Родные души

Мне нравятся ее глаза. Вернее, глаз. Мы переписываемся уже месяц, избегая любой личной информации. Это же самая большая ценность в мире. Никому не отдадим свое богатство, ни с кем не будем делиться.

Мы говорим о посторонних вещах. О том, как рождаются ураганы. Что будет, если растения станут хищниками. Какую кулинарную книгу написала бы Алиса в Стране Чудес. Но на прошлой неделе я понял: больше всего я хочу узнать, кто она. Увидеть ее целиком, всю. Мы тогда говорили о цветах, и она призналась, что банально любит розы, ничего не поделаешь.

Я сразу спросил ее. И потом тоже. Хотя бы фото? Но она отвечала: «Нет». Сначала я думал, что это кокетство, потом – что у нее есть муж. Какая разница, говорил я ей, даже если у тебя рога, копыта и хвост, мы все равно – родные души, разве не так?

Свою фотографию я ей послал.

Да, когда я подумывал, не зарегистрироваться ли на сайте знакомств, я хотел соблюсти анонимность. Я совершенно не собирался рассказывать всему миру о том, кто я такой. Поэтому в профиле разместил фотографию заката. А она – зеленый глаз.

Мне говорили, что на сайтах знакомств – одни проститутки и психи. Что ничего серьезного там не найти. Разве что так, на одну ночь. Но я знаю – это настоящее. Любой поймет, если переписываться целый месяц.

В каждой встречной женщине я вижу ее, в каждых глазах ищу зеленый отблеск.

Мы желаем друг другу доброго утра, нервничаем, когда нет интернета, продолжаем говорить о капусте и королях, но мне этого мало, и я предлагаю ей встретиться. Она долго молчит, и я добавляю: «Клянусь, я приму тебя любой». И она соглашается. Завтра. В восемь.

Я иду к месту встречи с колотящимся сердцем. Я покупаю розы. Шарахаюсь от одноглазой нищей старухи, стоящей у порога кафе. В зале полутьма, на столиках горят свечи. Ко мне идет официантка, я сразу заказываю бутылку шампанского и начинаю ждать – похоже, я пришел слишком рано. Но вот уже 8 часов, а ее нет. Пять минут, десять… Подожду еще полчаса. Или час. Досижу до самого закрытия.

Время от времени ко мне подходит официантка. Я качаю головой – больше ничего не нужно. Но время идет, и в конце концов я сдаюсь – да, налейте шампанского. Она возится с бутылкой, наклоняет ее над моим бокалом и проливает на скатерть. Я смотрю ей в лицо и вижу зеленые глаза. Пустые зеленые глаза. Все кружится, картинка рассыпается на отдельные детали: бритая голова, неуверенная улыбка, на одной щеке – татуировка зубастой розы, на второй – шрамы составляют свастику.

– Привет, – хрипло говорит она и облизывает губы языком. Язык разрезан надвое.

Я говорил, что приму ее любой.

Как же я ошибался.