Роман "Арбат" Часть вторая "Джаванмарди - рыцарь Света". Глава 6

Глава 6.

(Люсидные сны - "вложенные" один в другой; перенос целевых установок сна в реальность; рассказы Али Ходжи о путешествии на небо Сетме Хамуаса, пророка Мухаммеда, вознесении Иисуса Христа и других святых; история о направлении зороастрийскими жрецами праведного Арда-Вираза в Ад и Рай)

Нет, не доступно Единое ни зрению нашего ока,

Ни осязанию рук, через которые в сердце

Недоверчивых смертных доверие входит послушно.

Эмпедокл (V век до н. э.)

Через месяц после беседы с Голубыми Мечами в его каморке Али Ходжи приступил к самому сложному разделу управляемых сновидений - люсидным снам. 1

Прежде чем перейти к объяснению этой техники, учитель напомнил воспитанникам ханаки ранее сказанные на одном из уроков слова, что при выходе из сна мозг подключается к объяснению и интерпретации сновидения. Он остановился на порождении ассоциаций и гениальных открытиях во время восстановления сна. Эти идеи и решения, приходящие человеку во сне являются "прибавочным продуктом" напряженного ночного бодрствования мозга, если человек последние дни перед этим был сконцентрирован на решении какой-то важной проблемы. Обычно это означает, что путем необычайной концентрации воли на решении данной проблемы человек неосознанно задает цель сновидению и затем, достигая состояния сна и убеждаясь, что он в нем находится, вновь дает установку достичь глубокого сна и добраться до тех уровней Вселенского Разума, где находятся алгоритмы решения данного вопроса.

Али Ходжа называл это состояние интуитивным входом в люсидный (вложенный) сон. Однако, по его словам, существует техника осознанного путешествия в таком глубоком сне.

Фактически это и есть техника сознательного входа в астрал, то есть забытья на грани небытия.

- Залы Аменти (небытия) находятся рядом с пространствами сновидений, - говорил он, прохаживаясь в центре библиотеки, где проходили теоретические занятия, - многие миллионы людей за всю историю человечества неосознанно пересекали этот рубеж и возвращались назад. Рассказы таких путешественников разнятся, но в них просматривается устойчивый набор единых элементов путешествия и картин увиденного. Учитель развернул старый папирус и прикрепил его на доске.

- Из дошедших до нас письменных свидетельств, первым таким путешественником, полет которого в "царство Дат" (мир мертвых) был запротоколирован, являлся Сетна, сын фараона Усермаатра (великого Рамзеса II). Это повествование сохранилось в демотической копии птолемеевских времен, которая сейчас находится в Каирском музее. Рукопись излагает сказание о царевиче Сетна (Сетме Хамуас), сыне Рамзеса II и жреце Птаха в Мемфисе, который был исследователем древних свитков.

Царевич Сетна занимался магией и собирал древние манускрипты с заклинаниями и формулами, которые вкладывались в мумии и могилы усопших. Сетна охотился за книгой по магии, написанной самим богом Тотом2.Однажды после долгих поисков Сетна нашел заветный свиток папируса в склепе древнего мудреца Неноферкапта в Мемфисе. Гробницу охраняли духи покойного и его приспешников, которые просто так не хотели отдавать свиток. Тогда царевич вынужден был вступить в состязание с мертвецом. Он сел играть с ним в шашки в склепе, рядом с саркофагом покойного. Но проиграл... Волшебник силою поверг Сетну в небытие и тот провалился в разверзнувшуюся бездну. Ведомый колдуном Неноферкаптом, он совершает путешествие в потусторонний мир. При этом, будучи верным своему неукротимому желанию постижения магических тайн, он не только получил уникальную возможность побывать живым в загробном царстве Аментет, покровительницы умерших, но и запомнил представшие перед его взором картины и после возвращения смог продиктовать увиденное писцу. Его описание суда над душами усопших и всех этапов загробного путешествия позднее пополнили знания магов, отраженные в одном из вариантов египетской "Книги мертвых". Вот как он описывал увиденное:

"Осирис, великий бог, восседает на троне из чистого золота в короне с двумя перьями; Анубис, великий бог, слева от него, великий бог Тот - справа, боги суда над людьми Аментета - справа и слева, а посередине перед ними стоят весы, на которых взвешиваются добрые и злые деяния. Великий бог Тот записывает, а великий бог Анубис произносит приговор".

Лишь чудом находившиеся на царевиче талисманы Пта спасли его от ужасной гибели. С трудом найдя силы сквозь забытье дотронуться до талисманов и произнести заклинания, он получает возможность проделать обратный путь из царства мертвых. Он похищает свиток, но Неноферкапт угрожает царевичу вдогонку, что заставит его не только вернуть книгу, но и принести искупительную жертву. Несмотря на страшное предостережение, Сетна все же забрал желанный манускрипт из гробницы и вскоре приступил к его изучению.

После некоторого молчания, воцарившегося в библиотеке, один из алтайских братьев по имени Порфа задал вопрос:

- А что случилось с царевичем Сетной потом?

Учитель улыбнулся и продолжил повествование:

Однако мертвец начал преследовать его, и царевич дошел до грани безумия. В одном из снов, возвращаясь из потустороннего мира, Сетна встречает красавицу и влюбляется в нее. Он готов отдать случайно понравившейся девице все свое имущество, лишить своих детей прав на наследство и даже истребить их. Очнувшись от тяжелого сна, Сетна пробуждается в незнакомом месте на окраине Мемфиса абсолютно обнаженный. Перед ним в пустыне возникает дух Неноферкапта, который напоминает ему, что Сетна будет в его власти, пока не выполнит все требования мертвого колдуна. С этими словами он возвращает царевичу одежду для возвращения в Мемфис.

Отец Сетны фараон Рамзес II, посоветовал сыну вернуть книгу и искупить грех, связанный с разграблением могилы колдуна. После этого Сетна вернул в гробницу Неноферкапта похищенную книгу и принес ему умилостивительную жертву. Кроме того, по требованию колдуна, Сетна обещал перенести в его гробницу мумии жены и сына покойного из их могил в Коптосе. Однако Сетна тянул время и за это поплатился жизнью. Неноферкапт навсегда завладел его душой. Хотя Сетна в конечном итоге выполнил обещание, но душа его так и осталась в руках колдуна. Несмотря на то, что по возрасту царевич должен был сменить Рамзеса II на престоле, он умер раньше своего отца, который помимо Сетны пережил тринадцать сыновей. В конце концов Меренптах, четырнадцатый сын фараона, унаследовал трон.

После того, как помощник Али Ходжи, сухопарый молчун Рашид, показал на папирусе указкой изображения всех богов, присутствовавших на суде в царстве Аментет, согласно описанию царевича Сетме Хапуас, учитель рассказал о свидетельствах подобных путешествий, содержащихся в других религиях. Наиболее подробно, по его словам, запротоколирована процедура, которой придерживались зороастрийские жрецы, отправлявшие своих посланцев в потусторонний мир. Но, стремясь "приберечь это аппетитнейшее блюдо" к заключительной фазе повествования, опытный суфий начал с наиболее ярких свидетельств трансцендентного перемещения различных пророков в иные миры, на основе письменных источников ислама, иудаизма и христианства.

Али Ходжи зачитал суру 17:1 Корана под названием "Аль-Исра", что дословно означает "перенес ночью", описывающую чудесное путешествие Мухаммеда, перенесшегося из Мекки в Иерусалим и оттуда - к престолу Аллаха.

Мухаммед совершил свое ночное путешествие в сопровождении архангела Джабраила (Гавриила). Они вместе сели на сверкающее верховое животное с человеческим лицом, крыльями и хвостом павлина по имени ал-Бурак3 , поджидавшее их около Каабы в Мекке. Считается, что до Мухаммеда ал-Бурак служил и другим пророкам, в том числе Ибрахиму(Аврааму).

Сначала Мухаммед и Джабраил побывали на горе Сион, затем в Вифлееме, а потом остановились у ворот храма в Иерусалиме. Мухаммед и архангел вошли в храм, где их ожидали другие пророки. В храме все они совершили общую молитву. Джабраил поднес Мухаммеду два бокала - один с молоком, другой с вином. Мухаммед взял молоко. Архангел воскликнул: "Ты руководствовался Аль-Фитра, и ты достиг Аль-Фитра4. Если бы ты выбрал вино, то твой народ был бы введен в заблуждение"5.

Мухаммед во время небесного путешествия увидел Семь небес и всех пророков, среди которых Ибрахим(Авраам) - патриарх всех пророков, Идрис(Энох)6, Харун)7, Муса(Моисей), Йусуф(Иосиф), Йахйа(Иоанн Креститель), Иса(Иисус)8. По преданиям, Мухаммед видел ад, в котором грешники подвергаются наказаниям, и рай, где пребывают праведники.

По словам Али Ходжи, многие святые, начиная с Адама, Авраама, затем Моисей, Яков, Иисус, Его праведные родители, а также апостолы малого круга, а затем и многие мусульманские святые - вознеслись на небо. Путь вознесения описывается не только в Книге Бытия, Новом Завете, Коране, но также и в многочисленных апокрифических рукописях.

При этом, как минимум, двое из пророков: Илия и Энох вознеслись, будучи живыми.9 То же самое проделал и Мухаммед, но лишь с тем отличием, что он вернулся и рассказал своим приверженцам о том, что видел в аду и раю.

После некоторой паузы Али Ходжи продолжил:

- Иоанн Предтеча и Иисус также перед вознесением в рай сначала один за другим спустились в ад. Об этом мало говорят. Но данная картина предельно выразительно описана в одном из апокрифов "О сошествии Иоанна Предтечи во ад", обнаруженном в славянских рукописях Соловецкой библиотеки.

С этими словами учитель извлек из застекленного шкафа библиотеки папку с пожелтевшими листами:

...Будучи в темнице, послал Иоанн своих учеников к Господу... И услышал Иоанн сокровенную тайну: как на земле он был Предтечею Господа, так и в аду должен Ему предшествовать и пребывающим там ответить, грядет ли Господь, Который их выведет оттуда. А когда дан был такой ответ, послал Ирод в темницу оруженосца, и он обезглавил Иоанна...

... Свершил Предтеча Господень жизнь и сошел во ад, где приняли его пребывавшие там ... среди прочих Авраам, Исаак, Иаков, пророк Исайя, и царь Давид, и весь сонм святых пророков. И вопрошали все Иоанна о Господе, идет ли Он избавить их от мук или нет. Уже произнесено было предсказание о Нем, но все же иные говорили: "А вдруг не примет Он примет смерть за нас?!" Пророки же твердо отвечали: "Должен Он принять смерть - так поняли мы явленное нам будущее и так возвестили это всему миру".

...И исполнилось написанное: "Смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа?" Господь наш Иисус Христос ада врата медные сокрушил и вереи железные сломил. И сошел Он во ад и сказал заточенным здесь: "Ступайте в рай!" А они с пением и ликованием восклицали: "Благословен Грядущий во имя Господне!"

"О сошествии Иоанна Предтечи во ад"10

По словам Али Ходжи, в Пятикнижии, в Новом Завете и особенно в апокрифах, подобно драгоценным камням, разбросаны мелкие, но существенные подробности, которые свидетельствуют о магических технологиях, применявшихся во время отправления "путешественника" в потусторонний мир.

Для джаванмарди, готовящегося к подвигу, нужно знать, что в конечном итоге ожидает его "по ту сторону барьера". Но для текущей борьбы с силами Зла каждому Рыцарю Духа необходимо прежде всего освоить технику "оперативного" входа в мир тонких энергий и влияний (астрал). Именно в этом слое, пограничном с небытием, в основном происходит невидимая борьба с силами Тьмы.

Принципиально важными предпосылками для внетелесного путешествия является постепенная тренировка навыков обычного управляемого сна и полное владение своей психикой. Отправляющийся в такой путь прежде всего должен быть "в согласии с самим собой". Нельзя злоупотреблять этой практикой - лишь в случае крайней необходимости. Важнейшими условиями глубоких путешествий в зазеркалье являются: а) четкая цель и сопровождение учителя при проведении первых "дальних" полетов (позднее можно перейти к самостоятельным полетам); б) необходимость неусыпного нахождения учителя или помощника около физического тела путешествующего в люсидном сне с тем, чтобы за время отсутствия астрального тела сновидящего его место не было занято другими сущностями. Последнее - необходимо физически, когда сновидящий отправляется в продолжительное путешествие. Ежели речь идет об "оперативном" входе в астрал, можно ограничиться ментальным пребыванием кого-либо из доверенных около физического тела странствующего для "подстраховки". Только опытные джаванмарди могут отправляться в дальние астральные путешествия без сопровождения и физической "подстраховки".

Для образного запоминания сказанного Али Ходжи рассказал ученикам древнюю легенду о праведном Арда-Виразе (Ардавире), иранском мобеде, которого зороастрийские жрецы отправили в семидневное путешествие в потусторонний мир, чтобы получить от Всевышнего наставления правильно ли они исполняют обряды и какая судьба ждет человека после смерти в зависимости от содеянного во время жизни. История о благочинном Виразе, совершившем инфернальное путешествие в Рай и Ад - явилась предтечей бессмертной "Божественной комедии" Данте. Однако, в отличие от нее, древнеавестийское сказание содержит детальное описание технологии глубокого управляемого люсидного сна, которым владели арийские маги. Ведь Вираз, вернувшись из путешествия к высшим мирам, смог самым подробным образом описать все увиденное.

Повествование Али Ходжи было настолько эмоциональным и образным, что в сознании Голубых Мечей возникли яркие картины всего происходившего в древнем Иране около двух тысяч трехсот лет назад.

Он увидел внутренний зал Храма огня Фарнбай11, наполненный молящимися, перед которыми выступал престарелый акабир12, Ашур:

- Злой дух Ахриман прислал из Египта на нашу землю двурогого ромея Искандера13 чинить опустошение и наводить страх. Он убил иранского царя14, разрушил дворец Персеполь, опустошил государство. Но самое главное - он задался целью разрушить святую веру маздаяснийце15 и посеять в их душах сомнение в правильности нашей религии, - от страстной речи перед собравшимися в все тело старца сотрясалось в конвульсиях. Он оглядел всех пламенным взглядом и, опираясь о посох, сошел с позолоченного кресла.

Лишь несколько лет прошло после смерти Александра в Вавилоне, но святилище Кааба Зардушт в Стахре16 неподалеку от Персеполиса еще не было восстановлено. Пришлось проводить встречу в восточном пределе Храма огня, куда после бесчинств македонцев в первые годы вторжения в Иран был возращен неугасаемый огонь из святилища Бурзен. Лишь в горах Реванд (отрогах Падишхваргара в Хорасане), куда не смогли добраться ромеи, сохранился священный огонь Зардушта, который, согласно преданию, принес его туда в свое время из Гаронманы 17 Ормазда. Сделав несколько шагов к стоявшей посредине зала чаше огня, жрец продолжил печальным голосом:

- А святые книги, "Авесту" и "Зендагах", написанные золотыми буквами на воловьих шкурах и хранившиеся здесь, в Стахре, в Замке письмен18, тот подлый и злонравный Искандер Румийский собрал и сжег. Он убил многих высших жрецов и судей, хербедов и мобедов19, приверженцев Благой Веры, самых мудрых людей Ирана! Их души взирают на нас с небес! - с этими словами Ашур поднял руки к сводам храма. Многие из стоявших около огромной бронзовой чаши с ритуальным огнем, невольно устремили свои взоры вверх, где сводчатые потолки с круглым отверстием посредине расплывались в бездымных потоках газов от священного огня. Лишь один из мобедов по имени Вираз, стоявший прямо за чашей напротив Ашура, не моргая, смотрел на пламя вечного огня.

Более низкий голос мобеда Аранда, потрясший стены здания до самого основания, продолжил:

- Искандер (Александр Македонский) посеял ненависть между своими сатрапами, которые стали враждовать друг с другом. Но сам был разгромлен и попал в ад. Никто теперь даже не знает, где его могила... Однако, нашему народу от этого не стало легче. После смерти Искандера среди ариев начались раздоры и междоусобицы. Поскольку у них теперь нет ни царя, ни оракула, сведущего в религии. Привитые ромейцами вакханалии и блуд передались иранским удельным правителям. Глядя на это, многие люди перестали верить в существование Бога. Лжеучения и ересь поразили смятенный разум.

Гул одобрения прошел по залу. На передний план вышел магупат 20

Иштаспадан, поднявший руку в знак преемства слова:

- На совете мы приняли решение выбрать достойнейшего из мобедов и направить его в иной мир. Пусть посланец принесет весть из высшего мира: доходят ли наши молитвы до Всевышнего? Правильно ли мы проводим религиозные обряды и очищение пищи? Праведный посланец принесет нам знание свыше - как устроен потусторонний мир, что происходит с душами умерших, помогут ли высшие силы нам, или нет! Варах! Варах! 21

Находившиеся в храме, поддержали призыв верховного мага Иштаспадана, дружно восклицая:

- Варах! Варах!

Иштаспадан, обходя чашу с ритуальным огнем, продолжил:

- Поступим, как делали наши предки: из всех праведных мобедов, собравшихся здесь, выберем семерых самых достойных. Пусть они из своего числа выберут троих. После этого троица представит на Анджуман22 избранного посланца.

Через час, проведенный остальными праведными бедхинами 23 в молитвах, был выбран посланец зороастрийцев. Им оказался праведный Вираз. По настоянию верховного мага Иштаспадана, было принято решение подвергнуть посланца самому серьезному испытанию "вар-о-нкзаг"24 - ордалии копьем.

Пробыв в Аду один день, кто-нибудь восклицал: "Разве не исполнилось еще девять тысяч лет, что меня не отпускают из этого Ада"? 47.

И вот благочестивый Срош и бог Адур взяли меня за руки и доставили из того мрачного, ужасного и страшного места в обитель бесконечного света, в собрание Ормазда и амахраспендов. Когда я собрался пасть ниц, передо мной во всей благости предстал Ормазд и сказал: "Добро пожаловать, благочестивый праведный Вираз, посланник маздаяснийцев! Возвращайся в телесный мир, и все, что ты здесь увидел и узнал, правдиво поведай там живущим, ибо я, Ормазд, с тобой. Всякого, кто говорит верно и справедливо, я знаю и признаю. Передай это разумным".

Когда Ормазд так говорил, посланец пребывал в изумлении, потому что видел свет, но не видел тела, а слышал голос. И тогда праведный мобед понял, что это Ормазд, Творец Ормазд, святейший из обитателей духовного мира, рек: "Скажи, праведный Вираз, маздаяснийцам на земле:

"Есть только один путь праведности - это путь древнего учения, все прочие пути - беспутье. Изберите этот единственный путь праведности и не сворачивайте с него ни в процветании, ни в нужде, ни при иных обстоятельствах. Следуйте благим мыслям, благим словам и благим деяниям... " 48.

Рассказ Учителя о путешествиях Мохаммеда, Иисуса, других святых в потусторонний мир и использование технологии люсидных снов - "вложенных" один в другой, создавали ощущение безграничности жизни и борьбы джаванмарди на арене борьбы с силами Зла. По сути, не было ни географических, ни временных границ и времени жизни, не было смерти - это был лишь переход души из одного состояния в другое.