Рыцарское право

РЫЦАРСКОЕ ПРАВО

(Рыцарская удача – 3)

Пролог

Ярослав Хорфагер, правитель Великого Литовско-Новгородского королевства нынешний ужин совместил не столько с насыщением бренного тела, сколько устроил совещание с обсуждением последних событий. Потому что вокруг него восседали только любимые и самые доверенные лица. Всего четыре особи за одним столом. Да и слуги маячили лишь в конце огромного зала, не имея возможности даже подслушать, о чём идёт речь. Между сотрапезниками и велась неспешная беседа, грамотно направляемая Ярославом в нужное ему русло. Ну разве что порой взметалась волна небольшого спора, когда кто-нибудь пытался повышенным тоном доказать именно свою правоту.

Но в таком случае достаточно было негромко кашлянуть её величеству Руслане Хорфагер и вновь за столом воцарялось чинное благолепие и присущая высшим вельможам деликатность. Опять-таки, первый наследник престола уже которую неделю отсутствовал в столице, а ведь только он, со своей прямотой и безапелляционностью мог пошуметь в присутствие матери. Да и отца тоже часто оспаривал. Особенно когда отбрасывал всякую щепетильность в отношении провинившихся чиновников, высших аристократов и даже министров. Тонкости и щекотливости моментов старший принц никогда не признавал, рубил правду-матку, невзирая на лица и обстоятельства.

Заканчивалось обсуждение важнейшего дела: оставить на месте герцога Изенгари, главу иностранного ведомства ещё какое-то время, или уже сразу арестовать, допросить, и казнить по всей строгости закона? Герцог являлся троюродным братом короля, но подобное родство ещё никого не спасало, как и его предшественника сравнительно недавно. Но если раньше Изенгари ещё как-то укладывался в рамки сносного поведения и некоей заботы о государстве, то в свете последних событий его действия уже можно было смело классифицировать как предательство интересов своего государства.

Именно на этом и делал главное ударение в своём заявлении маршал Лещук, глава ведомства Тайного Погляда:

- Ладно бы только приворовывал из служебных средств и нагло брал взятки от каждого встречного, поперечного, так этот продажный хорёк решил сам стать подстилкой для монголо-татар и всё королевство бросить к их ногам. И это просто счастье, что рыцарь Шестопёр сумел сохранить ценнейшие письма предателям, от которых просматриваются связи прямо к Изенгари. Доказательств его вины уже достаточно! Настаиваю: брать их всех немедленно и уже через несколько дней провести показательные казни!

И для усиления своего требования маршал Лещук ещё и кулаком по столу ударил, опрокидывая рядом стоящий кубок. Правда тут же спохватился и виновато глянул на строго смотрящую Руслану Хорфагер, пытаясь оправдаться, бормоча еле слышно:

- Ну сколько можно терпеть этого напыщенного индюка и обнаглевшего предателя?..

Ему тут же стал возражать граф Жулин. Главный казначей. Министр финансов. И тоже друг бурной юности его величества Ярослава и всех присутствующих. Вернее он не возражал и не спорил, а просто ставил в известность:

- Никак не получится с арестом ранее, чем через двое суток. Мы ещё не успели взять под полный контроль все накопления, счета и вложения, как кучки высокопоставленных предателей, так и самого Изенгари с его кликой. А это, знаете ли…

- Всё отдадут! – опять вспылил глава Тайного Погляда. – Когда им ногти рвать начнут и кишки на шею наматывать!

- Фи! Не забывайтесь, маршал! – взгляд королевы заледенел. – Вы не в казарме!

Но теперь, вместо извинений, Лещук неожиданно, с ностальгией улыбнулся. Как ни странно, но его в этом поддержали весёлым хмыканьем, как сам король, так и главный казначей. Ярослава вначале сердито нахмурилась, не понимая такого отношения к её величеству, но потом и сама вспомнила эпизод из бурной молодости, как раз и связанный с выражением «Вы не в казарме!» Тогда они все вчетвером скрывались от наёмных убийц, лихо отсекая наседающую погоню и выпуская своими рапирами кишки особо настойчивым преследователям. Страшно тогда было. Крайне опасно. Но как же весело и беззаботно! В какой-то мере…

Поморщив свой совершенный носик, королева и сама еле сдержалась от смешка, но таки продолжила тему:

- И всё-таки? – при этом требовательно глядела на графа Жулина.

- Вот когда с тебя станут требовать деньги на всё хорошее, - он с раздражением зыркал на главу тайного ведомства, - нужное и ненужное, - при этом он незаметно покосился на их величества, - тогда и будешь устраивать спешку, арестовывая кого попало и как попало. А вокруг этого серпентария предателей такие средства крутятся, что смертельный грех упустить хотя бы одну тысячу. Причём речь идёт о несравненно больших суммах. На порядки!

В его округлившихся глазах словно бы стало просматриваться золотое мерцание с многочисленными нолями. Куда и подевалась его обычная сонливость и полнейшее безразличие к окружающему пространству. За своё святое дело, он готов был и с кулаками броситься на кого угодно. Даже сейчас уже приподнял ладонь, намереваясь грохнуть по столу, как недавно это сделал Лещук. Но лишь аккуратно поправил кубок, наполненный вином. Но этого хватило, чтобы его величество обеспокоился:

- Ладно, ладно, не буянь!.. Двое суток можно и подождать… Может ещё какие ниточки в этом заговоре выследим?.. Кстати! О наградах отличившимся. Это ведь получается, что опять надо награждать рыцаря Шестопёра? Благодаря ему и казни зрелищные будут, и казна пополнится… Какие будут предложения?

- О каких поощрениях речь? – возмутился маршал. – Этот коновал порубал в капусту нескольких полезных свидетелей, десяток крайне ценных заговорщиков, доверенных послов от тех же монголов, да и самого Соляка без особого смысла заставил зарезать. И всё только из-за неоправданных переживаний о своей ненаглядной ведьме, которой ничего страшного и не грозило. Мы бы всё равно перехватили транспорт с ней и освободили бы. Вы бы видели, какое кровавое месиво он устроил на главном подворье этого несчастного маршала Соляка!.. Страшно было даже со стороны ворот туда заглядывать!

- Страшно? – не поверил король, переходя на ехидный тон. – Главе Тайного Погляда? Главному нашему придумщику экзотических казней? Хе!

Тогда как королева, непроизвольно покусав нижнюю губку, встала на защиту молодого рыцаря:

- Он был в своём праве! И его дама была в опасности! Какие при этом могут быть колебания или сомнения? И осудить его геройские поступки могут только завистники или откровенные враги! – и мило улыбнулась, явно придумав нечто интригующее: - И мы наградить его просто обязаны! Иначе наши подданные нас не поймут! Поэтому предлагаю Шестопёра возвести в полноценные бароны и передать ему в собственность тот самый замок подлого маршала Соляка. Залил его кровью? Вот пусть и сам озадачивается очисткой своей новой обители!

И горделиво задрала подбородок, ожидая восхвалений в адрес своего ума и неземной мудрости. Ну и на супруга глянула с высокомерием. Мол, какая я молодец, что так ловко всё придумала!

Но Ярослав Хорфагер не спешил восторгаться своей любимой. Потому что прекрасно помнил последние события. Тогда он имел неосторожность полюбоваться ведьмой из русского княжества и высказать несколько похвал в адрес ей чудной красоты. И королева об этом узнала, после чего приложила все усилия, чтоб как можно быстрей удалить гипотетическую соперницу из замка в частности и из столицы вообще. Возможно, что именно такие вот излишние перемещения и позволили монголам выследить опасную ведьму а потом и схватить её.

Правда сейчас молодая девушка стала законной женой рыцаря Шестопёра и проживала с ним в граде Вищин. Но дом они арендовали, не зная при этом особых забот. Тогда как получив во владение целый замок, молодая хозяйка надолго и с головой погрязнет в хозяйственных заботах. И дальше этот замок от Слуцка. И сам король скорей забудет о смазливом личике. И никто ничего не поймёт. Если не включать логику…

Его величество логику включил и, хоть согласно кивнул на слова жены, незаметно для неё подмигнул главному казначею. А тому и так хотелось высказаться со всей своей финансовой ненавистью к молодым да ранним выскочкам:

- Баронство?! Ещё и замок в придачу?! Да у нас очередь до самой границы вьётся из людей более достойных и более заслуженных! При этом эти люди ещё и готовы сделать внушительные взносы в казну только за титул. А уж за огромный комплекс крепостных сооружений, да с несколькими весями вокруг?!.. Да они с себя за это последние, вонючие портки снимут!

- Граф! Прекратите портить мне аппетит! – зафыркала Руслана. Хотя она и так уже давно насытилась и просто ковырялась в десерте, только пробуя маленькие кусочки. И тут же добавила в тон угрозу: – И вообще! Вы что, против моей королевской воли решили пойти?

- Ну как можно, ваше величество?! – вроде как испугался казначей, хотя на самом деле ёрничал. – Ваше слово для меня – закон! Просьба – приказ! Пожелание – смысл жизни! Но!.. Моя должность мне не позволяет щедро разбрасываться ценнейшими ресурсами вашего королевства. В противном случае вы же сами меня потом и осудите, как казна опустеет до дна. И меня же отправите на эшафот!

- Да это и сейчас не поздно сделать! – капризно надула губки Руслана.

- Но тогда я хоть умру со спокойной совестью, что всё сделал для нашего Великого государства. А ваши наследники меня поймут. Поймут и простят. И памятник мне поставят… посмертно!

Скорбно, тяжело вздохнул… и рассмеялся вместе со всеми. А тут и неожиданное событие прервало обсуждение судьбы рыцаря Шестопёра. Или наоборот? Направило эту судьбу в другую сторону?

Потому что к столу осторожно приблизился главный распорядитель замка, после кивка его величества, осмелившийся огласить причину своего вмешательство в трапезу первых лиц государства:

- Ваши величества! Только что прибыли из Варяжского царства личный представитель Харольда Святоча, вольный барон Клим Шабалин и наш полномочный представитель при тамошнем посольстве, маркиз Николай Рендин. Со срочными, архиважными новостями. Просят немедленной аудиенции.

Переглянувшись с супругой, Хорфагер благосклонно кивнул:

- Раз дела не терпят отлагательств, пусть представители войдут!

И уже через минуту, с грохотом доспехов и с лязгом шпор, в зал вошла, чеканя шаг два рыцаря. Латы на них красовались не боевые, скорее походные, шлем на сгибе левого локтя, из оружия только личные кинжалы на поясе, да несколько явных защитных артефактов. Хоть сбруя их и блестела, только что протёртая и умасленная, видно было, что оба рыцаря проделали дальни и нелёгкий путь. Потому что запах конского пота так и шёл от них волнами особенного амбре. Но разве смутит подобное недоразумение отчаянных воинов и крайне поспешающих дипломатов?

Вот и прибывшие посыльные не смущались. После положенных в таких случаях приветствий, они сразу перешли к делу:

- Римская империя, официально не объявляя нам войну, - вещал барон Шабалин, - вторглась войсками на земли нашего царства со стороны Валахии. В пограничном сражении они наголову разбили сборную армию молдавских князей и теперь закрепляются на захваченном плацдарме дунайского левобережья. Причём действуют крайне жестоко, уничтожая под корень гражданское население не только городков и весей, но и крестьян и даже детей. Наш царь объявил всеобщую мобилизацию и начал собирать под свои знамёна всех желающих наёмников. Да и рыцари со всего царства подтягиваются к нашим южным рубежам. Но этого явно недостаточно, чтобы отогнать армию завоевателей. Поэтому его величество Харольд Святоч просит содействия у своего коронованного собрата. Вот его личное писмо по этому вопросу!

И барон через распорядителя передал трубочку свитка, с гербовыми печатями Ярославу Хорфагеру. Но тот не спешил с чтением, как и с раскрытием свитка. Зато не удержался от уточняющих вопросов:

- Вот так вот просто? Без всякого официального предлога начали войну?

- Предлог-то они озвучили, - скривился барон. – По словам представителя из Рима, проводится акция возмездия в адрес молдавских князей. Мол, слишком они надоели всем со своими разбойничьими вылазками на суверенные земли Римской империи.

- А вылазки в самом деле имели место?

- Так это же граница! – качнул плечами рыцарь. – Там толком вообще с наведением порядка сложно. Но осмелюсь заверить ваше величество, что со стороны Валахии бандитские рейды совершались в троекратно большем количестве.

- Ну… допустим. И что теперь, мой царственный собрат не может справиться с несколькими легионами облачённых в сандалии римлян?

Издавна было принято считать легионеров заведомо слабыми воинами, не идущими ни в какое сравнение с экипированными в сплошные латы рыцарями. Несмотря на огромные пространства империи, издевательски утверждалось, что она ведёт завоевание земель только давя противника людской массой и затаптывая его деревянными сандалиями. Свято верилось в центральной Европе, что десяток одоспешенных рыцарей легко разгонит целую когорту голоногих римлян.

Похоже, что и барону Шабалину стало стыдно за своё царство. Потому что он замялся, забегал глазами и стали опасно краснеть. Ему на помощь тут же пришёл маркиз Николай Рендин:

- Ваше величество, хочу акцентировать ваше внимание на нескольких важных аспектах нынешнего противостояния. Скорей всего вы это сами прочитаете в письме, но я добавлю информацию от себя?..

Получив благосклонный кивок, представитель продолжил:

- Дело в том, что римляне не просто ввели свои войска в огромном количестве. И не в том, что речь идёт сразу о шести полноценных легионах. Главная беда в том, что за ними подтягивается настоящая туча чернокожих воинов, которых ведут из самых глубин африканского континента. И все негры сопровождаются буквально нереальным количеством чёрных власнечей, которые сводят на нет любые магические атаки против своих соплеменников. И это ещё не всё! За этими чёрными воинами идут толпы их соплеменников, женщины с детьми, старики, увечные и даже больные. Они гонят тысячными отарами и стадами скот, везут за собой убогие кибитки, тянут на себе своё не менее убогое имущество. И, как удалось узнать во время предварительных допросов, римская империя приготовила всей Европе страшную напасть: они пообещали своим союзникам в Африке расселить на наших землях всех желающих чернокожих.

- Как это?! – с гневом воскликнула королева. – Именно на наших землях?!

- Простите, ваше величество! – склонил голову маркиз. – Я лишь передаю те слова, которые услышал при допросах крайне редких пленников. Ну и наслушался панических воплей молдаван, которые сумели сбежать с поля боя целыми. Они просто жуткие истории рассказывают о противнике, пугают людоедскими замашками африканцев, и нагоняют жути повествованием о силах чёрных власнечей. Так что моё мнение однозначно: война римлянами начата не только против Варяжского царства, но и против Великого Литовско-Новгородского королевства.

После таких слов, все в угрюмом молчании провели несколько минут. Все нынешние неприятности с заговорами и предателями казались теперь мизерными и ничего не стоящими. И как бороться с подступающей угрозой? Кого звать на помощь и кого привлекать в союзники? Поможет ли королевству империя бриттов? Отзовутся ли на призыв русские княжества на востоке? И надо ли немедленно собирать армию, выдвигая её на помощь Варяжскому царству? Всё-таки здравый смысл подсказывал, что лучше начинать военные действия вдали от своих границ и на чужой территории.

Да и кого послать немедленно на самый передний край событий? Кого выдвинуть, в так называемую разведку боем? Кого не жалко? Или самых лучших? Вечная, неразрешимая дилемма любого, искренне переживающего, ответственного за свой народ правителя.