Рубеж восхождения

Это была обычная ночь. Настолько обычная, что Дэн подумал: слишком спокойно, будто перед бурей.

Он возвращался с пробежки. Привычка осталась со службы. Воздух был холодным, пах хвоей и сырой землёй. Недавно прошёл дождь. Под ногами шуршали иглы. Впереди тускло светился его домик, спрятанный среди сосен. Несколько дней отпуска, тишина, ни людей, ни связи. Всё, как он любил.

Дверь оказалась приоткрыта.

Он остановился. Ни ветер, ни зверь так не сделают.
Вокруг стояла тишина, и сердце отбило пару лишних ударов.

Он шагнул внутрь.

На первый взгляд всё было на месте. Но воздух изменился. Стал плотным, как вода. Казалось, что он не просто дышит, а продирается сквозь невидимую стену. Гул где-то в груди. Низкий, тянущий, почти физический. Он оглянулся и понял, что двери больше нет.

Перед ним возникло нечто. Без формы, без света, но с ощутимым присутствием. Давящее, как взгляд, от которого не спрятаться. Оно не угрожало, но не отпускало.

Дэн ожидал страха, но его не было. Только странное ощущение, как будто кто-то перевернул страницу, и теперь он уже на другой стороне своей жизни.

Он выдохнул:
— Значит, не лесничий.

И мир потух.

____________

Когда он очнулся в белом пространстве, то не мог понять сколько времени прошло. Здесь не было ни теней, ни источника света. Всё вокруг напоминало и пустоту, и плотный туман одновременно. Мысли шли медленно, будто через вязкую жидкость.

Перед ним появилась фигура. Смутная, дрожащая, словно отражение в воде. Не человек, но и не абстракция.

Она не говорила, но он понимал, что с ним разговаривают.

— Ты человек. Ты готов. Ты выбран. Не потому что особенный, а потому что подходишь.

— Приятно слышать. Почти как собеседование, — пробормотал он. — Кто вы?

— Имя тебе ничего не скажет. Мы называем себя Оаэуя.

— Допустим. А зачем я здесь?

— Твоя жизнь закончилась. Теперь ты инструмент. Мы отправим тебя назад. Очень далеко. Ты должен подготовить их. Объединить. Ускорить развитие. Это твоя миссия.

Он моргнул.
— Простите, назад… это как? На пару лет? На век? Или вы серьёзно про "очень далеко"?

Ответа не последовало. Воздух словно сгустился, стал холоднее.

— Понял, — выдохнул он. — Значит, не в отпуск. И не командировка.
Он попытался усмехнуться, губы дрогнули, но улыбка так и не вышла.

— А что я получу взамен? Новое тело? Сверхспособности? Или хотя бы гарантию, что не сойду с ума, пытаясь заговорить с древними людьми у костра?

Ответа не было. Воздух будто стал плотнее, холод прошёл по коже.

— Понял, — тихо сказал он. — Ничего не получу...

Он выдохнул, уже без улыбки.

— А если я не справлюсь?

— Тогда конец. Не сразу, но неизбежно.

Пространство дрогнуло. Внутри головы вспыхнули образы. Миры, пожираемые тьмой. Планеты, замолчавшие под холодной волной чужого разума. Ганатхи.

— Они идут. Медленно, но без остановки. Через несколько тысяч лет они достигнут Земли. По вашему исчислению это будет сорок второй век. Если ты не изменишь историю, человечество исчезнет.

Он нахмурился.
— Несколько тысяч? Это же ерунда. Мы могли бы подготовиться. Строить защиту, оружие, флот, что угодно.
— Даже если бы всё человечество вашего времени бросило силы на это, шансов не было бы. Уровня, который нужен, нельзя достичь за два тысячелетия. То, что вам кажется далёким будущим, для ганатхов — одно дыхание. Начинать нужно не завтра, а в истоках. На сотни тысяч лет раньше!
Он молчал.
— Поэтому вы отправите меня в далекое прошлое.
— На триста тысяч лет назад. Там начнётся путь.
— На триста… — он не договорил. — Там же ещё даже не люди.
— Это и есть начало. Если не начать тогда, не будет никого, кто встретит врага. И там уже практически люди.

— А вы не можете вмешаться?

— Мы не можем. Мы здесь даже не присутствуем физически. Мы лишь направляем, как ветер помогает дереву расти.

— И как именно я должен это сделать?

— Объединить. Не дать разделиться. Сделать из людей народ. Из народа — цивилизацию, способную помнить цель. Из цивилизации — защиту. Ты станешь их началом. Если справишься, они выживут. Только единое человечество сможет выжить.

Он молчал. Всё, что только что услышал, звучало как приговор. В один конец. Без возврата. И без второй попытки.

Дэн вспомнил, как когда-то читал книги про попаданцев. Там герои попадали в другие эпохи и строили империи, собирая гарем по дороге. Он усмехнулся. Ничего общего. Ему не сулили ни славы, ни дороги назад. Только обязанность начать всё сначала. И знание, что его настоящее исчезнет.

— То есть я больше не вернусь, — спросил он. — Никак?

— Нет.

Он кивнул.
— Всё, что тебе нужно, у тебя уже есть. Знания останутся. Память частично. Когда придёт время, ты вспомнишь главное.

— Потеряю память? Серьёзно?

— Так безопаснее. Ты вспомнишь, когда сможешь выжить сам.

— И это всё?

— Это только начало.

Мир начал сжиматься, как лист, втянутый в точку света.

Он успел подумать одно:
Хоть бы куртку дали… или что-то потеплее.

И исчез.