что они, как и Атар - просто полезные идиоты в ее руках. Но, может быть, связь была крепче? Тогда, вероятно, статуэтка с вороном - тоже какой-то ключ, спрятанный у всех на виду. Связаны ли эти ключи с наследием Аоскара? В своё время Её Безмятежность постаралась, чтобы от культа бога порталов остались лишь прах и пепел. Но, может быть, что-то не удалось уничтожить?

Резкое, неприятное чувство вырвало сыщика из раздумий. Тусклый свет, неправильный танец теней, пристальный взгляд в спину. На него охотились так же, как он охотился на Кетиля. Кто-то не спеша шёл за ним по пятам, оценивая, предвкушая, выбирая момент. Кто-то достаточно самоуверенный, чтобы напасть на волшебника, да ещё и недалеко от Тюрьмы. Грга оглянулся. Серая улица с заросшими бритволозой глухими заборами по обе стороны была совершенно пуста. Чувство безотчётной тревоги, которое грызло край сознания сыщика, заставило существ послабее обходить это место десятой дорогой. Было уже восемь часов после Пика, и только непредсказуемая воля Леди удерживала город от погружения в густые сумерки. Кто-то обрадовался бы этому обстоятельству, но Грга наоборот привык прятаться в тенях, и размытый полусвет его нервировал. Подоткнув полы мантии под кушак, он рванулся вперёд, неуклюже взмахивая руками. Заборы и кованые решётки поместий средней руки уступили место двух- и трех этажным домикам с нависающими балконами. Нырнув в проулок, где тени были гуще всего, Грга позволил себе перевести дух. Привычным движением воли он расслабился, растворяясь в тени, и сразу же осознал свою ошибку. Его враг тоже был порождением тени. Резкие, изломанные переплетения стеблей бритволозы ожили, на глазах превращаясь в кошмарное подобие худого паука с длинными лапами, усеянными множеством шипов и когтей. Мертвящий свет загробного мира отражался в белёсых глазах демона, пронзая душу клинком безысходности. У псевдо-волшебника не было шанса. Не было бы его даже у свирепого гормиля, не говоря уже про трудягу-сыщика в потрепанном плаще. Но у того, кто почти сросся с этими обличьями, кто годами жил во тьме на самом дне памяти, шанс был. И Грга отпустил себя, позволяя разжаться незримой пружине, стиснутой всё это время оковами конспирации. Резкий порыв ветра разогнал наползающий туман, в небо с тревожными криками взмыли сонные вороны. Они всё это время прятались там, на покрытых позеленевшей медью крышах, которые Грга теперь видел с высоты своего нового - старого? - роста.

Шаг вперёд, взмах крыльями. С треском ломаются стебли бритволозы, тщетно пытаясь пробить чешую теневого дракона.

Призрачный паук явно не ожидал такого поворота событий. Он прижался к земле, зашипел, а затем вдруг съежился и ринулся прочь, не разбирая горизонтальных и вертикальных поверхностей. Глупец! Всё небо Сигила было теперь домом для сыщика. Охваченный азартом охоты, дракон оттолкнулся лапами от мостовой, и тут же рухнул обратно, придавленный силой чьей-то злой воли. Кажется, демон-паук спасался не от него. Снова закружились тени, и из них соткалась фигурка, слишком маленькая для ощущения слепящей угрозы, исходившего от неё. Старое воспоминание пронзило сыщика. Серое небо и чёрная земля, он в центре сложной магической диаграммы. Пульсируют линии, связывая волю незримыми нитями. Пламенем на ветру бьётся бессильная ярость, но враги в безопасности за пределами круга. Тени с горящими ярко-алым глазами. Такие же, как та, что сейчас перед ним.

- С пробуждением, Ноктэлурос, любимец теней! - голос незнакомца звучал приветливо, почти по-отечески, и от этого дракону захотелось одновременно расставить крылья, чтобы казаться больше, и бежать без оглядки по примеру паука. - Я рад, что ты не окончательно забыл себя. Но обо мне, похоже, помнишь только плохое.

- Помню ваш ритуал, - через силу просипел дракон, - от которого учитель спас меня ценой своей жизни.

- Он назывался литанией алмазного резца. Описание тебя удивит. И с учителем твоим всё было не так просто. Найди способ нырнуть в свою память глубже обычного. Ты увидишь, насколько она исковеркана. Разбита, дополнена ложью, склеена не в том порядке. Ты поймёшь, кому мстить и кому помогать. А пока счастливой охоты, любимец теней. Вэрон да благословит твой полёт!

Давление чужой воли ослабло, и Грга тут же рванулся вперёд и ввысь, прочь из этого страшного места. Он носился над городом вместе с перепуганными воронами, хлопая затёкшими непослушными крыльями как пьяная курица. А когда упал на землю во дворике заброшенного храма, тут же превратился в человека, чтобы забиться в старое захламленное хранилище свитков за статуей Сардиора и, уповая на охранные чары Манаса Наири, забыться тяжёлым болезненным сном.

Когда новым блеклым утром Грга встал со своей жёсткой постели, прошедший вечер казался частью этого сна. Только вот из одежды на запястье сыщика удержались лишь каким-то чудом пережившие трансформации чётки Гаэтано Вольпони, а за воротами храма его ждали бойцы Гармониума.