Рукопись

Глава 1

Ирина сидела в электричке, чувствуя нарастающее беспокойство. Вокруг было много людей, но она не замечала их присутствия, полностью погруженная в свои мысли. За окном быстро сменялись пейзажи, но девушка не обращала на них внимания. Ее взгляд был прикован к страшному воспоминанию: в своей квартире она увидела темный силуэт сгорбленного старика, который вызывал у нее необъяснимый ужас. Ирина сначала подумала, что ей показалось, но когда она снова посмотрела в зеркало, то снова увидела худого, изможденного старика, который бросился в ее сторону. Девушка от неожиданности метнулась в сторону, но наткнувшись на кресло, снова посмотрела в сторону зеркала. Старик стоял в зеркале, держась за ограничивающие препятствие. Не успела девушка, о чем -либо подумать, как старик исчез. А в зеркале отражалась только сама девушка с большими испуганными глазами. Машинально поправив свои локоны каштанового цвета, девушка невольно подумала, что все больше и больше становиться похожа на свою бабушку.

Послышался голос диктора, который сообщил название станции, но Ирина не обратила на это внимания, пока, не почувствовала, что кто-то положил руку на ее плечо. Резко обернувшись, она увидела знакомую женщину, которая жила постоянно на даче, недалеко от дачного дома Ирины.

– Ирочка, ты что дальше едешь? – женщина поправила шляпку, которую надевала исключительно для поездки в город.

Девушка растерянно, оглядевшись, встала, но тут ее внимание привлекло странное пятнышко на грязном оконном стекле. Она не могла отвести от него взгляд, наблюдая, как оно медленно увеличивается в размере. В нем она снова увидела старика, который тянул к ней свои сморщенные, костлявые руки. Ирина хотела убежать, но ее охватил парализующий страх.

– Ирочка, так ты идешь, или все же дальше поедешь? – соседка снова дотронулась до девушки, которая как будто очнулась от сна.

– Да, да, я тоже выхожу, – Ирина первая поспешила к выходу, боясь обернуться и снова увидеть странного старца.

Девушка взяла у женщины тяжелые сумки, а затем помогла ей выйти из электрички. Поблагодарив Ирину, женщина поинтересовалась:

– А ты чего это сегодня такая потерянная? У тебя что-то случилось?

Ирине не хотелось обсуждать свои страхи и видения, поэтому она отмахнулась, стараясь, говорить непринужденно:

– Алевтина Семеновна, все хорошо. Просто на работе запарка. Думаю, уходить оттуда надо. Достало все.

– Ну и правильно, – забирая свою ношу, поддержала ее женщина. – Не надо работать там, где работа не приносит удовольствия. Иначе проблем будут как снежный ком нарастать.

– Вот, и я так же думаю. Давайте, я вам одну сумку понесу, нам же в одну сторону идти, – предложила девушка, заметив, как женщина сгорбилась под тяжестью сумок.

– Ой, спасибо, Ирочка. А я смотрю, ты сегодня налегке, без вещей, – отметила соседка по даче, отдавая девушке сумку полегче.

– Я ненадолго, – девушка не стала говорить, что сбежала из дома фактически в чем была, – поэтому и не стала таскаться с сумкой. А рабочие вещи на даче есть.

Так беседуя, женщины медленно вышли на свою улочку. Алевтина Семеновна была полного телосложения, поэтому ей тяжело было быстро ходить. Остановившись, около калитки Алевтины Семеновны, девушка отдала ей сумку.

– До свидания, Алевтина Семеновна.

– Ирочка, приходи ко мне на пирог. Жду к шести, и отказа не принимаю.

– Спасибо, большое, – Ирина была благодарна женщине за приглашения, зная, что в ее холодильнике «мышь повесилась». – Обязательно приду.

Ирина пошла в сторону своей дачи, которая досталась ей от бабушки, а соседка еще долго смотрела ей вслед.

– И что с ней не так, – рассуждала она. – И симпатичная, и стройная, а личная жизнь совсем не складывается. Маша на том свете, наверно, переживает за свою внучку.

***

Ирина вошла в небольшой домик с просторной мансардой, где проводила все свободное время. Внизу все оставалось таким, каким его оставила бабушка, а наверху девушка создала уютное пространство с большим угловым диваном. В углу у двери стоял шкаф, заполненный книгами и глиняными фигурками животных, которые она собирала с детства. У окна располагался стол, за которым она писала свои произведения. Девушка не считала себя писательницей, но ей нравилось придумывать для своих героев красивую и счастливую жизнь. Ее книги были о любви.

Девушка каждые выходные приезжала на дачу, где наслаждалась тишиной и одиночеством. Ирина работала в магазине элитной одежды, и наблюдала за богатыми дамочками, которые свысока смотрели на нее, а вернее, даже не замечали ее, поэтому девушка пришла к выводу, что не хочет обслуживать их.

Однажды в бутик пришла ее бывшая одноклассница, удачно вышедшая замуж за богатого бизнесмена. Увидев Ирину, Алла надменно улыбнулась:

– Да, Ирка, прошло уже столько лет, как мы вступили на взрослый путь, а у тебя так ничего и не изменилось, – девушка примерила элегантный пиджак. – Хотя нет, у тебя тоже есть возможность прикасаться к модным и красивым вещам, вот только носить ты их не можешь.

Ирина не ответила ей, но теперь, когда одноклассница приходила купить себе что-нибудь, она просила напарницу, обслужить надменную одноклассницу. После встречи с Аллой, Ирина поняла, что надо в жизни что-то менять, но вот что именно, она понятия не имела.

Сейчас она была еще в большей растерянности, не понимая, почему в ее жизни начали происходить странные происшествия. Сев за стол, Ирина посмотрела в окно, которое выходило на сад. Девушка не занималась созданием грядок и выращиванием овощей, но сад был ее страстью. Этот сад с любовью выращивала ее бабушка, Мария Антоновна. После выхода на пенсию она сразу переехала на дачу и посвящала все свое время уходу за садом, стремясь сделать его самым красивым. В саду росли разнообразные фруктовые деревья и кустарники.

Весна была в разгаре, и деревья стояли в цвету. Ирина обожала это время года, поэтому и сейчас с удовольствием смотрела на цветущие деревья, ощущая, как все ее проблемы начали постепенно отступать.

Вскоре к ней вернулось внутреннее спокойствие. Открыв ноутбук и создав новый документ, она написала на первой странице: «Новая книга».

– Название напишу позже, – решила она и напечатала первое предложение, своего будущего романа. – «Алина была счастлива, ведь в ее жизни появился мужчина, о котором она боялась мечтать, даже в самых сокровенных мечтах».

Ирина смотрела на написанное предложение, и чем дольше она сидела, тем больше понимала, что продолжение не будет, по крайней мере не в этот вечер. Стрелки часов приближались к назначенному времени, поэтому переодевшись, взяв с собой коробку конфет, девушка поспешила в гости.

– Ирочка, какая ты молодец, что пришла, – Алевтина Семеновна хлопотала у стола. – Присаживайся, что стоишь? У меня как раз пирог уже готов, и чай почти уже закипел, - принимая конфеты, женщина улыбнулась. – Спасибо, мои любимые.

– Мы еще кого-то ждем? – девушка показала на еще один чайный предмет.

Хозяйка разочарованно махнула рукой.

– Внук приехал. Ты же помнишь моего старшенького?

– Лешу?

– Да, его. Он себе машину купил, вот теперь и разъезжает по всему белому свету. Говорит: «Может, мне два понедельника осталось жить, поэтому хочу насладиться своей свободой».

– Ну сказанул «два понедельника», – усмехнулась гостья. – Насколько я помню, он вроде развелся со своей женой.

– Вот поэтому теперь и катается в свое удовольствие, никто же не пилит, что надо домой ехать. Ахломон, и что не жилось? Таня, ведь хозяйкой хорошей была. Жалко, что вот деток у них не было, может бы и жили вместе.

– Я помню, как они после свадьбы с друзьями сюда приезжали, – вспомнила Ирина. – Я тогда, наверно, в классе пятом училась. И мне невеста такой красивой казалась.

– Да, они с друзьями здесь отмечали, поэтому еще раз наряжались. Таня, на самом деле, красивая женщина, но глупая.

– Почему вы так говорите?

– Да, потому что она разбаловала Леху. Отпускала его с друзьями и на рыбалку, и в баню пивка попить, и на их мальчишник. А мужика своего надо в ежовых рукавицах держать, – женщина решительно сжала кулак и угрожающе погрозила им в воздух, – на коротком поводке, чтобы после работы домой шел, а не к друзьям. Вот поэтому семья и распалась.

– Да, жалко, они красивой парой были.

В этот момент зашел Алексей. Статный, ухоженный мужчина знал себе цену.

– И кто тут у нас красивый? – поинтересовался он, садясь за стол. – Привет, Ира. Ты уже совсем взрослая стала.

– Да, годы бегут безжалостно быстро, – Ирина улыбнулась, примеривая его образ для будущего своего героя.

– Прими соболезнование. Ведь еще полгода не прошло, как баба Маша умерла.

– Спасибо, – Ирина почувствовала, как ком подкатился к ее горлу.

Ведь бабушка была единственным родным ее человеком. Она толком и не знала свою мать, которая, выйдя повторно замуж, отдала ее на воспитание своей матери. Но, когда женщина родила третьего ребенка, решила, что ее детям нужна нянька и решила забрать Ирину в свою новую семью. Только бабушка не отдала девочку, понимая, что там ей будет плохо.

– Ты для кого рожала? – возмущалась Мария Антоновна. – Дочь, кто тебя просил становиться многодетной матерью? Я? Ирочка? Нет! Нарожала детей, вот сама и воспитывай. И больше, чтобы по этому вопросу сюда даже носу не показывала! Поняла?

Ирина была благодарна бабушке за это, потому что однажды она обрадовалась, что мать ее взяла к себе на каникулы, но уже через неделю попросила бабушку забрать ее домой.

– И что тебе с матерью не жилось? – Марию Антоновну обидело желание внучки поехать к матери, но она старалась скрыть свои эмоции.

– Бабушка, прости, что я поехала к ним. Думала, что мама любит меня, поэтому и взяла меня. Но я только и слышала: переодень, накорми, подмети, убери, погладь. Я как рабыня была у нее. Нет, бабулечка, я готова все это делать, но только для тебя.

Мария Антоновна, помолчав немного, поцеловала внучку.

– С одной стороны, хорошо, что ты все это сама поняла. Если бы я постаралась это объяснить словами, ты могла бы мое объяснение неправильно понять.

***

Ирина просидела в гостях до позднего вечера. В хорошей компании время пролетело быстро, поблагодарив радушных хозяев за гостеприимство, девушка пошла домой. Ирина с детства любила с бабушкой заходить на чай к Алевтине Семеновне, где с чашечкой чая всегда подавалась рюмочка домашней наливки.

Наливка Алевтины Семеновны мгновенно подействовала на Ирину, и девушка, ощущая приятное расслабление, с улыбкой вошла на кухню.

– Ты что так долго? – Мария Антоновна сидела у окна, ожидая приход внучки.

– Бабуль, ты же знаешь, что от Семеновны так быстро не уйти, – оправдывалась Ирина. – Ты иди спи, – девушка икнула. Закрыв рукой рот, девушка улыбнулась. – Прости. Я тоже пошла спать.

Она поднялась на пару ступенек, но тут же отрезвела. Обернувшись, она увидела, что бабушки за столом уже не было.

– Да, что со мной такое? Я что, уже сама с собой разговаривать начала?

Но девушка была уверена, что ей не показалось, и что она, на самом деле, видела и говорила со своей бабушкой. Она прошла по кухне, заглянула в небольшую спальню, где еще полгода назад жила хозяйка дачи. Все оставалось, как и при жизни Марии Антоновны. Так же аккуратно заправленная кровать, на комоде фотографии молодой Марии и ее мужа, который умер еще молодым. В центре стоял портрет Ирины, который нарисовал местный художник по просьбе женщины.

Ирина подошла к комоду, открыла верхний ящик, в котором бабушка хранила остальные фотографии. Сев в уютное кресло, она стала рассматривать их. С трудом сдерживая слезы, она медленно перелистывала страницы альбома, на которых бабушка аккуратно наклеивала снимки Ирины с самого детства. Последний снимок был сделан у яблони, перед самым сердечным приступом старушки. На снимке Ирина, обняв бабушку, сделала селфи.

– Бабуля, мы здесь с тобой такие счастливые, но почему ты не говорила, что у тебя болит сердце? Почему ты скрывала от меня свое заболевание? – проведя рукой по снимку, грустно, вздохнув, Ирина произнесла. – Мне так тебя не хватает. Без тебя моя жизнь стала такой пустой и одинокой.

Ей снова стало грустно, убирая альбом на место, она заметила, что у ящика есть второе дно. Заинтересовавшись этим обстоятельством, она попыталась убрать фанеру, но, сломав ноготь, отказалась от этой затеи.

– Ладно, завтра найду, чем открыть, – решила она и отправилась наверх.

– Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, – послышался строгий голос умершей.

Озираясь, Ирина снова осмотрела комнату, но в ней никого, кроме ее самой, не было.

– Кто тут? Бабулечка, это ты?

Не дождавшись ответа, девушка решила все же прислушаться к совету и принесла из кухни нож. Убрав из ящика фотоальбомы, аккуратно полив их наверх комода, Ирина подковырнула фанерку, у нее получилось ее отодвинуть. В тайнике лежала толстая тетрадь, изрядно потрепанная временем.

– Что это? – девушка бережно достала тетрадь. – Бабушкин дневник? Но я никогда не видела, чтобы она что-то писала.

Открыв первую страницу, она увидела аккуратно исписанный лист, но язык, на котором был текст, она не знала. Пролистав всю тетрадь, она так и не нашла ни одного знакомого слова. В тетради были сделаны рисунки с пояснением, но без перевода девушка не смогла в них ничего понять.

– Бабуля, что ты от меня скрывала? Почему не рассказала о тетради? – девушка поспешила на кухню, нашла тетрадь, где бабушка записывала все расходы, сравнила почерк. – Бабуля, но это не ты писала. Ты писала размашисто, а здесь буковка к буковке. Чью тетрадь ты прятала? Что же все-таки происходит?

Взяв с собой тетрадь, девушка поднялась к себе, теперь она понимала, что не заснет, пока не поймет, почему бабушка скрывала от нее записи, сделанные на незнакомом ей языке.