Рождественский Стальной Холм

Опустим повествование кровавой истории Стального Холма с его интригами, кровопролитными войнами и нечеловеческими истязаниями героев на Новый наступивший год. Эта история рассказывает о настоящем Рождестве для обычного человека, добре и небольшом чуде в его жизни. Такая может случиться у каждого и в этом, по мнению автора, и состоит земное мимолётное счастье, в моментах которые утверждают в человеке правду его Создателя и Искупителя.

Рождественским утром, в православном соборе города Рима, где когда-то находилась крепость «Ватикан», а сегодня это всего-навсего исторический музей и библиотека, занесённая во всемирное наследие ЮНЕСКО (где и надлежит им быть), состоялась утренняя служба во славу Господа нашего Иисуса Христа. При участии всеми уважаемого епископа Римского Брутиуса. Как известно, всё когда-то так называемое католическое священство признало в ереси и для уврачевания раскола покаялось и вернулось в православие. Сам же Брутиус, бывший кардинал, правая рука бывшего понтифика, был одним из них. Он принял монашеский постриг и вернулся в лоно церкви-матери. Получив новую жизнь, облачившись в новые одежды, он стоял в зале держа в руке чаши с таинствами, допускал к причастию прихожан. Осознавая свои былые преступления против Христа и Его правды, Брутиус держал в руке чашу, давая кровь и плоть Христа всем христианам, благословлял их, зная что не достоин этой великой чести. Он понимал, что в любой миг он перед ликом Христа мог погибнуть за свои преступления, но не подавал виду. Будучи преисполненным силами, ощущал великое счастье, великую благодать и великую скорбь к былым своим грехам. Служение настоящему Живому Богу, а не какому-то неизвестному ему человеку, преисполнило его душу великой радостью. Незаметно для самого епископа, с глаза скатилась слеза. Наконец-то подошел последний прихожанин. — Причащается раб Божий… — Иоанн, — сказал молодой коротко стриженный парень, одетый в приличный тёмно-синий костюм и рубашку с галстуком. Получив от чаши Дары, он смиренно пошел за запивкой. Вскоре служба подошла к концу, Евангелие было прочтено и прихожане столпились для проповеди у алтаря. Среди них отличались двое в военной форме — крепкий мужчина средних лет с солдатской выправкой капитал по фамилии Аллерго. И рядом стоял высокий качек — адъютант Ёргардэн Готрунг, с очками на носу. Последний стал носить очки из-за частого чтения. Ещё недалеко можно было увидеть двух молодых юношей, близнецов — Кора и Рока. Будучи студентами первокурсники физико-математического и богословского факультетов Римских университетов, они завороженно смотрели на епископа, и внимали каждому его слову. Больше всего хотелось проповедь услышать Року. Этой встречи с епископом Брутиусом он ждал больше года. Где-то за капитаном стоял лекарь. Его было незаметно. За последние два года его жизнь резко изменилась в лучшую сторону. Благодаря помощи настоятеля храма, его врачебная практика шла в гору, пациенты были записаны на прием на месяца вперёд и жизнь больше не казалась такой гнетущей, мир в душе с Христом подавал большие надежды. А возле него находились ещё двое человек — Амадей Курдиц и некий Куанародди. Они оба были коллегами — менеджерами разных отделов компании Фиат. На выходных Курдиц помогал по хозяйству самому Аньелли в работе с винными погребами. Куанародди был просто компанейским человеком и закатывал застолья в компании с активным участием своего близкого друга — Курдица. Сегодня же все дела и проблемы оставлены позади и два верных друга отслужив утреннюю счастливо слушали поздравления священников. Господь их создал и в сегодня рождением Своего Сына оставил прегрешения всех этих людей. Если до недавнего времени Курдиц и Куанародди враждовали, то после прибытия в храм ко Христу, их жизнь тоже познала перемены. Они поняли, что вражда никогда не была им выгодна и поэтому их дружба должна была убить врага рода человеческого, сеющего между ними недоверие.

Сегодня — Рождество Христово, — начал Брутиус читать письмо Римского патриарха пастве, — день начала нашего спасения, когда Бог и человек соединились. Сегодня — день испытания нашей любви и верности воплотившемуся Сыну Божию и Его Пречистой Матери, послужившей тайне боговоплощения. И только по-настоящему верующее сердце, живущее молитвой и христианским упованием, способно в полной мере воспринять и почувствовать радость этого великого Праздника — Рождества Христова. Разделяя с Вами радость о Родившемся Богомладенце, молитвенно желаю, чтобы Всемилостивый Господь неизменно укреплял Ваши силы, помогая в Ваших трудах во славу нашей Матери Церкви, наших ближних и всей Отчизны. Пусть наступивший 2022 год по милости Божией будет благословенным и мирным для Вас лично и для всего богоспасаемого нашего народа, — закончил епископ и вместе с этим закончилось богослужение. По окончанию службы детям и взрослым начал раздавать подарки высокий на лысо бритый монах в черной рясе — молчаливый Верпольд Витонде. Все любили его за душевную доброту и преданность в служении Богу. В этот день он ощущал особую радость, Господь народился, а это значило, что будет прощен и он и все люди в мире. Борьба с грехами не на шаг не отступала, но для Витонде этот день всегда знаменовался великой радостью.

Рядом с Витонде стоял настоятель Геронт, одетый в белоснежную ризу с расшитой золотой короной, и помогал раздать детям мягкие игрушки, а родителям подарки с конфетами и вином.

— Батюшка, благословите, — послышался Геронту знакомый голос. Это незаметно подошел к настоятелю его знакомый Иоанн со своей молодой девушкой кореянкой.

— Здравствуй Иоанн, Благословит тебя Господь, — обвёл Геронт своего гостя крестным знамением. — Батюшка, можно вас на пар минут. Мы с Севильей спешим просто.

— Да, сейчас, — ответил радостно Геронт и предупредил Верпольда, что отлучится не на долго по причине прихода дорогих гостей.

— Отец Геронт, — заговорил Иоанн, — благословите нас с рабой Божьей Севильей на зачатие ребёнка. У нас сейчас очень сложный период. Нам нужна помощь.

— Ты уверен, Иоанн? Это серьёзный шаг для вас.

— Да, Отец Геронт. Мы с Севильей всё обсудили.

— Смотри мне. Ты же знаешь, что если ты её взял себе в жены, это должно быть раз и на всегда. — Да, Отец Геронт. Я всё помню. — Хорошо, Иоанн. Когда родите, будете у нас в храме крестить, — улыбнулся седовласый старик, благословив в начале парня, а затем и девушку. Молодые люди были счастливы, они так же поочередно поклонились Геронту и приложившись к иконе Христа Спасителя покинули пределы храма. На улице ярко светило солнце, белые снежинки кружась нежно падали на землю, укрывая сугробами округу храма. Сосны во дворе словно в сказке были покрыты слоем снега и инея, создавая вокруг ощущение снежного леса. На душе было тихо и спокойно. Пара дошла до конца двора и залезли оба внутрь. Затем молодой человек включил зажигание для прогрева мотора и вышел из машины чтобы расчистить снег с окон. Внезапно к нему подошел какой-то парень и стал помогать. Это был человек по имени Реверт. Они виделись неоднократно в храме с Иоанном, но не общались.

— Спасибо большое, — сказал Иоанн, — но чем я вам обязан?

— Ничем, — усмехнулся Реверт. Просто сегодня хороший день и мне кажется, что вы хороший человек, раз общаетесь с настоятелем Геронтом.

— Не сказал бы я, что хороший, но знать Геронта это честь для меня. Он многое для меня сделал. Мой отец его знал.

— Вот как?

— Дорогой, мы идём? — вмешалась в разговор рыжеволосая красотка — супруга Реверта.

— Да, дорогая. Мы с господином… — Иоанном, — назвался парень. — Иоанном расчищаем его автомобиль. И когда всё закончим, то пойдём.

— Да-да, — улыбнулась мило девушка, подошла к супругу и поцеловала его в губы, — только поторопись пожалуйста. Ты же не хочешь, чтобы твоя женушка замёрзла.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, — обратился Иоанн к паре, — а вам далеко ехать нужно?

— Не совсем. Мы живём в нескольких кварталах отсюда, — сказала Кэмелия (так звали супругу Реверта). Вы уж простите моего мужа. Он здесь раньше служил и любит помогать всем кого видет. Даже незнакомым людям.

— Всё хорошо, сударыня. Мы как раз закончили, — ответил Иоанн, стряхнув последний снег с заднего окна.

Дорога была тоже заснеженной, но автомобиль ехал по узким улочкам старого города будто парил. Все их пропускали, а пешеходы узнавая машину махали приветливо руками.

— Вы наверное не местные? — понитересовался Реверт.

— Да, есть такое. Мы с Севильей в Риме примерно семь лет. Не малый срок, но к этому городу я никак не привыкну. Раньше жил в Тоскане.

— Ясно. Мы с Камэлией из Румынии, если интересно, — сказал Реверт, сидя со своей супругой на заднем сиденье, прижимая её рукой к себе.

— Румыния? И как вас сюда занесло?

— Работа, мой друг. У нас на родине зарплаты небольшие. Она получила образование ресторатора и всегда мечтала жить в большом городе. Тут ещё меня пригласили на работу в Рим консультантом в криминальную полицию. Затем, не долго думая, переехал я, а через год забрал и свою любимую.

— Интересная история, — сказал Иоанн, — всегда хотел иметь связи с полицией, — засмеялся он.

— Эта работа не так проста, как могло показаться. Постоянные командировки, дежурства, жалобщики, которых постоянно что-то не страивает. — И у нас так тоже, — вздохнул Иоанн, — при том, что я работаю в айти-компании программистом. Быстрая текучка кадров, директора которые жиру бесятся и почти никакой личной жизни… Если бы не моя любимая…

— Иоанн осторожно положил ладонь на голову Севильи, которая положила голову ему на плечо. И всё благодаря Отцу Геронту. Это он помог нам найти друг друга.

— Да? И как это произошло?

— Я долго жил один, мне было сильно одиноко. Решил обратиться за помощью к Геронту. По слухам он всем помогал. И конечно же, я не мог к нему не прийти со своей болью. Я пришел к нему первый раз, внутри меня что-то сильно трепало, не давало покоя, мне показалось, что мир меня тащит на дно. Но, после прикосновения его длани моего чела меня будто осенило… Я понял, что что-то всю свою жизнь упускал, не мог найти. Геронт мне посоветовал просто купить билет на ближайший сеанс в кино. Сперва я не поверил, но послушался. В этот день у нас в кинотеатре была премьера какой-то дорамы. Это фильмы корейские. Не могу вспомнить название…

— Фильм назывался «Последняя фантазия XV», — добавила девушка.

— Да… Но, вместо фильма, я смотрел на ножки этой незнакомки с раскосыми глазками — Иоанн поцеловал Севилью в щечку.

— Следи за дорогой, мой незнакомец, — прошептала ехидно девушка.

— Слежу, моя дорогая незнакомка… — сказал парень, пытаясь убрать руку с талии девушки.

Кореянка, успела схватить парня за руку и заботливо прижала к себе.

— Не отпускай меня, любимый.

— Я никогда тебя не отпущу, солнышко, — поцеловал он девушку в висок, поглаживая талию девушки, — короче, для меня это было просто чудом… — подытожил он.

— Что вы говорите? Я думал, что у меня одного подобное происходило. Мне тоже Отец Геронт помогал. Когда у нас с Камэлией были сложности, она сходила с ума на родине, была готова подать на развод. Я обратился к нему за советом и он мне помог. Теперь мы с ней ждём нашего первенца.

— Как это прекрасно. Мы с Севильей тоже хотим ребёнка. Только не можем. Не знаем, как с этим быть.

— Я думаю, что у вас всё будет хорошо. Отец Геронт прозорливый старец. Господь его любит. И нас тоже.

— Посмотрим, брат Реверт. На всё Его воля.

Автомобиль остановился на нужной улице, попутчики поблагодарили своих новых друзей и распрощались. В пути по какой-то причине кореянке стало плохо и Иоанн был вынужден свернуть в ближайшую больницу. Там в приёмном отделении медработники быстро забрали его жену и сказали ждать пока не придёт доктор, который сейчас опаздывает на работу. Теперь парень остался один-на-один со своими переживаниями, не находя себе места. Как же так? Неужели Господь не помог ему, а сделал ещё больнее, ещё обиднее, нанёс ещё один удар своему творению? «Нет» — начал он рассуждать про себя, — «этого не может быть, потому, что Господь благ и потому что Он есть любовь, никогда не покидая своё творение…». В следующий миг из приёмных покоев к нему пришел дежурный врач, которого все так ждали. — Здравствуйте, доктор. — Здравствуйте, — сдержанно ответил врач, узнав в муже пациентки своего знакомого.

Перед Иоанном стоял знакомый из числа прихожан. Как оказывается, он был врачом в здешней больнице.

— Что с моей женой? С ней всё в порядке, доктор? Я волнуюсь.

— Да, господин Иоанн. Просто оказалось, что ваша жена беременна.