Самая долгая литургия

Новость лилась отовсюду. Валентина весь день слушала, о чём говорят дикторы, журналисты, попутчики в маршрутке, но отдельные слова никак складывались в общую картину. Её упрямый и твёрдый в убеждениях разум весь день судорожно выискивал в бесконечных сообщениях о найденной планете что-то очевидно неверное, что позволило бы не поверить, отмахнуться и вернуться в привычный мир. Но всё же понимание пробивалось через все преграды.

Новость постепенно просочилась в сознание и попутно размыла такую устойчивую ещё вчера картину мира, которая рассыпалась на кусочки, как старая мозаика, а потом начала собираться в новую, непривычную реальность. Валентина перекрестилась. Она, как и почти все вокруг, с удивлением поняла, что вся её прежняя жизнь была совсем не тем, чем казалась ещё вчера. Она поймала себя на детском чувстве одновременного понимания и разочарования, которое последний раз испытала, когда узнала, что подарки под ёлку кладёт не Дед Мороз, а родители. Тогда она своим детским умом осознала, что их утреннее радостное удивление – лишь игра, притворство, обман знающих. Теперь же оказалось, что вся её жизнь, как и всех землян, на самом деле была затянувшимся детством, где некто умело управлял судьбами из-за двери. Двери размером с Солнце.