Солнце палило немилосердно, выжигая остатки надежды из давно уже проржавевших небес. Дима сглотнул сухой комок в горле. Тяжелый рюкзак врезался в плечи, а запах пыли, дизеля и чего-то едкого, химического, пропитал одежду. Позади остался проволочный забор Периметра, а впереди… впереди была Зона.
Её силуэт вырисовывался на горизонте – неровные, исполинские тени заброшенных заводов, мачты ЛЭП, уходящие в свинцовое небо. Казалось, сама земля здесь устала, истощилась, покрылась язвами и шрамами. Никаких золотых гор, никаких легендарных артефактов, манящих с рекламных буклетов. Просто серая, гниющая пустошь.
— Ну что, салага, прибыл? — хриплый голос вырвал Диму из оцепенения.
Рядом стоял здоровенный сталкер по кличке Батя. Его лицо было испещрено морщинами, а глаза, казалось, видели слишком много. Он не носил противогаз, и Диме показалось, что он видит каждую вдохом втянутую крупицу радиоактивной пыли. Батя оценивающе оглядел Диму, его взгляд задержался на дешевёньком комбезе и помятом рюкзаке.
— Деньги с меня взял. Теперь покажи, куда двигать, — Дима постарался, чтобы голос звучал уверенно, но он хрипнул.
Батя хмыкнул, доставая из кармана пачку “Казбека”. Закурил, едкий дым щипал глаза.
— Двигать? Зона она сама тебя двигает, сынок. Куда надо – туда она тебя и вынесет. Или выкинет. На Кордоне мы. Деревня новичков вон, видишь? Там и обживёшься. Пока что… — он обвел рукой окрестности, — пока что здесь и будешь патрулировать. Мутантов гонять, бандитов шугать. Если сам не загнулся.
Дима посмотрел туда, куда махнул Батя. Несколько хлипких домишек, обнесённых кое-каким забором. Рядом – пара костров, вокруг которых сутулились люди в потрёпанных комбинезонах. Сталкеры? Их лица были уставшими, глаза – пустыми. Совсем не походили на тех храбрецов из легенд.
— А артефакты? Я же… Я слышал что тут можно много заработать... — вырвалось у Димы.
Батя сплюнул.
— Артефакты, говоришь? Ты сперва выживи. Зона берет своё, рано или поздно, со всех. А кто слишком шустро хабар грёбет – того она первой и ломает.
Его слова тяжело опустились на Диму. Не такого он ожидал. Ни тебе приключений, ни тебе славы. Только грязь, усталость и чувство тревоги, которое с каждой минутой нарастало, как гул далёкого паровоза.
Когда Батя удалился, растворяясь в мареве, к Диме подошёл другой сталкер. Молодой, лет двадцати, с блестящими глазами и вечной улыбкой.
— Эй, брат! Новенький? Я Салага. А ты откуда?
Дима представился.
— Дима.
— Дима, так Дима! Классно! — Салага хлопнул его по плечу. — Слушай, братан, Батя он чудак, конечно, но ты не слушай его нытье. Тут бабло по-легкому гребут пачками! Глянь, а? — Салага подмигнул. — У меня тут схемка есть, как поднять кэша за один рейд! Там всего-то, за аномальником, в старой яме… Говорят, ‘Кристалл’ там валяется. Пойдём, брат, поделим на двоих? Таких мало кто видел!
Голос Салаги был заразительным, полным энтузиазма. В нём Дима увидел то, за чем пришел – надежду.
— Там не опасно? — все же спросил Дима.
Салага махнул рукой.
— Да ладно! Там пара ‘Трамплинов’, и всё. Самое безопасное место! Ну что, по рукам? Станем богачами, а?
Дима, уставший, с последней искрой надежды, подал ему руку.
— По рукам, Салага. Веди.
Он не знал, что эта рукопожатие станет первым уроком Зоны, который она выбьет из него с такой жесткостью, что он до конца своих дней будет помнить вкус пыли и предательства. В тот момент он едва ли догадывался, что скоро его здесь его будут называть совсем по-другому. Легендой.