S.T.A.L.K.E.R. Байки из Зоны. Пепел Припяти.

Слушай, браток, расскажу я тебе историю, как я из Припяти едва ноги унёс. И как "друг" мне в этом помог… Чтоб ему земля стекловатой!

Дело было поздней осенью. Зона тогда будто с цепи сорвалась: выбросы шли один за другим, аномалии плясали, мутанты сбивались в стаи, словно на шабаш. Но заказ есть заказ — надо было вытащить из Припяти кейс с документами. Клиент сулил золотые горы, а мне как раз на новый "Винторез" не хватало.

Взял напарника — Колю "Гуся". Старые знакомые ещё до Зоны, вместе в школе штаны протирали. Он клялся и божился, что маршрут знает, как облупленный, что есть у него тайная тропа мимо пятиэтажек прямиком к нужному дому.

— Не бойся, братан, — говорил он, похлопывая меня по плечу. — Всё схвачено, за всё уплачено. Через три часа будем в баре, успех водочкой обмывать.

Я и расслабился, наивный. А зря, ох зря!

Вошли через промзону — там еще кое-как держались переходы между цехами. Воздух стоял тяжёлый, с привкусом металла… Детектор попискивал, но пока в пределах допустимого. Гусь шёл впереди, уверенно сворачивал в дыры в стенах, ловко обходил подозрительные лужицы.

— Ну что, видишь, — ухмылялся он, — как по маслу идём.

К вечеру добрались до окраины Припяти. Город мёртвый лежал перед нами — молчаливый, серый, с пустыми глазницами окон. Ветер гонял пожухлую листву, скрипели ржавые качели на детской площадке, напоминая о былом. Бр-р-р, аж мурашки по коже…

— Тут тише идти надо, — шепнул Гусь. — В этих дворах любят гнездиться слепые псы. Твари злобные.

Мы крались между домами, держа автоматы на изготовку. Тишина давила на уши, словно тяжёлый сапог.

Вдруг Гусь остановился у подъезда пятиэтажки:

— Надо глянуть один схрон. Я его ещё в прошлом месяце заныкал. Там пара артефактов, что радиацию забирают, нам они пригодятся, ой как пригодятся.

У меня сомнения закрались:

— Время поджимает. Может, потом?

— Да пара минут всего! — отмахнулся он. — Не жмись, дело верное.

Зашли внутрь. В подъезде воняло сыростью и плесенью. Гусь полез в подвал, я следом за ним. И тут он резко обернулся:

— Прости, братишка. Ничего личного, только бизнес…

Щелчок, яркая вспышка ослепила меня, и почти сразу же острая боль пронзила бок. Я рухнул на грязный бетон, чувствуя, как по ноге течёт что-то тёплое и липкое.

Когда пришел в себя, Гуся уже и след простыл. Только дверь наверху тихо скрипнула.

Я лежал в темноте, пытаясь собрать мозги в кучу. Голова гудела, в левом боку – будто раскалённый нож провернули. Нащупал рану – сквозная, но кровь здорово шла.

«Предал… Ну и сволочь…» — пронеслось в голове.

Но время сопли жевать нет. Надо выбираться. Достал из аптечки обезболивающее – вколол. Из нагрудного кармана — ИПП-1. Перевязался как мог. Боль притупилась.

Поднялся, опираясь на стену. Автомат валялся рядом – спасибо, хоть эту железяку не забрал. Проверил магазин — полный. Уже хорошо. Рюкзак – тю-тю… Запас рожка – один, конечно, мало. Даже стая слепых псов – уже серьёзная проблема, не говоря уже о кровососе или, не дай Бог, контролёре.

Выбрался из подвала. На улице уже стемнело. В окнах домов мерцали странные отблески – то ли аномалии, то ли воспалённое воображение играло.

Шёл вдоль тротуара, стараясь держаться ближе к домам. Вдруг — шорох справа. Резко обернулся: старого контейнера мерзкий слепой пёс выскочил. Шерсть клочьями, глазницы пустые, как колодцы.

Зарычал, обнажив жёлтые клыки. Я вскинул автомат, но тварь прыгнула раньше.

Удар – и мы покатились по шершавому асфальту. Пёс вцепился в плечо, я отбивался прикладом. Боль пронзила руку, но я сумел вывернуться и всадить ему пулю в голову почти в упор.

Оттолкнул дергающуюся тушу, тяжело дыша. Кровь заливала руку. Надо перевязать, иначе так и кровью и истеку.

Достал остатки ИПП, кое-как замотал рану. Пальцы дрожали от холода и адреналина.

Только двинулся дальше – услышал лай. Ещё один, второй, третий…

«Стая», - понял я.

Побежал, забыв про боль. За спиной - топот лап, злобное рычание. Поворот за угол, через детскую площадку, к подъезду…

Дверь на крышу – заперта. Вышиб её ногой, влетел по лестнице, перескакивая через ступеньки. На крыше – только ржавая решётка ограждения. Оторвался.

И тут - голос:

— Ну что, добегался, фраер?

На крыше соседнего дома стоял Гусь. В руках — снайперка, на лице — мерзкая ухмылка, а на плече шеврон Монолита.

— Ты чего творишь, гад?! — заорал я. — Мы же столько вместе пережили!

— А ты слишком много знаешь, - спокойно ответил он. — Клиент заплатил, чтобы ты сгинул. Извини, nothing personal, just business, как говорит наш общий старый друг.

Он прицелился. Я прижался к парапету, понимая, что не успею среагировать. Зажмурился и приготовился к смерти.

Вдруг — выстрел. Но, как оказалось, не в меня.

Гусь взвыл, схватился за плечо, выронил винтовку. А за ним — фигура в потрёпанном плаще.

— Ну и дружки у тебя, - проворчал незнакомец, перезаряжая свою винтовку. — Орех.

Это был Орех – матёрый сталкер. Я пару раз выручал его из передряг, и вот теперь он пришёл на помощь.

Орех толкнул Гуся, и тот перевалился через ограждение и полетел вниз. Мы даже не стали смотреть, что с ним стало.

— Пошли, — сказал Орех. — У меня тут схрон неподалёку. Перевяжу тебя по-человечески, переночуем, а утром придумаем, как выбираться.

Он повёл меня через дворы, ловко обходя аномалии и минные поля. По пути отстрелили ещё пару псов – Орех стрелял без промаха. Я просто шёл следом, уже почти теряя сознание.

В схроне он обработал мои раны, вколол антидот от заражения, добавил обезболивающего.

— Спасибо, — выдохнул я. — Как ты тут оказался?

— Видел я вас, когда вы в подвал нырнули, а потом он один вышел. Ну, я подумал, что ты всё, и пошёл следить, - пожал плечами Орех. - Не люблю предателей. Да и ты парень вроде нормальный.

Ночь пролетела как в бреду. Наутро плечо и простреленный бок ныли и горели, но в целом было терпимо – видимо, пёс заразу не занёс, ну или антибиотики помогли.

Через сутки мы выбрались к Кордону. Я шёл, опираясь на самодельную трость, ковыляя как старый дед, а Орех прикрывал сзади, следя за дорогой. А Гусь… Надеюсь, там, внизу, на том свете, Зона уже нашла для него особое наказание.