Самый первый и незапоминаемый мужчина

Многие представители пола сильного полагают, что девственность — это мега, мега, мега важно. Мол, девушка всегда помнит первого мужчину, ага. И сей факт нежно греет и лелеет самооценочку. Вот сейчас я и разобью эти золотые и влажные мечты. Потому что я — та самая женщина, которая в упор не помнит своего первого мужчину.

В общем, с девственностью я рассталась довольно поздно, после 18 лет, где-то так в 20 лет. А то и в 21 год. Как видите, даже тут не помню точную дату. То была влюблённость, не особо сильная, но... Парень на тот момент казался мне харизматичным, юморным и спортивным. Он служил в местном СИЗО охранником и строил с партнёром свой мини-бизнес. А ещё носил кожаный плащ (или просто плащ? Говорю же, память — девичья) и чёрный берет.

Сам первый раз не стал болезненным, но каким-то... обыденным, что ли. Никакой особой романтики не чувствовалось. Так, сделали дело по-быстренькому — и по домам. Нет, мы, конечно, потом ещё повстречались для проформы несколько месяцев. Но меня сильно напрягало, что все встречи проходили у него дома, куда я добиралась самостоятельно. Да, да, да, никто меня не встречал. И порой даже не провожал. Я сделала свои выводы и... рассталась.

Потом была учёба, другие парни, страдания из-за неразделённой любви, работы, переезды, попытки заработать много денег, замужество, развод... Короче, жизнь била ключом. Иногда по голове, иногда как гейзером прямо из-под земли.

И вот, когда я была совершенно свободной леди с сереньким свидетельством о разводе, ко мне в личку одной запрещённой ныне соцсети постучался какой-то странный тип. С именем Дмитрий и со скуфской внешностью — большим животом, блестящей лысиной и неухоженными полуседыми бровями а-ля Брежнев.

— Привет, Иришка! — с порога заорал он. — Ну, чо-как?

— Здравствуйте. А мы разве с вами на брудершафт пили? — удивилась я. Потому что с незнакомыми и малознакомыми людьми я даже в соцсетях общаюсь на вы.

— И не только пили! — радостно продолжал мой визави. — Ты с того времени ваще не изменилась!

— Где? Где пили? — только и смогла выдавить откровенно шокированная я. Ведь за свою жизнь я много с кем пила. И не только пила. Ещё работала, например. Но этот странный дядя-скуф просто выветрился из моей памяти.

— Где, где, на твоей родине!

Тут я мысленно перебрала всю свою институтскую компанию, даже коллектив местного ТВ, где когда-то набиралась первого журналистского опыта. Но никакого Димы с такими бровями, такой лысиной и таким животом совершенно не вспомнила. А потому решила свернуть разговор, заигнорив человека.

И только через двое суток меня осенило. Так это ж... этот! Ну, как его! Ну, первый, короче! Упсь... Стыдненько-то как. Но знаете ли, у меня есть оправдание! Он тогда и лысину не носил. Да и брови так не кустились, а вместо живота имелись всё-таки некоторые полукубики пресса.

В общем, я выдохнула. И решила даже не извиняться. А что? Я-то привыкла, что люди если и меняются, то обычно в пределах узнаваемой нормы. Но тут... Тут вот случилось кардинальное преображение. В котором я совершенно не виновата.

В общем, мужчины, если вы думаете, что все девушки/женщины/бабушки помнят своих первых, то не думайте. Не все первые одинаково полезны и запоминаемы. А тем более не все неизменны. Такие дела.