Розовая упаковка

ДИСКЛЕЙМЕР.

Настоятельно не рекомендую читать людям со слабой психикой, эмоциональной неустойчивостью и моралистам. Все происходящее лишь провокационная метафора безумия нашего общества, служащая художественной опорой для произведения!

РОЗОВАЯ УПАКОВКА

Облеванные кроссовки, вкус прокисшего пеперони во рту, ужасное похмелье, вонь мусора и жирная голая баба, обнимающая мои ноги. Вот что бывает, когда выходишь из тюрьмы, просидев там 25 лет. Ты оказываешься у ебучей помойки, по уши в дерьме. А в глаза тебе ударяет резкий свет неоновой вывески: «Pink Packaging».

Вспышки вчерашнего вечера посещают мою голову. Я бухал в баре на Рубинштейна, празднуя свое освобождение, хотел найти хороший блядюшник. Алкаш Гена, с пеноблоком вместо морды, сказал:

— На Невском есть такая улица — Думская, и там, среди кучи баров и клубов, есть одно злосчастное местечко, называется «Pink Packaging». Там ты найдешь шлюх на любой вкус и цвет.

— И, судя по всему, цвет их попок будет только один — розовый! — Сострил я, и старик Гена засмеялся от этой моей тупой шутки.

Я помню, что тогда я уже был так ужран, что мог только мечтать добраться туда. Но, судя по всему, я добрался. «Главное — не вспомнить, где я подцепил эту свинью», — подумал я и, медленно вытащив свои ноги из-под ее туши, стал отряхиваться.

Ненасытность. Только этим словом можно описать мое состояние после 25 лет в тюрьме. Ненасытность по маленьким развратным девочкам. Если бы судья видел ту курицу, из-за которой меня посадили, он не был бы так строг. Суки в свои 14 выглядят на все 20. Как бы там ни было, сегодня я собираюсь оттянуться — я выебу шлюху прямо в зад, в темной комнате клуба.

Вошел внутрь. Пьяные девицы прыгали на танцполе, шевеля бедрами. Я присел за стойку, пропустить пару стаканчиков. Барменом была симпатичная девица с надписью на бейджике: «Молли». «Явно выдуманное имя, возможно, кличка», — подумал я, а она спросила:

— Пришел оттянуться, красавчик?

— Когда я закончу пить, я натяну тебя, деточка.

— Тогда попробуй это! — крикнула она, прорываясь своим тоненьким голоском сквозь клубную музыку, и кинула в мой стакан с виски маленький кубик сахара.

Клуб явно был молодежным, ведь как позже выяснилось, кубик был пропитан кислотой. «Боже, как же я скучал по воле, — думал я. — Бесплатные наркотики, что может быть лучше?»

Когда мое сознание окончательно помутнело и спустилось вниз, во тьму, я обнаружил себя с двумя шлюхами, которые тащили меня наверх по лестнице этого загаженного клуба. У дверей стоял охранник, они ему подмигнули, и он открыл дверь.

Тьма. Лишь при входе я смог разглядеть пару-тройку тел, корчащихся в экстазе. Особенно мне запомнилась толстая туша азиата: его потные яйца стучали по жопе его подружки, пот с него стекал ручьем. Это была черная комната для ебли. Старое доброе решение, чтобы люди высвобождали свою звериную натуру. Ради этого я тут и оказался.

Дамы, которым на вид явно меньше 18, стали меня раздевать. Они опрокинули меня на стол, я уткнулся спиной во что-то липкое, но это было неважно. Две девицы, ласкающие мой член с яйцами, — вот что было важно. Но не успел я в полной мере кайфануть, как мой разум вновь провалился в пустоту от барбитуратов и кислоты.

Очнувшись, я обнаружил себя на какой-то сцене. Шесть девиц скакали на моих конечностях, разрывая глотки от криков. В воздухе стоял страшный аромат — смесь пота, дерьма, спермы и латекса. Позади сцены снашались сотни людей в розовых костюмах. Этот розовый латекс обезличивал их, и они могли делать все, что хотели, и с кем хотели. А самое страшное — они все смотрели на нас и кричали:

— Без костюмники!

Их явно возбуждало смотреть на нас как на единственный объект вожделения, ведь мы были полностью голые. Один из них, что был ближе к сцене и имел свою подругу по-собачьи, крикнул:

— Запентаграмь их!

«О-оо, так вот что это значит», — подумал я. Дело в том, что одна из красавиц с розовыми волосами сидела у меня на лице — на вид ей было лет 15, не больше, она была самая молодая из шести дам. Две другие сидели у меня на руках, поглощая мои пальцы. А в середине уселась барменша Молли — она прыгала своей попкой, поглощая мой хуй. Более чем уверен, что она подмешала мне наркотики только для того, чтобы не спрашивать, соглашусь ли я на эту сектантскую оргию.

Две другие девицы позади Молли удивили меня больше всего остального. Такого я раньше не видел... Они прыгали своими кисками у меня на ногах, поглощая мои стопы, мне даже казалось, что мои ноги были слегка в крови. Сучки явно любят ноги, и какого бы хуя тут ни творилось, было чертовски приятно.

Спустя какое-то неопределенное время, когда толпа стала громче всего, когда их гул и скрип латекса стали эхом разноситься по моему разуму, когда их силуэты стали превращаться в липкую розовую жижу, когда мои руки стали биться в конвульсиях, когда девочки стали охотно дрожать, а ноги покрывались соком и теплом этих тел, розоволосая малолетка, оседлавшая мой язык на излом, собралась кончать — а вместе с ней и все мы, заключенные в пентаграмму.

Моя теплая сперма залилась в зад малышки Молли, девицы пали на пол, и как только моя приятная дрожь в теле прошла, ворвались копы... Веселье было закончено, и меня опять ждала тюрьма.

Чтобы не теряться подписывайтесь на мой телеграм канал там вы увидите мои стихи и мою пьяную рожу: https://t.me/satanokoja