S.T.A.L.K.E.R. Байки из Зоны. Дипломат.

В Зоне хватает странных личностей, но о Дипломате легенды ходят и по сей день. Само имя говорит за него: мужик умел разговорить кого угодно, так что самые горячие головы остывали, а пальцы, сжимавшие оружие, разжимались сами собой. Никакой магии, лишь редкий дар убеждения, помноженный на звериное чутье: где шутку ввернуть, где молчанием прижать, а где и правдой, словно лезвием, по сердцу полоснуть.

Первая громкая история связана со схроном у Тёмной долины. Там банда «Чёрные хвосты» окопалась: грабили одиночек, устраивали засады на тропах, а на блокпостах вымогали артефакты. Долго терпели сталкеры бесчинства, копили злобу, пока, наконец, не решили силой положить этому конец. И тут появился Дипломат.

Явился один, без оружия, одетый в простой черный плащ, словно бродяга. Вошёл прямо в их логово – полуразрушенный склад с зияющими дырами в стенах и ржавыми воротами, скрипящими на ветру. Бандиты от удивления рты разинули:

– Ты кто такой, чтоб сюда лезть? Бесстрашный? – прорычал самый здоровенный, явно за старшего.

– Тот, кто вам жизнь облегчит, – спокойно ответил Дипломат, даже голоса не повысив. – А то смотрю я: вам тут скучно, а сталкерам давно уже не терпится вас на куски порвать.

Завязался разговор, долгий и непростой. Дипломат никого не обвинял, не кричал, не угрожал. Он просто раскладывал всё по полочкам, словно опытный картограф, прокладывающий путь сквозь хаос.

– Вы тут сидите, как крысы в норе. Добыча мелкая, нервы на пределе, каждый день – перестрелка. А сталкеры – они ж не армия, не «Долг». Им бы хабар собрать на базу вернуться, к товарищам своим. Так давайте поступим разумно: вы оставляете тропы в покое, показываете сталкерам новые аномалии, о которых сами знаете, а они вам – процент с добытых артефактов. Не грабёж, а взаимовыгодное сотрудничество.

Бандиты сначала смеялись, крутили пальцем у виска. Но зерно сомнения было посеяно. Они призадумались, переглядываясь между собой. А через три дня уже сидели за одним столом с делегацией от свободных сталкеров, дымили папиросами и хмуро переговаривались. Дипломат разлил из своей походной фляги крепкий самогон по кружкам, поднял свою и произнес:

– Ну, за новую тропу. За тропу без крови.

И, как ни странно, сработало! Полгода в окрестностях Тёмной долины почти не было слышно выстрелов. А «Чёрные хвосты» даже стали чем-то вроде проводников, за определенную плату водили новичков в безопасные районы, указывали на аномалии. Кто бы мог подумать!

Вторая история связана с конфликтом у Янтаря. «Долг» решил зачистить территорию от «Свободы», мотивируя это тем, что «анархисты лишь мешают науке и порядку». Собрали хорошо вооруженный отряд, подтянули бронетехнику, и уже был отдан приказ на штурм. Но тут – опять появился он, Дипломат.

Он заявился прямо на КПП «Долга» в самый разгар подготовки к операции. Командир, майор Громов, у которого от напряжения дергался глаз, аж поперхнулся от возмущения, увидев незваного гостя:

– Ты куда, безумец?! Ты хоть понимаешь, что сейчас тут начнется бойня?!

– А может, и не начнется? – Дипломат спокойно уселся на ящик с боеприпасами, достал пачку старых сигарет, предложил майору. Закурили. – Слушай, Громов. Ты же хочешь порядка? Так порядок – это когда каждый знает свое место и занимается своим делом. У «Свободы» тоже есть право на существование. Они – как ветер, вольные, неуловимые. Попробуй ветер удержать – только пальцы сломаешь. Давай лучше так: они берут на себя разведку, предупреждают о мутантах, указывают аномальные зоны. А ты – обеспечиваешь охрану периметра, защищаешь ученых. И всем будет польза, Громов.

Громов хмурился, сверлил Дипломата взглядом, словно хотел прожечь в нем дыру, но слушал. А Дипломат продолжал гнуть свою линию, убеждая его словами, доводами и какими-то едва уловимыми намеками:

– Ты думаешь, они анархисты? Да половина из них раньше в «Долге» служила. Просто устали от приказов, от строгих правил, от вечной казармы. Дай им интересное дело, а не только ультиматумы и угрозы.

Через сутки за столом переговоров сидели командиры обеих группировок. Дипломат практически не вмешивался в спор, лишь молча кивал головой, когда кто-то уж слишком громко начинал говорить, стараясь своим присутствием сгладить острые углы. А к вечеру было подписано так называемое «Янтарское соглашение»: «Свобода» берет на себя поиск и нейтрализацию опасных участков в окрестностях Янтаря, а «Долг» – обеспечивает защиту ученых, проводящих исследования в лаборатории. И ни одного выстрела, представляете?

Однако самая будоражащая воображение история – это то, как Дипломат сумел остановить настоящую военную операцию, грозившую уничтожить все живое в Зоне.

Дело было так. Командование приняло решение: «Все находящиеся на территории Зоны лица представляют угрозу национальной безопасности и подлежат уничтожению». Собрали внушительный батальон, подтянули бронетехнику, даже вертолёты вызвали для поддержки с воздуха. Генеральный план был прост и циничен: войти на территорию Зоны, выжечь все дотла, а затем уйти, оставив после себя лишь выжженную землю. А кто там живет – сталкеры, мутанты, бандиты, группировки – командование абсолютно не волновало.

Когда весть об этой военной операции дошла до обитателей Зоны, поднялся невообразимый шум и переполох. «Долг» начал спешно готовиться к обороне, «Свобода» рыла окопы в надежде хоть как-то укрыться от огня, бандиты попрятались по своим норам, а сталкеры-одиночки, словно перепуганные зверьки, метались туда-сюда, не зная, куда бежать и прятаться, если вся Зона превратится в одно огромное поле боя.

И снова появился Дипломат. Один. Без оружия. Только старая потёртая папка с какими-то бумагами и старенький диктофон, висевший на боку.

Он прошёл через три армейских блокпоста, не прячась, не скрывая лица. На первом посту его едва не пристрелили, но он лишь улыбнулся в ответ на угрозы:

– Ребята, если вы убьёте меня сейчас, завтра здесь будет настоящий ад. Вы этого хотите?

И солдатам, в глазах которых читалась растерянность и страх, было видно, что они совсем не желают никакой бойни.

На втором блокпосту его тщательно обыскали, но, кроме папки с какими-то схемами и записями, ничего подозрительного не нашли. На третьем – связали руки за спиной и под конвоем повели к командиру военной операции, полковнику Орлову.

– Ну, и что тебе здесь нужно? – Орлов сидел за столом, заваленным картами, рациями и телефонами. Усталый вид выдавал сильное нервное напряжение. – Чего притащился?

– Поговорить, – спокойно ответил Дипломат и без приглашения уселся на стоящий рядом стул. – Вы хотите провести зачистку? А вы хоть представляете себе, что будет после?

Полковник усмехнулся, явно не ожидая услышать подобного вопроса:

– Ты мне лекции читать будешь? У меня тут, понимаешь, операция на носу!

– Нет, никаких лекций. Я просто хочу рассказать вам о том, что вы, вероятно, не учли.

И он начал говорить, четко, по пунктам, словно опытный стратег, просчитывающий все возможные варианты развития событий.

Мутанты. «Вы их не перебьёте всех. Они просто попрячутся по своим норам, пещерам и подземельям. Убьёте одних – придут другие, ещё более опасные и злобные. А те, кого вы раните, станут ещё кровожаднее и агрессивнее».

Сталкеры. «Они знают Зону лучше вас, каждый куст, каждую аномалию. Попробуете их прижать – они уйдут в партизаны. И тогда каждый куст будет стрелять в спину вашим солдатам, каждый шорох будет нести смерть».

Группировки. «Каждая группировка в Зоне изучает что-то важное, каждое сообщество обладает уникальными знаниями. Уничтожив их, вы потеряете драгоценный шанс понять, что на самом деле представляет собой Зона, как она работает. Вы лишите себя возможности найти ответы на самые важные вопросы».

Главное. «Вы думаете, что Зона – это просто опасная территория, кишащая аномалиями и мутантами? Нет, полковник. Зона – это живой организм, сложный, непредсказуемый и очень чувствительный. И если вы попытаетесь его уничтожить, он обязательно ответит. Ответ будет страшным».

Орлов слушал молча, хмурил брови, периодически листал бумаги, которые Дипломат положил перед ним на стол. Там были подробные схемы, тщательно собранные записи, десятки свидетельств очевидцев – все то, что Дипломат собирал по крупицам на протяжении долгих лет, скитаясь по просторам Зоны.

– Откуда у тебя все это? – хрипло спросил полковник, не отрывая взгляда от документов.

– От людей, которых вы привыкли называть «бандитами» и «маргиналами». Но на самом деле они – глаза и уши Зоны. Они знают ее лучше вас, они чувствуют ее настроение, они понимают ее законы.

Дипломат замолчал на несколько секунд, давая полковнику возможность переварить услышанное, а затем добавил:

– Вы хотите защитить Периметр от Зоны. Но если вы уничтожите Зону, то мир сам станет Зоной. Потому что то, что здесь живет, то, что здесь существует, не умирает бесследно. Оно просто меняет форму, трансформируется и проникает всюду.

В палатке повисла звенящая тишина. Только рации трещали помехами, да где-то вдалеке глухо гудел вертолёт.

– И что ты предлагаешь? – наконец спросил Орлов, с трудом оторвав взгляд от документов.

– Договор. Вы оставляете Зону в покое. А мы – берем на себя ответственность за ее контроль. Мы знаем, какие места опасны, где можно работать, а куда лучше не соваться. Мы будем передавать вам собранные данные, делиться информацией. Но без штурмов, без огня, без бессмысленных жертв.

Полковник долго и пристально смотрел на Дипломата, словно пытался заглянуть ему в душу, разгадать его истинные намерения. Потом резко взял телефонную трубку и, коротко и четко, доложил о всем происходящем в штаб. Через несколько минут пришел ответ:

– Операция по зачистке откладывается. До дальнейших распоряжений. Ждите новых инструкций.

Через месяц после этих событий было подписано так называемое «Соглашение о невмешательстве». Военные покинули Зону, оставив лишь небольшие наблюдательные посты по периметру. А Зона… Зона осталась жить своей жизнью. Но теперь – под негласным присмотром тех, кто ее понимал и чувствовал, под присмотром тех, кто научился с ней сосуществовать.

Дипломат не стал героем, которого чествуют на площадях. Он не получил никаких наград, не вошёл в громкие легенды, как, например, Стрелок или легендарный Болотный Доктор. Он просто продолжал свой путь, ходил по Зоне, мирил враждующие стороны, заключал соглашения, объяснял и убеждал.

Говорят, его до сих пор можно встретить у костров, вокруг которых собираются сталкеры. Он обычно сидит молча, слушает разговоры, изредка вставляет какое-то веское слово. А если вдруг кто-то начинает злиться, кричать, размахивать оружием, он просто поднимает ладонь вверх в успокаивающем жесте и тихо произносит:

– Спокойно, друзья. Давайте просто поговорим.

И разговор всегда получается. Потому что Зона, как ни крути, – это не только аномалии и мутанты. Это ещё и люди. А люди, если научиться их слышать, всегда смогут найти общий язык и договориться.