Рыцарь для мага!

Тишину в башне Бориса разорвал душераздирающий вопль. Не крик атакованного орка и не предсмертный хрип монстра — нет, это был чистый, беспримесный, магический рев. Вернее, рев мага.

— ВОООООРКИИИИН!

Маленький красный бес, только что материализовавшийся в центре зала с виноватым видом, махнул пустыми руками, вздрогнул и попытался сделать вид, что его здесь нет.

— Где? — прогремел Борис, сжимая свой посох так, что костяшки побелели. — Где вся мана, которую я копил три месяца? Вся! До последней искры! Я чувствую пустоту!

Воркин нервно облизнулся.

— Ну, босс… Видишь ли… Годовая конференция бесов… «Адское казино»… Ну, там были карты… кости… Азарт, понимаешь? Не удержался!

— Ты ПРОИГРАЛ мою ману в покер?! — голос Бориса достиг такой высоты, что на полках зазвенели склянки. — Ты проиграл силы, которых хватило бы, чтобы стереть с лица земли целое королевство, каким-то рогатым шулерам?!

— Не шулерам! — возмутился Воркин. — Это были очень уважаемые архидьяволы! Правитель Красной Бездны лично сдавал! Это большая честь — проиграть в такой компании! А ману… ману мы вернём! Я знаю, как стать ещё сильнее!

Борис тяжело дышал, представляя, как его драгоценная сила, собранная ценой таких усилий, уходит в карманы какого-то толстого беса с сигарой. Он был почти пуст. Сейчас он мог колдовать разве что «Файерболлы» размером с горошину и, может быть, «Левитацию» для собственных носков.

— Говори, — проскрипел он. — И это должен быть гениальный план.

— Орк! — выпалил Воркин. — Мы же хотели его завалить? Так вот сейчас самый момент! Пока ты слаб! Нужно восстановить ману! Очень много маны!

— И как? — подозрительно спросил Борис. — Ты же сам говорил, что нужно ударить чистой силой.

— Деревня, — прошипел бес, понизив голос. — Целая деревня. Одна хорошая, старая добрая резня — и твои резервы будут ломиться! Я уже присмотрел. Деревушка «Тихое Пристанище». Как раз по пути нашего орка. Сначала перебьем крестьян, да что там, через час ты сам сможешь колдовать простенькие заклинания. А когда орк устанет, прибей - и он вернет то, что всосал.

— Всосал?

— Ты же бил его файерболлами? Он ману и съел. Как победишь — вернет. Но сначала крестьяне.

Борис почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Деревня? Целая? Но это… е-мое… — Борис вспомнил, что вообще-то надо убивать людей, чтоб оставаться магократом. Не важно, магов или пьяниц. Людей. Хоть Борис и был уже поехавшим, но начинать каждый раз было страшновато.

— Статисты! — перебил его Воркин. — Просто статисты на твоём пути к величию! И свалим всё на орка! Все подумают, что это он! Гениально же? Если вообще волнует, что все подумают.

Борис замолчал. Всего год назад он бы с ужасом отшатнулся от такой идеи. Но сейчас… сейчас он был магократом. Полноценным. Он уже переступил через многое. Люди в той деревне, они были для него не людьми. Они были помехой. Топливом. Единицами измерения силы.

— Ладно, — хрипло согласился маг. — Делай.

Телепортация заняла мгновение. Они оказались на окраине уютной, пахнущей дымом и хлебом деревушки. За ту секунду что они были в пути, часть маны восстановилась. Не сильно, но на одно уничтожение хватит. Борис, всё ещё ощущая зияющую пустоту внутри, поднял посох для первого заклинания массового поражения. Но ничего не произошло. Заклинание споткнулось о какую-то невидимую преграду. Немного маны восстановилось, сжечь бы хватило.

— В чём дело? — удивился Борис.

Воркин, сидя у него на плече, присмотрелся к ближайшему дому. Над дверью висел маленький деревянный амулет с резным символом.

— Охренеть… Защитные амулеты. У всех. Старая, добрая народная магия. От сглаза, от порчи… и, как выяснилось, от слабых магов с проигранной маной. Твои заклинания тут будут как горох об стену. Придётся по старинке. Вручную.

Борис сглотнул. «Вручную» звучало куда хуже. Но пофиг. Он дождался ночи, когда деревня погрузилась в сон, и пошёл по тёмным улицам, чувствуя себя абсолютным подлецом. И от того маг хихикал. Вот так из мага он сделался простым убийцей. Борис больше не видел в этих людях людей — лишь препятствия, досадную помеху на пути к его силе. Представив себя супер-асасином, вошёл в первый же дом…

— Сука, блять.

Борис остановился. Внутри уже пахло смертью. Тела двух пожилых людей лежали на полу. Их не закололи и не застрелили — они были разорваны, будто медведем.

— Двадцать семь ударов ножом — присвистнул Воркин.

— Что за… — начал Борис, но его взгляд упал на фигуру в углу.

Она стояла, прислонившись к притолоке, и вытирала о платок длинный, изогнутый клинок. Это была девушка. И она была… копией его Тиффани-Тани. Точнее, даже не копией, а улучшенной, идеальной версией. Те же длинные ноги, тот же соблазнительный изгиб губ, но в глазах — не наивная глупость, а холодная, хищная ярость. И её одежда — не розовый плюш, а практичная, обтягивающая кожаная форма убийцы поверх деревенского платья. Словно хорька превратили в супер-сексуальную красотку.

Огонек.

В глазах Бориса блеснул огонек. Он понял, ЧТО он именно искал в женщинах. Этот самый огонек. Не внешность, не силу, огонек. Без капли магии. Просто огонек. Маг так и смотрел, незнакомка заговорила.

— Эй, красавчик, — хрипло сказала она, заметив его. — Тоже на шабаш пожаловал? Опоздал. Я уже всё прибрала.

Борис не мог отвести от неё глаз. Это была та самая мечта — красивая, смертоносная и явно не обременённая моралью. Его бывшая в её лучшей, безумной версии.

В этот момент дверь с треском распахнулась. На пороге стоял здоровенный качок с мечом, в потрёпанной солдатской униформе. Его лицо было искажено яростью.

— Где он? Где этот проклятый маг, который нас убивает?! — кричал он. — Кристаллы не врут!

Девушка мгновенно среагировала. Она метнулась к Борису, оттолкнула его в тёмный чулан и прикрыла собой.

— Тише, дурак! — прошипела она. — Он не маг! Он мой! Ищи другого! Мы тут..

Солдат замер, смотря на неё, на клинок в её руке, на тела на полу.

— Чьих рук дело?

— Монстра — не сомневаясь ответила красотка. — Пока мы подоспели, их уже порешили.

— Но тогда где…

Издалека донёсся рёв. Знакомый, ненавистный рёв. Орка.

— А вот и главное блюдо! — прошептал Воркин, появившись на секунду у Бориса в поле зрения и подмигнув. — Я его приманил! Развлекайтесь!

— Вот бля! Орк! Ну точно, магию всю сожрал! — Завопил качок.

Борис не понимал стремительность происходящего. Солдат, услышав рев, выругался и бросился прочь на звук. В доме остались только Борис и таинственная незнакомка.

Она обернулась к нему. Глаза её блестели в темноте.

— Ну что, милый? Остались одни. Пока этот болван с зелёным мясом разбирается, может, скрасим ожидание?

— Эээ, расскажи немного о себе — проговорил Борис от ужаса, но желание никуда не делось.

— Я могу громко стонать, и никогда не бужу мужчину по утрам.

Девушка прижалась к нему. От неё пахло кровью, потом и дорогим, дурманящим парфюмом. Борис не сопротивлялся. Ощущение опасности, всеобщего безумия, дикой резни за стенами действовало на них обоих как сильнейший афродизиак. Это был не секс, это было животное, яростное утверждение жизни на фоне смерти. Убийца даже заставила Бориса возлежать на трупах, набросив на них матрац. Как ни странно, от этого магия восстановилась очень быстро. А может потому, что орк там на фоне бесчинствовал.

Когда всё закончилось, Борис, запыхавшийся, смотрел на неё. Вот что понял маг: она была такой же, как он. Ненормальной. Готовой на всё ради острых ощущений и силы.

— Кто ты? — выдохнул он.

— Меня зовут Иви, — сказала она, лениво потягиваясь. — Профессиональная ищейка… и по совместительству, искательница приключений. Эта деревня наняла меня разобраться с их «проклятьем». — Она презрительно фыркнула. — Скучно было бы просто убивать статистов, поэтому я решила устроить небольшой перформанс.

В этот момент в комнате с хлопком появился Воркин. Он с интересом оглядел разгром и раздетых людишек.

— Ну наконец-то! — провозгласил он. — Босс, я тебя поздравляю! Ты нашёл её! Своего рыцаря!

Борис и Иви переглянулись.

— Рыцаря? — удивилась она. — А ты милый, бесенок. К сожалению, я простолюдинка. Не знатная. Или может, секс с магом делает меня рыцарем?

— Делает? — Переспросил Борис.

— Ну да! — бес задрал нос. — К тому же ты же сильная, безумная, аморальная и любишь порезать кого попало! Ты идеально подходишь на роль личного охранника и боевого пса для нашего магократа! А ты, босс, наконец-то встретил женщину своей мечты! Ту, что не скучнее мебели!

Иви заинтересованно посмотрела на Бориса.

— Магократ? Ты и правда магократ? А я думала, просто симпатичный маньяк.

— Настоящий магократ, — с гордостью поправил Борис.

Её глаза загорелись.

— Правда? Я обожаю магократов! Это же круто! Власть, сила, никаких дурацких правил! Всегда хотела продать свою задницу… служить магократу.

— Вот видишь! — обрадовался Воркин. — Идеальная пара! Ну так что? Присягнешь ему? Станешь его мечом и щитом? А главное — будешь рубить всех, кто ему не нравится!

Он достал откуда-то из складок пространства одну-единственную перчатку — из чёрной кожи, с стальной пластиной на тыльной стороне. Рыцарскую перчатку. Борис узнал — это же перчатка рыцаря что служил владелице его посоха.

Иви, не раздумывая, с восторгом выхватила её и, даже не одеваясь, торжественно опустилась на одно колено перед Борисом. При этом она посмеивалась, так же как Борис, переступая порог.

— Клянусь быть твоим клинком, господин! — провозгласила девушка, и в её голосе звучала неподдельная, дикая радость. — Клянусь рубить, калечить и убивать всех, на кого ты укажешь! Нахер всех убью! Блять, как же я счастлива! Клянусь… э-э-э… защищать твою башню и твоих девок! Ну, в общем, ты понял!

Борис с лёгким шоком принимал её присягу. Это было даже лучше, чем он мог представить.

Внезапно снаружи стихли крики и звуки борьбы. Воркин прислушался.

— О! Кажется, наш зелёный друг управился с солдатом и со всеми остальными. Мана восстановилась! Скажи спасибо орку.

— Орку?

— Правда, неважно, кто убил жителей — главное, что они мертвы. Магократия, она такая, демократичная в вопросах насилия.

Иви мгновенно вскочила на ноги, натягивая штаны и хватая свой клинок.

— Орк? Я его ещё не добила! Не уймётся, пока не прикончу! Это моя работа! Никакой магии босс!

Она выскочила на улицу. Борис и Воркин последовали за ней.

Орк, весь в крови и ранах, но всё ещё яростный, стоял среди тел. Увидев Иви, он проревел и бросился на неё.

Борис уже собирался что-то колдовать, но его новая рыцарша действовала быстрее. Ивине стала с ним биться в лоб. Она использовала его ярость против него самого. Уворачиваясь от его ударов, девушка заманила его на хлипкий мост через ручей, перепрыгнула, а когда он ринулся за ней, перерубила опоры моста одним точным ударом. Орк с глухим рёвом рухнул вниз, на острые колья, которые деревенские жители вбили на дно ручья… на всякий случай. Рёв оборвался. Орк погрузился на дно реки.

Иви, вся перепачканная, но торжествующая, повернулась к Борису.

— Всё, босс! Враг повержен!

Борис смотрел на неё с настоящим восхищением. Она была идеальна. Сильная, умная, беспринципная и абсолютно преданная ему. Лучший союзник, о котором он мог мечтать. Даже в юности смотря мультики, Борис не мог выдумать себе более идеального слуги.

— Отлично, — сказал он. — Возвращаемся домой.

Они телепортировались обратно в башню. Иви с восторгом оглядывала его владения.

— Круто! А где конюшня, где шмотки скидывать? Где арсенал?

— Ты станешь жить в свое комнате. Конюшня ни к чему.

— Пиздец! — Просияла Иви — Я ж теперь богатая! О, а это кто? — она указала на трёх спутниц, которые смотрели на новую гостью с лёгкой ревностью.

— Это… мои слуги, — сказал Борис.

— А, понятно. Не трогаю. А это кто? — она ткнула пальцем в Воркина. — Ты нас так и не представил.

— Это Воркин. Мой… советник.

— Привет, рыцарюшка! — просипел бес. — Сработаемся.

— Привет, рогатый! Еще раз. — Ивипрыгала как девчонка — Мое, все мое — она обнимала перины и целовала занавески в своей комнате и громко разлила ночной горшок.

— Вот обед. — Борис кивнул в сторону подноса.

— Благодарствую босс — Иви схватила еду — захочу, и на кровати есть стану! Можно босс?

— Вот это круто — засмеялся Воркин. — Давай игру, кто громче пернет?

Борис смотрел на эту безумную, но идеально сложившуюся картину. Он потерял ману, но приобрёл нечто большее. Настоящего союзника. Своего рыцаря.

Магократия продолжалась. И теперь — с новым, острым и очень опасным клинком.