Родственники и загробный мир

Родственники — это группа лиц, периодически собирающихся пересчитаться и вкусно покушать, по поводу изменения их количества.

Удивительно циничная и едкая в своей правоте фраза. Не согласен? Я тоже. Но это все равно продолжает работать. А если отстраниться и посмотреть со стороны? К тебе приходят за помощью одни, ты за помощью идешь к другим. Советом ли, физически ли, деньгами наконец вы все помогаете друг другу точечно, капельно. А вот прямо все, всей семьей когда собирались? Да-да. Вот оно. Свадьба, дни рождения и похороны. Причем второе не так уж и повод.

А еще люди много думают о посмертии. Ну мол, «там я присоединюсь к большинству», «там нас всех ждут». Да нифига подобного. Вы что, думаете там что-то поменяется?

«И войдя под сень дворца я встречу отца и братьев моих, и преисполнятся радости их сердца и обливаясь слезами прижмут к груди они обретенного брата...»

Щас. Ага. Давай-ка вспомним как вы при жизни друг к другу относились. А тут все прям сразу поменялось. Максимум — подойдут отвесить крепкий отеческий подзатыльник, за то что поторопился. И вообще, по совокупности деяний. А то и этого не будет. И будешь ты ходить по закрайкам, и посматривать, как они между собой общаются. Их-то действительно больше. И со многими рядом прошла вся их жизнь. Ну может похвастаются тобой пару раз, перед друзьями. Может представят своим предкам, так, больше для проформы. Мол «Дар жизни принятый от вас мы передали дальше», показался-посмотрелся — шуруй дальше.

Друзья-недруги — ну с этими может подольше постоите, может новостей каких расскажешь. вспомни последнюю встречу одноклассников. Много наговорили? Пересчитались-выпили. А дальше? Делить вам уже нечего, правду выяснять — так нету ее, правды. Что было каждый сам видел, а чего не было, того и не было. Вот и остается ходить тихонько и смотреть как меняются лица.

Вот ты поговорил с мамой. Вот она взрослая, еще до болезни, вспоминает как нянчила твоего первенца, а вот начинает вспоминать про тебя и ее лицо откатывает морщинки назад. Раз, и она стоит как на той фотографии, где вы с первой женой, уже с сединками, но она еще их закрашивает, прячет. А вот другая она, как на той, где ты с букетом и портфелем идешь в школу. Или вот еще, и она смотрит на тебя совсем по другому Такой молодой, какой она смотрела на тебя малыша. Совсем не та иссохшаяся старушка, которую ты провожал в последний путь. Она весело смеется и машет кому-то рукой. А вот она подходит к твоему деду и преображается, теперь это совсем школьница, с ее детских фотографий, ты ее такой в принципе застать не мог. А вон она обнимает молодого отца, он еще с волосами и без бороды. А вот возле прадеда она не меняется, он ее не застал. А о том что это старый дед - твой прадед ты знаешь по своим детским воспоминаниям, она тебе его показывала когда-то на фотографиях. Жаль, это фотокарточка потерялась и своим детям ты его уже не показывал.

А вон дедов друг, он часто приезжал к вам на мотоцикле, и давал тебе погазовать вхолостую, усадив на бензобак. Он пах махоркой и добродушно посмеивался в седой ус. Только тут он в парадном пиджаке и со всеми наградами. Оказывается он воевал, а ты никогда об этом не задумывался. А вон дедов старший брат, крепкий и молодой лейтенант. Он грустный стоит в стороне, ведь к нему не придут его потомки, он остался там, возле отбитого села. Возле него мелькают какие-то совсем прозрачные тени, люди, которых ты никогда не узнаешь.

И да, если тебе не повезло, то ты сможешь встретить свою жену, а если очень не повезло, то и детей. И вот теперь ты сможешь им сказать все то что осталось недоговорено и промолчано тогда. Вот только это уже ничего не поменяет. Жизнь-то уже кончилась. И все что тебе остается это ходить, присматриваться и пересчитываться. Может и правда лучше к этим, как их, индейцам, с колесом перерождений которые...