Самая маленькая чашечка кофе

Милый Стивен! Дорогой Стивен! Я пишу тебе, чтобы освободить свою душу от мучительного тяжкого груза лёгшего на мои плечи сразу после нашей свадьбы. Я ни минуты никогда не любила тебя. Просто тогда маменька поставила условие - либо отправляться в лечебницу господина Бьюкенена, либо стать твоей подстилкой супругой. Выбор был очевиден, ведь этого мерзкого старикашку с его горькими таблетками и инъекциями от которых меня тошнит весь день я боялась больше матери.

Как грустно смешно мне было наблюдать за тобой Стивен. Ты на самом деле был влюблён в меня, ухаживал, старался угодить всем чем только возможно. Я же не любила ненавидела тебя всем своим существом. Твою дурацкую улыбку, твой сладко-приторный голос, в конце концов твой запах и манеру одеваться. Я долго терпела много лет терпела потому что не могла быть по-настоящему искренней и свободной. Я притворялась, улыбалась, выглядела со всеми любезной и даже немного дурой легкомысленной. Выходило это у меня так здорово виртуозно, что даже моя собственная мать поверила, что тьма моя сестрица всегда сопровождавшая меня, идущая со мной рука об руку по жизни, исчезла или по крайней мере отступила. Но нет, я сохранила её кусочек в уголке своего сознания. Пусть малюсенький, зато глубокий и чистый. Без единого вкрапления вашего чёртова человеколюбия, милосердия и вялой, слабой доброты. Именно она давала мне силы жить дальше, не размозжить голову выпрыгнув из окна, забежав под карету или новомодный рычащий автомобиль, не выпить яд, который я прятала в бутылочке склянке от лавандовых духов. Этот яд мне порекомендовали давным-давно потому что противоядия для него не существовало и на вкус он был даже приятен.

Всё изменилось 5 октября 1899 года. Помнишь этот гадкий день? Конечно помнишь, ведь ты, кретин, был так счастлив! А всё из-за того, что доктор Рудлов подтвердил, мою беременность. БЕРЕМЕННА! Мало того, что ты раз в неделю забирался на меня, покрывая моё прекрасное тело своими слюнявыми поцелуями и совершал со мной отвратительный акт совокупления трахал меня как какую-нибудь суку, так ты ещё и допустил чтобы я забеременела. Хотел, чтобы я располнела как корова нося внутри себя что-то чуждое мне. Маленького паразита превращавшего прекрасных женщин в уродок. Именно тогда я поняла, что нужно действовать.

Слава богу, что отец мой скончался тремя годами ранее. Только его мне никогда не удавалось обмануть. Мама подвернула ногу на крыльце графини Мэннинг и сидела дома. Я тихонько на цыпочках поднялась к ней в спальню и некоторое время наблюдала как она спала. Как же я ненавидела её. Даже больше тебя.

Я задушила её подушкой. Потом привела в порядок растрепавшиеся волосы, одежду, и спустилась вниз. К сожалению, меня увидел кухарка и пришлось перерезать этой любопытной глупой курице горло. Ты бы видел её обиженный, недоумевающий взгляд когда жизнь капля по капле уходила из неё! Сначала я испугалась, что нас сможет увидеть кто-то ещё, но потом... потом оголодавшая тьма сестрица внутри меня очнулась. Я начисто вытерла пол фартуком, погрузила худосочную тётку на тележку, с которой слуги ездят на рынок, довезла до мостика в саду и сбросила в воду. Ты же знаешь там сильное течение, и кто знает где сейчас доедают крабики миссис Белтон. Возможно где-то на побережье. Да, милый дорогой Стивен она не сбежала с деньгами и золотом воспользовавшись маминой смертью. Те деньги и кольца из спальни взяла я.

Это оказалось намного проще чем в детективных романах. Поставив тележку на место, я вернулась в наш особняк. Я была СЧАСТЛИВА. По-настоящему счастлива возвращению своей сестры. Теперь мне никто не мог помешать. Мне хотелось немедленно избавится от маленького паразита внутри меня, но я не стала торопиться. Это могло всё испортить. Сломать мои планы.

Выждав десять дней некоторое время, я выпила настойку из трав. Было больно, было много крови, но я выжила. Настоящей наградой для меня моим мучениям было твоё состояние. Ты плакал как девчонка думая, что у меня выкидыш, не ел неделю и похудел. Ты даже не знал, что у себя в спальне я хохотала до слёз вспоминая твои страдания. «Гори в аду, Стивен!» – кричала в подушку я раз за разом. О как я тогда хотела, чтобы твои мучения были вечными.

Потом был доктор Бьюкенен (да, милый дорогой Стивен, он не уехал в Швейцарию) я столкнула его с фуникулёра в Колдуэллском парке. Я слышала как хрустнули его кости при ударе о землю. Странно, но я его не ненавидела. Его ненавидела тьма моя сестра. Ей не нравилось, что старикашка с детства приучил меня писать всякую чушь. Вести дневник. Два дневника. Один для меня (тщательно спрятанный под половицей в шкафу спальни), а другой для посторонних.

Именно после убийства доктора я придумала как сделать твои мучения вечными. Я готовилась. Во-первых, разогнала постоянную прислугу. Обходилась наёмной: уборкой раз в три дня и готовкой. Во-вторых, наняла плотника, чтобы он перестроил мне кладовку в подвале, обил её толстым слоем войлока, прикрепил там к стене надёжную цепь и скрыл вход в неё. Конечно у мистера Гингрича появились вопросы, но он решил их приберечь до получения полной суммы оплаты. Слишком жаден был это провонявший пивом урод. А зря. Платить ему не пришлось, правда я испортила свой любимый шерстяной жакет с узором из бабочек. Хорошую вещь пришлось выбросить потому что стирать я не умела, да и говорят кровь плохо отстирывается.

Всё остальное милый дорогой Стивен ты знаешь. Я напоила тебя снотворным и отнесла в подвал посадив на цепь где ты и находился в последние три года. А как потешно искала тебя полиция, как они утешали меня. Пытаясь тактично намекнуть, что возможно мой супруг сошёл с ума от горя и найденные у Ланкастерской платины вещи говорят о том, что ты совершил самоубийство. Я еле-еле сдерживала улыбку зная, что ты находишься всего этажом ниже этих идиотов в форме не способных видеть дальше собственного носа. Подкинуть вещи в нужное место было не сложно.

Однако мой милый дорогой Стивен я всё-таки хочу поругать тебя. Ты разочаровал тьму мою сестрицу. Ты не сошёл с ума, не умер от голода и жажды, ведь еду я носила тебе по желанию и не каждый день, не отгрыз себе ногу пытаясь сбежать. Как бы нам этого хотелось. Честно. Ты был плохой-плохой игрушкой и со временем мы стали терять к тебе интерес. Наверное, из-за этого были невнимательны, и ты сумел выбраться из подвала.

Как это произошло я не знаю, да мне это не слишком и интересно. Меня поразило другое - почему ты не сбежал? Нет, правда, милый дорогой Стивен, почему не бросился за полицией, за соседями?

Вернувшись домой с прогулки (нас не было целый день) я почувствовала запах свежезаваренного кофе, и я нашла тебя в гостиной. Чистого, умытого. Даже побритого. Рубашка весела на тебе будто была на два размера больше, но ты спокойно будто ничего между нами и не произошло смотрел в сад, забросив ногу на ногу, и пил его мелкими глоточками. ТЫ приготовил чашечку ароматного напитка и для меня. Мило. Знаешь, тогда ты впервые меня заинтересовал, сердце забилось сильнее. Мне даже показалось ты что-то понял. Но только на мгновение. Кофе моя слабость. Но… моего терпения на тебя хватило только на са-а-амую маленькую чашечку. Потом я снесла тебе голову выстрелом из того тяжёлого пистолета, что твой отец привёз с Первой англо-бурской войны.

Твои мозги испачкали (нашу) мою столовую. Тьма сестричка внутри меня трёт ладошки от радости, а я думаю как всё это убирать и мыть. А ещё милый дорогой Стивен, я взбесилась из-за того, что ты добавил в кофе сахар. Где ты его вообще взял? У меня дома нет сахара потому что я его ненавижу! Ты знал это! ТЫ СДЕЛАЛ ЭТО СПЕЦИАЛЬНО?! И не смей даже отрицать, я чувствую сладкий привкус во рту!

Плевать, что-то я видно разволновалась: сильная слабость, голова идёт кругом, буквы на бумаге прыгают как сумасшедшие. С чего бы это? Надо полежать. Что делать с твоим безголовым телом решу после. Гори в аду Сти…

Понравилось? Для тех кто хочет любой суммой поддержать автора. По номеру телефона 9097220424 для Владимира Александровича С.