Саа'Шаэн. Огненный Змей.

Раскалённый песок шестел об доспехи. В нос ударил запах пота, крови, дыма и чего-то ещё... Чужого. Я стоял на гигантской стене из чёрного базальта. Вокруг меня такие же, как я — воины в доспехах и красных плащах, с щитами и копьями. Но не это было главным.

Я был Кса' Шаэном, Младшим Змеем.

— Саа'Шаэн! — Крикнул сбоку Змей.

— Командир! — Я вытянулся в струнку и ударил кулаком по груди.

— Вольно, Младший. Почему твоё отделение всё ещё на стене, а не в казармах?

Командир, высокий воин, с сединой на висках и шрамом через левый глаз, смотрел на меня.

— Командир. Мы ждём смену, но она что-то опаздывает.

Командир, чье имя было Тиса' Зул, хмуро посмотрел на горизонт, где солнце над Маэд'ктури начинало клониться к закату, окрашивая пески в багровые тона.

— Смена задерживается на учениях. Приказано усилить бдительность. Саа'Ктар получил дурные знамения с южных рубежей. — Прошептал он. — Твои Клыки не устали?

Я снова ударил себя в грудь, чувствуя, как пластины доспеха отзываются глухим стуком.

— Воины Маэд'ктури не знают усталости, командир! Мы готовы держать стену до смерти!

Тиса' Зул усмехнулся, обнажив крепкие зубы.

— Хорошо сказано, Младший. Гордость — это хорошо. — Он шагнул ближе и понизил голос. — Дозорные с Перевала Молчаливых Ветров не вернулись. Все пятеро. Исчезли.

Мурашки пробежали по моей спине, несмотря на жар. Исчезновение целого дозора из Старших Змеев... Этого не случалось со времён Великого Похода.

— Твари с Юга? — спросил я, и моя рука сжалась на рукояти горячего копья.

— Неизвестно. Ни следов, ни сигналов. Просто... Исчезли — Тиса' Зул снова посмотрел на горизонт. — Поэтому бди, Саа'Шаэн. Если увидишь что-то... Что угодно... Дай сигнал. Не геройствуй.

— Так точно, командир.

Он кивнул и пошёл вдоль стены, его красный плащ развевался на ветру. Я проводил его взглядом, а затем обернулся к своему отделению. Десять Клыков, молодых, но уже обожжённых в стычками с врагами. Они смотрели на меня, уловив напряжённость в разговоре.

— Вы слышали? — бросил я, и мои слова прозвучали резче, чем я планировал. — Смена задержалась на учениях. Стоим пока она не прибудет.

Один из Клыков, Ур'Тан, самый молодой, нервно сглотнул.

— Что происходит, Младший Змей?

— Дозор с Перевала Молчаливых Ветров не вернулся, — отчеканил я, глядя на каждого из десяти воинов. Я видел, как напряглись их лица, как пальцы сжали древки копий. — Пятеро. Исчезли без следа. Командир приказал быть настороже. Любая тень, любой шорох — мгновленный сигнал. Понятно?

— Так точно, Младший Змей! — хором, без колебаний, рявкнули они.

— Хорошо, — кивнул я, удовлетворённый их реакцией. — Ур’Тан, займи позицию на вышке. Остальные по местам. Никаких разговоров.

Они разошлись без лишних слов, заняв позиции вдоль зубчатого парапета. Я остался в центре, медленно прохаживаясь, мои глаза, привыкшие к мареву на песке, выискивали любое движение в багровеющих сумерках.

«Исчезли... — мысленно повторял я. — Без следа...»

Так не пропадали даже охотники, выслеживающие пустынных скорпионов. Это было... неестественно.

Через пару часов на мой участок стены вбежал Каас' За. Командир отделения, что должно было нас заменить уже как пять часов назад.

— Каас, — Тихо зашипел я ему на ухо, как только он приблизился. Не стоит слышать это моим парням. — Ты должен моему отделению, как минимум бочонок хорошего вина.

Каас' За, коренастый воин с вечно суровым лицом, снял шлем, обнажив коротко остриженные волосы, и провёл рукой по лицу.

— Ну и сволочь же ты, Шаэн. Ладно, как вернемся со смены, так сразу пойдём к старому За' Ару. Порадуешь своих бойцов.

Я почувствовал лёгкий укол тревоги. С Каасом мы служили три года. Он всегда жаловался на смены громко и с ругательствами, а не вот это...

— Каас, с тобой всё в порядке? — тихо спросил я, отводя его чуть в сторону от своих Клыков. — Выглядишь... уставшим.

— Устал, — монотонно ответил он, глядя куда-то мимо моего плеча. — Приказано усилить гарнизон. Мои Змеи займут позиции. Вы свободны, Младший Змей.

Змеи, человек двадцать, уже строились вдоль стены.

— Каас... Что происходит? — Прошептал я и сжал его предплечье.

Он устало выдохнул и начал растирать лицо.

— С границ доходят тревожные вести. Нас гоняют, как только поступивших на службу Хвостов. Меня это напрягает... Шаэн, я просто устал. Не беспокойся. Иди отдохни со своими Клыками, а послезавтра мы знатно выпьем.

Я отпустил его руку.

— Ладно, — кивнул я, стараясь скрыть беспокойство. — Не перетрудись. И помни про вино.

Он лишь махнул рукой, разворачиваясь к своим бойцам. Я подал знак своему отделению, и мы строем покинули стену. Спускаясь по каменным ступеням, я посмотрел на Кааса. Он, заметив мой взгляд, слабо улыбнулся и тревога начала отпускать моё сердце. Улыбнулся всё же. Хорошо.

Мы спустились со стены и направились к казармам. Воздух в городе был прохладным, пах дымом очагов и специями. После стены эта обыденность казалась глотком ледяной воды в жару.

— Младший Змей, — Ур'Тан, шагая рядом, понизил голос. — А правда, что с Юга что-то идёт?

— Говорят много чего, Клык, — отрезал я, но без привычной резкости. Образ пропавшего дозора и уставшее лицо Кааса не давали покоя. — Наше дело держать стену. Остальное забота Старших Змеев и Саа'Ктара.

Казармы нашего подразделения располагались у подножия стены. Каменное, прочное здание с маленькими окнами. Внутри пахло кожей, металлом и мужским потом, знакомый и даже уютный запах, за годы службы.

— Свободны до утра, — объявил я, останавливаясь перед дверьми. — Но чтобы никто не напивался. Завтра днём построение.

Они ответили что-то шутливое и разошлись по своим койкам. Я же направился из казарм к одному дому. Такому родному. Я шагал по широким улочкам Маэд'ктури, приветствуя знакомых, но мысли мои были далеко. Образ Аэ'Саи, моей возлюбленной, согревал изнутри, как второй огонь, живущий в груди. Её отец, старый мастер-оружейник Кта'Рам, не одобрял наших встреч, считая меня «безродным», что метит выше своего статуса. Но Аэ'Саи... её улыбка стоила любого риска.

Я подошёл к его мастерской, скрывшись в тени напротив. Окно на втором этаже, её комната, было освещено. Я подобрал с земли маленький камешек и метко кинул его в деревянную раму.

Через мгновение в окне появилась она. Её чёрные волосы были распущены, а в карих глазах вспыхнули огоньки, увидев меня. Она оглянулась и жестом показала.

«Жди»

Моё сердце забилось чаще. Я прижался к прохладному камню стены, слившись с тенью. Через несколько минут боковая дверь мастерской бесшумно приоткрылась, и Аэ'Саи выскользнула наружу, закутавшись в тёмный плащ.

— Шаэн! — Прошептала она, подбегая ко мне, и её руки обвили мою шею.

Я прижал её к себе, вдыхая знакомый запах металла, который всегда витал на ней от мастерской отца.

— Глупая, — прошептал я, но в голосе не было упрёка. — Если твой отец услышит...

— Пусть слушает, — она отстранилась, и в её глазах плясали озорные огоньки. — Я сказала ему, что ухожу к подруге. Он слишком занят, разбирает старые чертежи. Говорит, по приказу Саа'Ктара все оружейники должны проверить запасы и готовить всё, что может стрелять или резать.

Лёд снова сковал мне душу. Приказ проверять оружейные запасы... Вместе с пропавшим дозором и задержкой смены это складывалось в тревожную картину.

— Вот как.

— Вот-вот, пошли, Шаэн. Мы стали так редко видеться. — Пропела она и потянула меня за собой.

Мы шагали по узким, тёмным переулкам, держась за руки. Шли к нашему месту, маленькому заброшенному саду у стены, откуда открывался вид на бескрайние пески. Луна Маэд'ктури, освещала наш путь.

— Ты сегодня какой-то... отстранённый, — тихо сказала Аэ'Саи, когда мы устроились на каменном парапете. — Опять что-то случилось на стене?

Я не хотел её пугать, но и лгать не мог. Она была умнее и проницательнее многих воинов.

— Дозор с Перевала Молчаливых Ветров не вернулся, — выдохнул я, глядя на саванны на фоне звёздного неба. — Пятеро. Исчезли без следа.

Она резко обернулась ко мне, её глаза расширились.

— Пятеро? Но... это же...

— Да, — я кивнул. — Этого не случалось давно. И Каас... командир смены, который пришёл нас сменить. Он был... не таким. Уставшим. И твой отец проверяет запасы. Всё это...

— Всё это пахнет большой бедой, — закончила она за меня, и её пальцы сжали мою руку. — Шаэн... будь осторожен.

— Я всегда осторожен, — попытался я пошутить, но шутка не удалась.

— Нет, не всегда, — она ткнула пальцем мне в грудь, прямо в пластину доспеха. — Ты всегда лезешь вперёд, пытаясь всех спасти. Как в той стычке с джином.

— Я же выжил, — я усмехнулся.

— Чудом! — в её голосе послышались слёзы. — Я не хочу терять тебя, Шаэн. Обещай, что будешь беречь себя.

Я посмотрел в её глаза, полные искреннего страха и любви. В этот момент все тревоги отступили. Была только она и я.

— Обещаю, — прошептал я и зажёг на руке небольшое темно-багровое пламя. — Теперь я достаточно силён, чтобы эти слова были правдой.

Мы сидели в саду ещё с час, говоря обо всём и ни о чём. Я рассказывал ей о проделках своих Клыков, она о капризах отца и новых механизмах, над которыми работала втайне от него. Эти моменты были глотком воздуха. Нормальной жизни, тем, ради чего стоило держать стену.

Но долго оставаться я не мог. Дисциплина в Маэд'Ктури была железной, даже для Младших Змеев. Мы попрощались тёплым, но быстрым поцелуем, и я, оставив Аэ'Саи у двери её дома, быстрым шагом направился к казармам.

Я шёл по пустынным ночным улицам, но ощущение лёгкости, подаренное встречей с Аэ'Саи, быстро испарилось. Тревога вернулась.

Войдя в казарму, я сразу почуял неладное. Мои Клыки не спали. Они столпились у окна, выходящего на Стену.

— Младший Змей! — Ур'Тан обернулся, его лицо было бледным. — На Стене... сигнальные огни!

Я ринулся к окну. Вдалеке, на гребне чёрной базальтовой стены, пылали три ярко-багровых огня. Три огня. Высшая степень тревоги. Вражеское вторжение.

— К оружию! — рявкнул я, и Клыки, бросились к своим койкам, натягивая доспехи и хватая оружие. — Боевая готовность!

Мы высыпали на улицу, где царил такой же хаос. Бегущие воины, крики командиров, рёв боевых рогов, разрывающий ночную тишину Маэд'ктури. Мы строем побежали к стене.

Поднявшись на каменные ступени, я увидел ад. Тот участок стены, который мы покинули несколько часов назад, был охвачен боем. Фигуры в красных плащах, Змеи Кааса, сражались с чем-то, что карабкалось на стену. Эти твари были не похожи ни на что виденное мной ранее. Они напоминали оживших мертвецов.

— Щиты! Копья на изготовку! — скомандовал я, и моё отделение, как хорошо смазанный механизм, заняло позицию, вливаясь в оборону.

Мы врезались в нападавших строем. Щиты, сомкнутые в сплошную стену, древки раскалённых копий, выставленные вперёд. Гул битвы обрушился на нас — лязг металла, хруст костей, предсмертные хрипы и нечеловеческие вопли нападавших.

Я мельком увидел Кааса. Он отбивался от трёх тварей сразу, его лицо было залито кровью, но в глазах горела знакомая ярость. Он был жив. И он сражался.

— Вперёд! Пробиться к ним! — заорал я, и мы двинулись, как таран, пробивая силы тварей, окруживших отделение Кааса.

Моё копьё прожгло грудь очередного мертвеца, и он, взвыв, отлетел в сторону. Но их было слишком много. Они лезли на стену, словно муравьи, их тела, чёрные и высохшие, а раны, которые не поражали голову, их лишь ненадолго замедляли.

— За Маэд'Ктури! — рявкнул я, отбивая удар костяной палицы. — Клыки, жги их! Не даём прорвать оборону!

Десять раскалённых копий моих бойцов впивались в наступающую массу. Воздух наполнился смрадом горелой плоти. Но твари шли напролом, не обращая внимания на потери.

Внезапно ряды нападавших расступились. Из темноты на стену вползло нечто. Огромное, многоногое, с телом, напоминающим раздувшуюся тушу паука, но увенчанное десятком щупалец, на концах которых пульсировали светящиеся сферы. От него исходила волна леденящего душу холода.

— Маг Пустоты! — проревел кто-то из Змеев. — Все, у кого есть дар — на него!

Я почувствовал, как огонь в груди вспыхнул в ответ на эту угрозу. Я был Младшим Змеем, моё пламя ещё не достигло мощи Змеев или Старших, но я был одним из немногих на этом участке, кто имел дар.

— Ур'Тан! Командуй отделением! — крикнул я, выходя из строя. — Я займусь этим уродом!

— Младший Змей, нет! — но его крик утонул в грохоте битвы.

Я ринулся навстречу чудовищу, чувствуя, как энергия клокочет во мне, требуя выхода. С моего копья, на камень стены, закапал жидкий огонь. Я взмахнул им, и в сторону Мага Пустоты помчалась волна багрового пламени.

Огненный вал достиг цели, окутав тварь ослепительным заревом. На мгновение мне показалось, что я слышу её вопль. Но когда пламя улеглось, чудовище стояло невредимым. Лишь его щупальца дымились, а светящиеся сферы пульсировали с ещё большей яростью.

— Ничего... — прошептал я. — Ничего. Справлюсь.

Одно из щупалец рванулось вперёд, и светящаяся сфера на его конце сорвалась и полетела в меня. Упор коленом, щит в две руки, а копье вонзить в камень. Я вжался в щит, чувствуя, как по металлу пробегают трещины от чудовищного удара.

СКРИИИИП!

Щит раскололся пополам. Меня отбросило назад, я кувыркнулся по грубым камням стены, едва удерживая копьё. Я, встав на одно колено, выплюнул кровь. Грудь горела, не только от удара, но и от ярости. Моё пламя оказалось слабым против этого... Этого МАГА ПУСТОТЫ! Да никогда!

— Ы-а-а-а! — Закричал я во всю глотку и обратился пламенем, тут же рванув на мага.

Среди врагов закрутились горячие круговороты. Ноги же Мага Пустоты подрубили каменные копья, вырвавшиеся из пола стены. Мертвецы вокруг меня начали вспыхивать, подобно лучинам. Я всё больше ускорялся и в паре метров от Мага я оттолкнулся от трупа и взвился в воздух, оставляя за собой шлейф багрового пламени. Всё моё существо гудело от ярости и мощи. Казалось, сама душа Маэд'ктури взывала к огню в моей крови, требуя очищения от этой скверны.

Маг Пустоты, потеряв опору, закачался на своих подрубленных конечностях. Его светящиеся сферы, на щупальцах бешено замигали, пытаясь сфокусироваться на мне.

Время замедлилось. Я видел, как Ур'Тан, с лицом, искажённым яростью и страхом, вонзает своё копьё в глотку очередного мертвеца. Видел, как Каас, стоя спиной к спине с оставшимися в живых Змеями, отбивается, его движения всё ещё точны, но уже замедлены усталостью. Видел чёрную реку нежити, льющуюся через парапет. Видел как сферы начали отделяться от щупалец Мага.

Наперез им из под моего плаща вырвались багровые змеи и столкнулись с ними. Воздух взорвался ослепительной вспышкой и оглушительным хлопком, отбросившим меня назад. Я рухнул на камень, оглушённый, пламя вокруг меня погасло. В ушах звенело, в глазах стояли белые пятна.

Но я был жив. И Маг Пустоты... его щупальца, лишённые сфер, беспомощно бились по камням. Сам он издавал пронзительный, скрежещущий вой, первый звук, который я от него услышал. Он был ранен. Ошеломлён.

— Младший Змей! — Ур'Тан оказался рядом, его рука грубо впилась в мой наплечник, поднимая меня. — Жив?

— Жив... — прохрипел я, с трудом фокусируя взгляд. — Добить... его...

Но момент был упущен. Пока я приходил в себя, твари окружили своего повелителя плотным кольцом, увлекая его вглубь своих рядов, прочь от стены. Бой стихал. Атака захлебнулась. Они отступали.

— Отступают! — крикнул Каас, его голос был хриплым от усталости. — Все на места! Не преследовать!

Я стоял, опираясь на Ур'Тана, и смотрел, как последние твари скатываются с внешней стороны стены в темноту. На парапете остались лежать десятки тел, и наших, и чужих.

— Отчёт, — потребовал Каас, подходя к нам. Его лицо было покрыто сажей и запёкшейся кровью. — Потери?

— Трое... — я сглотнул ком в горле, окидывая взглядом своих Клыков. Семеро. Из десяти. — Трое пали. Ур'Тан ранен в руку.

— У меня семеро. — Он посмотрел на меня. — Ты... Ты ранил Мага. Это многое меняет. Нужно доложить командиру.

Мы с Каасом, оставив уцелевших бойцов собирать тела павших, направились к командному пункту. По пути я видел следы боя на других участках — кровь, выбоины от магии, обугленные трупы тварей. Но главный удар, судя по всему, пришёлся на наш сектор.

Тиса' Зул стоял у стола, заваленного картами. Его лицо было мрачнее тучи.

— Докладывайте, — бросил он, не глядя на нас.

Каас ударил кулаком в грудь.

— Командир. Атака отбита. Противник отступил. На участке Младшего Змея Са'Шаэна был Маг Пустоты. Младший Змей вступил с ним в бой и нанёс ранение, вынудив тварь отступить. Наши потери на участке... Семь Змеев и три Клыка убитыми, раненых считаем.

Тиса' Зул медленно поднял на меня взгляд. В его единственном глазе горел странный огонёк.

— Маг Пустоты... Ранен? — он перевёл взгляд на меня. — Ты, Младший Змей? Твоё пламя... оно ещё не достигло и половины мощи Старшего Змея для подобного.

— Командир, — я выпрямился, игнорируя боль в рёбрах. — Я использовал Клубок Багровых Змей Атлак'Уна. Я... я не думал, что смогу. Оно вырвалось само.

— Атлак'Уна... — произнёс он тихо. — Интересно. Сила пробудилась в тебе в такой момент. Или... это был отчаянный порыв. — Он отвёл взгляд и снова уставился в карту. — Маг Пустоты ранен. Это хорошо. Это даст нам время. Но ненадолго.

— Командир, что это было? — не удержался я. — Эти твари... они не похожи ни на что из того, с чем мы сталкивались раньше. И этот Маг...

— Это начало, — мрачно произнёс Тиса' Зул. — То, о чём предупреждали пророчества. Тень с Юга. Пробуждение Древнего Зла. — Он посмотрел на нас с Каасом. — То, что вы видели сегодня — лишь разведка. Проба наших сил. Основные силы ещё в пути.

Это... Была лишь разведка?

— Что прикажете делать, командир? — спросил Каас.

— Укреплять оборону. Все оружейники переходят на круглосуточную работу. — Его взгляд снова скользнул по мне. — Младший Змей Саа'Шаэн. Твоё отделение... понесло потери. Оно расформировывается. Уцелевшие Клыки будут распределены по другим подразделениям.

У меня сжалось сердце. Мои ребята... Ур'Тан...

— Командир, прошу... — начал я, но он резко оборвал меня.

— Приказ не обсуждается. Для тебя есть другая задача. — Он отложил карту и подошёл ко мне вплотную. — Ты ранил Мага Пустоты. Саа'Ктар отдал приказ. Все, кто столкнулся с высшими тварями и выжил, должны явиться в Храм Предков для... Проверки. Возможно, в вашей памяти есть что-то, что поможет нам понять их природу.

Храм Предков. Самое священное место в Маэд'ктури. Туда допускались лишь Старшие Змеи и жрецы.

Аэ'Сая.

— Командир, я... могу я сначала... — я запнулся, понимая, насколько это звучит глупо.

— Нет, — Бросил он. — Ты отправишься в Храм немедленно. Каас, проводи его. А затем вернись к своим обязанностям.

— Так точно, командир, — Каас ударил себя в грудь и кивком показал мне следовать за ним.

Мы вышли из командного пункта в предрассветную мглу. По улицам уже сновали люди, уносили раненых, начинали заделывать пробоины в стене.

— Не волнуйся, Шаэн, — Каас шёл рядом. — Храм Предков... это почётно. Может, жрецы разглядят в тебе потенциал. Сделают Старшим Змеем.

— Мне не нужен почёт, — пробормотал я, глядя под ноги. — Мне нужно... — мне нужно было знать, что Аэ'Саи в безопасности. Что её отец жив. Но я не мог сказать этого Каасу.

— Тебе нужно выполнять приказ, — он хлопнул меня по плечу. — Ты спас многих, Шаэн. Возможно, даже всех нас. Твой поступок не останется незамеченным.

Мы шли по пустынным улицам, приближаясь к центру цитадели, где на высокой скале высился Храм Предков. Величественное здание из чёрного камня, увенчанное золотым шпилем в виде взмывающего в небо змея.

У входа в Храм нас встретили двое жрецов в длинных багровых робах. Их лица были скрыты капюшонами.

— Младший Змей Саа'Шаэн? — произнёс один из них.

— Я, — кивнул я.

— Следуй за нами. Ты, воин, — он кивнул Каасу, — можешь идти.

Каас обменялся со мной последним взглядом, ударил кулаком в грудь и развернулся, чтобы уйти. Я остался один с двумя безликими жрецами.

Они проводили меня вглубь Храма. Внутри пахло ладаном. Мы прошли по длинному коридору, стены которого были покрыты фресками, изображающими великие битвы и могущественных воинов прошлого.

Наконец, мы вошли в круглый зал. В центре на полу был выложен сложный узор, напоминающий гигантского воина, которого оплетали два таких же гигантских змеи. Наш правитель, много лет назад. Вокруг стояли ещё несколько жрецов. И на невысоком каменном троне сидел сам Саа'Ктар.

Правитель Маэд'ктури. Он был стар, его лицо испещрено морщинами, но его глаза... его глаза горели тем же огнём, что и у меня в груди, только в тысячу раз сильнее. Они были похожи на два раскалённых солнца.

— Младший Змей Саа'Шаэн, — его голос был тихим, но он заполнил собой весь зал. — Подойди.

Я подошёл и опустился на одно колено, склонив голову.

— Встань, — приказал Саа'Ктар. — Позорно кланяться воину, что ранил слугу Тьмы.

Я поднялся, не в силах отвести взгляд от его горящих глаз.

— Ты использовал Клубок Багровых Змеев Атлак'Уна, — произнёс Саа'Ктар, и его слова отдавались эхом в тишине зала. — Технику, что не преподают Младшим Змеям. Откуда ты знаешь о ней?

Я замер. Как я знал? В пылу битвы это пришло само.

—Я... не знаю, повелитель. В момент опасности... оно просто вырвалось.

Один из жрецов, стоявший справа от трона, сделал шаг вперёд. Его капюшон был откинут, открывая лицо пожилого мужчины с орлиным носом и пронзительным взглядом.

— Патерна мемория, — произнёс жрец. — Память предков, запечатлённая в крови. Она пробуждается в моменты крайнего стресса. Твоя кровь, Кса'Шаэн, помнит то, чего не помнишь ты.

Саа'Ктар медленно кивнул, его глаза с интересом изучали меня.

— Чья кровь течёт в твоих жилах, Младший Змей? Кто были твои родители?

— Я... не знаю, повелитель. Я вырос в приюте у Стены. Мне говорили, что мои родители пали в стычке с джинами пустыни, когда я был младенцем.

Шепот пробежал по кругу жрецов. Саа'Ктар поднял руку, и тишина воцарилась вновь.

—Подойди ближе, Саа'Шаэн.

Я сделал несколько неуверенных шагов к трону, пока не оказался в паре метров от него.

—Протяни руку.

Я повиновался. Саа'Ктар протянул свою собственную, иссохшую, но сильную руку и коснулся пальцами моего запястья. В тот же миг огонь в моей груди взревел, вырываясь наружу. Багровое пламя окутало мою руку.

Он закрыл глаза. Я чувствовал, как его сознание, его воля, пронизывает меня, читая мою сущность, как раскрытый свиток.

— Да... — прошептал он наконец, открывая глаза. В них плясали отблески моего пламени. — Кровь Атлак'Уна течёт в тебе. Великого Змея, что пал в Бездне Теней, отправившись убить Принца тьмы. Его сила... его память... она в тебе.

Он отпустил мою руку, и пламя погасло. Я стоял, не в силах вымолвить ни слова. Атлак'Ун... Легендарный воин, чьё имя знал каждый ребёнок в Маэд'Ктури. Что отточил и преподавал все заклинания Змей. Мой... отец?

— Но... как? — выдохнул я. — Он пал. В Бездне Теней.

— Тело не нашли, — тихо произнёс Саа'Ктар, и в его глазах мелькнула тень давней боли. — Лишь его разбитый щит и плащ, пропитанный чёрной кровью тварей. Мы думали, он погиб, уничтожив себя вместе с принцем Тьмы. Но теперь я вижу... часть его вернулась. В тебе.

— Повелитель... Что теперь будет?

Саа'Ктар поднял голову вверх, смотря на мозаику в потолке.

— Последний бой, Саа'Шаэн. Последний бой.