С Рождеством, Винчестеры

- Мы серьезно будем праздновать Рождество? После всего, что случилось?

- А что случилось? - голос Дина звучал, как это часто случалось в последнее время, делано бодро и буднично. Старший Винчестер обошёл вытянутый стол, хранящий воспоминания о тех, кого братья могли назвать бы семьей, и небрежно бросил на столешницу несколько сложенных друг на друга картонных коробок с редкими жирными разводами, размывающими контуры названия пекарни.

- Демоны? Апокалипсис? Мы, - Сэм оборвал себя на полуслове, не в силах закончить до безобразия простую, но горькую мысль: «Мы потеряли почти всех». За громкими словами о невзгодах и судьбе мира он неумело прятал растоптанную веру в чудо и обиду, пронесённую с собой сквозь годы испытаний и разлук – обиду, поселившуюся в душе мальчишки, так и не дождавшегося отца на праздник, но не желал себе в том признаваться.

- Считай, что у демонов тоже Рождество, расслабься, - Дин, перехватив кусок пирога, - пряный, пропитанный ванильной сладость и фруктовой кислинкой, аромат смешался с запахом хвои в затхлом воздухе, - облокотился о спинку стула. Он говорил с набитым ртом, наспех глотал непрожеванный куски и улыбался – делал вид, что душу его, как прежде, волнует приближение праздника.

- Думаешь, они главные поклонники Чака?

- А что Чак? – отмахнулся от непонятой шутки Дин и, обтерев руки о потёртые джинсы, вытащил, волоча по полу, коробку, набитую ворохом старых, - сейчас им дали бы красивое название «ретро», - игрушек и гирлянд. – Не знаю, что они там делают? Зажгут огни под котлами, напьются крови девственниц, напишут письма Сатане.

Сэм коротко усмехнулся удачному каламбуру, оборвал и растёр меж пальцев хвоинку и отошёл к брату, готовый, переступив через себя, поддержать его, точно знавшего, что в аду нет котлов, в желании провести хотя бы один день из жизни нормальных людей.

Нормальных – таким, каким младший Винчестер хотел быть всю жизнь.

- Ты где ёлку купил?

- Купил? – Дин, перебирая игрушки, удивлённо поднял голову. – С ума сошёл? Видел над нами лес? Они там бесплатные.

- И когда ты это сделал? – Сэм, представляя, как брат перевязывает и бережно укладывает в багажник импалы, гружёный оружием, невысокую ель, негромко рассмеялся, перебирая красные и золотистые, щедро усыпанные посаженными на клей чьей-то неумелой рукой блёстки, шары.

- Ночью. Ты же спать пошёл в десять, - шурша гирляндами и пушистой мишурой, Дин выцепил из прочих одну игрушку и покрутил в пропахших елью и пирогом мозолистых руках. Облупившиеся бока златокудрого создания с крыльями за спиной роняли пожелтевшие с годами ошмётки краски, покрывавшие когда-то белую робу, и царапали пальцы; подвязанная к голове его нить выцвела; вид его нагонял смешанное ощущение тоски и злости. – Гляди-ка, Сэмми, они совсем не знают, какими бывают ангелы.

Сэм отвлёкся от спутанной гирлянды с редкими лопнувшими лампочками и присмотрелся к фигурке высшего существа – светлого, в наивном человеческом представлении, и благодушного.

- Ага, они носят бежевые тренчи.

- И записывают порнуху на старые кассеты.