Сатирические поэмы

В одном переулке стояли дома...

В палатке одной продавалась шурма.

Стояла палатка, а рядом помойка

А за забором забытая стройка.

Хозяин палатки, небритый такой,

Готовил шаверму мохнатой рукой.

Он ржавым мачете начинку рубил,

И грязные руки с мылом не мыл.

На вертеле что-то шипело, скворчало,

Гудел электрод и проводка трещала.

И чтобы в жаровне горел огонек,

В электропроводку был вставлен жучок

Бегали рыжие тараканы,

По полкам, где банки стоят и стаканы.

Зеленые мухи могли бы здесь жить,

Но крылья боялись они опалить

В овощах, мятых заводится вдруг

Сине-зеленый грибочек плеснюк.

Все в плесневых нитях, как мангровый лес

Шурмянщик божится – деликатес.

К помойке, к палатке туда и сюда,

Бегали крысы, такая беда.

Кормились они из отходов костями, и,

Частыми были в палатке гостями.

Утром хозяин в палатку пришел,

Увидел, как крыса залезла на стол.

Мачете свернуло как меч-кладенец,

И твари хвостатой пришел тут конец.

Ругнулся хозяин, здоровая, глядь…

А мясу без дела чего пропадать

Сизые гули помойку клевали

С крысою вместе на вертел попали

Стояла палатка, народ приходил

За каждую штуку по сотне платил.

Дядя голодный две порции взял

На «белом коне» он всю ночь гарцевал.

В соседней «пятерке» товар принимали

Коробку с просроченной курицей взяли.

И ящик приправы, что мыши пожрали

Забрали на склад, и по акту списали

Директор и зам. почесали затылки,

Ну как же такое, спихнуть, без бутылки

Им сказал шаурмен: не беда,

Поставляйте просрочку сюда!

Пригодятся и грудки, и ножки,

Все съедят, не оставят ни крошки.

Студенты колледжа стояли, курили,

И этим фаст-фудом перекусили.

Колой запили, бычки побросали,

Дружно на лекцию все зашагали.

Песель лохматый, со стройки забытой,

Рядом сидел, будто шилом прибитый.

Гавкнул на Свету, она испугалась,

В пасти у зверя шурма оказалась.

Студенты смеялись, собаку простили,

А Свету мороженым угостили

Тем временем пес за палаткой

С шаурмой расправлялся украдкой

Кудрявый Виталик весь потом покрылся

Парень с занятий домой отпросился

Студента колбасит, в желудке горит,

может быть язва, а может гастрит.

На следующий день, по дороге домой,

Мама пошла «разбираться» с шурмой.

Мама сказала, такая беда,

Все документы давайте сюда.

А из окошка небритый брюнет

Маме студента такой дал ответ:

Мы ж не печем пироги и коврижки,

Зачем нам нужны санитарные книжки?

И какой такой сертификат?

У меня в управе сват и брат!

Он вышел, мохнатое пузо чесал,

И женщине что-то плохое сказал.

Мама студента звонит в Роснадзор.

Оттуда суровый пришел ревизор.

Акт он составил и выписал штраф.

Только в одном оказался не прав -

Взял он с собою пакетик с шурмою...

Ищет бедняга ближайший клозет,

Кабинку открыл, а бумаги там нет.

Акт он использовал по назначенью,

Теперь на больничном проходит лечение.

Все там же палатка с шурмою дымит.

Небритый мужик у окошка стоит.

Он был волосатым, а нынче он лысый,

А может носатый и с пузом отвислым

Знакомый нам песель накормлен и сыт,

Жрет только начинку, такой паразит.

Бока нагулял, обленился,

И хвостик колечком завился.

Вороны объедки из урны клюют.

Кто будет мешать, поклюют и побьют.

Орут эти «карлы» безбожно,

Их слушать совсем невозможно.

Чарлик, котенок, залез на карниз.

Курицы запах манил его вниз.

Бабушка с внучкой ищут котенка,

Слезы текут по щеке у ребенка.

Чарлик, кис-кис, ну куда ты пропал?

А кот, оказалось, в шаверму попал…

В мусорной урне шкурка лежит,

Внучка от страха даже дрожит.

Бабушка зонтиком в дверцу стучит.

А обормот тот закрылся, молчит.

Пропал кот дворовый, Пират, полосатый,

И рыжая Мурка, Петровны, из пятой!

Ты их заманил, порубил на шурму!

Бабуля такое сказала ему.

Про кошку услышав, шурмянщик взбесился,

За бабушкой с ржавым мачете носился.

Он бегал не долго, и громко орал,

Злодея патруль ДПС повязал.

Неправда, хозяин орал, это ложь!

Шавермы той вкус на кота не похож!

Ваших кошек, котят я не брал

Их собака со стройки сожрал!

Бабуля кричала,

Бабуля ругалась,

Бабуля ушла,

А палатка осталась...

А про себя думал тот обормот,

Пора б и собаку пусть в оборот.

С собаки получится много шурмы,

А люди понять ничего не должны.

Один мужичек, что в еде понимает,

Сказал, от шавермы той, псиной воняет.

Наверно, какой-то бродячий барбос,

Зачем-то в палатку ту сунул свой нос.

Он прав оказался, собакен исчез,

Когда от дождя под палатку залез.

Лишь жалобный визг пронизал темноту,

В кастрюлю отправился в пару к коту.

Однажны, почувствовав вкус очень скверный, спросили:

Была кем начинка шавермы?

Мяукала, лаяла, иль ворковала?

Вопросы дурацкие мне задавала!

Серая «карла» громко орала,

Лапой ворона в заборе застряла.

Шурмянщик в мешке усмирил ее прыть,

В шаверму ворону хотел положить.

Птица забилась в мешке, вся в испуге.

На помощь вороне слетелись подруги.

Вокруг пух и перья летали,

Когда продавца лупцевали!

Подняли такой они грай,

Что спрятался он в свой сарай.

Так было, какое-то время прошло,

Сугробы большие вокруг намело.

На стройке машины ревут и гудят,

Рабочие люди покушать хотят.

Три дружбана, земляка, корефана,

В субботу, работу закончили рано.

Взяли пивка, и портвейна, и водки,

Чтобы наполнить луженые глотки.

Чтоб не тащиться к кому-то домой,

Решили друзья подкрепиться шурмой.

У палатки столпились в ряд,

У всех уже трубы горят!

Стояли, курили, начальство бранили,

Бутылку портвейна по кругу пустили.

А в понедельник, как эпилог,

Вели мужики — вот такой диалог:

Пыхнув папироской, начал дядя Федя:

Когда разошлись, мы, все, выпив по третьей.

В трамвае, ребята, меня укачало…

Два пальца в рот и тогда полегчало.

Мне стало погано, сказал бригадир

Лишь только поел, захотелось в сортир.

И выпили вроде совсем по чуть-чуть,

В желудке творилась какая-то жуть.

Бежал до клозета почти полверсты,

Но все же пришлось отойти за кусты

До сих пор болит нутро,

Им ответил дед Петро:

Скажу, мужики, то что было, то было…

До дома дошел и меня прихватило.

Потом неотложка, больничка потом.

Желудок промыли, лежал я пластом.

И спорили долго те три дружбана,

Была ли во всем виновата шурма.

Быть может, «паленка», иль кислое пиво.

Вышло, ребята, совсем не красиво.

К палатке, еще раз хотели сходить,

Предъяву тому продавцу предъявить.

Набить ему морду они собирались,

Но в этих краях больше не оказались.

История эта до мэра дошла.

Префекту на стол директива пришла.

И создалось у всех впечатление,

Было массовое отравление.

Помощникам сунув бумаги под нос,

Префект подчинённым устроил разнос:

В какой-то палатке, какой-то злодей,

Какой-то шавермою, травит людей!

У каждого третьего рвота, понос!

Немедля оформить палатку на снос!

Прохвостов, барыг мы прогоним взашей!

Палаткам устроим "ночь длинных ковшей"!

Помощники забегали, заахали, заохали.

Не знали, что им отвечать: хорошо ли плохо ли!

Три наших знакомых, те кто отравились,

Бригадою вместе на снос подрядились.

В «газель» погрузили ломы и болгарки,

И взяли прожектор, надёжный и яркий.

К ним трактор, в придачу, с ковшом и лопатой,

А с ним тракторист, что немного поддатый.

И в кромешной ночи

Слышен лишь ветра вой.

Палатку сносить

Собирался конвой.

Чиновник с управы, на личной «тойоте»

Зачем он поехал, вы сразу поймёте.

Патруль ДПС на разбитом УАЗе,

За ними ОМОН, на могучем КАМАЗе,

А следом и пресса, на Форде-транзите,

Где шум и скандалы, туда их везите.

На джипе пристроилась бывшая «крыша»,

С ОМОНом вести себя надо по тише.

Готовность!

Чиновник бумажкой, как шашкой махнул,

Когда трактор лапы свои развернул.

Отвал опустил и мотором ревет.

И все ожидают команды вперед!

Вперёд!

Мужики рукава засучили,

Ломы разобрали, болгарки включили.

Уж грозно карающий ковш занесён,

Мгновенье, и будет объект тот снесен.

Чиновник не верит глазам, что за бред!

Вчера здесь стояла палатка, и нет?

Прожектор ночной разгоняет туман.

Глаза он зажмурил, нет вроде не пьян.

Внимательно смотрит на план бригадир:

На месте когда-то был платный сортир…

Остались торчащие трубы и доски,

И шифера лист, не помятый и плоский.

Разбитый фундамент, палатки нема -

А точно ли здесь продавалась шурма?

Полиция с места уехала сразу,

ОМОН на КАМАЗе умчался на базу.

Чиновник в ладонь свою сонно зевнул,

«Тойоту» он как каскадёр развернул.

В «транзите» умчалась активная пресса,

Когда нет скандала, то нет интереса.

В газель побросали весь мусор и хлам.

Машины разъехались все по делам.

Чиновник префекту во всем отчитался,

На должность повыше потом перебрался.

Рабочим начальство сполна заплатило,

На водку с закуской бригаде хватило.

И было компании той невдомек,

Куда шаурмен свой киоск уволок.

Колеса надел, подцепил к жигулям,

В проулке поставил, отвечу я вам.

И он простоял там, ну пару недель.

Настала весна, заструилась капель…

А там, где была позабытая стройка,

ТЦ и фуд-корт заработали бойко.

Виталик со Светой там часто бывают,

Занятия вместе они пропускают.

Все таже палатка с шавермой чадит,

Небритый верзила в палатке сидит.

Зашёл участковый, сказал: Всем привет!

И парочку штук завернул на обед.

Палаток таких по России не счесть…

Шурму после этого вы будите есть?

Друзья, в написании этих стихов

Помогли мне Чуковский,

Маршак, и Сергей Михалков.