С.И.Н.Т.Е.Т.И.К - 3

Еще два раза я останавливался и смазывал раны. Первую ночь, провел, спрятавшись под плотным лапником раскидистой ели. Как только забрезжил рассвет, вылез, и слегка размяв замерзшее тело, двинулся дальше. Подкреплялся прямо на ходу не забывая посматривать вокруг. Вдруг, почувствовал, что вышел из земли силы, даже остановился и недоуменно заозирался. Контраст ощущался явственно и я не понимал свои эмоции. С одной стороны, с меня словно спала какая-то пелена и многое стал видеть по-другому, а сжимающий тело обруч, вмиг потерял силу и наконец, смог вдохнуть полной грудью, насыщая легкие долгожданным воздухом. Но в то же время, от меня словно ушло нечто такое, что оставляло след сожаления. Нет, это не была грусть от расставания с Фунтом и Оглинкой, это было другое. Будто я потерял важное или точнее не нашел того, что казалось таким близким. Даже вокруг многое изменилось, словно по щелчку невидимых пальцев. Стало гораздо теплее, природа заметно посерела и все приобрело какой-то оттенок простоты и не такой полноты, как несколько минут назад. Я словно сделал шаг в другой мир, не настолько насыщенный и четкий, но в котором было больше цвета и какой-то внутренней близости. В рыхлом снеге идти стало тяжелее. Все чаще и чаще встречающиеся прогалины, еще не расползались под ногами весенней грязью, хотя ее дыхание по мере моего движения, витало в воздухе сильнее и сильнее. Опасность я почувствовал за миг до того, как она появилась. Не сказать, что и раньше не ощущал тревогу, но сейчас угроза прям хлестнула по внутренностям, вынудив спрятаться за ближайшее дерево и замереть. Увиденное заставило улыбнуться, отметив, что не делал этого очень долгое время. Две тучные женщины и один суховатый мужичонка, вышли недалеко от меня и я удивился, что не заметил их раньше. Это минимум казалось странным зрелищем. Толстые тетки шли то и дело, проваливаясь в снег. Было видно как им тяжело и они, неуклюже переваливаясь, продвинулись еще немного и остановились, явно намереваясь заночевать именно здесь. Женщины не спеша утоптали место и принялись срезать с ближайших елей ветки и устилать землю под ногами. Мужичишка, ловко распаковал внушительных размеров баул и начал доставать оттуда всевозможные приспособления. Здесь были скрутки, которые он тут же раскатал поверх лаптежника. Тарелки, кастрюли и прочая утварь громко звякая друг о друга и разнося звук далеко вокруг, появились из бездонного мешка. Я затаился, рассматривая первых встреченных за последнее время людей, из привычного для меня в прошлом мира. Тревожное чувство внутри улеглось, но все-таки не до конца и это было странно. Какую опасность могут представлять данные люди? Никакую! Я еще немного постоял, прислушиваясь к внутреннему голосу, посмотрел по сторонам и вышел из-за дерева. Заметили меня не сразу, выдал хруст снега под ногами, хотя старался идти как можно тише.

Реакция людей так же удивила. Никто не испугался, я бы даже сказал, обрадовались появлению незнакомца. Женщины, подбоченясь замерли и рассматривали пока шел, а мужичишка, лишь взглянул в мою сторону и снова принялся обустройством места.

- Здравствуйте! – первым поздоровался я и остановился, ожидая дальнейшей реакции.

- Здорово, коль не шутишь, - по-прежнему, не прерывая своего занятия и не обращая на меня внимания, промолвил мужчина. Он перевернул баул, встряхнул его и убедившись, что там больше ничего нет, отбросил в сторону и наконец, посмотрел на меня более пристально. Затем перевел взгляд с одной женщины на другую и когда они синхронно кивнули, тут же расплылся в широкой улыбке.

- Проходи добрый человек и помоги нам расположиться на ночь. Мы с удовольствием разделим с тобой все, что у нас есть, а ты расскажешь кто, откуда и куда держишь путь?

Я улыбнулся в ответ и обойдя стороной ближайшую из теток, не сводящую с меня взгляда, принялся помогать закреплять плотную ткань, которая должна была послужить пологом во временной конструкции.

Моя подозрительность отступила на второй план, но какое -то смутное беспокойство, все-таки роилось где-то внутри. Я списал это на события последних дней и постарался расслабиться, особенно в тот момент, когда небольшой костер разгорелся и тепло потихоньку стало заполнять уютную палатку.

- А вы не боитесь, что можете привлечь незваных гостей? - спросил я, кивнув на огонь и висящий над ним котелок, в котором варились куски мяса с какими-то травами и кореньями.

Мужичок как-то обреченно взмахнул рукой и пробуя на вкус варево алюминиевой ложкой, сказал:

- Чему быть, того не миновать. Но как видишь, мы до сих пор живы.

Он улыбнулся и я увидел желтые осколки зубов, вид которых вызвал во мне неприятные чувства.

Странно, но женщины в разговоре не участвовали, они лишь кивали или покачивали головами, в зависимости от того, в какое русло заходила беседа.

- И что же, ты говоришь, что идешь с той стороны? – кивнул мужичок туда, откуда я показался несколько часов назад.

- Да, - нехотя подтвердил я, уже не первый раз отвечая на заданный вопрос.

- Но, как мы слышали, именно там находиться не то слияние земель, не то миров, - хитро прищурившись, сказал мужичок и словно подтверждая свои выводы, добавил: - Помните бабаньки, нам об этом рассказывал один путник. При этих словах, женщины закивали головами, соглашаясь со словами своего разговорчивого партнера, а мне почему-то показалась странной, спрятавшаяся в складках небольшой бородки, неприятная улыбочка говорившего. Наконец, я смог вклинить свой вопрос в возникшую паузу в непрекращающемся славословии разговорчивого типа.

Выдохни Свит, - сказал сам себе. Сидишь будто пень и зачем-то подозреваешь этих безобидных людей. Что они тебе сделают? Даже если очень захотят, то вряд ли у них получится. Ну, например, могут зарезать спящего, - взглянул на лежащие тесаки в ногах у женщин. А смысл?

Я немного забылся, разговаривая сам с собой, и не сразу услышал вопрос, который судя по удивленному выражению лица, мужичок задавал уже не первый раз:

- А что ты там делал?

Немного поколебался, не желая говорить правду, и ответил нейтрально:

- Я исследую пути, ищу поселения прошлого и пытаюсь понять, насколько распространяются наши земли.

- И как же далеко ты заходил? – заинтересованно спросил собеседник, а лица женщин от костра, повернулись ко мне и уставились неприятными бликами черно-рыжего отблеска.

- Я не углублялся в место, из которого пришел, там намного холоднее, чем здесь, а у меня как видите, для этого не очень подходит одежда. В основном, мои исследования находятся в области города Арисарх.

- Ого! – брови мужика поднялись вверх. – А в сам-то город ты заходил?

- Заходил, - кивнул я, - но не так далеко, сдавал, что приносил и уходил, а один раз даже заночевал.

- И как? – подался вперед собеседник и я слегка отпрянул от странного проявления эмоций.

- Да ничего такого, обычный ночлег в сарае, чтобы ночь не застала в лесу и обратный путь в свою деревню засветло.

- А каково это, спать в месте, где не надо бояться и думать о безопасности?

Какие странные вопросы? - подумал я, а вслух сказал:

- Ну, насчет безопасности еще неизвестно. Иногда в лесу может быть спокойнее, чем в городе, особенно если это его окраина.

- Эх, парень, если бы ты знал, как хочется порой ни о чем не думая, вот так запросто лечь спать и не бояться, что ты можешь стать чьей то едой в эту ночь.

- А почему вы не пойдете и не попробуете там обустроиться? - спросил я. – По моим расчетам, туда не больше двух дней пути.

- Так-то оно так, - почесал затылок мужичишка и мне послышалось сожаление в голосе.

Я перевел взгляд на его спутниц и увидел затаенную боль в глазах женщин. Как бы оно не было, но люди, разделявшие со мной ночлег, все-таки странные. Опасные вряд ли, но странные, точно.

Тот я, которым был до событий в земле силы, наверное, лег бы спокойно спать, доверившись чудаковатым спутникам. Но другой я, которым стал теперь, все-таки сомневался и решил лечь снаружи. Когда это поняли попутчики, они тотчас начали меня уговаривать остаться внутри. Точнее, уговаривал один мужичок, а женщины только махали руками и всем своим видом показывали, что места хватит. Толстухи, знаками убеждали, как мне будет удобно, а они совсем не помешают, ведь гостю выделят самое широкое место. Дядька попробовал пошутить на тему, что никто из них не храпит, но я хоть и не без колебаний, но все-таки не изменил своего решения и пригнувшись, вышел наружу. Он тут же выполз за мной и еще раз попробовал настоять на своем.

- Пойми мил человек, у этих женщин и так жизнь не сахар, а ты обижаешь их отказом. Всем, кого встречаем в наших странствиях, обязательно выделяем лучшее место, это закон гостеприимства, который свято чтим. Возможно поэтому, небо благоволит к нам и мы до сих пор еще живы.

Я снова заколебался, уж больно жалобный вид был у говорившего и доводы его казались правильными. Но что-то удержало меня и мужичок, насупившись и пожелав спокойной ночи, залез обратно. Он тут же показался снова и протянул мне два свернутых куска ткани.

- На, под голову положишь и накроешься, - недовольно буркнул он и скрылся внутри самодельного шатра.

От такого участия я совершенно сконфузился и чуть было не полез обратно. Вдруг услышал, а может мне показалось что-то и решил обойти маленький лагерь и посмотреть все ли в порядке. Ничего странного не заметил и не почувствовал, а когда вернулся, свет от костра почти погас и залезать внутрь и беспокоить людей, было уже как-то неудобно. Я примостился у дерева, поплотнее закутавшись в теплую ткань и положил под голову самодельную подушку. Если от еды я отказался, то предложенный напиток из душистых трав пил с удовольствием. И вот теперь, вспоминая обжигающую ладони кружку, почувствовал, что проваливаюсь в навалившийся теплый сон, ощущая, как расслабляется тело и мысли благодарно текут в направлении покоя.

Одурманил сон тебя

- Вставай Свит!

Ты доверился, а зря

- Вставай Свит!

Если быстро не проснешься

- Вставай Свит!

Мигом кровью захлебнешься

- Вставай Свит! Вставай! ВСТА-ВА-АЙ!

Последний окрик, буквально подкинул меня с места. Я вскочил, дико озираясь и поводя мечом из стороны в сторону. Сердце бешено колотилось, а в грудь, пытаясь заглушать рвущиеся наружу удары, словно напихали ваты. Она баюкала и затыкала мощные толчки, чтобы успокоив, ввести в прежнее, безмятежное состояние.

- Трава, которую пил, сильное снотворное и ты должен был это почувствовать. С тех пор как мы с тобой встретились, ты очень изменился и теперь от того мальчишки не осталось и следа, а вот сущность сохранилась почти такой же как и была.

Я крутанулся на месте, пытаясь вырываться из последствий дурманящего напитка, еще до конца не понимая, с кем или с чем разговариваю.

- Фунт, это ты? – наконец выдал первое, что пришло в голову.

Невнятное бормотание и хихиканье было ответом, а потом голос похожий больше на детский, чем на муравьиный, добавил:

- Поправь постель свою будто ты там лежишь, отойди и смотри.

То ли голос был знаком, то ли еще не отошел от сонного чая, но послушался и накидав веток под одеяло, придал вид, будто действительно лежит человек. На автомате подхватил свои вещи и отойдя чуть подальше, присел за деревом, продолжая посматривать по сторонам, не появится ли обладатель невидимого голоса.

Ждать пришлось недолго. Сначала костер, горевший до этого совсем слабо и едва пробивавшийся светом через полог накидки, стал разгораться все сильнее и сильнее. Затем мне послышалось покашливание и голос, который раздавался громче и громче, явно не переживая за то, что его могут услышать. Странные люди, - еще раз подумал я. Ночевать не боятся, о безопасности особо не радеют, как до сих пор живы, не понятно. Прошло минут десять, когда часть палатки откинулась и с легким покряхтыванием, хорошо видимый при разгоревшемся огне, появился сначала мужичок, а за ним две тучные женщины. Они были босиком, волосы у всех распущены и расчесаны, из одежды только исподнее, а в руках, бабы держали все те же тесаки, а мужик, нож. Он перехватил его поудобней, сделал шаг в сторону моей лежанки, но потом вдруг остановился, оглянулся на своих спутниц и громко, не таясь, высморкался себе под ноги. Так же покряхтывая, подошел ближе, снова обернулся и прямо на глазах, они все преобразились, иначе это никак назвать было нельзя. Мужик стал приплясывать на одном месте. Сначала я подумал, что у него замерзли ноги, не мудрено, ведь мороз ночью заметно усилился. Но грузные женщины, до этого стоявшие за его спиной, покорно опустив могучие плечи, вдруг принялись повторять за ним, вначале как-то робко, а потом все сильнее и сильнее, будто входя в некий транс. Они стали мычать в такт своим движениям, которые делались все подвижнее. Сперва, это показалось мне какой-то странной игрой, я бы сказал шуткой. Но по мере того, как темп становился быстрее, а мычание громче, мне вдруг стало не по себе. Волосы у танцующих и мычащих людей взвивались вверх, так как они начали мотать головами, а затем, согнувшись и подняв руки, обняли друг друга за плечи и принялись раскачиваться из стороны в сторону. Мне стало не просто страшно, мне стало жутко наблюдать за всем этим, но прекратить смотреть уже не мог. Это было новое, непонятное проявление человеческих странностей. Конечно, я слышал про сектантов, а однажды, мы даже зачистили место, когда я подвизался наемником в городе. Но то, что сейчас происходило, виделось совсем по-другому. Они не сбивались в кучу и не маскировались под поклонение кому-то или чему-то, здесь шло действие, похожее на обряд и он явно был не мирным и не добрым. Когда пляска стала походить уже на какое-то безумство, мужичок неожиданно вскрикнул, и все мгновенно замерли в тех позах, в которых их застал окрик. Они не шевелились долго, но вдруг одновременно ожили и выпрямились.

Без всякой команды, женщины направились к моей обманной лежанке, замерли на секунды, поджидая идущего к ним мужичка и вдруг резво, всей своей массой, прыгнули мне одна на ноги, а другая на место, где должна была быть голова. Взмахивая своими орудиями, они кромсали то, что находилось под одеялом, а мужичок, повизгивая от удовольствия, втыкал и втыкал нож в середину лежки. Пока моя конструкция не разрушилась, они все продолжали бить и колоть, но вдруг замерли, не понимая, что произошло. Одна тучная баба, первой придя в себя, вскрикнула и замычала, показывая жестами остальным остановиться. Все трое стояли, понуро опустив головы, и как-то виновато посматривали друг на друга. Первым, поежившись и обняв себя за плечи, очнулся мужичок. Он зло сплюнул и громко сказал:

- Ушел сученыш. Ты погляди, как такое вообще возможно?

Неожиданно он поднял голову, посмотрел по сторонам, а затем его взгляд остановился на дереве, за которым я прятался. Внутри меня все замерло и вдруг догадался, не понял, а именно догадался, что это не люди. Ну не могут быть они людьми. Зачем им такая дикость? Для чего? Чтобы потом меня съесть или что? Я пришел из земли, где мутанты и люди жили бок обок. Там, все казалось более-менее понятным, а здесь, снова приходилось сдавать экзамен жизни и сегодня я его явно не прошел. Неожиданно, словно напоминание, в голове всплыл статус, который дал мне док, - “охотник на людей”. И вот что теперь делать? Убить этих женщин и странного мужичка или пожалеть? А может, вообще лучше убраться по добру по здорову? Легкие тени, отбрасываемые огнем, сидели в палатке и ритмично раскачивались под неразборчивое бормотание. Я пятился задом, пока временное пристанище этих странных людей или чем они были на самом деле, не исчезло. Затем, с облегчением выпрямившись развернулся и сделав шаг, замер. Передо мной, появился легкий силуэт ребенка, и еще не веря в то, что вижу, уже знал ответ. Прищурившись, постарался приглядеться и на секунду, словно помогая в моих потугах, передо мной вспыхнул четкий контур Линь Сянь.