Сборник №1 часть 1

«Отражение угасшей жизни»

Он помнил реку живой. В детстве она казалась ему существом из сказки — дышащим, поющим, переливающимся всеми оттенками синевы и зелени. По утрам над водой висел лёгкий туман, будто река осторожно выпускала наружу своё тёплое дыхание. Её голос — неуловимое журчание — был постоянным спутником его игр. Он слушал, как вода переливается через гладкие камни, шепчется с прибрежной осокой, смеётся в маленьких водоворотах.

На берегах цвели незабудки и ирисы, трава была мягкой, как шёлк, а в прозрачной воде скользили серебристые тени рыб. Птицы — белые цапли, юркие трясогузки, важные кряквы — приходили сюда пить, купаться, выводить птенцов. Река дарила жизнь всему, что к ней прикасалось.

Он вырос и вернулся. Тишина ударила первой. Ни журчания, ни шелеста травы, ни птичьих голосов — только глухой, вязкий покой, от которого сжималось сердце. Река лежала перед ним, словно раненый зверь, утративший силы. Её поверхность, прежде зеркальная, теперь была покрыта маслянистой плёнкой, переливающейся грязными радугами. Вода стала мутной, непроницаемой, будто налитой свинцом.

Там, где раньше цвели ирисы, теперь чернела вязкая грязь. Трава исчезла, оставив после себя лишь редкие клочья, пропитанные едким запахом. Ни одной рыбы, ни одной птицы — только одинокий вороний крик вдалеке, резкий и чужеродный.

Он медленно подошёл к берегу, опустился на колени. В воде отразилось его лицо — чужое, повзрослевшее, с тенью утраты в глазах. А дальше, на горизонте, высился завод — молчаливый виновник этой смерти. Его трубы тянулись в небо, как чёрные кости, а из сточных каналов в реку стекала густая жижа.

Река больше не пела. Она молчала — тяжело, обречённо, навсегда. И в этой тишине он услышал то, чего боялся больше всего: звук потерянного детства, звук утраченной жизни, звук, которого больше никогда не будет.

Сегодня

Алиса старается, но может ошибаться — проверяйте важное.