Рожки у Носорожки

Вчера один знакомый носорожек сказал мне, что я изменился. На самом деле это сказал не носорожек, а носорожка. Дело в том, что носороги делятся на трирогих и двурогих... Как мне потом объяснил дядя Абстракт, носороги не туфельки от инфузории и не делятся, а наоборот — совокупляются, и из двух получается один, а не из одного два... Но тогда я, как всегда, ничего не понял, ведь живот мой был полон «травы, которую мы ещё любим», а голова была пуста, чтобы трава легче проталкивалась в живот.

Сейчас я правда изменился, потому что уже кое-что понял. Когда мы маленькие, мы цельные, и в животе у нас живёт Любовь, которой мы наполняемся вместе с маминым молоком, ведь мамы нас очень любят, а в голове — Пустота. А когда становимся старенькие, то опять цельные, только Пустота расширяется и переходит в живот, а любовь густеет и начинает перетекать в голову.

Раньше мне становилось не по себе, когда я думал, что я — это большие песочные часы с рогами и на ножках, и у меня внутри всё время... представляете!.. Всё-Всё-Всё Время, которое только есть, есть у меня в животе... всё время что-то пересыпается, переливается, перемещается. Но потом я вспомнил своего папу — как он здорово умеет переливать пиво в живот, а пустоту в пивную банку, — и мне больше не страшно, а даже нравится, и я тоже чувствую рапсодию и переживаю мистерию.

Но моя мама меня почему-то совсем не понимает и называет меня глупым носорожком. Она говорит, что когда мой маленький рог «который смотрит в землю» набухнет, как молодой кукурузный початок, впитавший солнце, приподнимет свою голову и шире откроет глазок, то и я вместе с ним тоже поменяюсь и начну через этот глазок замечать, что девочки красят на ножках ногти, на рожки вешают бантики, а хвостики заплетают косичкой.

Наверно, так и будет, ведь мама меня не будет обманывать — она же меня любит. Только я не понимаю, откуда она знает, как набухают кукурузные початки.

А ещё — почему так... что когда кого-то любишь, то совсем не понимаешь, а когда понимаешь, то уже не так любишь... Я люблю свою маму, но не всегда её понимаю, а папу я всегда понимаю, но не всегда люблю.