Расплескалось утро спелой синью.
Вечер дня минувшего был долог.
По дороге стелиться обильно
В тишину вплетённый белый полог.
Под луной, что ночью бушевала
Среди травных песен аромата,
Раны будней ясных омывала
Темнота, целуя память злата.
Конь ступал торя дорогу смирно,
Колесо, колейно да упрямо,
След чертило резво, стойко, сильно
Там где шли, то медленно то рьяно.
Огнь пылал в ночи не каждый вечер.
Ветер пил дыханье славных песен.
Ветер пел, путь ладен был и млечен.
Дух пути в истоке был уж вечен.
Как нежна ладонь творя бывала,
Как улыбка сердце согревала,
Как любовь в сиянье пребывала,
Помнит небо и земля признала.
И теперь, и в памяти и в жизни,
Сердце смыслом нежности звучит:
Огнен дух, душа же ясность мысли
Что достигла кровь сквозь пламя битв.
Кровью духа стелиться дорога.
Путь живой тьма сберегла в себе.
Память света, жизни, чести, долга -
Вся сияет в лунном серебре.
Золотых узоров поволока
Вечных клятв пронзительно ясна.
Дух своё же взял, хоть было колко.
И узнал - Любовь всегда верна.
Океан дышал прохладой встречи.
Океан и ветер пели вместе.
Но уж там людей идущих вече
Расплескалось на четыре песни.
Дух любви всегда взимает вечность
В сердце, там где сложена суть дел.
Вместе же возможна бесконечность.
Всю бери - стремящийся предел.
Ясь и чуй всегда роднятся словом
В единенье неба и земли.
Океан же полнится уловом
Памяти творения любви.