С Днем Морской пехоты!

77-я Отдельная гвардейская Краснознаменная Ордена Ленина, Суворова 2-й степени, Московско-Черниговская бригада Морской пехоты. Каспийск. Как сейчас помню, сентябрь это был. Суббота. Ребята, в том числе и мой друг Диман, только-только вернулись с БТГ. Командировка была в опасные края и длилась шесть месяцев. В общем, решили мы встречу начать отмечать прямо в части, чтобы по окончании служебного дня продолжить уже в Махачкале.

А надо сказать, что Дима служил в 8-ом отделе нашего батальона и занимался защитой гостайны. Служба там сложная, муторная. Связанная с большим количеством бумаги, заполнять которую требуется очень и очень аккуратно.

В момент описываемых событий в казарме нашего батальона шел ремонт. Но, по уже сложившейся доброй традиции отечественного строительного бизнеса, закончить его к нашему приезду подрядчик, разумеется, не успел. Так что те, кто уже вернулись из командировки, и я в том числе, жили в палатках. Красота. Несмотря на то, что на дворе уже середина сентября - лето и жара в самом разгаре. А наши палатки фактически раскинулись на пляжу. До роскошного уреза каспийского прибоя - считанные метры. Так что утренняя зарядка и неизбежная «треха» заканчивались заплывом и душем.

А вот секретчикам и ЗГТшникам повезло меньше. Они в тот момент сидели в восьмом отделе штаба бригады. Там грустно. Пляжа нет, зато кругом старшие офицеры. И жара, от которой только кондиционер и спасает. Но вот наступает долгожданная суббота. До окончания служебного дня часа полтора. Не больше. Я, весь из себя такой красивый, с роскошным пакетом, в котором покоится изящная бутылка с великолепным произведением Дербентского коньячного комбината, прохожу в штаб бригады. Привычно козыряю посту №1 и стремительно взлетаю на третий этаж. Где попадаю в поле зрения гвардии полковника Кравцова.

- Здравия желаю, товарищ гвардии полковник! - бодро рапортую я.

Я не секретчик. И заходить туда, куда я планирую сейчас попасть, - за массивную железную дверь восьмого отдела, - не имею абсолютно никакого права. Так что по большому счету делать мне здесь нечего. Поэтому я резко сбавляю шаг. Но как только товарищ полковник пропадает за дверью своего кабинета, стремительно ускоряюсь. Жму на кнопку звонка. «Фишка», выставленная заранее, моментально открывает дверь. Я в нее влетаю. Дверь за мной захлопывается. Все. Я, что называется, «в домике». Попасть сюда не может никто. Исключение составляет три человека - командир бригады, начальник ее штаба и ее же особист.

- Ну, давай, доставай, открывай, показывай, - наперебой говорят мне Костя и Диман. Но я не тороплюсь. Обстоятельно и не спеша извлекаю из пакета и демонстрирую им Каспий. Нет. Не так. КАСПИЙ. Коньяк выдержанный, высшего качества. Или, проще говоря, «КВВК». Насыщенный, со сложным ароматом и мягким, но очень гармоничным вкусом. А как он пьется! Немаловажно отметить, что в нашем случае подделка исключена полностью, т.к. бутылка эта взята мной лично практически в цеху, где бутылки закупориваются и фасуются в ящики.

Мы немного спорим о качествах и вкусах коньяка. Затем откупориваем бутылку. Разливаем ее по рюмкам, которые уже помыты заботливыми матросскими руками и нетерпеливо дожидаются своего часа. Чокаемся. Улыбаемся. Поздравляем друг друга с благополучным возвращением и опрокидываем в себя божественнейший нектар. Ароматная и тягучая жидкость неспешно доходит до желудка. По телу распространяется тепло. Оно дарит такое долгожданное расслабление, приятную негу, а во рту формируется ни с чем несравнимое ванильно-шоколадное послевкусие... И в этот самый момент... да-да-да именно так... раздается оглушительно-резкий стук в дверь.

Если бы в тот момент за окном грянул гром, на плацу начал стрелять наш артиллерийский дивизион или неожиданно прогремел взрыв, то они бы не произвели такого моментального эффекта, как вот этот вот самый стук.

Только сейчас. Спустя долгих 17-ти лет, которые пролетели так быстро, я понимаю: товарищ гвардии полковник Кравцов тоже был молодым. И наверняка тоже нарушал беспорядки. Поэтому на территорию 8-го отдела он решил ворваться в тот самый момент, когда следы преступления, что называется, витали в воздухе, как витал в тот самый момент в воздухе кабинета начальника 8-го отдела бригады, аромат роскошного коньяку.

Ругаться товарищ гвардии полковник не стал. Влетев и поорав для порядку, он решил отдать нас на растерзание заместителю командира бригады по службе войск, легендарному гвардии подполковнику Ильгизу Рифовичу Имашеву.

- Рифович! - кричал начальник штаба, покидая 8-ой отдел. - У тебя по соседству мичмана коньяк хлещут! А ты ни сном, ни духом!!!

Кабинет Ильгиза Рифовича на самом деле располагался по соседству с тем, в котором находились мы. Рифович не торопясь, покидает свой кабинет. Перешагивает границу, обозначенную той самой массивной железной дверью, которая по случаю стремительной атаки начальника штаба, оказывается в настоящий момент распахнутой настежь. Безошибочно находит виновника безобразия и, упираясь в меня своими пронзительными глазами, говорит:

- Че замер? Наливай! День танкиста завтра!

К чему я это вспомнил? По счастливому совпадению завтра тоже праздник. Завтра - День Морской пехоты...

А кто такой Ильгиз Рифович, можно прочитать вот здесь http://old.redstar.ru/2011/08/24_08/3_01.html от себя скажу - настоящий Морпех. И при этом героический танкист. Орденоносец. И очень хороший человек. Вот с такими людьми сводила меня служба, а улыбающаяся судьба даже позволяла пить с ними коньяк...