Рождённые в пустоте

На одинокой планете, окутанной куполом тьмы, в северном городе России, в маленькой однушке, нещадно звенел телефон, вырывая молодого парня из сна. Нащупав крепкую Nokia на тумбочке, он снял её с зарядки и поднёс к уху.

– А-лё… – произнёс он заспанным голосом.

– Привет, тунеядец, как спалось?!

Парень приподнялся и осмотрел комнату. На часах 4:58. На улице как всегда темно.

– Колян… ты на время смотрел? Сейчас же не моя смена, чего трезвонишь то, да и к тому же по телефону?

– А, ну тогда спи, не хотел тебе мешать.

– Колян! – чуть повысил голос парень.

– Да ладно, ладно. На самом деле у меня для тебя хорошие новости.

– В такую рань? Что, где-то солнце вышло, или меня увольняют и я теперь буду жить на пособии по безработице?

– Мы не в Америке, кхм – по ту сторону кто-то прочистил горло, – переводят тебя, счастливчика.

– Куда? – спросил он, продирая глаза ото сна.

– На международный лайнер “Прометей”.

Парень тяжело вздохнул.

– Почему меня? Я вроде и здесь уже освоился. Ещё ехать куда-то.

– Без разговоров, это приказ начальства.

Парень снова тяжело вздохнул, на этот раз с ноткой обречённости.

– Когда?

– Сегодня, в 12:00 отплытие.

– Чего?! – парень подорвался с кресла-кровати, – и я об этом узнаю только сейчас?

– Уж прости, Андрюха. Когда приказ поступил, тогда и сообщаю.

В недоумении, он сел обратно на кровать.

– Но к чему такая спешка?

– Начальство боится деятельности культистов из Алого Рассвета, потому решило, чтобы мы оповестили всех лишь сейчас.

– Вот как… а откуда отплываем-то?

– Известно откуда. Из морского порта в Финском заливе. Ты что, столько времени в Питере провёл, и в порту ни разу не был?

– Как-то не приходилось, да и не мой сектор это.

– Эх, короче, ты понял, почему я так рано тебя поднял. Так что бери с собой только самое нужное, и езжай в порт. На корабле тебе и так всё предоставят. Вы там на особом обеспечении будете.

– Прямо all inclusive.

– Такие вот привилегии охотникам. И да, удостоверение не забудь. Если медлить не будешь, у тебя ещё часа два останется.

– Подожди, а кого на моё место то поставят? – спросил Андрей ради приличия.

– Не думаю, что ты действительно беспокоишься об этом. Скажу лишь, что молодняк всегда найдётся. Много кто хочет быть героем для общества, ну, или по крайней мере, не быть беззащитным перед нечистью.

– Не осуждай меня, – парень широко зевнул, – Ладно, Коль… до встречи.

– Ага. Как в Японии окажешься, созвонимся. До скорого, Андрюха, будь осторожен.

– Подожди, в Японии?

Но в ответ парень услышал лишь гудки, и положил телефон обратно на тумбочку. Спросонья он немного поразмыслил над жизнью в сумеречной темноте и заворчал:

– Дожили. Теперь ещё охотникам личная охрана требуется.

Андрей принял вынужденно холодный душ, отведал гречи с молоком, заварил последнюю ложку кофе, и начал собираться в дальнее плавание. Надел на себя немного помятый чёрный служебный пиджак, брюки, тёплую, но не толстую, куртку, меховую шапку и зашнуровал кирзовые сапоги. Работа “истребителем нечисти” – нечто среднее между военным и полицейским, поэтому, форма у них была достаточно свободной, даже брюки с пиджаком не стесняли движений.

С собой он взял телефон с зарядкой, стальную никелированную трость, небольшую косу-топор со складным лезвием, которую закрепил на поясе, приплюснутую алюминиевую бутылочку с водкой и пару мини-аккумуляторов. Вряд ли они ему понадобятся на лайнере, но в нынешних реалиях электричество на вес золота. Кто знает, что может случиться? Всё остальное было во внутренних карманах куртки, а их было целых четыре.

Собирался он без света. За пять лет Андрей уже успел немного адаптироваться к темноте, поэтому тех немногих пучков света, которые попадали к нему в квартиру с улицы, вполне хватало.

Также он взял с собой служебный револьвер “Магнум” 44 калибра. Он был гораздо эффективнее против нечисти, чем пистолет, а также требовал меньше ресурсов на изготовление столь ценных патронов, так что для охотников это был идеальный выбор. Проверил патроны, прокрутил барабан и положил в кобуру на поясе. Всего осталось 15 патронов, из них 3 разрывных. Не густо. Андрей покинул квартиру в полной боевой готовности и направился к станции метро Пролетарская.

Хоть с виду было и трудно понять, но на улице был только Апрель. И для этого времени года погода довольно тёплая, всего -12°C, иногда даже до - 9 доходит. Обычно в это время года в Питере градусов 5 тепла, но из-за продолжительного периодического отсутствия солнечных лучей земля просто не может достаточно нагреться. Снега было немного, лишь тонкий слой покрывал всё вокруг.

На улице мерцали тусклые фонари, оставляя небольшой участок минимальной видимости. Андрей привык ко тьме и подобным фонарям уже настолько, что солнечные лучи, появляющиеся крайне редко уже слепят его. Ещё лет двадцать такого образа жизни, и человечество начнёт превращаться в фалмеров. Деревья, посаженные вдоль дорог, освещают фонари поярче противным жёлтым светом. Изредка по дорогам проезжали одинокие машины. Из-за космических цен на бензин, многие перешли на троллейбусы и прочий электротранспорт, автобусы также перестали ходить. Хоть электричество и было на вес золота, но оно было единственным, что не давало человечеству окончательно погрузиться в хаос. Слава Никола Тесле! Немногочисленные прохожие здоровались с Андреем, завидев его форму, или просто кивали. Рубец от ожога на его лице никто не замечал.

С наступлением “Великого Затмения” люди стали гораздо реже выходить на улицу, мало кто мог беззаботно провести вермя, делая вид, что ничего не произошло. Многие пытались сохранять привычный распорядок дня, из-за работы, однако некоторым стало всё равно. Настолько всё равно, что они просто уходили из жизни… и Даже Андрей, который некогда считал самоубийство величайший трусостью и слабостью, сейчас уже не мог винить их в этом решении.

***

Стук колёс десятка вагонов эхом раздающийся в туннелях метро, был словно медитативным для парня. Сидя в полном одиночестве, от безделья он рассматривал кучу листовок с рекламой на верхней части вагона. Когда телевизоры и смартфоны исчезли из привычной жизни людей, он полагал, что хотя бы рекламы больше не будет. Наивный.

Оставаясь в “тишине” метрополитена, Андрей решил отвлечься. Он достал из кармана куртки пачку Malboro, вытащил сигарету, зажал губами, щелчком пальцев зажёг огонёк и коротко затянулся. После пары затяжек его скачущие мысли поумерили свой пыл и он тут же успокоился. Курил он почти каждый день, но не много – по 3-4 сигареты. Больше себе не позволял, так как боялся привыкнуть и потерять ощущение спокойствия при приливе никотина, да и переплачивать за сигареты он не хотел.

– Парень, вообще-то в метро курить не положено, не знал? – на недавней остановке в вагон зашёл мужчина с щетиной, лет шестидесяти, и встал перед Андреем, схватившись за поручень. Судя по взгляду и внешнему суровому виду мужика, был он добряк, и всю жизнь проработал на заводе, ну или на другой тяжёлой работе.

– Можете перейти в другой вагон, если я вам мешаю, – грубо ответил Андрей, безразлично глядя на него.

– Ты ж всё таки охотник, пацан. Людям помогаешь, ты им жизни спасаешь! Так относись соответствующе и в обычной жизни тоже, а не только по работе.

– К вашему сведению, я охотником устроился не из благородных порывов. Просто это единственное, что у меня получается в современном мироустройстве, и единственное, чем я могу достойно зарабатывать на жизнь, вот и всё. Конечно, многие охотники - это настоящие альтруисты, герои и всё такое. Но бывают и такие как я, и с этим ничего не поделаешь, так что прошу, оставьте свои нравоучения кому-нибудь ещё.

– Вот значит как, – мужчина сел рядом с парнем через одно сиденье, – знаешь, был у меня друг. Врачом работал, неврологом. Хороший был врач, однако, в отличие от большинства своих коллег, которые пошли работать “по зову сердца”, он стал врачом, как говорится, просто потому что. Потомучто ничему другому он обучен не был, вот и работал, чтоб как-то существовать. Казалось бы, такая себе отговорка, ведь он мог запросто выучиться на более лёгкую профессию, и зарабатывать даже больше, но тут уже, как говорится, он был рождён, чтоб доктором быть. И когда некоторые “альтруисты”, проработали уже достаточно долго после института, чтобы разочароваться в своей профессии и начать сомневаться в себе и в своём жизненном пути, мой друг просто продолжал честно и достойно лечить людей.

В ответ парень лишь слегка улыбнулся.

– Думаю, в конце вы немного приукрасили. Те, кто разочаровался в профессии врача, давно ушли из института, слыхал я о их нагрузках, – Андрей снова затянулся, – Ну а с другом то что? – спросил он, и так понимая, каким будет ответ.

– Умер он. Как весь этот кошмар начался, нечисть его и загрызла. И родителей его, и жену… вот еду на могилку к нему, проведать, день рождения у него сегодня.

Андрей никак на это не отреагировал. Лишь легонько покачал головой, в подтверждение своей догадки.

– Так что, с какими намерениями ты бы не выполнял свою работу, парень, ты приносишь всем большую пользу. Ты спасаешь жизни тех, кто мог умереть также, как мой друг, это достойно похвалы. Только не забывай оставаться человеком, вот и всё, что я хотел сказать.

– Спасибо, – ответил он, продолжая курить.

Поезд остановился на Маяковской, ещё две остановки. Время - 7:35.

– Знаешь, ты довольно молод, но выглядишь опытным охотником. Сколько служишь?

– Четыре года.

– Четыре года! – изумлённо повторил мужик, – это ж с самого основания вашей организации. Значит и на “Северном Леднике” был?

– Был… – ответил Андрей с пустым взглядом.

– Ну, тогда прости парень. Мне сложно представить, что вы там пережили, и сам я там не был, так что судить тебя права не имею. Не обижайся на старика, если что.

Андрей молча протянул ему сигарету из открытой пачки. Немного поколебавшись, мужик взял её и охотник, также щёлкнув пальцами, дал ему прикурить.

– Ух ты, нужная способность у тебя, парень.

Андрей самодовольно улыбнулся. Дать кому-будь прикурить – одно из важнейших применений его силы. Самое безобидное, и самое радостное для него.

– Вы тоже на меня зла не держите. Просто… все люди сейчас словно с ума посходили. Все словно шизофрениками стали. А к шизофреникам сложно относиться по-человечески.

– Наивный же ты. Люди сошли с ума задолго до всего этого, так что дело совсем не в “шизофрениках” вокруг тебя. Ты считаешь себя санитаром в этом дурдоме, хотя сам в паре шагов от того, чтобы стать новым пациентом. Неправ ты, парень. Хотя, учитывая твои жизненные обстоятельства, думаю, я могу тебя понять.

Андрей снова усмехнулся, слушая старика.

– Понять? Скажите, вы когда-нибудь были на войне? – спросил он самоуверенно.

– Бывал, сынок… бывал.

Парень осёкся, и на этом их разговор притих.

“Станция – Гостиный Двор” – оповестил голос по мегафону.

Поезд остановился, двери распахнулись. Осматриваясь по сторонам, парень заметил в конце соседнего вагона женщину. Она сидела на коленях на холодном полу и тряслась. Судя по всему, сидела она так уже давно, и Андрея сильно насторожило, что он не заметил её ранее. Не сводя глаз с женщины, он открыл форточку, дав холодному воздуху ворваться внутрь, и выкинул выкуренную сигарету наружу.

– Советую всё же перейти в другой вагон, уважаемый. Для вашего же блага, – сказал он, закрывая форточку, и перешёл в вагон к женщине по гармошка-подобной автосцепке.

Форточки по бокам были закрыты, однако всё равно было довольно холодно. Таким макаром девушка просто заболеет и умрёт. Может она невменяемая?

– Женщина, с вами всё хорошо? – “Ну конечно же не всё хорошо, что за дурацкий вопрос”, – подумал он про себя.

– Вам нужна помощь? – стуча по полу стальной тростью, Андрей расстегнул кобуру и стал медленно подходить к ней, держа руку на рукояти револьвера.

– Не отвечать людям невежливо, да и мои запасы доброты уже заканчиваются знаете ли! – повысил он голос.

Остановившись в пяти шагах от женщины, парень стал внимательно её рассматривать. С виду ничего необычного, очередная наркоманка.

– Как хочешь, – произнёс он, пожав плечами, – можешь остаться здесь, всё равно охранники тебя рано или поздно заберут, – охотник медленно развернулся.

Однако стоило ему показать спину, как женщина оглушительно закричала и бросилась на парня. Её жёлтые глаза пылали жаждой убийства, а крупные клыки и извивающиеся волосы, готовы были растерзать его на части.

Словно в вестерне, Андрей развернулся и, достав револьвер, выстрелил незнакомке в ногу. Пуля разорвала пятку и она оступилась, устремившись своими волосами к лицу охотника. Из никелированной трости, по бокам и на конце, вылезло лезвие, превратив её в настоящий клинок. Тремя точными ударами он отсёк ей волосы, шею, и пронзил сердце. Ещё живая голова ухватилась укороченными волосами за его предплечье и намертво вцепилась зубами, прокусив клыками крепкую униформу. Выхватив бутыль водки из внутреннего кармана куртки, Андрей немного глотнул и извергнул на голову поток пламени. Она взревела от боли, отпустив руку охотника и упала на пол вагона. Отсечёная голова всеми силами пыталась погасить пламя, но оно лишь продолжало сжигать слой за слоем, превращая её в угольки. Она попыталась присоединиться обратно к шее лежащего тела, но из-за отсутствия сердца регенерации не было. Так голова горела и кричала в агонии ещё секунд десять, пока всё не стихло.

Андрей тем временем сделал ещё глоток и обдал пламенем и тело, вынув из него трость-меч.

– Ведьмы… никогда их не понимал. Всё равно мы вас всегда убиваем. Тоже мне, феминистки.

Внезапно весь состав дёрнулся и с хвоста до головы в вагонах погасли лампы. Поезд начал постепенно замедляться, продолжая двигаться лишь по инерции. Охотник оказался в кромешной темноте. Безусловно, у него довольно хорошее зрение, но если в округе нет ни пучка света, тогда он становится практически беспомощен, лишь очертания он может различить, и то с трудом. Состав снова тряхнуло, и, не удержавшись, парень свалился на пол. Скрежеща колёсами, поезд остановился.

“Нечисть внутри”, – эта мысль заставила его тут же выйти из мимолётного шока. Он нацепил на себя очки ночного видения, и осмотрелся. В вагоне от Андрея, ближе к голове поезда, сидел старик с каким-то подростком, а ближе к хвосту, в четвёртом по счёту вагоне беспокойно мельтешилась группа молодых парней и девушек в количестве семи человек.

“Так, соберись. Есть вариант, что электричество пропало во всём метро, ну или по крайней мере, на этом маршруте, однако, более вероятно, на нас напали исчадия, и потому остановились только мы. Если это так, значит мы в плачевной ситуации, ведь помимо чудищ, к нам несётся другой поезд, который не знает об этом происшествии, а это значит, столкновение неизбежно. У меня есть четыре, нет, даже три минуты, чтобы сбежать поближе к голове состава, пока меня не раздавило в кашу, однако вполне вероятно, что там могут быть чудища, потому как поезд явно остановили умышленно. Я могу спокойно остаться в вагоне со стариком, тем самым, защитив его и подростка от возможных монстров, и остаться целым после столкновения, однако… однако там вдали куча людей, и если я побегу их спасать, у меня может совсем не остаться времени, и шанс попасть в засаду очень высок. Думай, думай!

Тем временем оставалось две с половиной минуты.

“А к чёрту!” – Андрей достал рацию, и побежал спасать молодёжь.

– Коля! Коль! Коль ответь мне, ты срёшь что ли?! – из рации доносились лишь помехи, никто не принимал его сигнал. Парень зарычал от злости и положил рацию обратно в карман.

Железная дверь гулко распахнулась в темноте. Многие испугано отошли.

– Вы чего здесь забыли, скоро здесь всех расплющит! А ну быстро к голове поезда! Всех, кого встретите по пути, берите с собой, но близко к главному вагону не подходите, и не шумите, вам всё ясно?!

Зелёные силуэты молча закивали, и последовали указаниям Андрея, а он побежал дальше. По пути он встретил трёх бабок, которые догадались, что произойдёт, и, как могли, спешили вперёд. Ещё в паре вагонов сидели две подруги, семья с двумя детьми и какой-то алкаш. В одном из дальних вагонов он увидел женщину с мальчиком лет шести. Они просто сидели на месте, прижавшись друг к другу, прямо у двери. Вдалеке уже еле слышно стучали колёса.

– Женщина, вставайте, надо срочно бежать к голове поезда!

А далее, Андрей даже не заметил, как он отреагировал на удар, подставив перед огромной мускулистой рукой женщины свою трость. Его отбросило в соседний вагон и он проехался спиной по полу. В дверном проёме показалась не то горилла, не то стрыга, с огромными руками, но стройным мускулистым телом. Баба-Яга сорвала железную дверь с петель и метнула мальчика в охотника.

“Настоящий или нет!?”

Андрей успел увернуться от летящей в него мясной куклы. Врезавшись со всей дури, мальчик заорал от боли, и, не колебаясь, парень выстрелил ему в голову. “Куклам” обычно хватает одного выстрела, но Баба-Яга от такого никогда не умрёт. Убегая, он всадил в неё оставшиеся четыре пули, грохотом, разносившееся по туннелю, но чудище лишь немного замедлилось, а рука, которой оно прикрывалось, безвольно повисла. Оторвавшись, Андрей пробежал ещё пару вагонов, и, встав в дверном проёме, набрал в рот водки и выпустил широкий поток огня. Ведьма, опалившись им, вскрикнула и стала тушить себя, хлопая руками по горящей плоти, охотник, тем временем, зарядил три разрывных патрона. Баба-Яга увидела, что он наставил на неё револьвер и, оставив на себе мелкие языки пламени, яростно ринулась к нему. Первый выстрел оторвал ведьме предплечье, которым она попыталась прикрыться, но второй выстрел пришёлся точно по цели и оставил в груди огромную дыру, подорвавшись фонтаном крови. Баба-Яга дёрнулась и взмахнула обвисшей рукой, чтобы размозжить череп парня, но Андрей отступил в проход и мускулистая рука оставила вмятину в железной двери, но, тут же, она ударила ногой исподтишка ему в живот. Валяясь на полу, стараясь ухватить воздух, охотник приготовился выстрелить в третий раз, специально оставив голову в последнюю очередь, а ведьма уже готова была оторваться от пола, чтобы напрыгнуть на парня.

И в этот момент раздался рёв железного зверя. ХЛОПОК, и вагоны протащило вперёд на несколько метров. Андрей провернулся, оставшись лежать, а ведьма, пролетела над ним и упала в конце другого вагона.

Опираясь на меч, парень кое-как встал. Баба-Яга, помотав головой побежала к нему, вновь замахнувшись повисшей рукой. Охотник был слаб, и как-никогда, уязвим… так подумало чудище. Но Андрей неожиданно резво уклонился от удара, разрезал распахнутую челюсть ведьмы и вставил дуло револьвера ей в глотку. Третьим выстрелом охотник вынес мозги монструозной женщине через макушку, её глаза вывалилась из перекорёженного черепа, и здоровая туша свалилась замертво.

Отдышавшись, охотник пытался прийти в себя. Казалось, что тем ударом она сплющила ему желудок.

“Настоящий или нет!?”

Стоило ему подумать про ребёнка, и его вырвало.

“Соберись, соберись! Ещё не всё!”

Через силу он протёр очки от ведьминской крови и достал телефон.

– Чёрт, не ловит.

Андрей обернулся и увидел как разворотило вагоны. Самые задние, судя по всему просто раздавило, как алюминиевую банку, а те, что поближе, смешались друг на друге, закупорив проезд. Видимо из-за узкого пространства, пострадало гораздо меньше вагонов, чем он ожидал. Машинист и пассажиры возле головы другого поезда наверняка умерли, но сейчас это не его забота, он охотник, а не спасатель.

– Коль, прошу, ответь… – рация всё ещё молчала.

Охотник направился к передним вагонам, чтобы увести оставшихся выживших, однако, он понимал, что в их поезде находится ещё одна нечисть, та что отключила всё электричество и остановила поезд. Если это всё действительно сделало чудище, а не какой-нибудь террорист, это означает, что все, кто пытались спастись от столкновения у головы поезда, сейчас мертвы. Значит ли это, что они умерли из-за него? Но Андрей выкинул эти мысли из головы, оставив колосок надежды. Нужно. Быть. Собранным. Вставив оставшиеся патроны в барабан, он положил револьвер в кобуру и пошёл, выставив перед собой клинок.

Охотник старался идти как можно тише, осматривая каждый угол. Было необычайно тихо, даже вскрики раненных и умирающих в соседнем составе практически не были слышны. Чтобы иметь возможность сбежать, в одном из вагонов Андрей вставил меч в щель между боковыми дверьми, и отодвинул их. И вот он зашёл в вагон, где должны были собраться все пассажиры. По всему полу расстелилось тёмное аморфное одеяло, из него то тут, то там, торчали высушенные человеческие конечности. Инстинкты вскричали и охотник отпрыгнул назад. В ту же секунду с потолка свалилась огромная бесформенная туша, чернее, чем тьма вокруг.

Парень коснулся пальцами пола и силой мысли заставил вырваться широкий плазменный столб под чудищем. Пламя окутало его и он взревел от нанесённых ранений, не от боли, а Андрей тут же почувствовал усталость и озноб от применения силы. Большой белый суженный глаз на вытянутой аморфной голове уставился на охотника.

“Не помогло”, – он ринулся бежать.

Выпрыгнув из вагона, он пробежал по краю туннеля вдоль поезда, и, очутившись на рельсах, побежал ещё быстрее. Чудовище следовало за ним. Сумеречные циклопы не слишком быстры, и потому нападают из засады, Андрея спасли лишь его очки и быстрая реакция, однако, из-за того, что “аморфные” чудища не обладают привычной плотью и кровью, они способны преследовать жертву вечно.

Голова трещала от стучавшей крови в висках, мышцы так и норовили дёрнуться, а левая рука полностью онемела, но охотник всё равно продолжал бежать. Наконец-то зашумела рация.

– Андрюха, что там случилось, что произо–

– КОЛЯН, пришли пару оперов на станцию Василеостровская! Пусть засядут в тоннеле, и выпустят по магазину АК в циклопа, дальше я сам разберусь! И пусть остановят движение поездов по зелёной линии!

Через две секунды из трубки донёсся ответ:

– Так точно!

Андрей всё продолжал бежать, и циклоп не отставал от него, двигаясь с такой же скоростью. Словно в страшном кошмаре, парень бежал со всех ног, но никак не мог оторваться, будто монстр специально ждал, когда он устанет и свалится без сил. Он бежал две, три, шесть минут, пока не сбился со счёта.

В очках забрезжил яркий зелёный свет и парень решил поднажать. Он снял очки ночного видения, и свет на станции метро чуть его не ослепил.

– ПАРЕНЬ, ЛОЖИСЬ!

Андрей прыгнул, и свалился на рельсы спиной, циклоп подобрался к нему вплотную, распахнул трёх-губную пасть, и приготовился отгрызть ему лицо.

Эхом загрохотали автоматные очереди, над головой засвистели перекрёстным огнём выстрелы. С каждой секундой аморфный циклоп отступал от охотника, дёргаясь от каждой полученной пули. Через пять секунд всё стихло.

– Пусто! – крикнули издали.

Андрей резво встрепенулся, вылив в рот остатки водки и объяв монстра потоком пламени. Ослабевший циклоп вновь взревел, кружась своей субстанцией. Когда пламя почти погасло, он вытянулся в конвульсиях до потолка, и, в этот момент, охотник рассёк его “тело” двумя круговыми ударами. Половина его тела задёргалась, словно змея на раскалённом асфальте, и в миг остановилась. Большая часть чёрной субстанции развеялась, а часть, сморщенная от огня, посерела и осталась в виде своеобразной “линьки”. Всё законилось.

Парень медленно забрался на платформу станции и к нему подбежали два оперативника с калашниковыми.

– Мужик, ты как, в норме?

– Я… – вдруг перед глазами у него всё потемнело, но не от того, что снова вырубили электричество.

Он чуть не упал, но мужчины придержали его.

– Да у тебя кровь! – сказал один из них, указав на стекающие по левой ладони алые струйки.

– У меня в левом нижнем кармане куртки лежит пакет со жгутами и бинтами. Перевяжите мне руку и дайте… – проговорил он с остекленевшим взглядом, делая тяжёлые вздохи, – и дайте мне нашатыря, если у вас есть, иначе я сейчас свалюсь.

Оперативник снял с него куртку и задрал рукав пиджака.

– Что случилось? У тебя тут две глубокие дыры, и из них кровь хлещет, видимо, уже несколько минут. Одно отверстие вообще до кости дошло.

– Дыры? Хах, вот уж не думал, что пострадаю больше всего от кикиморы.

– Кикиморы?

– Ведьмы, с длинными волосами.

– А-а-а.

Тем временем один из них раскрыл пакет, закрепил жгут на его плече поверх пиджака и, убедившись, что кровотечения больше нет, вытер спёкшуюся кровь и перевязал место укуса.

– Может тебе скорую вызвать?

– Мне не нужна скорая… но вы должны её вызвать, а также вызвать группу зачистки. Там в метро… авария произошла… людям нужна помощь.

– Ё-маё, что ж ты раньше молчал! – мужчина достал телефон и позвонил в соответствующие службы.

– Как знал, – другой же достал из аптечки пузырёк с нашатырным спиртом и поводил под носом у охотника.

Остатки тьмы перед глазами развеялись, и он наконец-то пришёл в норму.

– Кто-нибудь выжил? – спросил у него худощавый мужчина, что оказывал помощь.

– В моём поезде – нет… наверное…

Мужчина легонько положил руку ему на плечо.

– Ты сделал всё, что мог. Ступай, если так уверен в своих силах, теперь мы здесь разберёмся.

Андрей кивнул ему и, опёршись на трость, поднялся и направился к эскалатору.

Пока автоматические ступеньки поднимались вверх, в его голове вновь всплыла эта мысль.

“Настоящий или нет”.

Он не мог быть уверен наверняка, был ли тот ребёнок настоящим, и Баба-Яга просто похитила его, или это и в самом деле была просто мясная кукла, которую она сделала из своей плоти. Эти чудища встречаются крайне редко, но всегда оставляют охотникам глубокую душевную травму, если те остаются в живых, конечно же. Если бы это был настоящий ребёнок, и он его не убил, то ведьма бы сама это с лёгкостью сделала, просто раздавив, и даже если бы это была кукла, она бы сделала тоже самое. Андрей, конечно, мог поймать его и попытаться спасти, но если бы он оказался куклой, тогда бы он просто вцепился в него и если бы не убил, то помог убить своей хозяйке. Мальчик закричал, когда упал, но куклы очень хорошо имитируют детей, хоть и всегда агрессивны. В критической ситуации, когда счёт идёт на секунды и нельзя колебаться, отличить куклу от настоящего ребёнка практически невозможно.

“Пусть уж лучше я пристрелю его и буду думать, что это была кукла, чем она раздавила бы его, и я думал, что это был ребёнок”, – так однажды сказал ему охотник, которому доводилось встречаться с Бабой-Ягой. Это заставило его успокоиться.

“В любом случае, умереть от пули гораздо лучше, чем быть раздавленным, правда? Господи, что я несу”.

Он глубоко и медленно дышал, чтобы случайно не потерять сознание, ведь тогда, в поезде, ему помог адреналин, но сейчас, сейчас ему следовало поскорее добраться до лайнера. Прохожих рядом не было, видимо линию всё же перекрыли.

В голове также всплыли мысли о людях, которых он погнал в передние вагоны, и которые после оказались погребены под аморфным одеялом, но он тут же отбросил эти мысли, иначе бы он мог просто сойти с ума. Он не виноват… он просто делал свою работу.

“Видимо, нечисть серьёзно подготовилась. Если б не я, сегодня бы умерло сотни людей”, – утешал он себя.

– Приём, Коль, как слышно? – произнёс он спокойным голосом.

Рация зашумела.

– Приём, я здесь, ты живой там?

– Живой, и готов дать тебе показания для отчёта, приём.

– Хорошо, начинай.

Андрей в формальной форме рассказал всё, что произошло.

– Отчёт записан. Молодец. Начальник отдела благодарит тебя за службу. Позже созвонимся, конец связи, – Николай повесил трубку.

– Благодарю за службу… хоть бы премию выписали, – проворчал охотник себе под нос.

Тем временем, он уже покинул метро и сел на мимо проезжающий трамвай. Машин всё равно не было, поэтому водитель имел право остановиться когда угодно, а завидев раненого охотника, не остановится ему бы помешала совесть. Через десять минут Андрей вышел в порту прямо на набережной перед финским заливом. Вдали, озаряемый большими портовыми фонарями, стоял гигантский лайнер, прямо корабль-небоскрёб. Подобный он видел впервые в жизни. Для чего этот корабль отправлялся в Японию или ещё куда, парень не пытался догадаться, всё равно потом руководство будет обязано доложить.

Пройдя чуть дальше в порт, его вдруг ослепили фонарём.

– Уважаемый, подойдите сюда и покажите ваши документы.

Слева от него за колонной из тяжеловесных грузов, стояла моторная лодка с двумя мужчинами. Из-за света фонаря он не мог различить их лица.

“Может культисты?” – подумал Андрей.

Подойдя на безопасное расстояние, он остановился и хотел спросить их удостоверение, но они сделали это сами.

– Кирилл Карпатин, командир второго отделения истребителей демонов, – мужчина отдал честь парню и опустил фонарь. Теперь Андрей смог рассмотреть его лицо.

– Ахиллес, ты что ли?

– Горыныч? Андрей, да ну тебя, живой всё таки! Ты же всё ещё охотник, верно?

– Ага, – он показал другу удостоверение.

– Что ж, всё в порядке, – сказал он, сощурившись, и махнул рукой – залезай. Где напарник? Вас ведь по двое должно было быть.

– Погиб он неделю назад. Фантом пронзил его тремя штырями на стройке.

– Сочувствую…

– Ничего, мы вместе всего пару месяцев были.

Парень поудобнее разместился в лодке и они поплыли в сторону корабля.

– От культистов шифруетесь?! – произнёс он, стараясь перекричать рёв мотора.

– Верно, и потому сажаем мы всех охотников с другого борта корабля!

– Ясно. А ты чего здесь делаешь? Я думал, ты в Москве остался.

– Перевели меня. Охотники на этом корабле, не только из Питера, знаешь ли, из других городов тоже полно. Даже иностранцы есть, представляешь!

– И зачем!?

– Сам не знаю, мне ничего не говорили. Поручили только сажать вас всех на борт, как и другим командирам.

– Ну, теперь хотя бы ясно, чего они так культистов бояться.

– Не вини во всём приезжих, Андрей. Хотя, отчасти, ты прав.

Лодка остановилась у кормы. Сверху спустились верёвки, лодочник привязал их по краям, и они начали подниматься.

– А ты чего такой побитый, смену дорабатываешь? – заметил давний друг.

– Кикимора, Баба-Яга и Сумеречный Циклоп в метро на Василеостровской.

– Ого. Смотрю женщины на тебя так и бросаются! Так и помереть мог в одиночку. Значит хватку ещё не потерял, красавчик. В медпункт надо?

– Надо.

– Хорошо. Скажешь это проводнику, и он доведёт тебя до туда.

– А потом?

– Потом в каюту, куда ж ещё, в общем, разберёшься.

Тросы подняли их до самого верха и Андрей сошёл на борт.

– До встречи, – Кирилл махнул рукой, и лодка стала опускаться вниз.

Андрей также махнул рукой и осмотрелся по сторонам. Перед ним, словно из ниоткуда, появился матрос. Охотник показал ему свою руку и тот проводил его до медпункта.