Рыбы Глубокого Озера

Троица, уже известная в Шахтаре как «Эльдаровские дети», гуськом поднималась по узкой лесной тропе. Этот выходной они решили провести на озере. Почти все мужчины в городе, впечатлённые новостями о внезапно появившейся на Зелёном рыбе, отправились туда, поэтому Антон, долговязый очкарик, дед которого работал в заваленной глубоко в горах шахте, повёл друзей в другое место. По его заверениям, именно эта крутая тропинка была кратчайшим путём к Глубокому озеру. Тропа, может, и была короткой, но подъём выходил уж очень резкий: Римма уже тяжело дышала и держалась за лямку рюкзака Игоря. Тот, в свою очередь, неспешно шёл за другом, радуясь, что не он показывает дорогу. Антон же не переставал говорить, монологом рассуждая об Эльдаре, который на выходные съехал к своей девушке, о том, чем они будут заниматься, и как могильщику не повезло, что он не может пойти с ребятами на озеро.

– Ты завидуешь, – прокомментировал Гоша, наконец вспомнив нужное русское слово, и очкарик смущённо кашлянул.

– Не без этого, конечно. Ещё скажи, что ты не завидуешь! Но жаль всё-таки, что они не могут пойти с нами…

Все погрузились в молчание. Они часто проводили летние выходные за городом или на озёрах, а это означало отдых без компании Эльдара. Тот всегда подбадривал ребят и с удовольствием слушал их рассказы, но они представляли, как ему бывает тоскливо. Особенно в такой солнечный день.

– Наверняка мы сможем найти место поближе, – тяжело выдохнула Римма. – Лес ведь большой. Надо просто поискать.

– Займёмся обязательно. А пока что…

Антон с улыбкой до ушей раздвинул ветки сосен, и перед ребятами раскинулось Глубокое озеро. Мелкое, несмотря на своё название, и небольшое, оно затопленной полянкой лежало среди леса, омывая корни ближайших деревьев. Пляжа здесь не было, что служило ещё одной причиной его низкой популярности среди жителей. Обычно бывали здесь только дети, которым на Чёрном и Зелёном было слишком глубоко и опасно. В ясную погоду Глубокое считалось самым мирным озером. В глубину оно не превышало пяти метров в отдельных местах, да и хитрых подводных течений от подземных родников в нём не было: питалось озеро от Глубокого ручья, который и сам был взрослому по щиколотку.

Вот и сегодня, помимо троицы, на озере веселилась только компания младшеклашек. Игорь и Антон посмотрели на детей с лёгким недоверием и забросили рюкзаки повыше на крепкие сосновые ветви. Римма же вглядывалась в компанию чуть дольше.

– Я их знаю, – неуверенно протянула она. – Кажется, четвёртые классы…

– Какая разница, – Антон убрал очки в футляр и поморгал, пытаясь сориентироваться. – Погнали до ручья и обратно!

Парни быстро разделись, бросились в воду и замахали руками, удаляясь от берега. Римма не умела так же хорошо плавать, поэтому могла только наблюдать. Осторожно, поёживаясь от ледяной воды, она зашла в воду и начала кружить у камней, чтобы побыстрее согреться. Когда друзья уже были почти на другом конце озера, к ней подобрались дети: они тоже узнали знакомую по школе девушку.

Никто не следил за временем: школьники играли на мелководье и на спор ныряли в центре озера, Римма вместе с девочками загорала на камнях и сопротивлялась попыткам Игоря и Антона научить её плавать. Старшие ребята плавали от одного края озера до другого, притапливая друг друга по дороге. Все знали, что пока солнце не коснулось дальнего края горного кольца, можно спокойно веселиться.

– Уфф, завтра не встану, – Антон напрыгнул на камень и свесил в воду усталые ноги. – Покатите меня с горы, я сам не дойду.

– Ты слишком стаrался обогнать moi, – самодовольно усмехнулся Игорь, приваливаясь к тому же камню. – Я говоrил, я занимался в…

Он пощёлкал пальцами, вспоминая слово.

– В бассейн!

– В писине! – в тот же момент воскликнул Антон и заржал.

Игорь только закатил глаза, но губы тоже изогнулись в улыбке. Шутки друзей и одногруппников над французскими словами, конечно, надоедали, но чем дольше он жил в Шахтаре, в который вернулся из Лиона не так давно, тем больше их понимал, и уже начинал посмеиваться вместе с ними. Единственной, кто не отреагировал на смех, была Римма. Она внимательно смотрела на группу детей на соседних камнях.

– Мне кажется, у них что-то случилось, – тихо предположила девушка, и смех тут же прервался.

Парни посмотрели в ту же сторону, Антон оттянул веко в сторону, чтобы хоть что-то увидеть. Сразу было понятно, что что-то не так: дети метались по воде и по берегу, словно что-то искали. То и дело они поворачивались к озеру и напряжённо смотрели на водную гладь. Кто-то порывался поплыть, но его остановили. Другие, в основном девочки, уже тянулись к рюкзачкам.

– Пойду послушаю, что у них там стряслось, – покачал головой Антон и спрыгнул в воду.

– Пойдёмте лучше все, – подплыла к нему Римма. – Сразу и поможем.

Втроём они подобрались к школьникам, и те бросились к студентам, как к спасителям. Из сумбурных восклицаний и всхлипываний удалось выяснить, что двое парнишек соревновались в нырках на глубине, но после очередного заплыва ни один из них так и не вернулся. Дети уверяли, что наблюдали за озером и ничего необычного не заметили, а на помощь звать не стали, потому что думали, что друзья над ними прикалываются. Теперь же им было не до шуток.

– Извините, конечно, но, если эти двое и правда утонули на Глубоком озере, у них на могилах должно быть написано «экий вы, сударь, простофиля!», – прошептал Антон. – Тут никто и никогда не тонул, это ж не Чёрное!

– No, они ещё живы, – Игорь вглядывался в зеркальную поверхность озера. – Пока…

Антон перевёл взгляд на него. Лицо друга расплывалось у него перед глазами, но в больших и маленьких пятнах угадывалось то сосредоточенное выражение, которое появлялось у Игоря при призыве своих сил. Сейчас, если кто и мог найти детей, то именно он.

– Дорогу видишь? – Игорь кивнул. – Тогда поплыли.

Однако, не успели они выдвинуться, как парнишки уже бросились в воду вперёд них, пытаясь спасти друзей. Одна из школьниц громко всхлипнула, готовясь вот-вот разреветься, да и остальные были недалеки от истерики. Парни растерянно посмотрели друг на друга, не понимая, кого останавливать и что делать.

– Стоять!!! – рявкнула Римма. – Всем успокоиться!

Дети застыли. Плач прекратился. Даже Игорь с Антоном ощутили на себе мощь её воли, которая подчиняла себе людей вокруг. Ситуация была экстренной, и Римма не скупилась на проявление сил.

– Вернитесь сюда, – скомандовала она, и уже почти уплывшие мальчики покорно развернулись. – Для начала все вытритесь и оденьтесь.

Как загипнотизированные, дети повернулись к берегу и разобрали полотенца. Скованные способностями Риммы, они не могли действовать самостоятельно, но сейчас так было лучше всего.

– Я отправлю кого-то из них за помощью, – предложила она друзьям. – А с остальными мы осмотрим берег.

– Путь идёт туда, – Игорь показал на центр озера. – На беrегу их нет.

– И ты уверена, что команда удержится так долго? Тут пешком путь неблизкий. Лучше иди вместе с ними.

– Это до города неблизкий, а до Чёрного озера – рукой подать. Или до Зелёного, оно ниже по склону и там сейчас полгорода собралось. Ладно, поведу сама. Главное, хоть кого из взрослых позвать. Эльдар-то нам не поможет.

Все трое мрачно переглянулись. Они уже привыкли полагаться на старшего товарища, и оказаться в передряге без его поддержки, да ещё из-за посторонних детей, было тревожно. Но кроме них, разобраться с этим было некому.

Парни кивнули подруге и вплавь двинулись к центру озера. Их вели глаза Игоря, видящие нужную ему дорогу во множестве путей и вероятностей. Следуя за искрами пути, он нырнул и с некоторым трудом открыл глаза под водой, впервые пожалев, что его сила так завязана именно на зрение. Он не знал, помешали бы ей очки для плаванья так же, как мешали обычные, но очков у него в любом случае с собой не было. Оставалось только терпеть.

Антон под водой был практически слеп, но мог различить белую фигуру в чёрных плавках, быстро двигающуюся по невидимому пути. Сам он спокойно следовал за другом. Озеро было неглубоким, даже если школьники где-то зацепились за коряги или чудом закопались в дно, Игорь их найдёт и дело с концом. Ещё попросят никому не рассказывать, чтобы родители не наказали.

Он усмехнулся, про себя вспоминая собственное детство, но тут случилось непонятное. Белая фигура Гоши куда-то исчезла, а в следующую секунду самого Антона дёрнуло и потащило в сторону, туда, где должно было быть дно озера. Он замахал руками и ногами, стараясь выплыть, но течение – откуда в Глубоком течения?! – было сильнее, и быстро тащило парня за собой. Осознав бесполезность своих попыток, он повернулся по течению, в меру сил высматривая друга. Тот болтался впереди, даже не пытаясь выбраться из потока. Антона это немного успокоило: если Игорь плывёт туда, значит, так нужно. Что его не успокаивало, так это нарастающее жжение в груди. Воздух заканчивался. Кто знает, сколько ещё течение будет их нести и на сколько хватит его лёгких, а Эльдаровской регенерацией никто из них не владел. С другой стороны, если детей унесло этим же путём, а они ещё живы, то…

Прежде чем он успел додумать эту мысль, отвлекая себя от нестерпимого желания вдохнуть, чья-то рука дёрнула его вверх. Антон резко вынырнул и впечатался макушкой в острые камни.

– А, чёрт! – он вслепую потёр голову, не переставая жадно глотать воздух. – Гош, ты тут?

– Oui, – отозвался знакомый голос. – Ты меня видишь?

– Я себя не вижу. Мы где вообще?

Ответа не последовало. Ни один не знал, где именно внутри Чёрного хребта они оказались и как отсюда выбраться. От одной мысли об этом кровь стыла в жилах, и Антон помотал головой, отбрасывая тревогу. Сейчас они могли только следовать за течением и надеяться, что оно выведет их к детям, а потом сила Гоши поможет им найти путь на поверхность.

– Ну что, поплыли дальше? – предложил он. – Чем быстрее разберёмся, тем лучше.

Рука Игоря нашла его, и вместе парни нырнули обратно. Подземная река текла где-то внутри гор под неясными углами и в непонятных направлениях, под таким давлением, какое Антон представлял разве что в океанах. Он знал, что под Чёрным озером бьют подземные родники, но никогда не задумывался, куда они ведут. Если вспоминать всё то, что они уже знали о шахте и охраняющем её горном массиве, думать об этом не хотелось вовсе. С этим течением всё было ещё хуже. Оно было новым, оно было очень сильным, оно затягивало в себя людей, пусть даже по глупости последних. Что бы ни было на другом конце этого течения, ничем хорошим это не грозило.

Ещё один резкий толчок – и он потерял руку Гоши, а в чёрном водовороте различить друга было уже невозможно. Антон вскрикнул, потерял драгоценный воздух, и плотно сжал губы, сдерживая распирающий глотку выдох. Стук сердца в ушах перекрикивал даже шум воды, а чёрная пелена перед глазами казалась последним, что он когда-либо увидит. Он перестал понимать, темнота ли это горных проходов или помутнение его сознания. Впереди забрезжил едва различимый свет. «Ну вот и всё, – подумал Антон. – Экий вы, сударь, простофиля…»

И снова ударился головой, на этот раз – о массу воды. Течение резко прекратилось, его закружило в водовороте и вытолкнуло куда-то вверх. Вдохнув полной грудью, он протёр глаза и подслеповато огляделся, высматривая Гошу. Тот выплыл неподалёку и растерянно крутил головой.

– Mon Dieu… – пробормотал он.

Глаза горели, и Игорь готов был поклясться, что сейчас они жутко красные. Он не рисковал надолго зажмуриться даже в сильном потоке течения, боясь потерять золотую нить пути. Эта нить привела их в подземную пещеру с ещё одним озером. Его окружали отвесные скалы, сходящиеся к отверстию наверху, так далеко, что выбраться через него можно было и не мечтать. Через отверстие в пещеру проникал солнечный свет, окрашивающий каменные стены тёплыми оттенками заката. Выбираться было некуда – вокруг только острые камни, – и течение заканчивалось здесь. Вспоминая силу этого потока, Игорь невольно задумался, не выльется ли через него всё Глубокое озеро.

– Куда дальше, Гош? – услышал он голос Антона. Вопрос был более чем уместный.

Игорь поморгал и мысленно призвал способности. Ему нужна была дорога к пропавшим на озере детям. Если он пытался найти дорогу к их трупам, сила не отвечала, а значит, трупами они ещё не стали. Но вот и дорога к ним живым никак не находилась. Как бы Игорь ни вертел головой, глаза не могли высмотреть золотые искры, всегда указывающие верный путь.

Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул. В груди поднималась паника. Сила ещё никогда его не подводила, и сейчас был худший момент, чтобы начать это делать. Они оба уже устали, надвигалась ночь, да ещё и Антон был ранен: Игорь увидел, как друг ощупывает голову и озадаченно смотрит на покрасневшую ладонь. Сполоснув кровь в озёрной воде, он поймал взгляд Игоря и отмахнулся:

– Ерунда, о камни поцарапался. До свадьбы заживёт. Лучше скажи, куда нам плыть дальше.

– Я не знаю… – прошептал Игорь одними губами. Сказать об этом вслух он бы не решился никогда.

Они были заперты в огромном саркофаге глубоко в горах. Даже если Римма и дети доберутся до взрослых на Зелёном озере, там уже ночь настанет. А взрослые обычно нерасторопные, пока соберут поисковый отряд, пока будут искать снаряжение... К этому времени они с Антоном, и так выдохшиеся после целого дня заплывов, окончательно потеряют силы. На отполированные водой стены не заберёшься, камней для отдыха тут тоже нет – останется только лежать на воде, пока не пойдёшь ко дну от усталости и не сгинешь в каменном гробу.

Игорь поёжился, невольно дёргая ногами в воде, словно проверяя, что они ещё двигаются. В голову полезли мысли об отце, о maman, оставшейся далеко во Франции, об Эльдаре, который наверняка изведётся от невозможности самому броситься на поиски детей. Или в этот раз шахта сделает для него исключение?

Нет, нельзя так думать. Нельзя позволять себе об этом думать. Он – Провожатый, его сила – указывать правильный путь. И если путь привёл его сюда, значит, так было нужно. Как-то они выберутся. Он просто ещё не увидел, как именно.

В воде расплывались красные следы. Кровь капала с волос Антона и кругами расходилась по озеру. Под алыми разводами и голубой толщей воды виднелось коричневое мягкое дно. Ил шевелился от тока воды, словно был живой сам по себе и принюхивался к людям, так некстати нарушившим его спокойствие. Бурые водоросли вытягивались и касались растворяющихся в воде частичек крови, а между ними сверкали видимые одному только Игорю золотые искры. Путь вёл вниз, в толщу ила.

Не успел он как следует об этом задуматься, дно водоёма пришло в движение. Ил пополз вниз, словно кто-то всасывал его как морскую капусту из салата, за ним вместе с массой воды потянуло и парней. Игорь едва успел набрать полную грудь воздуха, как озеро сомкнулось у них над головой. В вихре коричневатых водорослей и мутной воды он едва замечал золотые искры, всегда парящие где-то рядом. Эти искры вселяли надежду, что они всё ещё идут правильным путём и, возможно, даже смогут найти дорогу обратно. Искры летели вниз, и ребята вслед за ними шлёпнулись на следующий уровень пещеры. Масса ила, выплюнув людей, сомкнулась у них над головой, перекрывая единственный источник света. Наверху зашумела вода, и с водорослей закапало, наполняя пещеру звуками дождя.

– Антон? – тихо позвал Игорь, настороженно оглядываясь.

Он видел золотые искры пути, но они только мешали глазам привыкнуть к непроглядной тьме. Воды было по колено, а под этой водой было что-то округлое, скользкое и упругое, словно они упали в бассейн с резиновыми мячиками. Вокруг хлюпало, капало и шлёпало, и от обилия этих мерзких звуков волосы вставали дыбом.

– Тут я, – отозвался друг, и Игорь наконец-то заметил его светящееся в темноте тело. – Мне показалось, или нас как в сортире смыло?

– Мне тоже показалось, – пробормотал он, пытаясь встать и поскальзываясь на упругих камушках. – Merde!

– Это уж точно. Где мы вообще? Ни зги не видать… Ау!!!

Игорь бросился на него в запоздалой попытке заткнуть, но на крик Антона вдруг отозвались два детских голоса. Парни тут же побежали на звук, скользя, падая и царапаясь о встречающиеся на пути острые скалы.

Двое хныкающих четырёхклашек, прижавшись друг к другу, забились в угол пещеры. Завидев старших, они вытерли слёзы и подползли ближе. Когда дети уже обняли его за ноги, Игорь смог их осмотреть. Переломов не было, но ссадин и царапин на ребятах было предостаточно, и он невольно вспомнил кровь в воде за секунду до того, как их «смысло в сортир». Желудок сжался от нехорошего предчувствия.

– А где взрослые? – спросил один из четырёхклашек. – Как ты нас вытащишь отсюда один?

Антон, до того тихо стоящий за спиной друга, недовольно цыкнул. Он снова вспомнил про свою пассивную способность. Чтобы дети его заметили, надо было сосредоточиться и показаться им.

– Нас тут вообще-то двое, – он помахал рукой, привлекая к себе внимание. – Но да, Гош, как ты нас отсюда выведешь? И почему тут воняет, как на свалке рыбного рынка?

Воздух действительно наполнился тяжёлым рыбным запахом со сладковатыми нотками тухлятины. Теперь желудки сжались у всех.

– Гош, – Антон подёргал друга за плечо. – Я, конечно, не вижу, от чего так несёт, но жопа чует, что нам надо сваливать отсюда, и побыстрее! Где там дорога?

Игорь только отмахнулся. Его зрение постепенно привыкало к темноте, и он мог различить стекающую по скалам слизь, гниющие вокруг остатки внутренностей, белые линии костей и те самые круглые шарики, которые устилали водоём. Опустившись на колени, он аккуратно взял один из шариков в руку и поднёс к глазам.

– Я, конечно, не biologiste, но это выглядит как… caviar.

– Икра? – это слово Антон понял даже без перевода. – Такая огромная?

Он не видел Гошиного лица, но мог представить себе его выражение. Если икра такого размера – то какая же должна быть вылупившаяся из неё рыба?! Ужаснувшись представленному, он подтащил детишек ближе к себе. Если Гоша будет прокладывать путь, то он должен защищать пацанов или хотя бы прятать их от чего бы то ни было.

– Гош, скажи мне, что ты знаешь, как нам отсюда выбраться, – прошипел он, и Игорь медленно кивнул.

Золотые искры действительно указывали ему дорогу, но как-то странно. Обычно путь начинался от него самого, что было довольно логично даже для магической способности. Сейчас же первые искры пути сверкали в нескольких метрах от того места, где спрятались дети. Игорь метался между двумя вариантами – оставаться на месте и выжидать, либо броситься туда, где начинался путь к спасению. Однако, пока он взвешивал возможности, далёкие искры погасли. Игорь ошалело заморгал, надеясь, что это лишь временная помеха и скоро путь появится снова, но время шло, а он оставался в темноте неизвестности. "Merde" – , сплюнул он одними губами, понимая, что придётся добираться вслепую, но так и не тронулся с места. Сила не скрыла бы путь просто так. Он должен был оставаться на месте, несмотря на тормошащего его за плечо Антона и ноющих детей за спиной.

– Пока стоим здесь, – вполголоса обратился он к другу. – Я видел путь, но сейчас его нет.

– И что теперь? – прошипел очкарик, ещё крепче прижимая к себе детей. Игорь пожал плечами.

Ответом им стала нестерпимая вонь, волной затопившая всё помещение. Кислород вытеснило удушающим смрадом, склизкий и плотный воздух давил к земле и вынуждал задерживать дыхание. Эхом по пещере прокатились шлепки, хлюпы и скрежет чешуи, в какофонии звуков подбирающиеся всё ближе. Игорь в ужасе попятился, упираясь в грудь Антона и наощупь хватаясь за его ногу.

Тот схватил детей, зажимая им рты. С глубоким выдохом он отпустил свою силу. Она позволяла ему и всем, кто его касался, словно бы исчезнуть. Оставаться видимыми и слышимыми, но при этом быть совершенно не замечаемыми. Именно это им и было нужно: спрятаться во тьме так, чтобы чужой взгляд прошёл по ним как по очередным камням, чтобы таящиеся во тьме гор не обратили на них внимания. Вот только он никогда не пробовал силу сразу на четырёх людях. Раньше прятать приходилось только Гошу и Римму, сейчас же под его крылом были взрослый лоб и два школьника, которые с лихвой компенсировали малые размеры своей вертлявостью. Прижав детей ещё крепче к бокам, Антон тихонько на них шикнул.

Это не должно было стать проблемой благодаря его силе. Но звуки всё же ненадолго прервались, а затем изменили направление. Теперь они отчётливо приближались, и все четверо засеменили назад, упираясь в скользкую скалу. Крохи света, которые всё же пробивались через ил, затмились чем-то огромным, тёмным и отвратительно смердящим. С шорохом и чавканьем оно повернулось. В воздухе отразилась слизь и жемчужинки икринок, сверкнул золотистый обруч, окаймляющий круг такой блестящей темноты, что по сравнению с ним всё остальное казалось серым и тусклым. Огромный глаз стеклянным взглядом скользнул по всем укромным уголкам пещеры, и бурое тело повернулось, загораживая остатки света. Что-то большое и плоское заскребло по стенам, и опустилось прямо на ребят, заливая их слизью. Плавник постучал Антону и Гоше по головам и потащился во тьму, за остальной гигантской тушей. Желудки свело знакомой судорогой, но подступающую рвоту пришлось давить усилием воли: они не могли привлекать к себе внимание.

Игорь медленно оторвал одну руку от ноги друга, убирая с глаз слои слизи. О том, чего он касается, лучше было даже не задумываться, иначе его точно вывернет наизнанку. Он пару раз моргнул, с трудом разделяя слипшиеся ресницы, и снова позвал путь. Тот отозвался, и долгожданные золотые искры появились под ногами, как и должно быть. Но, стоило Игорю отпустить Антона, они тут же пропадали. Намёк был довольно прозрачным.

– Идём ensemble, – прошептал Игорь прямо в ухо другу. – Я буду вас вести.

– Ну ансамблем, так ансамблем, – нервно хмыкнул Антон и наклонился к детям: – Вы двое, держите меня за руки, и чтобы ни звука, поняли?

Парнишки молча вцепились в него, а Игорь аккуратно взял друга за плечо. Дорогу видел только он один, и дорога предстояла не из лёгких.

– Что это такое было? – дрожащим шёпотом спросил один из мальчиков, медленно следуя за Игорем посреди разбросанной икры и требухи. Парни переглянулись.

– Карп, – нашёлся Антон. – Это был очень большой карп. Он заснул, и мы должны вести себя очень тихо, чтобы не разбудить его.

– Таких больших карпов не бывает, – попытался возразить другой, но его быстро одёрнули за руку.

Золотистая дорога вела их в дальний угол пещеры, туда, откуда пришлёпала рыбина. Опасаясь встретить её сородичей, Игорь аккуратно заглянул внутрь, но не увидел ни других огромных карпов, ни ожидаемой темноты.

Всё, от пола до потолка, было усеяно сверкающими шариками икринок, налепленными на столбы из слизи. Они многократно отражали те крупицы света, что ещё остались в пещере, и от такого внезапно сильного освещения хотелось зажмуриться. Игорь прикрыл глаза рукой, пытаясь высмотреть в искажённых круглых отражениях золотой песок своих видений. Он сверкал где-то внутри икринок, уходя всё дальше в глубь коридора. К горлу снова подкатила тошнота. С каждым разом справляться с ней было всё сложнее.

– Только не говори, что нам туда, – простонал Антон из-за плеча. – Я не вижу, что это такое, но меня от одного запаха сейчас вырвет. Мы же будем пахнуть как тухлый тунец! А знаешь, что ещё пахнет как тухлый тунец?

Игорь подавил желание треснуть друга по лбу и вместо этого толкнул его в желейную массу. Эти трое хотя бы могли закрыть глаза и отрешиться от стекающей по коже слизи и холодных прикосновений икринок, а вот Игорю приходилось всё это ещё и рассматривать. Он не отрывал глаз от изгибающейся золотой дороги, аккуратно отодвигая с пути склизкие гроздья и прислушиваясь, не хлюпает ли где-нибудь ещё одна рыба.

– Mais qu'est-ce que c'est? Каrп? Сеrьёзно? – прошептал он с нервной ухмылкой. Антон за спиной тоже хмыкнул.

– А что мне было сказать? – таким же шёпотом ответил он. – "Извините, дети, у нас тут очередная неведомая хтонь, которая нас сожрёт и не подавится"? Мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое… Блин, я на рыбу больше смотреть не смогу нормально.

Покрытые слизью с головы до ног, они скользили вдоль рыбьей кладки. Игорь почти бежал, вынуждая остальных поторапливаться вслед за ним. Его гнало вперёд потерянное чувство времени. Казалось, они провели в подводных лабиринтах несколько часов, и солнце уже давно село. Вылезти в горный лес посреди ночи в одних плавках было сродни самоубийству, тем более с двумя детьми на руках. Нет, чем быстрее они покинут это проклятое место, тем лучше.

– Смотрите, рыбки! – воскликнул один из школьников, и парни подпрыгнули.

– Кому говорил: ни звука! – зашипел на них Антон, а Игорь посмотрел в указанную сторону.

Под ногами действительно мелькали крохотные рыбки. Серебристые, скользкие и немного милые, они только-только вылупились из икринок и, ведомые инстинктом, прыгали в им одним ведомом направлении. В том же направлении вела и дорога, и Игорь уже начинал догадываться, что им предстоит.

– Так много рыбок, – прошептал второй парнишка, обходя чешуйчатый ручей из рыбёшек. – Куда они прыгают?

– Туда же, куда и мы, – пробормотал Игорь, следуя вперёд.

По мере того, как они шли по коридорам, икры на стенах становилось всё меньше. Отражённый прозрачными шариками свет уже почти не освещал дорогу, но продолжал играть на чешуйках маленьких рыб. Для Игоря это выглядело особенно забавно: наряду с золотым путём у него перед глазами под ногами сверкала живая серебряная дорога, переливающаяся и шуршащая чешуей. Рыбки прыгали всё быстрее, собираясь в целую речку, и подталкивали ребят вперёд, к ещё одному подземному озерцу.

– Я не буду туда нырять, – отрезал Антон. – Даже не проси.

– Это один путь наrужу, – Игорь присел у озера, с трудом удерживая равновесие. Рвущиеся в воду рыбки толкались об его щиколотки, и ноги скользили на гладких камнях. – Нужно идти туда.

– А мы там не задохнёмся?

Дети отпустили руки Антона и, похоже, успокоились, отвлечённые красивыми рыбками. Набрав полные ладони трепыхающихся мальков, они начали бросать их в озеро. Рыбы тут же уплывали куда-то вглубь, куда вели и золотые искры правильного пути.

– Туда идёт доrога, – коротко ответил он, и Антон обречённо вздохнул.

– Наверное, здесь начинается один из родников, которые питают Чёрное озеро, – предположил он. – Хотя рыба не похожа на тамошнюю…

Пещера внезапно содрогнулась. Мальки волной хлынули в озеро, сбивая Игоря с ног. По сводам пронеслось заглушённое слизью чавканье, и Антон запоздало сообразил, что остальные больше его не касались, а значит, были очень заметны для окружающих. Огромная рыба знала, что они здесь, и причмокивающие хлюпы приближались с неимоверной скоростью.

– Так, дети, делаем глубокий вдох и не дышим, – Антон спрыгнул в озеро, схватил одного из малышей и толкнул другого в сторону Игоря: – Гош, показывай дорогу!

Тот кивнул и, прижав к себе второго мальчика, нырнул в полное рыбы озерцо. Среди серебристых спинок и мерцающих в темноте плавничков золотой путь резко выделялся, но в нём не было особой нужды: он вёл туда же, куда плыл и косяк рыбок, ведомый мощным течением. Игорь помогал себе ногами: они должны были выплыть как можно быстрее, пока дети ещё могли задерживать дыхание. Обгоняя рыбок, он по мере сил маневрировал в потоках воды, следя за нужным путём. Течение толкало их вперёд, рассекая горный массив, вокруг теснились рыбки, и Гоша невольно задавался вопросом, насколько большой этот проход. Оставалось надеяться, что они собрали на себя достаточно слизи, чтобы не застрять.

На развилке, расположенной вопреки законам физики, течение дёрнуло их вправо, вместе с рыбами. Игорь посмотрел вниз: Антон со вторым мальчиком уцепились за его ногу, чтобы не отстать. Их должно было нести вместе с мигрирующими рыбами, так показывал путь. Но лёгкие уже начинали гореть, да и парнишка в руках Игоря нервно дёргался. Стряхнув руку Антона, он быстрее заработал ногами.

В расщелине впереди забрезжил скудный свет, и Игорь толкнул мальчика перед собой. Протиснувшись в не очень-то широкую трещину, он окинул быстрым взглядом подводное пространство вокруг. Его окружала чистая вода, в которой сновали уже знакомые рыбки. На их чешуе играл тёплый свет закатного солнца, пронизывающий воду до самого дна. Золотые искры растворились в волнах. Дорога закончилась.

Он подал руку второму мальчику и подтолкнул его к поверхности, а затем вытащил Антона. Рыбки толкались вокруг, одна из них как будто зацепилась за резинку его плавок. Игорь вслепую потянулся за спину, отталкиваясь от дна, но плавки резко дёрнулись, и его потащило куда-то назад. Он выдохнул от неожиданности, поднимая в воде тучу мелких пузырьков, и забарахтался, пытаясь извернуться и избавиться от того, что тянуло его к поверхности. Но поднятая пена мешала ориентироваться, а ткань плавок была слишком непослушной, чтобы так легко распутаться, и парня задницей вперёд выдернуло на воздух.

С трудом вернув равновесие и таки вынырнув, Игорь услышал раскатистый смех собравшихся на озере рыбаков. Теперь, протерев глаза и отдышавшись, он мог спокойно снять с плавок зацепившийся крючок и посмотреть на того, кто его «выловил».

– Вот так удача, – захохотал его отец. – А ты не хотел со мной на рыбалку идти!

Мужики вокруг заржали ещё громче. Игорь выдавил усмешку и осмотрелся в поисках пропавших детей и Антона. Мальчишки ещё плыли к берегу, а вот Антон был совсем рядом.

– Это мы что, на Зелёное попали, что ли? – вполголоса спросил он, прищуриваясь.

Игорь кивнул. Его больше интересовали дети, которые тоже как раз подобрались к причалам и уже махали своим отцам. Игорь подтянулся к причалу, на котором сидел его отец, и помог подняться Антону. Только сейчас, растянувшись на нагретом дереве, парни поняли, как же они устали.

– Надо Римке дать знать, – выдохнул Антон. – И очки мои у неё…

– А она не здесь? – спросил Игорь у отца. – Пrошло так много вrемени…

Тот пожал плечами и снова забросил удочку.

– Да не то чтобы много, ещё солнце не село. И рыба клюёт! А Риммы тут не было, нет. Я думал, вы на Глубокое собрались?

– Longue histoire.

– Очень длинная, да. Но мне тоже казалось, что прошло куда больше времени, – вздохнул Антон, подслеповато щурясь на почти зашедшее солнце. – Римка же сюда собиралась.

И правда, вскоре из леса показались стройно марширующие дети во главе с Риммой. Мальчишки несли собственные вещи и вещи троицы, а девочки шли за блондинкой, не произнося ни единого звука. Острый взгляд девушки просканировал местность и сразу заметил знакомых ребят и мальчишек, уже бойко что-то рассказывающих отцам. Успокоившись, она отправила детей к друзьям и родителям, а сама подошла к отцу Игоря, вежливо поздоровавшись.

– Не ожидала, что вы окажетесь тут раньше нас.

– Nous aussi, – хмыкнул Игорь, всё-таки поднимаясь на локтях.

Его взгляд привлекло ведро около отцовского стула. Внутри лежали знакомые серебристые рыбки, и парень невольно содрогнулся. Он вспомнил огромную рыбищу, глаз которой ещё будет сниться ему в кошмарах, и множество её детишек, через трещину наводняющих Зелёное озеро. Подняв голову, он поймал внимательный взгляд Антона. Друг наконец-то надел очки и теперь так же пристально рассматривал рыбок.

– Ты думаешь о том же, о чём и я? – тихо спросил он.

Игорь кивнул и быстрым движением ноги опрокинул ведро. Рыбки посыпались обратно в озеро, и их тут же окружили сородичи.

– Игорёш, ты чего делаешь?! – возмутился отец, но перед ним возникла Римма.

– Успокойтесь! – приказала она. – Здесь нельзя ловить рыбу. Я правильно говорю? – повернулась она к друзьям.

Те кивнули.

– Обойди остальных рыбаков и скажи, чтобы всю рыбу выкинули. И шли отсюда. Кто знает, что будет, если её сожрать…

– Я на rыбу даже смотrеть не могу, – вздохнул Игорь, с отвращением обнюхивая свои руки. – Воняет.

– Даже на лосося твоего любимого? – улыбнулся отец, собирая удочки.

Вмешательство Риммы, как всегда, сработало идеально, и теперь он был уверен, что ни за что не станет ловить на Зелёном рыбу. Вот только другие уже уехали в город с наловленной рыбой. Могла повториться история с паразитарной эпидемией, из-за которой пришлось устроить пожар в одной из штолен, а потом поджечь больницу. Всей троице во главе с Эльдаром пришлось тогда неплохо попотеть, и повторять такую авантюру им совсем не хотелось.

Игорь с Антоном общались взглядами, и каждый понимал, о чём думает другой. Руки и ноги отчаянно ныли, глаза горели, в волосах ещё оставалась слизь, и от них, несмотря на долгие купания, несло как от рыбной помойки. Парни, не сговариваясь, перевели взгляд на кишащее рыбой озеро. Там, внизу, ещё оставались сотни икринок и откладывающая их рыба-мать, размеры которой внушали ужас. Но это были проблемы завтрашнего дня. Первого дня строжайшей безрыбной диеты.