Роковая Гора. Кремниевое сердце

15/08/2045. Офис НАО РуГейм. 14 дней до конца теста.

В малом кабинете было дымно. Трое людей, управляющих самой успешной российской ИТ-корпорацией, отчитывались четвёртому – министру цифрового развития, а также номинальному держателю крупнейшего пакета акций компании – Григорию Леонтьеву. Серые глаза министра холодно поблескивали из-за стёкол персонального коммуникатора, выполненного в форме старомодных очков. Он внимательно слушал доклад главы отдела кибербезопасности, Андрея Межевикина. Обычно невозмутимый и непоколебимый, как скала, безопасник переминался с ноги на ногу и судорожно сглатывал, словно школьник, не выучивший урок.

-…Успехи моего отдела, Григорий Сергеевич, весьма скромные. Мы продолжаем отслеживать Полянина, но ни одного внешнего воздействия зафиксировать так и не смогли.

-Ту гипотезу о кросс-аппаратном воздействием через шлейфы третьего порядка проработали?

-Глухо, Григорий Сергеевич. Или проблема внутренняя, или против нас работает профессионал такого класса, что мои лучшие ребята в сравнении с ним – джуны-однолетки. Мы проверили все каналы, буферы, едва не довели сотрудников до истерики гипно-допросами второго уровня допуска. Моё заявление об отставке у вас на контакте. Здесь я бессилен.

Леонтьев раздражённо дёрнул щекой.

-Андрей Иванович, прекратите истерику! Это уже вторая ваша попытка улизнуть из проекта. Выкинете подобный фортель в третий раз, и покинете нас через окно! Только тот факт, что вы прошли допрос третьего уровня, позволяет мне доверять вам!

При упоминании третьего, самого глубокого из нелетальных уровней допроса, безопасник вздрогнул. Даже его, ветерана реальной, не цифровой, войны, до дрожи пробирало одно воспоминание об этой чудовищной технике, официально запрещённой международными конвенциями и превращающей допрашиваемого в овощ с вероятностью в пятьдесят процентов. Такова была плата за высокую точность.

-“Пётр Игнатьевич, теперь по вам.”, – продолжал тем временем министр: “Способа вытащить Полянина из капсулы вы так и не нашли?”

Разработчик развёл руками.

-Особых подвижек нет. Новые способы достучаться до нашего первопроходца находим регулярно, но, когда дело доходит до их применения, оказывается, что дыра уже закрыта. Я знаю, вы считаете, что это работа самообучающегося алгоритма безопасности, но моё мнение неизменно – он зачем-то нужен Симплексу. Самое интересное, что текущий сценарий не совпадает с Линией Кавахары[1]…

Министр снял коммуникатор и устало потёр руками лицо.

-Знаете, Пётр Игнатьевич, я уже начинаю вам верить. Когда даже Андрей расписался в собственном бессилии… У меня больше нет предположений. Я сам нахожусь на грани того, чтобы поднять руки и податься к амишам, подальше от этого цифрового безумия! Хотите повспоминать старые мультики? Считаете, что это поможет? Флаг вам в руки. Честно говоря, вы, Пётр Игнатьевич, наша последняя надежда. Вы знаете само ядро Альтариона, как никто другой!

-“Сердце”, – задумчиво бросил Алексеев.

-“Что, простите?”, – переспросил озадаченный министр.

-“Симплекс – не просто ядро.”, – пояснил разработчик: “Он – настоящее кремниевое сердце нашего виртуального творения. Альтарион живёт в его ритме.”

Тут голос подал Межевикин:

-Знаете, Пётр Игнатьевич, вы только что окончательно нас запутали.

Гениальный программист вздохнул, закрыл глаза и проронил:

-Мы должны сосредоточить всё внимание на Симплексе. Я чувствую, что он – ключ к разрешению нашей загадки.

Леонтьев выпустил воздух сквозь сжатые зубы, помолчал и решительно поднялся с места.

-Что ж, вижу, вы – единственный из нас, кто понимает в творящемся хаосе хоть что-то. Действуйте! А мы найдём, как вознаградить вас в случае успеха.

Сказав это, он вышел. Оставшиеся в малом зале напряжённо переглянулись. Подвести итог короткому собранию решил Смольницкий:

-Коллеги, не знаю, как вы, а я сегодня вечером намерен нажраться.

Межевикин понимающе кивнул. А Алексеев… А Алексеев мыслями был уже в виртуальном мире.

[1] Отсылка к сюжету анимэ “Sword Art Online”