Рождение нечисти

Янина Александровна закрыла вкладку туристического агентства и открыла рабочую почту. Ох, ты ж, понасыпали! Наставив галочки напротив двенадцати писем от областного начальства, она отметила их прочитанными и скинула Марине Михайловне – пусть разбирается.

Себе оставила только два. Оба касались местного музея. Она открыла первое: новое штатное расписание. Опять эта кикимора, директриса, через её, Янинину, голову в область жаловалась на нехватку кадров. Щас, разбежались, добавят им… Догонят и ещё добавят! Так, в корзину его! Никаких новых штатных единиц им не будет, пока Янина здесь начальник!

От второго письма её отвлёк телефонный звонок.

– Янина Александровна, доброе утро! Меня зовут Миранда, – раздался в трубке приятный женский голос. – Вы оставляли на нашем сайте заявку на тур “Бесконечное лето”?

– Да, конечно! – Янина откинулась в кресле и развернулась лицом к окну.

Об отпуске лучше говорить не глядя на рабочий стол, хотя он и был девственно чистым.

– Ближайший выезд состоится через три дня, в пятницу, 13-го сентября. Вас это устроит?

– Да, разумеется, – подтвердила Янина, царапая коготком с фиолетовым маникюром подлокотник офисного кресла.

– Тогда я жду оплату тура, и адрес, по которому вас забрать.

Янина Александровна незамедлительно выполнила перевод требуемой суммы за будущий отдых, а также сообщила адрес места проживания, немало удивляясь новому сервису – теперь не надо тащиться с чемоданом на другой конец города, откуда обычно отъезжали туристические автобусы. Очень удобно.

Янина Александровна, дама хорошо за тридцать и даже ближе к сорока, заведовала в городском министерстве культурным сектором. В её ведении находились культурно-досуговый центр, библиотеки, фестивальная дирекция, музыкальные школы,театры и главная её головная боль – городской музей. Музеем руководила Стелла Андреевна Скворцова, женщина в годах, весьма колоритная и эпатажная. Обладала она острым умом и двумя высшими образованиями – одно в области культуры, второе – экономическое. И все это категорически не нравилось Янине Александровне. Не любила она умных и красивых женщин. И на то были причины.

Внешность ей досталась от родителей весьма скромная: субтильное телосложение, смуглая, точно грязная, кожа, вечно путающиеся тусклые волосы неопределенного цвета, кривоватые ноги, которые приходилось прятать под длинными платьями и юбками. Рядом с высокой и статной блондинкой Стеллой Андреевной Янина выглядела просто замарашкой.

И ещё у неё не было высшего образования. В свое время она окончила технологический колледж по специальности “мастер-сыродел”. Потом выскочила замуж за богатенького немца и семь лет жила в Гамбурге, где каким-то чудным образом умудрилась получить корочки гида-экскурсовода. Этим её образование исчерпывалось.

После развода она стала обладательницей некоторой суммы великолепных евро, которые вполне позволяли ей безбедно жить, что она и собиралась делать. Но и тут ей повезло, а надо сказать, что ей просто чертовски везло по жизни. Она встретила одноклассника, который занимал один из ключевых постов в городской администрации. Он и устроил бывшую пассию на непыльную должность секретарши, а потом, увидев её хватку, стал двигать дальше.

– Янина Александровна, – постучавшись, в кабинет заглянула Марина Михайловна. – Тут Осенева из района возмущается, говорит, что ей до сих пор не выделили средства на проведение дня города.

Янина скривила губы. Мыслями она уже была на отдыхе.

– Пусть к бухгалтеру обращается, я распоряжение ещё на той неделе подписала. И да, Мариночка, я уезжаю в пятницу на две недели. Надеюсь, ты справишься.

У Марины Михайловны отвисла челюсть. В прошлом месяце Янины не было на работе десять дней, в позапрошлом она три недели пробыла на больничном… И вот опять! Вот же наглая баба.

– Да, конечно, Янина Александровна, – пробормотала она, закрывая дверь.

Янина потянулась всем телом, встала и подошла к окну. Осень в этом году наступила просто как по расписанию: с первого сентября зарядили дожди, ветры не прекращались, срывая листья с деревьев ещё зелёными. Небо низко нависало над городом, заставляя сутулиться и кутаться в тёплые вещи.

Но ничего, скоро она уедет из этой хляби. Тур был с сюрпризом: место отдыха указано не было, но судя по стоимости, это наверняка где-нибудь на Средиземном море.

Работать не хотелось. Хотелось кому-нибудь позвонить и похвастаться.

– Ядвигочка, здравствуй, милая! – проворковала Янина, когда подруга пробасила свое коронное “У аппарата”.

– Чем порадуешь, прелесть моя? – голос у Ядвиги Карловны был громкий и басовитый, с лёгкой хрипотцой.

Ей было слегка за сорок, роста ниже среднего, но, как говорится, широка в кости. К тому же любила она различные балахоны, да с люрексом, да со стразами. Про таких говорят, что встретившись на узкой дорожке, легче перепрыгнуть, чем обойти. Ну, тут уж, как говорит та же народная мудрость – у каждого свои недостатки. Хотя Ядвига Карловна не считала обширные формы недостатком, наоборот, она всегда подчеркивала свое величие высоко поднятым подбородком и обилием бижутерии. Без бусиков с кругляшами размером с вишню в три ряда она редко появлялась. Ещё жаловала крупные подвески с позолотой и стразами Сваровски. Впрочем, ей было простительно – она возглавляла один из двух городских театров – Молодежный Экспериментальный Театр (МЭТ).

С Яниной Александровной они как-то быстро нашли общий язык и могли считаться подругами, если это понятие приемлемо в скорпионарии, которым называли городской бомонд. По крайней мере пару раз в месяц они захаживали в модный бар “Филателист” и проводили время за поглощением крафтового тёмного пива и, естественно, за сплетнями о коллегах. Один раз они даже съездили вместе на отдых в Анталью. Правда, поездка эта их чуть не рассорила: Ядвига нагло увела у Янины ухажёра. Но теперь-то личная жизнь каждой была устроена – у Янины есть Артурчик, Ядвига же в прошлом году в седьмой раз вышла замуж, и опять по любви.

– А ты не хочешь составить мне компанию? – поинтересовалась Янина Александровна, поведав приятельница о новом туре от турагентства “Капибара”.

– Ох, милая, я бы и хотела, завлекательно это все. Но у меня столичные мэтры мастер-классы проводят и готовят грандиозную постановку с моими дебилами, так что мне надо постоянно на месте быть, лицом светить, так сказать, да вникать во все, да ублажать эту честную компанию. Я уже так устала, ты представить себе не можешь.

– А что Федотов не может их на себя взять? – Янина прекрасно знала, что основную организационную работу в театре тянет заместитель директора Игорь Федотов, человек скромный, мягкий и бесконечно и бескорыстно любящий театр.

– Да в отпуске он без содержания, уехал по семейным обстоятельствам куда-то далеко – не то в Воркуту, не то в Архангельск.

Ядвига помолчала. Было слышно, как она стучит по клавиатуре.

– Слушай, а не развод ли это? – сказала она наконец. – Зашла я твою “Капибару”. Сайт кривой, предложений всего две штуки – это твоё “Бесконечное лето” и ещё “Пещера Али-Бабы” с прохождением квеста, в конце которого победителя ждёт клад с настоящими Сокровищами, – процитировала она описание тура.

– Блинский блин, я это тоже хочу! – воскликнула Янина. – Я же утром смотрела и не видела этого предложения! Хочу! Может, я ещё смогу поменять путёвку, как думаешь?

– Я думаю, что тебе неплохо было бы проверить их лицензию, а то влипнешь, как кур в ощип.

– Ерунду говоришь! Я рекламу этого агентства вижу уже полгода. Раз у них есть на это деньги, значит, фирма стабильная. И отзывы у них прекрасные. Это ты мне просто завидуешь, что я могу себе это позволить, – сама не заметив как, Янина завелась и разозлилась на подругу.

– Да ладно тебе, – фыркнула та. – Я к тому, что мошенники сейчас орудуют на каждом углу. За тебя ж волнуюсь.

– Можешь не волноваться. За себя волнуйся. Что, думаешь, тебя в столицу позовут? – со злостью спросила она.

Любые инициативы, исходящие не от неё, она воспринимала, как личное оскорбление. И до неё только что дошло, что театральные деятели из столицы проехали как-то мимо её кассы. Настроение вмиг испортилось, и очень захотелось уволить Ядвигу Карловну и сослать её в самую глухую деревню сельским клубом заведовать.

Модест Максимович Могильный, директор вновь образованного курортно-туристической базы, предвкушал. Скоро, скоро прибытие первых…подопытных? Нет, конечно же, отдыхающих. Нельзя же назвать их жертвами. Никак нельзя, даже наедине с собой. Ведь кому-то может и повезти. Хотя до этого ещё далеко.

Высокий, худой, с большими залысинами, бледным лицом с провалившимися щеками, Модест Максимович напоминал старого потрёпанного жизнью вампира. Вечно красные от переутомления глаза – он имел проблемы со зрением, которые не корректировались очками, – и тёмные круги под ними дополняли это сходство. Собеседники старались держаться от него подальше – а вдруг и клыки имеются, да он куснёт ненароком. От греха подальше. Однако те, кто был давно знаком с Модестом Могильным, констатировали его обходительность, мягкость и открытость к новым контактам. А как же иначе? Ведь с жерт…тьфу, с клиентами иначе нельзя, надо их максимально расположить и окружить теплотой и заботой, дабы усыпить их бдительность. Тьфу, черт! Конечно же, чтобы они получили максимум удовольствия от пребывания в этом чудесном месте.

Услышав гул, Модест Максимович надел солнцезащитные очки и вышел на крыльцо. Из-за леса вылетел вертолет и резво стал снижаться на большую поляну перед зданием базы. Пилот выскочил первым и стал помогать пассажирам выгрузиться, принимая их чемоданы и сумки, а также их самих. Когда все оказались на земле, пилот вспрыгнул в кабину, и вертолет взмыл ввысь, через пару минут скрывшись из виду.

Их было десять. Янина Александровна, стояла, кутаясь в толстую шерстяную кофту и недоуменно разглядывая место, куда выгрузили компанию отдыхающих. Стояли они перед большим двухэтажным ничем не примечательным зданием, над крыльцом которого красовалась табличка с названием: “Туристическо-квестовый центр Капибарство. Здесь вас ждут лучшие приключения в вашей жизни! Приятного отдыха!“.

Находились они явно где-то вблизи морского побережья, слышался шум прибоя, крики чаек и пахло водорослями. Самого моря видно не было, со всех сторон турбазу окружал редкий сосновый бор. Под серыми тучами, готовыми вот-вот разразиться очередным дождём, он казался тёмным и мрачным. Не похоже все это на “бесконечное лето”. Куда она вляпалась?

Янина стала разглядывать своих попутчиков. По пути сделать это ей не удалось: вертолет, похоже, использовали переделанный из грузового, в нем не было иллюминаторов и царила полумгла. Она вошла в салон одной из первых и уселась на переднее кресло. Рядом с ней пристроилась молодая девица с распущенными тёмными волосами до плеч, она постоянно вертела головой, выискивая кого-то из знакомых и постоянно её лохмы попадали Янине в глаза. В конце концов она закрыла лицо шляпой, которую зачем-то нацепила, увидев проблеск солнца, и неожиданно для себя задремала.

Теперь же ей стало интересно, сможет ли она найти здесь себе компанию. Мужчин было трое: два молодых парня, пока непонятно, знакомы они друг с другом или нет, но стояли они рядом. Молодые слишком, решила Янина и перевела взгляд на третьего. Тот был невысок, полноват и демонстративно светил обручальным кольцом. Стоявшая рядом женщина с капризным выражением лица, что-то искала в сумке, похоже, была его супругой. Стало быть, свободных мужчин нет. Это сразу снижало градус всего мероприятия. Впрочем наверняка есть ещё отдыхающие – здание базы явно не на десять человек рассчитано.

– И долго мы будем здесь стоять? – раздался слева от Янины резкий женский голос. Это была её соседка с растрёпанными волосами. – Мы кого-то ждём?

В это время над лесом показался ещё один вертолет. Через несколько минут он приземлился, и из него стали выбираться люди.

Янина с удивлением увидела среди вновь прибывших Ядвигу Карловну. Ах, ты ж, стервоза завидущая, успела таки!

– Я рад приветствовать вас, господа и дамы! – из состояния обалдения Янину вывел глубокий бархатный баритон. – Я директор базы, меня зовут Модест Максимович, и по всем вопросам вы можете обращаться непосредственно ко мне.

– Я знаю, – продолжал он, кашлянув для привлечения внимания, – что вы покупали два разных тура. Но так сложились обстоятельства, что вместо них вам будет предложен новый уникальный квест “Сбеги от вампира!“ Подробная программа вас ожидает в ваших номерах. Я надеюсь, нет, я уверен, что вам понравится, – с этими словами Модест Максимович снял очки и оглядел толпу. Его тонкие губы растянулись в улыбке, демонстрируя желтоватые ровные зубы. От взгляда маленьких цепких глаз у Янины Александровны пробежал по спине холодок. Кого-то он ей напоминал. Кого-то неприятного и опасного.

Вдруг со стороны леса раздался низкий раскатистый гул, от которого мелко завибрировала почва под ногами.

– Вы услышали это? Почувствовали? – Модест Максимович снова улыбнулся и радостно потёр руки. – Это дух места приветствует вас!.. Приветствует и жаждет жертву.

Он снова обвел взглядом людей, наслаждаясь недоумением, возмущением и даже испугом на лицах. Ах, как сладко пить их эмоции!

– Не волнуйтесь, господа и дамы, – он рассмеялся, – жертва – это часть нашего квеста, она будет бескровной. Наш дух очень любит женские украшения, – взгляд Модеста Максимович упёрся в подвеску размером с блюдце на толстой золочёной цепи, возлежащей на пышной груди Ядвиги Карловны. – А также мужские часы и перстни.

“Какой-то бред”, – думала Янина Александровна, поднимая повыше воротник кофты, чтобы не видно было тонкой витой цепочки, инкрустированной бриллиантами.

– Сейчас вы можете разойтись по своим номерам. Обед в четырнадцать часов, а в девятнадцать здесь, на площади, состоится праздник вхождения в большую игру.

Соседкой Янины по номеру волею или происком судьбы оказалась все та же молодая лохматая блондинка. Она представилась Клотильдой, достала из дорожной сумки здоровенную косметичку, запинала сумку под кровать и резво скрылась в ванной комнате. Янина неодобрительно взглянула ей вслед и принялась разбирать чемодан.

Развесив свои вещи в просторном шкафу, она протёрла руки влажной салфеткой, оглядела стоящий на столе поднос с фруктами, выбрала здоровенную кисть розового винограда и принялась вдумчиво её объедать.

После душа Клотильда куда-то унеслась, оставив Янину одну. Та с наслаждением постояла под струями горячей воды, потом закуталась в пушистый белый халат до пят и растянулась на кровати, давая отдых ногам.

Теперь можно было и подумать. Вот зачем Ядвига сюда приперлась? Следить за ней будет, компромат собирать?.. Решила её подсидеть и метит на должность в администрации? Да нет, вряд ли, театрик место хлебное, если им правильно распоряжаться. А уж в способностях Ядвиги Карловны сомневаться не приходилось. Она умело дёргала за ниточки и своих марионеток-артистов, выжимая по новому спектаклю в месяц, да и инвесторов выбирала весьма грамотно. Манипулировать людьми, в общем, умела, и вполне вписалась бы в административные ряды. Короче, эту змеюку надо держать рядом с собой и не расслабляться.

Её мысли переключились на директора базы. Кого же он ей напоминает? Она вспомнила его цепкий взгляд, едва скользнувший по ней, тонкие губы и впалые щёки и вдруг вспомнила: Дмитрий Гладиолусов! Тип, чьё место в администрации заняла она четыре года назад… Эпопея тогда была знатная: Артурчик подменил документы, на Димона повесили крупную недостачу и с позором уволили, пригрозив, что вообще могут открыть уголовное дело. Вот такой у неё Артурчик, на все готов ради неё.

Она заулыбалась и достала телефон, чтобы отправить сообщение любовнику, который в данное время находился где-то в Европе, налаживая культурные связи не то с Венгрией, не то с Албанией.

В коридоре послышалась какая-то возня, приглушенные голоса, чьи-то испуганный вскрики. Янина отложила телефон, зевнула, поднялась с кровати и подошла к двери послушать, что же там происходит.

Неожиданно в комнате что-то захрюкало и ожил допотопный радиоприемник, стоявший на платяном шкафу.

– Внимание всем гостям! Ввиду непредвиденных обстоятельств просьба всем выйти из гостиницы и проследовать за сопровождающими в район бунгало. С собой взять документы и тёплые вещи, – проговорило радио шипящим, местами неразборчивым женским голосом, и из репродуктора раздалась музыка из “Лебединого озера”.

Янина Александровна осторожно приоткрыла дверь номера. По коридору мимо неё пронесся толстячок, катя за собой чемодан, из которого торчала какая-то цветастая тряпка. За ним бежала женщина, на ходу запихивая в дамскую сумочку бутылку виски.

– Скажите, что случилось? – спросила у неё Янина.

– Эвакуация! База заминирована! Разве вы не получили сообщение на телефон? – не притормозила, скороговоркой ответила женщина.

– Что?! Янина бросилась к шкафу, стала доставать свои дорогие наряды и закидывать их в чемодан, благо, ещё не убрала его. Потом сообразив, что бегает по номеру в одном лишь банном халате, принялась лихорадочно одеваться.

И тут дверь распахнулись. В номер, преграждая путь к выходу, вошёл Модест Максимович. Глаза его очень недобро светились, а на губах играла глумливая ухмылка.

– Что…что случилось? – писклявым голосом выкрикнула Янина. Ей стало страшно.

– Ну вот, мы и встретились, Янина Александровна, – голос Модеста прямо-таки гипнотизировал. – Наконец-то мы одни, и я смогу сделать то, о чем мечтал долгие годы.

– Но…ведь заминировано, всех эвакуируют, – залепетала Янина.

Она была растеряна и испугана, не понимая, что происходит, и какая угроза страшнее.

– Объявить эвакуацию – плевое дело, ты и сама это знаешь. Мне не нужны свидетели. В этом здании мы одни, все люди уже далеко отсюда, и нам ничто не помешает… – он опять растянул губы в своей страшной улыбке, и Янина с ужасом увидела огромные клыки. – Я выпью тебя без остатка, досуха, – продолжал говорить Модест, приближаясь к женщине. – Ты ответишь за то унижение, которому вы подвергли меня с твоим любовником. С ним, кстати, я уже разделался. А сейчас разделась и с тобой. Ваша кровь вернёт мне силы, и я смогу вернуть утраченные позиции, и даже стать мэром и подчинить себе весь город. О, какие перспективы меня ждут… Впрочем, не будем отвлекаться. Начнём, пожалуй!

Он совершил молниеносный прыжок и набросился на Янину. Взвизгнув, та присела и, боднув Модеста под дых, отпрыгнула в сторону. Но поскольку она не брала уроки у мастеров восточных единоборств, а только иногда посматривала старые боевики с Джеки Чаном, то и прыжок получился совсем не грациозный, и она просто кулём свалилась на пол. Она кое-как отползла из-под ног скорчившегося вампира, поднялась на ноги и ринулась к двери. Та ожидаемо была заперта. Прямо как в кино. И окно зарешечено.

И что теперь – сдаваться этому…Модесту… Гладиолусовому? Фиг ли! Справилась тогда, справится и сейчас. Но тогда по большому счету все сделал Артурчик, она только кляузу написала, что Гладиолусов средства, выделенные на ремонт школы искусств, злостно присвоил и потратил на покупку нового автомобиля.

Зачем, зачем ей в голову лезут эти дурацкие мысли, когда надо думать о том, как спастись?!

Янина заметалась по комнате в поисках чего-нибудь, что сгодилось бы в качестве оружия. И тут же некстати пришла мысль, что вампира можно убить только серебряной пулей. И что, у неё нет шансов? Совсем?

Модест между тем продышался и повернулся к своей жертве. Однако теперь он не спешил нападать. Ему нравилось видеть игру эмоций на её лице и вкушать их, как сладкий нектар. Это было нереально восхитительно.

Увидев его покрасневшее лицо и закатывающиеся глаза, Янина решила, что он все-таки подыхает от её мощного (во самомнение!) удара головой и неплохо бы дать ему ещё разок под дых или ещё лучше пониже, и тогда у неё будет пара минут, чтобы попробовать открыть дверь и позвать на помощь. Вот только Модест уже наготове и, кажется все читает по её лицу, ишь как ухмыляется. Она отошла к столу, на который бросила халат, и как бы невзначай положила руку на спинку стула.

– Давай поговорим, – сказала она, ощущая, себя героиней плохого фильма. – Чего тебе от меня нужно?

– Глупый вопрос, – усмехнулся Модест. – Что нужно вампиру от смертной? Кровь и только кровь!

Модест лукавил. Да, кровь это пища, а вот эмоции жертвы – ни с чем не сравнимое удовольствие, подобное оргазму. И от этого отказаться ну никак невозможно!

– Тут на базе куча народу! И крови в них поболее, чем во мне, – несла какую-то чушь Янина. – Хоть запейся! А если ты хочешь стать мэром, то посодействую. У меня это получится, ты же знаешь… Я совершила ошибку, я признаю это, – торопливо добавила она, видя, как гневно начинают раздуваться ноздри вампира. – Но ведь можно все поправить, у меня есть связи, и я помогу тебе вернуться в город с триумфом.

– Из-за тебя я стал таким, мерзкая тварь! Скольким людям ты испортила жизнь? Ты вампир похлеще меня! Так стань же им на самом деле! – и он опять сделал рывок по направлению к ней.

Но Янина была наготове и, схватив стул двумя руками, швырнула его в Модеста. И промахнулась.

– Эх, Янина, физкультурой надо было лучше заниматься, — посетовал Модест, поднимая стул и ставя его на место. — Иди сюда, дурашка. Я тебя не больно укушу. А все остальное тебе понравится.

Он медленно приближался к Янине, загоняя её в угол.

“Почему только в кино бывает, что в последний момент к героине приходит помощь? Я разве не героиня? Я ведь героиня своей собственной жизни, и почему те силы, которые мне всегда помогали, отвернулись от меня?! Эй, слышите, у меня проблемы, давайте, спасайте! Хьюстон, у меня прлблемы!“

Мысли галопировали в голове Янины Александровны, сердце колотилось, готовясь пробить грудную клетку. И вдруг она почувствовала, как внутри неё медленно, точно вулканическая лава, закипает ярость. Она заполняла и заполняла её, но не переливалась через край, а делала Янину все больше и сильнее.

Видимо, что-то отразилось на её лице, потому что Модест остановился с недоумением глядя на неё.

– Что остановился? – Янина и сама не узнала свой голос – он был низким и томным, будто она разговаривала с новым любовником по пути в спальню.

Неведомая сила распирала её и жаждала крови. Янина явственно ощутила, как во рту, покидая его пределы, удлиняются клыки, а на голове пробиваются рога. На всякий случай она провела языком по зубам. Увы, нет. Но всё-таки…

В этот момент Модесту все же удалось зажать её в углу между шкафом и ванной комнатой.

– Вот и все, – прошептал он ей на ухо, захватывая губами мочку и мусоля её языком. Янину передёрнуло от отвращения, и она, извернувшись, неожиданно для себя впилась в его шею. Несуществующие клыки проткнули кожу, и тёплая жидкость коснулась её языка.

– Тьфу, гадость! – она сплюнула и с удивлением увидела, как Модест с остекленевшими глазами медленно оседает на пол. Он завалился на бок, из раскрытого рта вывалился язык, дышал он шумно и прерывисто. А потом его тело стало выгибать и корёжить.

– Аааа! Спасите! Кто-нибудь!! – заорала Янина и, бросившись к двери, забарабанила в неё из всей силы.

В коридоре раздались торопливые шаги. В дверь стукнули, и она раскрылась, чуть не припечатав Янину по лбу. На пороге стояла Ядвига Карловна.

– Что с тобой, моя прелесть? – пробасила она, оглядывая растрёпанную приятельницу. – Сок вишнёвый с морды вытри, и пойдём уже в столовую, – достала из сумки сумки пачку влажных салфеток и, вытащив одну, сама стала вытирать физиономию Янины.

– Какую столовую? – растерялась та. – Тут у меня… – она мотнула головой в сторону корчившегося в конвульсиях Модеста, которого по счастью Ядвига видеть не могла, а потом вдруг вспомнила.

– А почему ты здесь? Эвакуация же!

– Так это учения проводили, уже все закончилось. Вот только директора найти не могут. Те парни, которые с тобой прилетели, они из структур, и им надо, чтобы Модест документы подписал.

Она прислушалась.

– Что у тебя там? Или кто? – тон её стал игривым. – Кого уже охмурила?

– Там Модест, – выдавила Янина. – Ему плохо стало. Врача надо, – она потихоньку приходила в себя, и ей хватило ума не вдаваться в подробности происходящего. Все равно никто не поверит. А вот в психушку отправить могут запросто.

Ядвига отодвинула подругу в сторону и заглянула в комнату, но тут же отпрянула.

– Врача!!!

Через час так и не пришедшего в себя Модеста Максимовича увезли в областную больницу.

А жизнь Янины Александровны покатилась по привычному распорядку. Только всё чаще ей казалось, что её несуществующие клыки и рога становятся все крупнее и острее.