Сады Иден

Скорый поезд приближался к очередной станции на юго-западе Венгрии, отставая от расписания лишь на несколько минут. Из-за выдавшегося знойного дня в вагонах царила нестерпимая духота. Пассажиры раскраснелись и покрылись капельками пота. Они пыталась охладить воздух неловкими движениями сложенных пополам газет и журналов, что так спешно были куплены ими на вокзале. Но при всем этом не могли компенсировать сломанные кондиционеры.

Люди уже начали толпиться в проходах, расталкивая друг друга огромными сумками. Девочка лет семнадцати принялась будить своего уснувшего старшего брата.

— Мати, вставай! — протяжно произнесла девочка, расправляя клинья своего сарафана.

Но молодой человек с иссиня-черными волосами и не думал обращать внимание на сестру. Он даже не пошевельнулся!

— Матьяш! Да вставай же ты! Мы так проедем свою станцию! — изменила тон его спутница и бесцеремонно толкнула в бок.

Матьяш тут же резко открыл глаза, будто услышал прогремевший гром.

— Тересса, ну к чему так кричать? Я просыпаюсь, просыпаюсь…

Тересса была довольно сильная девочка и с завидной проворностью вытащила все вещи, разместив их прямо у ног брата. Ее черные кудряшки разметались по плечам, а внимательные карие глаза пристально следили за пробуждением Матьяша.

— Если бы у меня была холодная вода, то сначала бы я отпила ровно половину из бутылки, а другую вылила тебе на голову, — с задором в голосе произнесла Тересса.

— И знаешь, я совсем не был бы против, — ответил Матьяш и нехотя принялся собирать сумки.

Пока Тересса возвращалась за своей оставленной шляпкой, Матьяш уже вышел из вагона и успел поймать такси. Успешно погрузив вещи в машину, Тересса пошла купить в дорогу воды и хоть что-нибудь съедобное, а ее брат пока стал объяснять таксисту, куда именно им нужно доехать.

И вот наконец, отъезжая от вокзала, ребята спокойно вздохнули.

— Зачем это вам понадобилось на Дунантуль? — поинтересовался старый таксист, имея в виду холмистую Задунайскую равнину, что простирается по соседству с невысокими горами Мечек.

— Наш дядя держит там виноградники. Нас пригласили погостить, — охотно вступила в беседу Тересса.

— На летние каникулы приехали отдохнуть? — понимающе кивнул водитель.

— Да. Мы надеемся хорошо провести время! — с улыбкой переглянулись Матьяш и Тересса.

— А сами откуда будете? — все расспрашивал пожилой мужчина.

— Мы из столицы Болгарии — Софии. А раньше мы жили здесь, в Венгрии. Но по неясным нам причинам наши родители давно переехали отсюда. И мы уже много лет не были здесь, — Терессу было не остановить.

— Что ж, надеюсь, вы хорошо проведете время! Фруктовые сады у нас просто замечательные! Абрикосы, персики, вишни — все, что душе угодно! На мой взгляд, это самое лучшее место для отдыха, — красноречиво рисовал заманчивую картину таксист, подмигнув Терессе.

После они ехали молча. Матьяш снова уснул, а Тересса мечтательно разглядывала пейзажи в окно. По салону машины раздавалась мелодичная кантри-музыка, а цветочный запах заполнял своим ароматом воздух.

Матьяш спал беспокойно. Его ресницы периодически вздрагивали, а воображение рисовало самые ужасные отрывки. Матьяш был очень красивым, хорошо сложенным молодым человеком, немного ленивым, но уж никак не впечатлительным. Наверное, ему и правда снилось что-то неприятное.

Когда же Тересса устала от пейзажей, то сама погрузилась в долгий и зыбкий сон. Возможно, этот аромат в салоне уже казался ей приторным, навязчивым. Небольшая струйка свежего воздуха еле пробивалась из приоткрытого окна и нежно теребила ее кудри.

Ребята проспали несколько часов, пока ужасный грохот не разбудил их.

— Что? Что такое? — резко выпрямился Матьяш, протирая глаза.

Тересса недоуменно глядела по сторонам.

— Я вынужден вас огорчить, дорогие мои, — с досадой в голосе произнес водитель. — Дальше вам только пешком. Тут ограждений понаставили, не проехать никак!

— Черт возьми! — выругался вслух Матьяш. — И как мы понесем все это?!

— Должен же быть какой-то другой выход? — озабоченно поинтересовалась Тересса.

— Ребята, я, правда, не могу вам помочь. Разве что вы можете оставить все тяжелое мне, вскоре мой двоюродный брат собирался в эти края, глядишь, он и поможет.

Соглашаться или не соглашаться вопрос не стоял. В любом случае, ценных вещей у них не было, а утащить все это с собой они бы просто не смогли. Решение идти налегке было принято, телефоны записаны, вещи отсортированы.

— А вы не подскажете, попадется ли нам в ближайшее время хоть какая-нибудь закусочная? — безрадостно осведомилась Тересса.

— Девочка, ну откуда? Только дорога тут да равнины. Но с голоду вы едва ли пропадете, ведь тут сады кругом, вы столько фруктов никогда не съедите! — ободряюще произнес водитель.

Матьяш отсчитал таксисту заслуженные форинты, и они были вынуждены распрощаться.

Матьяш и Тересса очень долго шли по дороге, пока пыль с необычайной легкостью садилась им на туфли. Солнце пекло беспощадно. Тересса еще спасалась под широкими полями своей соломенной шляпы, но вот Матьяш был вынужден испытать все девять кругов ада. Находиться долгое время в дороге было утомительно, несмотря на то, что вид был просто восхитителен. По обе стороны от дороги природа с гордостью демонтировала свои великолепия. Приятный аромат цветущих растений успокаивал и давал сил продолжать путешествие.

— Тебе не кажется, что дядя мог бы предложить нас встретить? — язвительно заметила Тересса.

— Или хотя бы предупредить, что нам придется идти пешком! — поддержал возмущение Матьяш.

— Ты примерно знаешь, сколько еще идти? — настороженно поинтересовалась сестра.

— Тересса, опомнись! Откуда? Мне было не многим больше тебя, когда мы переехали в Болгарию. Я, если честно, и дядю-то с трудом припоминаю.

— Да? Ты тоже? Надо было попросить у родителей хоть фотографию, — улыбнулась девочка.

— Ты думаешь, она у них есть? Насколько я знаю, они тоже сюда больше не возвращались. А дядя к нам в Софию не приезжал.

— Все это так странно. Почему он именно сейчас про нас вспомнил?

— Может быть, ему одиноко. Как видишь, идем мы не первый час, но ни одного человека так и не встретили, — вполне разумно констатировал Матьяш.

— Возможно, ты и прав. А почему наши родители уехали из Венгрии? Здесь так чудно! Природа — блеск! Разве что добираться далеко….

— Можно предположить, что они хотели изменить свою жизнь. Не всем же виноград выращивать, — пожал плечами молодой человек.

— Дядя, думается, другого мнения, — блеснула белоснежными зубами Тересса.

Проходил час, шел другой, но они все никак не могли добраться до назначенного места. Ребята порядком утомились и решили сделать небольшой привал.

— Ты предлагаешь расположиться под деревом? — поинтересовался Матьяш.

— Да. Тень тебе не помешает, да и я заметила неподалеку небольшой ручеек, — оптимистично ответила Тересса и побежала вниз к ручью.

Матьяш разместился так удобно, насколько смог. Крона дерева надежно прикрывала все его тело и служила неким спасительным навесом. От ручья веяло прохладой и свежестью, унося пряный запах цветущих растений. Матьяш беспечно опрокинул голову на ствол и, казалось, совсем ненадолго прикрыл глаза…

Когда суждено было ему проснуться, то он невольно обнаружил, что день уже близился к закату. Это ощущение вызвало волну недовольства. «Тересса, наверное, припомнит мне это и будет ворчать всю дорогу», — подумал, было, Матьяш и заметил, что его сестры нет рядом.

— Тересса! Где ты? — окликнул обеспокоенно парень.

— Матьяш! Матьяш! Спускайся сюда, — доносился со стороны ручья мелодичный голос сестры.

Молодой человек выдохнул с облегчением и направился к ней.

Ручей был дивный. Вода настолько прозрачна, что дно можно было рассмотреть без труда. Он игриво журчал, заманивая своей живительной влагой. Он притягивал, манил! Переливаясь с камня на камень, поблескивал в лучах заходящего солнца. Недаром Тересса так воспаряла духом!

— Ну что, соня, хватило времени прийти в себя? — улыбнулась девочка, запуская свои тонкие пальцы в озорные кудряшки.

— Вполне. Но уже скоро начнет темнеть. Мы не успеем добраться, а я бы не хотел идти по темноте, — озабоченно констатировал Матьяш.

— Мати, пока ты там нежился в тени могучего дерева, я тут кое-что нашла, — подмигнула Тересса, схватила брата за руку и повела его сквозь тернистые кусты и высокие травы.

Они шли недолго, но без особых удобств. Тропинка была совсем узенькой, а почва довольно илистой.

«И как ее сюда занесло?» — недоуменно задавался вопросом Матьяш.

Вскоре они наткнулись на небольшую кованую калитку. На ней крепилась крохотная деревянная табличка, видно, со временем слегка заросшая мхом. Матьяш, не мешкая, аккуратно расчистил лицевую сторону.

«Сады Иден» — гласила надпись. Тересса ловко открыла ее и хотела зайти внутрь.

— Это наверняка чья-то частная собственность, — одернул ее Матьяш.

— Не трусь, Мати! Я тут уже побывала. Никого там нет. Тем более мы же не жить там собираемся. Поверь, ты скорее в саду захочешь провести ночь, чем у старого дуба, — со знанием дела проворковала Тересса и смело зашла за калитку.

Матьяш неуверенно двинулся за ней, но что-то его все же настораживало, и он не мог избавиться от этого чувства.

Когда ребята оказались внутри, то оба буквально рты раскрыли. Их взорам предстал самый великолепный сад в мире — сад, которому можно отдать низкий поклон! Его площадь казалась безграничной, хотя и была изящно подчеркнута изгородями из стриженых деревьев. Переплетение многочисленных аллей с колоннами тисов вызывало ощущение восторга. Многочисленные сорта вьющихся растений оплетали стройный стан решеток, помогая принять незатейливым формам более величественный вид. Большие декоративные вазоны фонтаном извергали пеструю смесь диковинных цветов. Под ногами рассыпался цветной песок и гравий, образуя подобие флорентийских мозаик. Изысканные цветники так чудно гармонировали с плодами вишен, абрикосов, слив. По правую сторону грациозно размахнулись виноградники, а слева — ароматные яблони и персиковые побеги. Под кронами лиственных деревьев вальяжно занимали место белесые скульптуры.

— Тересса, у меня просто нет слов, — завороженно произнес Матьяш.

— Вот видишь! У меня их тоже сначала не было! Давай задержимся здесь немного? Я думаю, за один день нас дядя не хватится, точную дату приезда мы не сообщали, — мечтательно ответила ему сестра.

Они продолжали идти вглубь сада, дивясь его украшениям и пышным уборам. Но, как оказалось, это был еще не предел их фантазий. Они прошли через очередную прелестную аллею, и перед ними раскрылась площадка, где воцарился грандиозный по размерам фонтан, включающий в себя череду мелких, но не менее величественных каскадов кристальной воды. Ошеломление и восторг смешались на лицах ребят. Разглядывая эти искрящие водопады, вытекающие из рук вдохновенных статуй, они не могли не заметить, что это великолепие не просто образует единый ансамбль, но и так подходит к всеобъемлющей гармонии сада.

— Счастлив же тот, кто этим обладает, — на одном дыхании вымолвил Матьяш.

— За такое можно и умереть, — пролепетала Тересса, вторя настроению брата. — Наверное, это рай…

— Рай, — сладко повторил Матьяш.

Казалось, все просто расцветало на их глазах. Становилось ярче, объемнее, притягательнее.

— Я бы здесь могла жить, — нараспев произнесла Тересса.

— Давай снова сюда заглянем на обратном пути? — мечтательно спросил Матьяш, хотя, конечно, он прекрасно знал ответ.

— Без проблем… — беспрекословно согласилась девочка.

Много часов они ходили по дивному саду, вдыхая каждой своей частичкой его красоту. Ребята даже не заметили, что солнце давно уже должно было сесть. И лишь однажды, вспомнив о времени, Тересса спросила:

— Мати, а который час? Мне казалось, что день близился к закату.

— У меня стрелки остановились. Наверное, минуты здесь протекают как-то по-другому. Но когда ты чем-то наслаждаешься, то это не имеет значения, — ответил Матьяш, словно проснувшись ото сна.

— Да, возможно, — улыбнулась Тересса, делая глубокий вдох.

Они были абсолютно счастливы и, казалось, забыли, какая дорога их вообще привела сюда.

Ребята неспешно прогуливались, не чувствуя усталости. Жадно впитывая в себя тепло прекрасного дня, Тересса радостно воскликнула:

— Да! Я точно знаю — это Рай! Рай Иден!

Объятые сном, ребята провели не один час. Первой очнулась Тересса и побежала выпить немного воды из фонтана. Потом села на самый край и беспечно свесила ножки, играя на ветру своими черными кудрями. Подставив лицо под солнечные лучи, девочка загадочно улыбалась.

— Рай Иден! — крикнула в никуда Тересса.

Когда проснулся Матьяш, Терессы уже не было рядом. Он неторопливо встал и отправился гулять по саду. Матьяш думал, как прекрасно же то стечение обстоятельств, что завело их в это сказочное место.

— Тересса! — окликнул он сестру, но никто ему не ответил.

«Наверное, она у фонтана и не слышит меня из-за звука струящейся воды», — решился предположить Матьяш.

Молодой человек стоял очень близко с фонтаном.

— Тересса! — вновь позвал ее брат.

Ему снова ответило лишь молчание.

— Тересса! Ты где? — уже громче попытался спросить он. Но все так же безрезультатно.

— Тересса!!! — вконец закричал Матьяш и внимательно прислушался к шороху листьев.

Звук льющегося водопада, жужжание и стрекот насекомых, шелест воды… Все не то!

И вот ему показалось, что до боли знакомые нотки в родном голосе дали свой отклик. Матьяш навострил слух. Этот еле уловимый звук доносился со стороны развесистой вишни. Подойдя ближе, Матьяшу удалось различить слабое: «Я здесь».

Молодой человек обернулся, но рядом никого не оказалось.

«Я перегрелся», — констатировал, было, он и хотел уйти, как этот звук внезапно повторился. Словно из ниоткуда!

— Это я, Матьяш, — прозвучало в воздухе. Это был голос Терессы, но, как ни пытался, Матьяш не смог ее увидеть.

— Цветущая вишня, Матьяш. Это я. Это твоя Тересса, — печально раздалось из дерева.

Матьяш потерял дар речи, но потом все же взял себя за руки.

— Тересса? Не может этого быть! — ошарашенно шептал он.

— Матьяш, я все поняла. Это не рай. Отсюда невозможно уйти! — казалось, плакала Тересса, и капли росы показались на ее нежных листках.

Молодого человека трясло как в лихорадке.

— Это все люди. Они были людьми! Все эти красивые и диковинные растения, — продолжала говорить Тересса в облике вишни.

— Что же делать?! Как же нам вернуться обратно?! Как все вернуть?! — перешел на крик Матьяш.

Его сестра теперь стала просто вишней, украшеньем этого сада. Эта мысль уничтожала его.

— Проклятый сад! — закричал Матьяш и сделал шаг в сторону.

Но не тут-то было. Мгновение, другое, и сам Матьяш превратился в яблоню.

— Неееееет! — отчаянно закричал он, и каждый его лепесток затрепетал.

— Теперь мы останемся здесь навсегда. Матьяш, мне страшно! — продолжала плакать вишня.

— Не бойся, Тересса. Мы что-нибудь придумаем, обязательно придумаем, — пыталась успокоить ее яблоня.

…Дивный сад Иден. Раскидистые деревья, редчайшие цветы, дикие растения. Убивающая красота, дарующая вечную жизнь. В центре у самого великолепного фонтана прорастали благоухающая гордая яблоня и нежная ароматная вишня. Их стволы уже давно сплелись воедино, представляя собой столь необычную и немыслимую смесь. Небольшие дикие яблочки наливались совсем рядом со спелыми вишенками. Листок к листку, веточка к веточке. Они стали прекрасным дополнением в этом Раю. Частью всего этого цикла вечного перерождения… Рай Иден…

***

Матьяш очнулся у старого дуба. Реальность увиденного кошмара вызвала крупицы пота на его побледневшем лице. Он протер глаза, стараясь выкинуть из головы увиденное. Солнце клонилось к закату, заливая уставшие глаза мягким и чистым светом.

«Где Тересса?» — пронеслось в голове у молодого человека. По спине пробежал холодок.

— Тересса, ты где? — закричал во весь голос Матьяш, так боясь услышать в ответ до боли знакомую тишину.

— Матьяш, я здесь! Спускайся! — к своему облегчению услышал он бодрый голос сестры.

Молодой человек с небывалой прыткостью подбежал к ручью.

Перед его глазами предстал все тот же ручей, искусно манящий своей прохладой.

— Ну что, соня, хватило времени прийти в себя? Пока ты там нежился в тени могучего дерева, я тут кое-что нашла, — с весельем в голосе произнесла Тересса, схватила брата за руку и потащила куда-то вглубь леса.

Вскоре они наткнулись на небольшую кованую калитку. На ней крепилась небольшая деревянная табличка. Но время не дало зарасти ей мхом. Да и время ли?

— Сады Иден, — сурово прочитал вслух Матьяш, приходя в ступор.

— Давай войдем? — ласково попросила Тересса, наматывая выбившуюся кудряшку на палец.

— Ты туда уже заходила? — серьезно спросил молодой человек, насупившись.

— Нет еще. Я ждала, пока ты проснешься, — без интриги в голосе ответила девочка.

Матьяш облегченно вздохнул.

— Уходим отсюда, Тересса. Сейчас же. Немедленно, — сказал ее брат тоном, не терпящим возражений.

— Но, Мати... — начала канючить Тересса.

— Не обсуждается, — прикрикнул Матьяш, схватил ее за руку и повел обратно.

Лишь пройдя большую часть пути, у ручья, Матьяш на миг остановился и крепко обнял сестру.