Сборник 2016. Miraculous LadyBug.

Уже давно в доме семьи Дюпен-Чен не было гостей. И когда одноклассник пришел проведать Маринетт, родители девочки были вне себя от радости.

Еще бы, ведь этого мальчика взрослые приметили еще в прошлый раз. Такой воспитанный и галантный! Среди современных детей, такие как он — большая редкость. А значит упускать такую драгоценность никак нельзя! Вот Сабина и Том, в своих мечтах, давно уже видели этого юношу частью своей семьи. Да и дочурка явно будет не против такого мужа, давно ведь уже все стены обвешала его фотографиями.

— Милая, к тебе гости! — крикнула Сабина, продолжая рассматривать Адриана.

«И все же, у моей девочки отличный вкус. Вся в меня».

— Наверное, мне следовало вас предупредить о своем приходе, — волновался Агрест.

«И зачем я согласился идти сюда один? Знал ведь, что, после произошедшего, будет некомфортно».

— Все хорошо, Адриан, ты как раз вовремя зашел. Нам обоим нужно уйти по одному срочному делу, но мы никак не хотели оставлять Маринетт одну, — сказал Том, задумчиво почесывая подбородок.

— О, не волнуйтесь, я присмотрю за ней и составлю компанию. Тут вот учителя попросили меня занести ей домашнее задание…

«Попросили, конечно же, Алью, но она отдала все мне, сказав, что это отличная возможность извиниться».

— Дорогой, у нашей дочери такой хороший друг, — обратилась к мужу женщина.

Дверь вверху резко распахнулась и на лестнице появилась запыхавшаяся Маринетт.

— П-поднимайся, Адриан, — приглашала зайти к себе девушка и, незаметно для юноши, мимикой приказывала родителям ни за что на свете не заходить к ней.

— Вот, это тебе. Говорят, больным надо есть больше цитрусовых.

— Я не больна, — прижимая гостинцы к груди здоровой рукой, сказала Маринетт. — Я покалеченная.

Осознав, что она сказала, девушка чуть было не выронила фрукты, но от падения их спас Адриан, забирая апельсины обратно.

— Ой, я не это имела ввиду… П-прости, Адриан.

— Тебе не кажется, что это я должен извиняться? — слабо улыбнулся парень, разглядывая загипсованную руку. — Сильно болит?

— Нет-нет! Все уже нормально! П-поначалу болело, конечно, жутко, но с-сейчас…То есть и не болело вовсе! Не в-волнуйся! — краснела дочь пекаря, не в силах собраться с мыслями.

«Уверена, это Алья заставила его прийти! Как она могла оставить меня с ним наедине?!»

— Эм… Я оставлю их на столе, хорошо? — спросил парень, доставая гостинцы из сетки и выкладывая их в небольшую вазочку на столе.

— Д-да, конечно! Эм… Ты пришел, чтобы принести мне апельсинов?

— Я принес задание по физике. У нас была новая тема и мадам Менделеева просила объяснить ее тебе.

— Точнее сказать, просила Алью, — скорее утверждала, чем спрашивала, Маринетт.

На столь точное замечание Адриану оставалось лишь улыбнуться.

«Все-таки они хорошие друзья, раз Маринетт так быстро все поняла», — подумал юноша, садясь за компьютерный стол и доставая тетрадь с учебником.

Девушка села рядом и внимательно пролистывала сегодняшний конспект. Левой рукой.

— А, твоя рука… Ты ведь правша?

— Д-да, но все нормально! Я и левой могу писать, — соврала Маринетт, пытаясь скопировать написанное в собственную тетрадь, но получались лишь непонятные каракули.

Адриан покачал головой, отбирая тетради.

— Давай так, я буду переписывать для тебя и одновременно объяснять, хорошо?

«Адриан будет учить меня…» — губы девушки растянулись во влюбленной улыбке.

— О, вы уже начали заниматься? — спросил, поднявшийся с порцией свежих круассанов, отец старшеклассницы.

— Па-па, — начала было девушка, но заметила восторженный взгляд парня на выпечку. — Спасибо, папа! Но разве вам с мамой уже не пора?

— Да-да, мы уже уходим, — ретировался мужчина, передавая тарелку гостю.

— Ох, прости, Адриан, мои родители иногда…

— Увлекаются? Я помню.

Заниматься в такой близости от объекта своих мечтаний невыносимо, особенно для молодой девушки. Особенно, если объект этот настолько привлекательный, что сердце то пропускает удары, то колотится с такой скоростью, будто готово выпрыгнуть из груди. Даже страшно представить, что он может услышать, как бьется ее сердце.

«О-он так близко… Поверить не могу… Еще и пишет в моей тетради… Потом вырву эти листы и вставлю в рамочку», — блаженно думала брюнетка, совершенно не обращая внимания на объяснения парня.

— Маринетт, ты меня слушаешь? — спросил Адриан, подмечая, как блестят глаза девушки и пылают ее щеки. — Может, стоит прерваться? Кажется, тебе нехорошо.

— Нет, мне очень хорошо, — все еще витая в облаках, ответила девушка.

— То есть?

— Т-то есть, я х-хотела сказать, что мне лучше, чем было до того, как ты пришел… Ой, нет, я имела ввиду, что утром чувствовала себя хуже… Эм… Ну…

— Думаю, я понял. Но все-таки, давай прервемся.

«Сегодня я точно попробую эти круассаны», — глядя на выпечку, подумал Адриан и потянулся к одной из булочек.

— Вкусно? — поинтересовалась Маринетт, давно забывшая, как получать удовольствие от поедания сладкого хлеба.

Ведь ела она его каждый день.

Юноша лишь утвердительно промычал, взяв новую порцию и отмечая про себя, что начинка отличается.

— Ох, нужно было предупредить. Мы все любим разные вкусы, вот папа для домашних в один заход и делает различные виды.

«Для домашних?» — слегка покраснел юноша, хотя и понимал, что выпечка наверняка была приготовлена заранее и никакого отношения лично к нему не имела.

— Вот как… Это довольно необычно.

— Нет-нет, я же говорила… Р-родители просто иногда увлекаются и…

— Успокойся, Маринетт, это был комплимент, — улыбнулся старшеклассник. — А ты почему не ешь?

— Да я лучше апельсин съем, вот только…

«Она ведь с одной рукой его не почистит», — догадался о причине заминки девушки Адриан, протягивая руку к вазочке и замечая в углу стола перевернутую рамку.

— У тебя тут фотография упала.

Слишком поздно Маринетт поняла смысл сказанной фразы и не успела предотвратить катастрофу.

— Эм… М-Маринетт, это? .. — краснел парень, не в силах закончить фразу и выдавить из себя последние слова.

В обычной коричневой рамке была фотография Адриана. Вырезка из одного журнала. От смущения, девушка и слова не могла сказать в свою защиту, лишь выхватила предмет из рук юноши, прижимая к груди здоровой рукой, и повернулась к гостю спиной.

— Это не то, что ты думаешь! Ик… Я… Я просто… Ик…

«Даже икать стала и уши покраснели», — зачем-то констатировал факт Агрест, взяв в руки злосчастный апельсин, стараясь почистить его руками.

— Маринетт, ты что, моя фанатка? — решился задать вопрос блондин, не обращая внимания, как по пальцам засочился оранжевый сок.

«Так он подумал, что я его фанатка? Просто фанатка?»

— Д-да, ты прав! — решила соврать девушка. — Я-я старалась сохранить ик… Это в секрете… Ведь т-тебе не нравится, когда тебя окружают ф-фанаты…

«Так она переживала из-за этого? Волновалась за меня?» — подумал Агрест и сильнее сжал фрукт пальцами, от чего сок апельсина попал ему в глаза.

— Осторожнее! — доставая из ящика стола платок и откладывая фотографию в сторону, сказала Маринетт.

Она аккуратно протерла глаза парня, и лишь когда он открыл их, подростки поняли, что находятся на смущающем близком расстоянии друг от друга. На таком близком, что они чувствовали постороннее дыхание на своих губах.

— В-вот, возьми его, сам ты н-наверное лучше сделаешь…

— А-а, д-да, спасибо…

Не находя, о чем говорить, одноклассники продолжали в тишине разглядывать комнату, в которой находились, сидя друг к другу спиной.

Внимательно оглядываясь, Адриан подмечал, что стены выглядят слишком пустыми для комнаты творческого человека. Будто раньше на них что-то было, но зачем-то все сняли.

«Это из-за меня, — понял парень. — Поэтому она выглядела такой взъерошенной, когда я пришел. В спешке убирала плакаты из журналов».

Юноша чувствовал стыд. Девушка так старалась сохранить свое увлечение им в секрете. И самое главное, сохранить все в секрете ради него, чтобы не смущать и продолжать общаться, как раньше. Он даже восхищался таким беспокойством о себе.

— Слушай, Маринетт, прости меня… Я… Все же я не должен был приходить, — забирая книгу, начал Адриан. — Оставь тетрадь себе, потом отдашь.

— А-а, да, конечно, — прикусив губу, ответила брюнетка, так и не посмотрев на гостя.

«Он наверняка меня возненавидел…»

«Она не собирается оборачиваться?»

— Ну, я пойду…

— А-ага… Я не буду провожать…

— Да… — сказал блондин и, открывая дверь, остановился. — Знаешь, эм… Ты права, я не очень люблю находиться в обществе своих фанатов. Они обычно громко шумят, привлекая не нужное внимание, но… Я не против такой фанатки, как ты, Маринетт. Так что, поправляйся.

Адриан еще секунду подождал, вдруг одноклассница обернется, но она молча продолжала сидеть к нему спиной и, вздохнув, юноша вышел из комнаты.

— Ты, правда, думаешь, что Маринетт просто фанатка? — спросил маленький квами, стоило его хозяину покинуть кондитерскую.

— А что же еще? — удивился юноша.

— Ну, например что ты нравишься ей, как парень, а не как модель?

— Не смеши, — отмахнулся Адриан, чувствуя, как от предположения Плагга щеки начинают пылать. — Она сама сказала, что просто фанатка.

— Чисто технически, это ты сказал, а она просто согласилась.

Агрест резко остановился, оборачиваясь на путь, который прошел, мысленно возвращаясь в комнату девушки, пытаясь вспомнить, как она себя вела в тот момент.

— Глупости. Если бы я ей нравился, Алья бы не отправила меня к ней одного.

— Если бы ты ей не нравился, Алья бы не отправила тебя к ней одного. Она бы сама пошла или же потащила за собой тебя и того очкастого парнишку.

— Его зовут Нино, — зачем-то поправил квами Адриан, хотя не это было главным в его фразе.

«И ничего я ей не нравлюсь, — чувствуя смущение, продолжил путь домой старшеклассник. Пальцы из-за сока противно слипались между собой. — Никогда больше не возьму в руки апельсин! Одни беды от этих оранжевых монстров!»

А Маринетт в это время слезно обвиняла блоггершу во всех своих неудачах, а особенно за то, что именно она отвлекла ее внимание, когда сказала, что Адриан и апельсин вместе выглядят очень соблазнительно. Особенно если дождаться того момента, когда парень будет этот фрукт поглощать.

24.01.2016 года