Российский пенсионер Стивен Кинг

Был июньский день, допустим пятница. Начало лета в России, еще не само лето, как оно представляется: на улице больше тридцати градусов, плавятся люди, плавится все вокруг; горячий воздух невозможно вдохнуть, и все изнывает от жары. В обычную июньскую пятницу, в казуальный двадцатиградусный день, российский пенсионер по имени Стивен Кинг (Степан Королев), выезжал из города на свою дачу. Он был за рулем своего верного автомобиля - жигули четвертой модели (почти американский универсал). Справа, на пассажирском сиденье, была его жена Табита (Тамара Королева). Задний ряд сидений и просторный багажник, был заставлен рассадой и садовой утварью.

Стивен плелся в общем потоке автомобилей. Боковое водительское стекло было приоткрыто, для создания небольшого сквозняка в салоне автомобиля. Худые руки старика крепко сжимали гладкий пластиковый руль. Уставшие за жизнь глаза, сквозь толстые линзы очков смотрели, вперед не отвлекаясь. Стивен ехал на дачу.

После изматывающих российских дорог, супруги Кинг, пошли отдыхать. Хоть их дача была недалеко от города, но пятничные пробки и разбитые дороги - выбивали из сил. Плюс возраст - мы не молодеем.

Дача четы Кинг - идеальный вариант для проживания летом. Рядом лес, речка и ничего не тревожит. До ближайшего магазина двадцать минут пешком. И никаких фур на деревенских проселочных дорогах. Напротив дачного домика, по тропинке через огород, стоит новая баня; справа от бани деревенский туалет. Сам дом уложен под одну крышу с большим сараем, предназначенного для хранения инструмента и прочих ненужных вещей, которые не поместились на балконе их городской квартиры.

Ближе к вечеру, отдохнув, Стивен с женой вышли в огород. Заниматься садовыми делами в этот вечер, из них никто не собирался. Мистер Кинг затопил печь в беседке, наполнил чайник водой с листьями свежей смородины, развернул кресла лицом к заходящему солнцу и позвал Таби на вечерний чай.

Безумно красивы июньские закаты. Белыми ночами солнце пытается несколько часов спрятаться за горизонт, чтобы через три-четыре часа выйти опять. Супруги долго смотрели на закат, ничего не говоря друг другу - все слова уже давно сказаны. С первыми звездами Табита ушла спать. Мистер Кинг оставался, в своем кресле смотря, как казалось, в пустоту. Но это только казалось. Стивен не тратил драгоценного времени на бездумное сверление пространства взглядом. В момент, когда его взгляд становился стеклянным, а сам он подзависал, как неисправный андроид - Стив становился всемогущим. Он мог находиться в этот момент где угодно: от мальчишеской луны до Срединного мира.

В кресло Табиты сел человек в плаще и широкополой ковбойской шляпе. Под плащом гостя виднелся перекрещенный на груди патронташ. Взгляд гостя был холоден. По бокам оттопыривались для исполинских револьвера.

- Долгих дней и приятных ночей, сей, - с глубоким уважением, сказал вечерний гость.

- Доброй ночи, Роланд! – ответил, мистер Кинг.

Стрелок сидел рядом, и моча курил трубку.

- Давно, - растягивая каждую букву, и тепло улыбаясь, сказал Стивен.

- Давно, - схожу, подтвердил, Роланд.

Роланд докурил трубку, молча, попрощался с хозяином дачи и растворился за углом. Мистер Кинг встретив, миллионную звезду отправился в кровать к своей жене.

Утро встретило чету Кингов отсутствием летнего водопровода. Нечем было поливать посаженное в огороде. Пока Табита готовила обед, Стивен пытался дозвониться в коммунальную службу, но безрезультатно. На том конце провода, либо не брали трубку, либо было занято. Кинги стоически приняли это недоразумение – это происходит каждый год. Достаточно кому-то из дачников не заплатить за воду, или бухгалтер не увидит платеж – приходит сантехник и перекрывает в общем колодце кран.

Сытно пообедав, глава семейства, предпринял попытку полить все свои посадки. Воды все так же не было. Позвонив в местную коммунальную службу последний сотый раз, и услышав короткие гудки, мистер Кинг решил взять все в свои руки. Вооружившись прорезиненными перчатками и большим ломиком, Стивен пошел выкручивать выключенный кран в другую сторону.

У колодца, на удивление, никого не было. Обычно, когда происходит такая ситуация: самый активный селянин лезет в колодец, попутно все попадающиеся ему барашки, а группа из пяти-шести мужиков подсказывает местному «ихтеандру» как это правильно делается. А сегодня никого.

Мистер Кинг надел перчатки на руки, взялся за ломик, вставил его в паз крышки колодца, приподнял ее и сдвинул в сторону. Спустя еще пару минут ковыряний – путь к колодцу был чист.

Взгляну в колодец, он увидел лицо страшного клоуна. Вздыбленные рыжие волосы, противный красный нос и по-настоящему акулья пасть. Челюсти расходились готовые поглотить человека целиком. Мистер Кинг отпрянув, упал на траву. Он закрыл глаза и мучительно выдохнул, пытаясь избавиться от головокружения и внезапного наваждения.

- Стивен, Стивен, Стивен, Стиииивееен… - прокричало противным трескучим голосом что-то из колодца. – Чего боится наш маленький Стив?

Мерзкий наглый голос прямиком из детства разбудил старые страхи.

- Паучок ползет, ползет. Паутиночку плетет. Паутиночка тонка. Крепко держит паучка, - раздавалось из колодца.

Стивена покрыл холодный пот. Страх начал свое движение с низа живота, медленно шагал вверх и вышел с криком.

Мистер Кинг, взял себя в руки и начал смело спускаться в колодец, что бы дать воду всем садоводам. Он не нашел нужного барашка – хитрый слесарь спилил крепление, что бы на неделе прийти и приварить его обратно. Деньги нужно зарабатывать всем.

Стив ушел домой ни с чем.

Пока мужа не было, Табита сходила на реку и принесла пару ведер воды. И раз уж, она начала заниматься делами по дому – отправила мужа в магазин, что бы не мешался под ногами.

Пенсионер Королев шел медленно вдоль пыльной обочины. Прилегающая дорога, как и во всех селеньях и дачных общинах, являла собой обычную грунтовку. Ездят по ней в основном велосипедисты, машины – редкость, а грузовики и те раз в год.

Вдалеке, где-то позади, раздавался громовой грохот, по ощущениям не природного происхождения. Пыль поднималась, заполняя собой все вокруг. Птицы разлетались в разные стороны. Собаки лаяли заливаясь.

Несмотря на все пугающие предзнаменования, Стивен не чувствовал угрозы. Он все-таки городской житель и привык к большегрузам и повышенному трафику.

Водитель фуры отчаянно давил акселератор, в надежде успеть разгрузиться дол закрытия продовольственного магазина, и до темноты уехать из этой глухомани. Поравнявшись с идущим по обочине стариком, водитель опустил правое боковое стекло, и заорал:

- Отец, где у вас тут гастроном?

Мистер Кинг указал дорогу жестом, подождал, когда пыль осядет, сложил руки за спиной и пошел тем же путем указанным им дальнобойщику. Продуктовый магазин и, правда, находился в двадцати минутах ходьбы. Но Стивен потратил немного больше времени – по пути он как всегда о чем-то размышлял. Сельский магазин был самым простым масмаркетом с красными корзинами и почти повсеместным самообслуживанием. Крупные торговые сети, уже больше десяти лет назад, вытолкали за пределы рынка маленькие частные магазинчики. Если раньше в деревне, селе или городке, у каждого жителя был свой любимый магазин, то теперь был один для всех с акцией 2+1.

Стив, прошел через автоматические двери, запах подгнивающих фруктов ударил ему в нос. Корзину за корзиной перебирал согнувшийся пенсионер, чтобы найти более менее чистую. Найдя такую, он двинулся в торговые ряды. Выбора на стеллажах достаточно, а вот пенсионерского дохода не всегда хватает. Приходится вращаться в акциях и товарах с сезонными скидками.

Боковым временем Стивен заметил невысокого человека в желтом плаще. Чувствуя на затылке тяжелый взгляд, он обернулся и увидел еще одного. Через автоматические двери вошли еще двое. Стив поспешил к кассе. На кассе за ним собралась очередь из пяти невысоких людей в желтых плащах. Отсчитывая мелочь для ровного счета, он все косился на них.

Перед автобусом стоял школьный автобус. Низкие люди в желтых плащах – оказались пятиклассниками, ехавшими с экскурсии. Стив весело прихмыкнул и побрел долгой дорогой домой.

Этим вечером Табита и Стивен легли спать вовремя. Жена уснула сразу, Стив лежал и смотрел в окно на луну, и никак не мог заснуть. Немного задремав, он услышал тихий лай собаки и царапанье когтями по двери. Стивен не спеша встал и открыл входную дверь. На пороге стоял старый добрый корги по имени Исчадие ада, дружелюбно виляя закорюченным хвостом.

- А, это ты, - с улыбкой сказал хозяин, - заходи.

Он лег в кровать, пес следом забрался в ноги. Стивен мгновенно уснул. Проснувшись на утро Табита, ругала Стива, за то, что он лег спать с грязными ногами – вся постель была в земле.

«Зря мы похоронили пса на том заброшенном кладбище» - подумал про себя Стивен.

В день выдачи пенсии Кинги поехали обратно в город. Дача не хотела их отпускать. Вначале не заводился автомобиль, потом Табита вспомнила про парник. На выезде из дачного поселения скопилась пробка из автомобилей уезжающих. Стояли долго, практически без движения вперед. Все было, как будто поселок накрыли невидимым куполом, и ни кто не мог сквозь него пройти, или проехать. Издали раздался гудок локомотива и тяжелый равномерный стук приближающегося состава. Через десять минут после прохождения поезда с его бесконечными вагонами, служитель железнодорожной станции, с важным видом, поднял шлагбаум запрещающий проезд по путям. Скопление машин начало медленно таять, безвозвратно уходя вдаль.

В банк приехали чуть позднее обеда и сразу же растворились в охающей толпе пенсионеров. Старики слонялись вперед и назад не находя себе места в очередях, стремившихся к денежной кассе. Самые юркие успевали занять потертые диваны тусклоизумрудного цвета.

Кинги вместе со всей очередью размеренно продвигались вперед. Табита зашла в кабинку первой, и вышла через пару минут. Стивен зашел следом: прошел всю линейку формальностей, взял свои деньги и вышел. Ступив за порог кассы, он попал в пустое помещение банка – не было никого, все растворились. Еще минуту назад было не продохнуть от людей, а теперь никого.

«А где же Табита?» - испугано, спросил сам себя мистер Кинг.

- Мужчина, еще сто рублей заберите, - раздался ломаный электрический голос кассира. Он развернулся и забрал остаток. При второй попытке покинуть кассу – все люди вернулись. Жена ждала его у стареньких Жигулей.

В городской квартире их ждала внучка. Девочка неестественно липла к старикам. Пищала, смеялась, бегала по всей квартире. Обнимала то деда, то бабку.

- Дедушка, бабушка, как у вас дела? Вы на даче были? А ягоды там уже есть? – с неподдельным интересом спрашивал ребенок.

- Устали? Я сейчас поставлю чайник, и будем пить чай, - не унималась девочка.

- Дедушка, ты устал? Приляг на диван, я сейчас все сделаю, - хлопотала заботливая внучка.

Измотанные старики, молча умилялись, глядя на свое наследие. Внучка крутилась, распыляя любовь и заботу повсюду. Устав от долгой дороги супруги, позволили девочке сделать все самой, все как она сама хотела. Она была редким гостем у них, а на даче до конца июля вообще носа не показывала.

- Можно я сегодня останусь у вас, дедушка? – скромно спросила внучка.

- Конечно можно. Оставайся, - ответил дед, - поскучаешь со стариками, а завтра с утра поедем на дачу.

- Надо отпроситься у родителей, - с несвойственной ее возрасту ответственностью ответила внучка. – Бабушка, а у вас сегодня была пенсия?

- Да, - отвечала Табита, - сходили с дедом получили причитающиеся нам копейки.

- А мне что-нибудь уже купили? – с лукавым взглядом спросила внучка.

- Сейчас коммунальные услуги отплатим, заправим деду машину, а там глядишь, чего останется и для тебя.

Лицо девочки резко изменилось. От былого благоговения перед стариками не осталось и следа. Внучка резко встала, взяла в руки телефон и стала звонить своим родителям, что бы те ее быстрее забирали. Табита и Стивен поняли, что сегодня чая им не дождаться.

Переночевав ночь в городе, и проснувшись рано утром Кинги, засобирались на дачу. Подальше от суеты и забот, ближе к миру и покою. Старенькие Жигули задорно везли их на дачу под хиты группы ZZ TOP.