Счастливые звезды нищего циника

- Я сказала, собирай свои манатки и проваливай! – продолжала истошно орать Анна. – Вон пошёл! А я хоть поживу для себя!

- Ань, да успокойся ты, полдевятого утра! – старался говорить тише Игорь. – Да и потом, куда я пойду? На улицу? Это ведь и моя квартира тоже. Её, между прочим, мои родители нам на свадьбу подарили, а не твои.

Это было далеко не первое такое утро для Игоря Недельцева. Вот уже почти три года жена устраивала ему с самого утра разнос, и он пять дней в неделю, а иногда и шесть, с испорченным настроением плёлся на работу.

Ему было сорок три года, и он работал в заштатной, готовящейся уже окончательно исчезнуть с лица этого мира газетенке своего родного города Белокаменска. А ведь когда-то «Белокаменский рабочий» грёб все рекламные заказы всех крупных предприятий Белокаменского района, и почти всех более или менее состоявшихся частных лавочек. Было это в сытые для Игоря и самой газеты «нулевые».

Хоть предприятия Белокаменска и не нуждались в рекламе непосредственно в «Белокаменском рабочем», хотя бы по причине того, что никто из жителей их маленького городка точно не собирался крупные партии компрессоров и гидронасосов покупать, но все же руководство белокаменских заводов в «нулевые» считало правилом хорошего тона размещать рекламу и в главном районном издании наряду с областными.

И информационное сопровождение опять же. Все тексты рекламных буклетов белокаменских предприятий ранее рождались коллективом «Белокаменского рабочего», и большинство из них написал как раз он, Игорь Недельцев. И деньги за это редакция их газеты получала неплохие.

Но времена изменились. Интернет и социальные сети выбили из-под «Белокаменского рабочего» финансовую почву, и газета стала катиться вниз и проседать, ежегодно теряя в деньгах.

Крупные предприятия завели свои пресс-службы и сайты, а рекламные буклеты теперь для них изготовляли областные, а то и вовсе московские типографии. Да и тексты для этих самых буклетов вообще писал бог знает кто, но только не коллектив «Белокаменского рабочего».

Игорь Недельцев, который в молодости, то есть в начале «нулевых», был звездой своей газеты и регулярно ездил в командировки в областной центр, и даже раз тридцать в саму Москву, тоже резко потерял в деньгах вместе с родным изданием, в котором прошла вся его трудовая деятельность и сытая молодость. И вместе с утратой былой относительной финансовой сытости у него сразу начались проблемы в семье.

- А, ты про квартиру начал! – взвилась Анна. – Да я заслужила эту квартиру, я тебя почти двадцать лет кормила и обстирывала! Или ты меня с детьми, что, на улицу выставить хочешь?

Глаза жены сверкали лютостью и ненавистью. Игорь одним глотком опрокинул остатки дешевого кофе, и поднялся из-за стола.

Выйдя из подъезда, он поморщился от яркого весеннего солнца и побрел на работу.

На работе у него дела тоже были не очень, несмотря на то, что Игорь тянул на себе почти всё.

Его шеф и наставник, и по совместительству главный редактор и владелец умирающей газеты, Сергей Дмитриевич Залевский, прекрасно понимал, к чему всё идет и тупо высасывал из погибающего издания последние соки.

На безбедную старость деньги Залевский давно отложил, а пенсию себе справил такую, что будь здоров. «Белокаменский рабочий» Сергей Дмитриевич приватизировал еще в конце девяностых, сразу, как только стал главным редактором, и за сытые рекламные годы успел сложить в свой пенсионный сундучок не один десяток миллионов рублей «на старость».

Но это было не самое страшное для Игоря. По идее предприятие и его владелец, которому Недельцев в своё время принёс столько денег, должно было отплатить ему благодарностью и пытаться поддерживать свою, пусть и поблёкшую и уже бывшую, но всё-таки звезду.

Но не тут-то было. Недельцев получал меньше всех в своём коллективе. Сергей Дмитриевич никак не заботился о том, чтобы как-то поддержать бывшего и, кстати, действующего фронтмена своей газеты и самого активного труженика коллектива.

Зарплата у Игоря год от года не то, что не повышалась, а неуклонно снижалась.

Четыре года назад он получал пятьдесят тысяч, и это при том, что в конце сытых «нулевых» он получал двести на руки, не считая суточных и командировочных.

Затем зарплату Залевский ему снизил до сорока, а потом и вовсе до двадцати с хвостиком, пока, в конце концов, не вышло так, что человек, который пишет почти все тексты четырехстраничного умирающего городского еженедельника, получает самую маленькую зарплату в коллективе.

Всего «трудящихся» в коллективе было семь человек. Самую большую зарплату в сто пятьдесят тысяч рублей, естественно, получал сам Залевский.

На втором месте была его относительно молодая любовница, Оленька Быкова, которая получала семьдесят тысяч и мнила себя звездой журналистики, ну или, как минимум, звездой местной журналистики.

Тексты Оленьки редко попадали в печать, а если и попадали, то это было исправленное рукой самого Сергея Дмитриевича творение, который сам когда-то писал очень недурные тексты и, по всей видимости, писать их до сих пор умел.

Получала Оля Быкова семьдесят тысяч на руки исправно и безоговорочно, и ей никто зарплату, разумеется, из года в год не снижал. Было этому уже не юному дарованию двадцать семь лет от роду, почти пять из которых она проработала в редакции «Белокаменского рабочего» и в постели Сергея Дмитриевича.

Далее по рангу шла главный и единственный бухгалтер газеты Шилова Екатерина Геннадьевна, пенсионерка с относительно нехилой пенсией, поскольку Шилова последние двадцать лет своего предпенсионного стажа была главным бухгалтером Белокаменского «Гидромаша». Да и дополнительный оклад в «Белокаменском рабочем» размером в шестьдесят тысяч не мог не радовать заслуженную работающую пенсионерку.

Работа у нее была непыльная, ибо денежных поступлений было немного, и на работе она появлялась всего два-три раза в месяц, да и то чтобы о чём-то переговорить с Залевским с глазу на глаз.

Четвертым был племянник Залевского Григорий, который на работе вообще не появлялся, а только числился. Журналистского образования у него не было, как, впрочем, и вообще никакого, кроме школьного. И текстов он, разумеется, никаких не писал, а только получал зарплату.

Залевский таким образом сестре помогал с проблемным сыном, который не хотел устраиваться на нормальную работу и строить карьеру, а целыми днями сидел за своим мощным компьютером, купленным ему родителями, и рубился в компьютерные игры.

Пятым был шофер Залевского, Вячеслав Александрович, который, по странному стечению обстоятельств, приходился мужем сестре Залевского и родным отцом его племяннику Грише, тому самому, который очень любил компьютерные игры и не появлялся на работе.

Шестым был юрист, имени которого Игорь даже не запомнил. Этот юрист был многостаночником и обслуживал не только «Белокаменский рабочий», а сразу несколько предприятий, и по договору об оказании услуг, независимо от объёма работы, получал фиксированный гонорар в пятьдесят тысяч рублей в месяц, прямо как зять и личный шофер главного редактора Залевского Вячеслав Александрович.

А седьмым был сам Недельцев, который получал когда двадцать восемь тысяч, когда двадцать пять, а когда и вовсе двадцать три – смотря, как у Залевского карта ляжет и звезды сложатся.

На улице, несмотря на яркое весеннее солнце, было зябко. Игорь засунул руки в карманы уже видавшего виды и когда-то модного пальто и зашагал быстрее.

Машины у него давно не было, последний свой внедорожник MitsubishiOutlanderон продал еще тогда, когда стал получать меньше сотни тысяч в месяц.

А ведь были же дни, когда он молодым ссыкуном рассекал на «Мазде-шестерке». Он купил её еще тогда, когда был не женат и жил ещё с родителями, причём брал не б/у, и не в кредит, а новую за «налик» в салоне областного центра.

Анька, его будущая жена, а тогда просто миловидная девушка из неблагополучного двора, набитого гопотой в трениках, пятки сбивала, бегая за ним и подкарауливая его, где только можно. Родители Игоря были против его брака с Анной, но он их не послушал и всё же женился на ней и прожил девятнадцать с лишним лет.

В браке родилось двое детей – шестнадцатилетняя дочь Арина, которая ныне заканчивала девятый класс и тринадцатилетний сын Стас, что заканчивал шестой.

И если Стас очень любил отца, несмотря на все невзгоды и все неудачи Игоря, и каждый раз при удобном случае льнул к нему, то дочь демонстративно выказывала отцу своё презрение, беря пример с матери.

С этими нелегкими думами, которые стали для Игоря уже традицией по пути на работу, Недельцев вошел в двухэтажное здание редакции «Белокаменского рабочего», в котором в лучшие годы работало до сорока человек, поднялся на второй этаж и прошел к себе в просторный, но пропахший пылью кабинет.

Не успел Недельцев сесть за стол и включить компьютер, как в кабинет ввалился Сергей Дмитриевич, вздохнул и участливо уставился на него.

- Надо поговорить, Игорь Владимирович, - жёстко и уверенно начал главный редактор.

- Что случилось? – обречённо выдохнул Игорь, предчувствуя недоброе.

- Мне надо сокращать штат, Игорюша, - твердо ответил Залевский, вытаскивая из кармана пиджака тощий конверт и протягивая его Недельцеву. – Здесь твое неофициальное выходное пособие, Игорь. Разумеется, на будущей неделе ты получишь и официальное, вместе с последней зарплатой.

- Я в чём-то провинился? – уже твердым голосом спросил Игорь.

- Да нет, конечно, - отмахнулся главный редактор, усаживаясь на стул напротив Игоря и закуривая сигарету. – Понимаешь, Оленька у меня волнуется оттого, что не растет в карьерном и материальном планах. Прямо чуть ли не до депрессии дело доходит. А дела у нашей газеты, сам понимаешь, плохи. Денег нет.

- И вы решили уволить меня? – удивился Игорь.

- Ну, а кого же ещё? – в ответ так же удивленно спросил Сергей Дмитриевич. – Твой оклад я прибавлю к окладу Оленьки, может, добавлю ещё немного, чтобы она сто двадцать в месяц получала, - задумчиво посмотрев на потолок объяснял Залевский. – Опять же, теперь все тексты будут за её авторством, и у неё самооценка поднимется, а вместе с этим и депрессия улетучится. А ты мне что предлагаешь, Игорюша, родственников уволить или нашего бухгалтера Екатерину Геннадьевну? Или, может быть, меня? – хохотнул главный редактор. – Сам же знаешь, это невозможно, поэтому загляни в конвертик, немного обрадуйся да начинай вещички в своем уже бывшем кабинете потихоньку паковать в ящичек, который с собой унесешь.

- Пятнадцать тысяч рублей? – сокрушенно вздохнул Недельцев, заглядывая в конверт и наблюдая там только три купюры.

- А тебе что, может, миллион выдать? – с желчью выкрикнул Залевский. – Радуйся, что хоть это даю, да и то только для того, чтобы горькую пилюлю подсластить. Разумеется, зарплату ты получишь, и официальное выходное пособие в размере последней зарплаты. Разумеется, последняя зарплата будет несколько выше твоей обычной, может, даже к ней и выходному пособию кое-какую премию тебе организую, так что не истери, ради Бога!

- А тексты, значит, теперь Оля писать будет? – задумчиво и протяжно спросил Недельцев.

- Ты в своем уме или как? – фыркнул Залевский. – Я буду писать, кто же еще, просто автором укажу её! Осилить три-четыре материала средних объёмов в неделю я смогу легко! А моя рыбка расстраиваться перестанет, - довольным тоном прогудел Сергей Дмитриевич, закуривая новую сигарету. – Да, кстати, чуть не забыл, у меня для тебя есть последнее редакционное задание. Выполнишь его сегодня – и на работе можешь больше не появляться! Никакой отработки и тому подобной дребедени!

- Какое? – безучастно спросил Игорь.

- Ты же в курсе, надеюсь, что в нашем городе на носу выборы мэра?

- Ну, - непонимающе протянул Недельцев.

- Вот тебе и «ну», - поддразнил Игоря Залевский. – Тебе известно, что конкуренцию нашему действующему мэру Всеволоду Яковлевичу Никифорову собирается наш доморощенный инвестор Фролов составить? А еще журналист называется!

- Нет, я этого не знал, - удивленно отозвался Недельцев, даже не заметив издевки главного редактора. – Хотя Юру Фролова знаю лично. Вернее, когда-то знал. Он тоже, как и я, журфак в моём университете закончил, только учился на два курса младше меня. Но в журналисты не пошёл, а ударился в бизнес и преуспел.

- Ну, тем более! – удовлетворенно пропел Сергей Дмитриевич. – Вот тогда тебе точно стоит посетить пресс-конференцию, которую сегодня в актовом зале нашего Дворца Культуры этот напыщенный индюк устраивает. Вечером мне по электронке мини-отчётец перешлешь, что да как он говорил, где у него слабые места и всё такое. Людишки нашего Всеволода Яковлевича там тоже, разумеется, будут, но мне-то тоже ему свою лояльность демонстрировать во время выборов как-то надо! А то этот молодой щенок Фролов со своими деньжищами, видите ли, Никифорова сковырнуть собрался! – со злобой почти что прошипел Залевский, прикуривая от окурка ещё одну новую сигарету и поднимаясь со стула, явно намереваясь закончить разговор.

- Сергей Дмитриевич, последний вопрос, – остановил своего уже почти что бывшего шефа Недельцев. – А вам-то какая разница, кто мэром будет?

- Ещё какая разница! – обернувшись почти что вскричал Залевский. – А кто моей газете, кроме Всеволода Яковлевича, будет каждый месяц пятьсот тысяч рублей от администрации города выделять? Саша Пушкин, то есть – Фролов? Этот молодой карась сразу меня из списков на наши городские и районные гранты вычеркнет!

- Пятьсот тысяч, - разочарованно и удивленно процедил Игорь. – Плюс ещё двести-триста минимум от наших оставшихся заказчиков. А я, значит, уже полтора года на двадцать с хвостиком живу.

- А ты мои деньги не считай! – окрысился Залевский. – Это моя газета! И да, я буду платить пристойные зарплаты своим родственникам! И своей любовнице вообще шикарную оформлю, и ничуть не стыжусь этого! И помимо своей, тоже шикарной по местным меркам, зарплаты, буду еще пеночку в сто-двести тысяч сверху снимать, не сомневайся! О тебе я думать, чтобы там у тебя в башке не вертелось, не обязан! А о своих родственниках, и уж тем более о своей молодой пассии – обязан! Поэтому давай-ка без обид и помни, что от сегодняшнего отчёта, в котором будут изложены твои умные мыслишки, будет зависеть размер твоей последней в моей газете зарплаты и, соответственно, выходного пособия!

С этими словами Залевский вышел и хлопнул дверью так, что с потолка посыпалась крошка от накладных потолочных пенопластмассовых плиток, которыми модно было отделывать потолки в «нулевых». Собственно, именно тогда Сергей Дмитриевич и проводил последний капитальный ремонт помещений своей газеты и производил последние закупки офисной мебели, которая на данный момент уже вся трещала, скрипела и разваливалась.

Игорь был раздавлен. Он вытащил из ящичка початую бутылочку дешевого коньячка и одним большим глотком допил её прямо из горла. Потом стал собирать свои вещи – пресс-папье, которое ему подарил знакомый из редакции «Комсомольской правды» во время одной из командировок в Первопрестольную, набор ручек, три запасных новеньких блокнота, легкие кеды и чистую футболку из шкафчика.

Потом заглянул в один из городских чатов и узнал, что Фролов будет проводить свою пресс-конференцию в 12:00 по местному времени. Оставалось еще целых сорок минут.

Игорь даже не стал прощаться с Залевским, и с двумя пакетами под мышками вышел из здания своей уже бывшей газеты.

Дойдя до мусорных баков, стоящих в переулке за аркой между домов, Игорь представил, как он будет выглядеть во Дворце культуры с этими пакетищами, и задумался. Приняв решение, он тряхнул головой, выудил из одного из пакетов ручку и новый блокнот, а остальное выбросил в мусорный бак.

В фойе Дворца культуры было людно и шумно. Недельцев узнал нескольких чиновников городской администрации, пару репортёров из областных изданий и целую толпу местных тружеников пера и клавиатуры, от штатных сотрудников местных мелких изданий до белокаменских блогеров, славившихся на всю область своим раздутым эго, манией величия и абсолютным бескультурьем.

Была здесь и Оля Быкова со своей подругой, которую звали, кажется Настей. Она часто приезжала на такси к Ольге на работу, и они с ней прямо во время рабочего дня устраивали сеансы распития вина с курением прямо на рабочем месте.

Встретившись взглядом с Недельцевым, Быкова презрительно усмехнулась, тронула за плечо свою подругу, указала на Игоря пальцем, и они обе рассмеялись в голос.

Потом, взяв свою подругу под руку, Быкова решительно процокала своими полуботиночками на высоких каблуках прямо к Недельцеву.

- Игорюша, я слышала, тебя отправили в отставку? – ироничным тоном просюсюкала Оленька.

- Да, отправили, - не видя особого смысла запираться, ответил Игорь.

- Какая жалость! – уже абсолютно безжалостным тоном рубанула Быкова. – Но ты не унывай, я слышала, что в «Пятёрочке», что рядом с твоим домом, нужны грузчики!

- Учту, спасибо, - стараясь держаться, твердо произнес Недельцев.

- Учти-учти, лошара тупорылый! – презрительно бросила Ольга. – Насть, пошли!

Вскоре из актового зала вышла девушка в деловом костюме и очках а-ля «студент-ботаник» и на удивление твердым и звонким голосом сообщила, что Юрий Васильевич приглашает собравшихся войти и рассаживаться.

Рассаживались минуть пять, причем все старались сесть ближе к сцене, но Игорь в гордом одиночестве уселся аж в седьмом ряду, ближе к середине. Он вытащил блокнот и приготовился делать пометки, но, как выяснилось, рановато.

Фролов не появлялся еще минут десять, а когда появился, то вместе с ним вышли два оператора и два репортёра, и одну из них, Татьяну Смольскую из «Областных будней», первого и самого мощного регионального издания, владеющего, к тому же, своим телеканалом, Недельцев сразу узнал.

Имени второго репортёра Игорь точно не знал, но логотип на камере свидетельствовал, что это ребята одного из крупнейших федеральных телеканалов.

По толпе в зале пронесся уважительный гул, свидетельствующий о том, что местные мещане признали, что с Фроловым в зал ввалилась региональная и федеральная тяжелая артиллерия от СМИ.

Деловая девушка, что приглашала всех войти, заняла место за столом, установленном на сцене, к ней справа подсел сам Фролов, а слева какой-то пожилой мужчина в очень дорогом костюме. Игорь предположил, что это какой-то политтехнолог.

Фролов начал бойко и, что вызывало удивление, без бумажки. Много говорил об индустрии, благоустройстве, молодых семьях и рождаемости. Говорил чётко и непринужденно. Было видно, что готовился основательно. А когда он закончил, и журналисты начали атаковать его вопросами, Фролов, надо отдать ему должное, так же легко, непринужденно и уверенно на них отвечал.

Недельцев вовсе не собирался задавать кандидату в мэры никаких вопросов и вообще собирался молчать и только лишь делать пометки в блокноте, но то ли выпитый на голодный желудок коньяк сделал свое дело, то ли из него наружу выплеснулась накопившаяся злость.

Когда местная девушка-журналист начала задавать Фролову вопрос о благоустройстве города, у Игоря непроизвольно громко вырвалось одно слово, да так, что его услышал весь актовый зал белокаменского Дворца культуры.

- Бред! – бросил Недельцев, сам удивившись тому, что произнес это так громко.

Девушка-журналист с обиженным лицом обернулась на Игоря, а Фролов уставился на него любопытным взглядом своих больших серых кошачьих глаз.

- Простите, что вы сказали, Игорь Владимирович?

Недельцев покраснел и от стыда, и одновременно от того, что ему стало приятно, что его имя помнит такой человек, как Фролов. Откуда ни возьмись, в Недельцеве вдруг проснулась былая уверенность в себе, и он вновь брякнул, уже обращаясь непосредственно к Юрию Фролову:

- Да бред это, Юрий Васильевич!

- Поясните, пожалуйста, Игорь Владимирович! – с любопытной интонацией в голосе, но все так же внятно, чётко и громко произнес Фролов, слегка наклонив голову вправо, но не сводя с Недельцева взгляд.

- Извольте, - начал Игорь нарочито уверенным тоном. – На мой взгляд, не от мэра должно зависеть, как будут работать коммунальщики! Если уж кандидат в мэры, идя на выборы, начинает тонуть в обещаниях произвести качественное благоустройство, то, уж простите, это свидетельство того, что мы с вами докатились до ручки! Мэр, в первую очередь, должен заниматься привлечением инвестиций в город, созданием новых рабочих мест, а коммунальщики и дорожники должны и без него знать, что и как делать! Мне бы, например, было гораздо интересней услышать, какие предприятия будут построены, и какие инвесторы зайдут к нам в город, если вы станете мэром!

Выпалив всё это, Недельцев непроизвольно вжал голову в плечи, боясь, что Фролов его сейчас просто сожрёт. Но этого не произошло.

Юрий Фролов, с интересом глядя на Игоря, вдруг неожиданно захлопал в ладоши, и через мгновение аплодисментами разразился весь актовый зал. Не то, чтобы громкими, ибо заполнен был лишь максимум на четверть, но всё же.

- Браво, браво! – нараспев протянул Фролов. – Вот вам яркий пример вдумчивого избирателя, знающего, чего он хочет от местных властей! – продолжал непринужденно держать под контролем аудиторию Фролов. – Но это, как вы уже поняли, не рядовой избиратель, а представитель СМИ, небезызвестный Игорь Владимирович Недельцев, который много сделал для журналистики нашего города! Я учился с ним в одном университете, чем очень горжусь, и не пропускаю ни одной его статьи!

От такой рекомендации Недельцев покраснел, как рак. Он буквально кожей почувствовал, как пунцовеет. И даже на некоторое время забыл о своих очень больших невзгодах и стал, как и все, завороженно слушать Фролова, который всё говорил и говорил.

Но всё когда-нибудь кончается, и эта чудесная пресс-конференция, на которой Игорь блеснул, тоже закончилась. Журналисты и блогеры обступили Фролова, но Недельцев решил не навязываться. Юрий Фролов и так дал ему неплохой пас сегодня и хоть немного поднял настроение. И на том спасибо, как говорится.

До дома он дошёл минут за двадцать, размышляя над тем, что же отправить в отчете Залевскому. Да и как-то не хотелось, если честно, после такой похвальбы в свой адрес Фролову гадить.

Он открыл ключом дверь, и увидел, что на пороге стоит Анна, а рядом с ней два чемодана: один старый, ещё его родителей, а второй с выдвижной ручкой и колёсиками, с которым он когда-то мотался по командировкам.

- Так, не начинай! – выставила руки вперед ладонями в останавливающем жесте Анна. – Я уже всё решила! Уходи, и давай без соплей и истерик!

- Не будет соплей и истерик, - неожиданно твердо ответил ей Игорь. – Ноутбук принеси, он мне для работы нужен. Он на столе.

Анна быстро сходила за ноутбуком, Игорь засунул его в отделение своего чемодана с колесиками и вышел, ничего не говоря.

Анна тоже ничего не сказала и молча закрыла за ним дверь. Недельцев порылся в карманах и нащупал ключ от квартиры своего друга детства Славки. Это была однушка через дорогу.

Славка раньше сильно бухал, но потом остепенился и стал ездить по вахтам. Недельцев еще полтора года назад взял у него ключ на случай чего, предчувствуя недоброе и догадываясь о намерениях своей изменившейся жены, в которой уже ничего не осталось от той разбитной девчонки из хулиганского двора.

И вот настал тот день, когда славкин ключ ему понадобился. Недельцев быстро вышел из подъезда, моля бога о том, чтобы ему не попался никто из соседей.

Солнце было еще довольно высоко. Игорь решил, что сначала забросит чемоданы в квартиру, а уже потом пойдет за продуктами, потому что у Славки явно ничего не было, кроме чая и сахара – он перед длительными командировками заблаговременно размораживал, мыл и отключал от сети холодильник, а все оставшиеся продукты выбрасывал.

Выйдя из подъезда, Игорь увидел перед собой огромный черный внедорожник. Задние дверцы открылись и из салона, к удивлению Недельцева, вышел Фролов собственной персоной и какой-то громила.

- Ну, всё, вот сейчас-то я и отвечу за свое пафосное выступление, - обреченно подумал Игорь.

Но Фролов, оказывается, и не думал ломать ему ребра с ногами.

- Игорь Владимирович, вот, хотел к вам лично заехать, - сверкал своими обаятельными кошачьими глазами Фролов, протягивая Недельцеву руку для рукопожатия. – Узнал ваш адрес и вуаля! А куда это вы? – удивился Юрий Васильевич, разглядев чемоданы Игоря.

- В почетную отставку, - хмуро пробурчал Недельцев.

- М-м-м, жена отправила, - понимающе промычал Фролов. – Ну да ничего, бывает! И куда вы сейчас?

- Да на квартиру к Славке Иванцову. Он мне ключ оставил, а сам сейчас в отъезде.

- Иванцову? Это тот, который не просыхает, что ли? – непонимающе поднял брови Юрий Васильевич. – Не удивляйтесь, Игорь Владимирович, он мне тоже почти ровесник, как и вы, а город у нас маленький всё-таки.

- Ну, сейчас-то он не пьёт, - попробовал было возразить и защитить друга Недельцев.

- Честь ему и хвала! – нетерпеливо отрезал Фролов. – Но ведь он вернется, не так ли? Он же вам эту квартиру не подарил? То-то же. Так что селиться у него – это не дело. Садитесь-ка в машину! – скомандовал кандидат в мэры. – Эдик, что ты стоишь, помоги уважаемому человеку! – нетерпеливо гаркнул он своему громиле, давая выход своей нетерпеливой энергичной натуре.

Эдик забрал у Игоря чемоданы, потом открыл перед Фроловым дверь и кивком головы то ли предложил, то ли приказал Недельцеву усаживаться рядом со своим шефом на заднем сиденье. Сам же потом занял пассажирское место рядом с водителем.

- Василий, в «Салатное изобилие»! – скомандовал Фролов водителю. – Вы ведь голодны, наверное? – спросил он, уже обращаясь к Недельцеву.

Игорь кивнул. Машина тронулась, и Фролов, доверительно наклонившись к Недельцеву спросил:

- Игорь Владимирович, вы хотите работать у меня?

Недельцев вопросительно и удивленно посмотрел на Фролова, и хотел было что-то возразить, мол, я уже работаю в газете, и всё такое, но Юрий Васильевич и впрямь был нетерпеливым человеком и, видимо, времени у него сегодня было маловато, поэтому он вновь проявил нетерпение, жестом призвав Игоря ничего не говорить.

- Я уже все знаю, Игорь Владимирович! – с извиняющейся физиономией и по-прежнему доверительным тоном отрезал Фролов. – Ну, ваш Залевский, может, и промолчал бы, но вот его любовница уже всем своим подружкам в соцсетях похвасталась. Особенно умилило то, что она этого жирдяя, вашего бывшего главного редактора, называет Дусей!

Неожиданно для себя Игорь громко рассмеялся. Подхватил и его смех Юрий Васильевич, похохотав с ним секунд пять. А потом опять спросил:

- Так пойдете ко мне?

- Да, - честно глядя кандидату в мэры в глаза ответил Недельцев. – У меня и других предложений, в общем-то, нет. Что надо делать?

- Да просто помочь мне выиграть выборы, вот и всё! – улыбнулся Фролов. – Нет, ты не думай, у меня хорошая команда политтехнологов, Игорь Владимирович, - как-то незаметно перешёл на «ты» Юрий Васильевич. – Ты же будешь моим личным советником. Ты, Игорь, прекрасно пишешь, да и знаешь этот город хорошо. Мне нужны твои тексты и дельные замечания. Согласен?

- Еще бы! – закивал головой Недельцев. – Когда приступать?

- Да через пару деньков! – похлопал его по плечу Юрий Васильевич. – А пока вот твой аванс, - сказал он, вытащил пухлый огромный курьерский конверт из внутреннего кармана дорогущего пальто и протянул его Игорю. – Не заглядывай, на месте посмотришь, и не пугайся, мы все это официально, конечно же, оформим. Зарплатной карточки моей организации у тебя пока нет, так что на первое время наличка. А сейчас мы тебя в твое новое жилище определим. Всё ясно?

- Да. То есть, нет, не всё! – выпалил не верящий своему счастью Игорь, сжимавший в руке толстенный огромный курьерский конверт. – Что за новое жилище?

- Увидишь! – подмигнул Фролов. – А вот и «Салатное изобилие»! Вась, вставай, где обычно! – вновь скомандовал Юрий Васильевич.

Выходить из машины они, однако, не стали. К задней дверце машины, где сидел Фролов, подбежала миловидная молодая девушка в фирменном кокошнике и белом передничке, и, как видно, так подбегала она уже не в первый раз.

Фролов опустил стекло и, видимо, по привычке, стал обаятельнейшим тоном делать заказ. Игорь предположил, что Юрий Васильевич и сейчас не теряет времени и на этой девчушке свои вербальные таланты отрабатывает.

- Дашенька, дорогая, здравствуйте! – ворковал Фролов. – Нам, пожалуйста, вашего печеночного салата самый большущий контейнер, потом «Мясное ассорти» в таком же объеме, и в средних «Оливье» и «Овощная сказка».

Девушка всё записала кивнула и убежала так же быстро, как и появилась. А минуты через три дородный парень в униформе заведения вынес огромный бумажный пакет с ручками.

- Эдик! Не спи! Иди, заплати! – вновь продемонстрировал свой властный голос Фролов.

Эдик вышел из машины, достал из-под пальто планшет, а парень протянул ему маленький черный прибор с дисплеем, на котором, скорее всего, был QR-код.

Громила провел пару раз пальцами по экрану, потом нажал на что-то большим пальцем, развернулся и сел обратно в машину.

- Вася, гони в мою старую нору, надо Игоря завезти! – дал новое указание Фролов и огромная машина вновь тронулась.

- Это мое старое жилище, моя первая отдушина, - рассказывал Юрий Васильевич. – Тебе там будет удобно. Я там лет семь уже не живу, но ухаживаю за домиком, время от времени меняю там мебель и кое-какой ремонтец произвожу. Компьютер и принтер там, кстати, есть, год назад мощную машину поставили. Интернет, естественно, тоже на высоте, не сомневайся, Игорь.

- Я даже и не думал в этом сомневаться, - задумчивым тоном протянул Игорь, все ещё несколько шокированный происходящим.

До места добрались довольно быстро. Уже минуты через три после отъезда от «Салатного изобилия» они оказались в пригороде Белокаменска. Частный сектор города замелькал своими симпатичными домишками. А еще через пару минут внедорожник Фролова свернул на ухоженную улицу, на которой по обеим сторонам стояли очень добротные коттеджи.

Наконец, машина остановилась, и Фролов с Недельцевым вышли. Вышел и Эдик-громила.

- Эдуард, занеси чемоданы Игоря в дом и оставь их в прихожей, - в очередной раз властным голосом распорядился Юрий Васильевич.

Эдик вытащил чемоданы Игоря, подошёл к калитке, отпер её и скрылся внутри двора. А Фролов тем временем что-то выудил у себя из кармана и протянул Игорю.

- Твой экземпляр ключей, - почти что торжественно произнес Юрий Ваисльевич и разжал ладонь. – Этот от внешней калитки, эти два от входных дверей, а этот, самый большой, от гаража. Давай, забирай смелее. Кстати, дома есть и алкоголь. Пиво не советую, оно давно куплено, а вот коньячком можешь смело баловаться. Сегодня можно. Но завтра к пяти вечера прошу быть трезвым. Я заеду к тебе с моей помощницей!

С этими словами Юрий Васильевич ловко и быстро скользнул обратно на заднее сиденье своего внедорожника. А через мгновение мимо Игоря гулко протопал громила Эдик и запрыгнул на переднее. Внедорожник взревел, оставив Недельцева одного на улице.

Игорь вздохнул и пошел в дом. Никакой собаки во дворе не оказалось, а вот камер наблюдения было хоть отбавляй. Недельцев даже приветливо помахал в объектив одной из них.

Входные двери были деревянными и тяжелыми, но очень красивыми, с ручной декоративной резьбой. В прихожей стояли два его чемодана. Приятно пахло освежителем воздуха.

Игорь скинул своё видавшее виды пальтецо и, прихватив с собой салаты, отправился на кухню.

Найдя тарелки, он наполнил одну из них печеночным салатом, а остальные контейнеры решил положить в неприлично огромный высоченный холодильник. В нем стояло несколько баночек немецкого пива, и Игорь, взглянув на них, вдруг осознал, как сильно он хочет пить.

И неудивительно, ведь последнее, что он сегодня пил, был тот самый дешевый коньячок в его кабинете.

- Да пофиг! – уговаривал сам себя Недельцев. – Ведь в банке же!

Он открыл банку пива и почти залпом её выпил, настолько сильна была его жажда. Слегка утолив жажду, Игорь вдруг осознал, что он к тому же ещё и дико голоден. Поэтому, не теряя времени, он набросился на салат и не остановился, пока не опустошил весь контейнер.

После этого он выпил ещё одну баночку пива и, наконец, решил посмотреть, сколько же денег лежит в том конверте, который ему вручил Фролов.

Когда он его открыл, то его волнение и предвкушение сменились внутренним ликованием. В желтом курьерском конверте лежали четыре стопки пятитысячных купюр в банковской упаковке. Два миллиона рублей – почти что годовая его зарплата в лучшие годы.

Радость Игоря через несколько минут сменилась чувством долга. Раз это зарплата, значит, её надо отрабатывать. Игорь взял ещё одну баночку пива и пошел в зал, где на столе, перед которым стояло дорогущее кожаное кресло, красовались огромных размеров системный блок и просто колоссального размера мониторище.

Принтер тоже был огромным. Собственно, это был не принтер, а «комбайн» - принтер, сканер и ксерокс в одном корпусе.

Включив компьютер, он вошел в Дзен и открыл свой аккаунт. Затем открыл своё облако, убедился, что все его файлы на месте, и принялся читать местные новости.

Много писали про мэра Никифорова, но и про Фролова не меньше. И Игорь приятно удивился, когда в одной из статей про Юрия Васильевича увидел и свою фотографию.

Фотографу можно было ставить памятник, настолько была хороша фотка. И как все-таки хорошо, что он догадался в актовом зале сесть поодаль от всех остальных.

Игорь был запечатлён сидящим в одиночестве с закинутой на другую ногу ногой, загадочным наклоном головы и открытым взглядом.

Не красавец, конечно, но всё-таки видный мужчина. А он-то себя уже несколько лет как в обрюзгшего замухрышку записал!

Зазвонил телефон. Это был Залевский. Игорь вздохнул, отхлебнул пива из баночки и взял трубку.

- Я что-то не вижу твоих умных мыслишек у себя на электронной почте, Игорюша, - строгим тоном произнес Залевский.

- И не увидите, Сергей Дмитриевич, - решительно ответил Недельцев.

- Я-а-асно, - протянул Залевский. – Ну, что ж, тогда зарплата будет минимальной и выходное пособие тоже, - уже угрожающим тоном почти что проревел Сергей Дмитриевич. – Трудовую свою можешь уже завтра забирать, Шилова будет на месте, она тебе её и отдаст. И мне, смотри, на глаза лучше не попадайся!

Игорь не стал ничего отвечать и повесил трубку. Бывший его шеф, конечно, особенно напакостить ему никак не мог, но неприятный осадок от его тона, конечно же, остался.

Взгляд Игоря остановился на бутылке коньяка, что сверкала в серванте. Коньяк был явно не из дешевых, но Фролов ему, вроде как, разрешил.

Утешаясь коньяком и просматривая местные паблики и информационные ресурсы, изредка делая нужные пометки в блокноте и копируя в отдельный текстовый файл интересующие его цитаты и абзацы, Игорь провел несколько часов за компьютером.

Он даже не заметил, как на улице стемнело, несмотря на то, что шторы на окнах были полупрозрачными и от этого казались воздушными.

Недельцев почувствовал, что у него закрываются глаза. Он отыскал душевую, с трудом принял душ, поскольку минут десять разбирался, какие краники и кнопки за что отвечают, достал из чемоданчика сменное белье и решил спать на диване, что рядом с компьютером.

Допив коньяк на донышке бутылочки одним глотком, он улегся на диванчик, под голову положил маленькую подушку и укрылся покрывалом, что снял с кресла.

Будильник в его телефоне зазвенел ровно в восемь. Игорь опять протопал в душевую и уже в трезвом уме и в твердой памяти с удовольствием обнаружил, что гостевая новенькая зубная щётка и зубная паста наличествуют, как и шампунь с целым набором полотенец.

Почистив зубы, Недельцев плотно перекусил «Мясным ассорти» и запил его двумя кружками крепкого дорогого чая. Но даже после завтрака и огромного количества чая он чувствовал, что от него сильно несет перегаром.

Решив, что будет каждый час чистить зубы и насильно заливать в себя целые литры чая, чтобы потом не дышать на Фролова и его помощницу этаким зловонием, Недельцев включил компьютер и принялся за работу.

Работалось на удивление легко. Он решил, что сегодня читать местные новости и копировать абзацы и цитаты не будет, а лучше изучит ход избирательных кампаний мэров маленьких городков по всей России.

В двенадцать часов дня, когда Недельцев читал про мэра, который выиграл выборы в одном из маленьких городков в Пермском крае, его телефон снова зазвонил. Это была Шилова, главный бухгалтер «Белокаменского рабочего».

- Я слушаю, Екатерина Геннадьевна, - сухо проронил Недельцев.

- Здравствуйте, Игорь Владимирович, - хищно протянула главбух. – Вам бы трудовую свою забрать надо, Сергей Дмитриевич распорядился. Я сейчас в редакции, так что вы можете явиться.

- Я смогу только после пяти, - уверенным тоном заявил Игорь.

- Ну, тогда подъедете ко мне домой, я сброшу адрес, - недовольным тоном проскрипела Шилова и, не прощаясь, бросила трубку.

Игорь налил себе еще чаю и с головой ушел в работу. А где-то в полпятого он услышал веселый говор и топот нескольких пар ног во дворе.

В дом ввалились четверо: Фролов, его помощница-ботаничка Жанночка, Эдик-громила и незнакомый мужчина актерской внешности.

На Жанночке висели несколько чехлов для деловых костюмов, вероятно с этими самыми костюмами внутри. А громила Эдик вообще весь был увешан костюмами, несколькими пальто, а в руках у него были огромные пакеты с фирменными логотипами дорогущих бутиков.

Фролов, увидев включенный компьютер и кучу распечатанных листов, одобрительно посмотрел на Недельцева и удовлетворенно закивал головой.

- Я смотрю, времени ты не теряешь, Игорь Владимирович! – довольным тоном одобрил работу Игоря Юрий Васильевич. – Ого, да ты избирательную кампанию Зайцева из Пермского края изучаешь, толково! – уже прогремел Фролов. – Он, между прочим, из наших, из инвесторов, ты не знал?

Мужчина актерской внешности, хоть ничего и не говорил, но времени, как и сам Игорь до этого, не терял. Он расстелил посреди комнаты целлофановую пленку примерно два на два метра, поставил посреди нее компьютерное кресло и заявил Фролову, что готов приступить.

- Это Саша Мальцев, мой стилист, - пояснил Фролов. – Усаживайся, Игорь, будем тебя в божеский вид приводить. А с одеждой ты потом сам разберешься, и не волнуйся, Жанночка твой размер абсолютно верно «срисовала», есть у неё такой талант.

Фролов сделал знак рукой Жанночке и Эдику, они сложили все чехлы, пакеты и баулы прямо на диван и вышли из дома. А Фролов, усевшись на краешек дивана, стал давать пояснения и указания Недельцеву, которого стилист Мальцев уже усадил в кресло, обернул покрывалом и начал стричь.

- Значит, первое, - начал Фролов, - забирай-ка свою трудовую и завтра, прямо завтра, дуй в мою контору «Белкаминвест». Там уже все готово, я даю тебе должность советника генерального директора по связям с общественностью. Конечно, там генеральным директором сейчас числится мой сподвижник Васильцев, поскольку я кандидат в мэры, но решаю все там по-прежнему я, - убедительно сверкал глазами Юрий Васильевич. – Подписывай договор, я тебе оклад в миллион в месяц положил, да не забудь оформить документы на те два миллиона, что я тебе вчера дал, - продолжал Фролов, - и не волнуйся, это что-то вроде «подъемных». Так что свою первую зарплату ты получишь в полном объеме, а аванс тебе уже завтра или послезавтра на карту «капнет», она тоже, кстати, уже готова.

От таких новостей у Игоря уже в который раз захватило дух, да так, что стилист Мальцев был вынужден попросить его держать голову ровно.

А Фролов тем временем продолжал свой наставительный монолог.

- И выпишись из своей старой квартиры и подпиши со мной договор купли-продажи на это жилье, - громко и тоном, не терпящим возражений, излагал Фролов. – Платить тебе ничего не придется, а с финансовыми формальностями я сам разберусь. Этот дом и всё, что внутри, теперь твое.

- Юрий Васильевич, - начал было потрясенный Недельцев.

- Подожди удивляться, это еще не всё, - зажестикулировал руками Юрий Васильевич. – Давай-ка помолчим и дадим Саше свою работу доделать, а то ты от переизбытка чувств только усложняешь ему процесс.

С этими словами Фролов взял распечатанные наработки Недельцева и погрузился в чтение, а стилист Мальцев мало того, что подстриг Игоря, так еще и гладко его выбрил, а потом минут пять втирал в его лицо какой-то невообразимо прекрасно пахнущий крем.

Наконец, когда Мальцев закончил и Игорь встал с кресла, Фролов окинул его одобрительным взглядом.

- Орел! – гаркнул Юрий Васильевич. – Прям хоть сейчас в губернаторы!

Мальцев откатил кресло обратно, предварительно обмахнув колесики какой-то кисточкой, собрал целлофановую пленку с волосами и щетиной Недельцева в узелок и молча вынес его с собой из дома.

- А теперь пошли на улицу! – скомандовал Фролов.

Игорь накинул свое старое пальто, вышел вместе с Юрием Васильевичем, и когда открыл калитку, увидел, что возле огромного внедорожника Фролова стоит ещё один, поменьше.

- Mitsubishi Outlander, всё, как ты любишь, - пояснил Фролов. – Да, не новый, б/у, 2021 года, но бегает. Внутри все документы, включая страховку, и техпаспорт на твое имя. Есть у моей службы безопасности связи в местной полиции!

- Юрий Васильевич, да как я с тобой расплачиваться-то буду? – схватился за голову Недельцев. – Дом, машина, деньги…

- Рассчитаешься своей работой! – прервал стенания Недельцева Фролов. – Руслан Тополага, между прочим, который у нашего пермского Зайцева был политтехнологом, с него за избирательную кампанию запросил пятьдесят миллионов! Да, вот так-то, Игорь, люди, которые занимаются выборами, причем даже местными, получают именно такие деньги!

- Так у вас вроде же есть политтехнолог, - попытался возразить Игорь, - ну, тот, который рядом с вами вчера в актовом зале сидел!

- А-а-а, Александр Вячеславович, - кивнул Фролов. – Он обеспечивает мне поддержку на федеральном и областном уровнях, но о нашем городе ничегошеньки не знает, хоть и содрал с меня немаленькую сумму, - вздохнул Юрий Васильевич. – И поддержка его, в основном, заключается в привлечении областных и федеральных СМИ и узких политических кругов так сказать. Поэтому-то мне и нужен ты, Игорь.

Недельцев смущенно заулыбался.

- Ну-ну-ну, не тушуйся, - приободрил Игоря Фролов. – Кстати, документы о купле-продаже дома я уже подписал, они на столе в гостиной. Ты тоже подпиши и потом отдай мне. Там же лежат проекты строительства в нашем городе опытного нефтехимического завода и внушительного свинокомплекса на восемьдесят тысяч поросят. Совладельцем этих предприятий буду и я в том числе, я вложил в это немалые деньги. Поработай с этими материалами, подумай, как строительство данных предприятий подать в избирательной кампании как благо для города и его жителей. Ну, всё, фронт работы у тебя есть, я поехал!

Фролов на прощание дружески хлопнул Игоря по плечу, запрыгнул в машину и был таков. А Недельцев пошел еще раз принять душ после стрижки.

Выйдя из душевой, он принялся разбирать вещи, привезенные командой Фролова и сваленные в кучу на диване. Он вновь запунцовел, потому что «ботаничка» Жанночка, помощница Фролова, привезла ему даже носки и трусы, судя по виду, дорогущие.

Он надел чистые носки и трусы серого цвета, черные брюки из мягкой джинсовой ткани, очень симпатичный стильный бежевый пуловер и тёмное пальто строгого покроя.

Фролов, однако, не соврал – у Жанночки был глаз-алмаз. На Недельцеве все обновки сидели, как влитые, будто специально для него по спецзаказу сшитые.

Затем Игорь посмотрел на себя в зеркало высотой в человеческий рост в прихожей. На него смотрел явно преуспевающий мужчина средних лет. Да не Брэд Питт, но видный, не какая-нибудь посредственность.

Недельцев посмотрел на часы и набрал Шилову. Та довольно быстро взяла трубку.

- Алло, Екатерина Геннадьевна, вы мне адресок свой так и не скинули, - тоном уверенного в себе человека сказал Недельцев.

- А-а-а, Недельцев, это вы, - устало-снисходительным тоном протянула Шилова. - Подъезжайте на Майорскую, дом 38. Это элитная часть нашего частного сек…

- Я знаю, где это, - прервал её Игорь, растянув губы в улыбке. – Я сам живу на Майорского, 26. Сейчас буду.

- Вы живете на Майорского? С каких пор? – удивилась Екатерина Геннадьевна.

- С недавних, - бросил Недельцев и завершил разговор.

Его взгляд упал на ключи от его новой машины, и Игорь снова улыбнулся. До Шиловой можно было минуты за две пешком дойти, но он решил подъехать к ней на машине.

Запрыгнув в свой новый внедорожник и немного прогрев мотор, Игорь тронулся. Проехав метров семьдесят, он остановился возле нужного ему дома, облицованного красным кирпичом и покрытого очень дорогой черепицей.

Открылась калитка и оттуда показалась Шилова в теплом пуховике и в платке на голове. Недельцев помигал ей фарами.

Шилова подошла к водительской двери, и Игорь опустил стекло.

- Игорь Владимирович, не серчайте, это была не моя идея, - пожевав губами, промямлила главбух. – Залевский лично распорядился.

Она протянула ему трудовую и быстро зашагала домой. Игорь, вновь предчувствуя недоброе, как вчера в редакции перед известием о своем увольнении, раскрыл трудовую и увидел следующее: «Уволен в связи с несоответствием занимаемой должности…»

Вот же сволочь жирная! Игорь в припадке ярости ударил кулаками по рулю. Это он-то не соответствует занимаемой должности? Это любовница этого жирного козла Залевского и его родственнички не соответствуют занимаемым должностям, а не он!

Но его гнев быстро улетучился, хотя настроение было изрядно подпорчено. Надо чем-то себя порадовать. Решено: надо поехать на Колхозный рынок и купить мяса с овощами. Он устроит себе царский ужин, хотя и провианта надо было все же подзакупить, ведь купленные вчера Фроловым салаты обещали закончиться уже к завтрашнему обеду.

Походив по рядам, Игорь приобрел специи для мяса, полную авоську помидоров и огурцов, пахучее подсолнечное масло и томатный соус местного производства в баночке.

Осталось только купить самое главное – нежнейшей свининки килограммчика три-четыре.

Он остановился возле длинного мясного лотка, выбирая подходящий кусман мяса, как услышал, что его окликает до боли знакомый голос:

- Недельцев, это что, ты, что ли?

Игорь поднял голову и увидел свою жену Анну, стоящую за прилавком, кажется, с бараниной.

- А я-то все равно тебе звонить сегодня вечером хотела, - выходя из-за прилавка и тяня за руку какого-то престарелого пузана, продолжала жена. – Это, кстати, Виталик, преуспевающий фермер и мой будущий муж, - с нотками превосходства провозгласила она.

«Виталику», судя по всему, было где-то под шестьдесят, он был неимоверно толст, и от него резко несло овчиной с привкусом какой-то кислятины.

- Очень приятно, - удивленно произнес Игорь, но руки Виталику не подал.

- Я вот чего, Недельцев, - делая серьезное лицо, произнесла Анна. – Давай только без твоего нытья и брюзжания, они у меня уже в печенках сидят. Подъезжай завтра к ЗАГСу нашего Индустриального района, и моя подруга Катька нас минут за сорок быстренько разведет. Не будет никаких вопросов, ведь всё же по обоюдному согласию. Приедешь?

- Приеду, - на удивление безразличным голосом отозвался Игорь. – К часу, так к часу.

Анна, судя по выражению её лица, тоже была удивлена таким безразличием Игоря. Виталик отошел за прилавок обслуживать подошедшего покупателя.

- А ты где таких шмоток набрал? – удивленно спросила Аня, наконец-то заметив, во что одет её без пяти минут бывший муж.

- На новой работе выдали, - ответив Игорь, по сути, сказав, как есть.

- А-а-а, всё-таки правду говорят, что тебя погнали из твоей этой вшивой газетенки, - с презрением выпалила Анна и пошла обратно к лотку. – Завтра в час, не забудь.

- Не забуду, - отозвался Игорь. – Мне вот этот кусочек свининки, пожалуйста! – крикнул он, уже обращаясь к продавцу.

Мясцо он купил, что надо. Игорь испытывал искренне удовольствие, нарезая его крупными кубиками. Когда он поставил мясо и поставил его томиться на плиту, собираясь заняться нарезкой овощного салата из помидоров и огурцов, в гостиной зазвонил оставленный им там телефон.

Звонил сын Стас. Игорь набрал в грудь побольше воздуха и поднял трубку.

- Пап, привет, ты где? – зазвучал обеспокоенный голос сынишки. – Ты на квартире у дяди Славы, да? Можно я тогда приду?

У Игоря защемило сердце. Он вдруг понял, как сильно соскучился по сыну.

- Нет, сыночка, у меня теперь свой дом в частном секторе, практически за городом. На машине вроде близко, а если топать пешочком, то очень долго.

- Дом? – удивился Стас. – А ты мне его покажешь? А что ты сейчас делаешь, пап?

- Мясо готовлю, сын, по своему фирменному рецепту.

- Ух ты, мясо! А я ведь так есть хочу! – жалобно протянул Стас.

- В смысле, есть хочешь? – непонимающе спросил Игорь. – А мать где?

- Она с ночевкой уехала на ферму к этому своему деду Виталику! – со злобой в голосе выдавил Стас. – Есть не приготовила, потому что не успела. Теперь только Аринку ждать!

- А она где? – уже с возмущением в голосе спросил Недельцев.

- На улице шляется со своими тупыми подружками!

- Так, сынок, ты вот что, - быстро приняв решение начал Игорь, - я тебе сейчас закажу и оплачу такси, а ты хватай портфель и с ночёвкой ко мне. Арине только записку напиши, чтобы не волновалась.

- Ура! – пропел Стасик. – Обязательно напишу, прямо сейчас, а потом одеваюсь и выхожу с портфелем!

Через полчаса Стасик уже сидел на кухне и нетерпеливо ожидал мяса. А потом наворачивал его с таким усердным сопением, будто лет сто нормально не ел.

Затем Стас походил по дому, нахваливая каждую комнату, но самое большое восхищение у него вызвал компьютер. Стасик взгромоздился на кресло, за несколько минут самостоятельно скачал какую-то игру, установил её и принялся играть.

Недельцев же, довольный оттого, что сумел хоть чем-то восхитить сынишку впервые за много лет, работал за столом с документами Фролова.

Где-то к полуночи Стас начал зевать. Недельцев прошел в спальню, расстелил кровать для Стаса и велел ему отправляться спать. Тот, вопреки своему обыкновению, не спорил.

А где-то ближе к двум часам ночи начал клевать носом и сам Игорь. Он прилег все там же, на диванчике, положив под голову маленькую подушечку и вновь укрывшись кресельным покрывалом.

Встал он в семь, поскольку Стаса нужно было в этот день завести в школу к восьми. Игорь не стал вызывать такси, а решил завести сына сам, зная, что это доставит Стасу больше удовольствия.

Машина тоже вызвала у Стаса небывалый прилив восторга, и Игорь не стал портить сыну начало дня известием о том, что через четыре часа он и его мать уже перестанут быть мужем и женой.

Добросив сына до школы и чмокнув его на прощание в щёку, Игорь забил в навигаторе маршрут до «Белкаминвеста».

Место его новой работы, как это было не иронично, располагалось всего в двух шагах от здания администрации города, где пока что в мэрском кресле заседал Всеволод Яковлевич Никифоров, действующий мэр и основной конкурент Юрия Фролова.

Войдя в здание «Белкаминвеста», Недельцев первым делом отыскал приемную генерального директора и положил подписанный им договор о купле-продаже дома в канцелярский лоток с надписью «На подпись», попросив секретаря передать Юрию Васильевичу лично в руки.

Миловидная секретарша с пониманием кивнула.

Затем он нашел отдел кадров и, краснея от стыда, протянул свою трудовую молодой девушке.

- Поссорились с руководством? – спросила она Игоря.

- Что? – непонимающе прошептал Недельцев. – А как вы догадались?

- Вы столько лет там проработали, а при увольнении вдруг «несоответствие занимаемой должности», - отвечала сотрудник отдела кадров «Белкаминвеста», глядя на Игоря с участием. – Верный признак крупной ссоры перед уходом. Обычное дело.

Игорь печально кивнул, подписал трудовой договор, получил на руки зарплатную банковскую карту и свою должностную инструкцию, и покинул здание.

Время до часу еще было, и Недельцев решил, что успеет выписаться из своей уже бывшей квартиры, поэтому он сел в свой автомобиль и помчался в паспортный стол РОВД по Индустриальному району.

Не успел он изложить свои намерения дородной паспортистке, как та заявила, что прекрасно знает кто он, и что предупреждена о его возможном приходе сегодня.

Уже через пятнадцать минут Игорь вышел из здания РОВД, имея в паспорте штамп о выписке из своей бывшей квартире, и штамп о прописке в своем частном доме по адресу: Белокаменск, Заречный район, улица Майорского, 26.

Времени до часа дня еще было более чем предостаточно, поэтому Игорь решил дописать свое видение по двум промышленным предприятиям, которые собирался возводить в их районе Фролов, и скинуть ему это на электронную почту.

Он вернулся домой, налил себе большую кружку ароматного чая, и принялся творить. Он старался писать свои рекомендации так, чтобы их было легко и приятно читать, словно бы он писал сейчас одну из своих искрометных статей.

За час накатав девять страниц, он сбросил текстовый файл на личную почту Фролова.

Было полдвенадцатого и Игорь, немного подумав, решил сделать ход конём и показать новому руководству, насколько он серьезно и ответственно относится к своей нынешней работе.

Он распечатал свой девятистраничный доклад, оформленный никак не хуже, чем серьезная университетская курсовая работа, определил её в красивый элегантный скоросшиватель и поехал к «Белкаминвесту».

Вновь поднявшись в секретариат генерального директора, он положил свой труд в уже другой лоток с надписью «Для ознакомления» и вновь попросил секретаршу передать это Юрию Васильевичу лично в руки.

Секретарша повторно с пониманием кивнула.

А в ЗАГСе все получилось намного быстрее, чем Анна обещала. Уложились они в десять минут, а не в сорок. Недельцев согласился на алименты, указал свое новое место работы, они с Анной поставили две подписи, и вышли из здания ЗАГСа.

- Быстро ты! – бросил уже бывшей жене Игорь.

- Конечно, быстро! – гордо констатировала Анна. – Я же тебе сказала, что Катька моя подруга, и она нас быстро разведет!

- Я говорю, быстро ты себе нового мужа нашла, - уточнил Недельцев.

- Быстро? – опять с презрением и с нотками превосходства поддразнила его бывшая жена. – Да я с Виталиком регулярно трахаюсь уже семь лет, лошпед ты рогатый! Да ведь ты и подозревал, что у меня кто-то есть, только верить не хотел!

- Подозревал, - согласился Игорь и, развернувшись, направился к машине.

- Э, а машина такая откуда? – бросила ему вслед Анна.

Недельцев не стал отвечать, открыл дверцу, и хотел было уже сесть за руль, как почувствовал, что его кто-то тронул за плечо.

Он обернулся и увидел перед собой высокую, почти с него ростом, красивую, статную даму в полицейской форме.

- Недельцев? – спросило прекрасное видение. – А я тебя еще в Индустриальном РОВД приметила, была там по делам, и всё думала, ты это или не ты? А теперь вот еду на машине мимо ЗАГСа, увидела тебя вновь, решила остановиться и спросить.

- А вы, простите, кто? – пытаясь вспомнить, где он раньше видел это прекрасное до боли знакомое лицо, напрягал память Игорь.

- Не узнал? Это даже обидно. Я Вика Иванцова, младшая сестра твоего друга Славы, - полушутливым тоном произнесла женщина-полицейский.

Вика Иванцова. Так вот кто это. Она ведь была в него влюблена, когда он был холостой, бегала за ним, постоянно просила покатать её на машине. И Недельцев каждый раз обещал покатать девочку с пухлыми губками и крупными зубами, которые делали её лицо невероятно милым, но никогда так свое обещание и не исполнил.

Всё-таки она была сестрой его друга, и разница в возрасте у них по тем временам была большой – восемь лет.

А потом Недельцев женился, а Вика спустя два года уехала в область поступать на юридический, а затем, отучившись, пошла работать в полицию.

- Черт возьми, Вика, прости, не узнал! – искренне обрадовался Игорь. – Вика, да ты что, майор? Ты как в нашем городе, ты же вроде в области работаешь?

- Карьерный рост. В нашем родном Белокаменске образовалась вакансия начальника Следственного отдела по городу и району, вот я и согласилась, - отвечала Вика. – В области мне такого и до пенсии могло не светить.

- Ясно, рад за тебя, - старательно подбирал слова Недельцев, не имея понятия что же еще сказать.

- А что ты делаешь сегодня вечером? – огорошила Игоря своим вопросом Вика.

- Готовлю мясо для тебя! – неожиданно для себя осмелев и оборзев, прямо как тогда в актовом зале, выпалил Игорь.

- Хочешь отомстить со мной своей уже бывшей жене? – лукаво спросила майор Иванцова.

- Нет, - честно ответил Недельцев. – Просто почему-то очень хочу тебя видеть. Сам не знаю почему.

- Хорошо, годится, - с улыбкой ответила Вика. – Но есть одна закавыка. Ты-то, конечно, уже свободен, но вдруг я замужем?

- Не замужем! – опять выпалил Недельцев, буквально пожирая Вику глазами. – Мне Славка рассказывал, что ты замуж так и не вышла!

- Что ж, хорошо, тогда я буду в девять, у нас сегодня совещание вечером.

- Класс! – как ребенок обрадовался Игорь. – А живу я теперь по адресу…

- Майорская, 26, - закончила за него фразу Иванцова.

- А откуда ты знаешь? – изумился Недельцев.

- Игорёк, я все-таки начальник следствия, - улыбалась Вика, - и городок у нас маленький. И я, конечно же, знаю, где ныне проживает личный советник Фролова, кандидата в мэры, бывший лучший журналист города Игорь Владимирович Недельцев. И кстати, Фролова сегодня не жди, он будет ночевать у себя на квартире в областном центре.

С этими словами она развернулась и пошла к своей «Ладе Весте».

- А телефонами обменяться? – крикнул ей вдогонку Игорь.

- Я знаю номер твоего телефона, не переживай! – подмигнула ему Вика.

Уже через минуту её автомобиль скрылся из виду, а Недельцев вновь поехал на Колхозный рынок, чтобы купить ещё мяса.

Недельцев решил, что свое невероятное волнение, виновницей которого, несомненно, была Вика, он может угомонить только каким-нибудь занятием. И поэтому он решил заняться приготовлением мяса немедленно, а когда Вика придёт – если придёт, то он его просто разогреет в духовке.

Мясо он приготовил уже к пяти вечера, и дальше от нетерпения начал мерить шагами гостиную. Бутылки коньяка в серванте манили его, обещая унять волнение и тревогу, но он мысленно посылал их к черту, и был дважды прав.

Во-первых, потому что ему в половине седьмого по «скайпу» позвонил Фролов.

Во-вторых, потому что в полдевятого приехала Вика.

Вика оказалась права: Фролов звонил ему из своей квартиры в областном центре. Юрий Васильевич похвалил подход и стратегию Недельцева, в которой тот призывал агитировать молодежь.

Точка зрения Игоря была такова: когда работаешь с молодежью, ты одним выстрелом убиваешь сразу двух зайцев, ведь обещая молодежи организовать им высокодоходные рабочие места, ты еще завоевываешь и сердца их родителей, которым небезразлично благополучие их деток.

Фролов отметил это и спросил, какие бы мероприятия Игорь организовал в ближайшие дни. Недельцев ответил, что, прежде всего, это встреча с представителями городской молодежи, а затем и с местными строителями, которые, несомненно, поддержат возведение новых предприятий, поскольку ныне вынуждены искать большие строительные объемы в других регионах.

А тут – такие объёмы, и вдруг дома, в родном городе.

Юрий Васильевич остался доволен ответом и сказал, что встречу со строителями организует сам, поскольку ведущих строительных игроков города знает лично, а молодежь поручит собрать Жанночке-ботаничке через городских блогеров-бездельников.

А ещё Фролов Недельцева ещё раз похвалил, наказал не прекращать фонтанировать идеями и закончил разговор.

Вика же перед своим приездом позвонила и спросила, не передумал ли он приглашать её на ужин. А Недельцев вместо ответа честно признался ей, что волнуется так, что уже несколько раз порывался выпить коньяку. Вика рассмеялась в трубку и сказала, что скоро будет.

И у них случилось то, что случилось. Все было искренне и без притворства. Они спали в одной кровати и проснулись под звон будильника Вики лицом друг к другу.

Перед своим отъездом на работу Вика его поцеловала, по-настоящему. Недельцева так уже лет десять никто не целовал.

А дальше для Игоря начались волшебные три недели. Вика дарила ему такие мощные приливы вдохновения, что Игорю казалось, что он местные холмы может за пару деньков в одиночку лопатой срыть.

Она не проводила у него каждую ночь, чем поначалу его очень мучила и заставляла волноваться. Но потом он привык. Она ночевала у него, как правило, в начале недели, в середине, а потом в ночь с субботы на воскресенье. А в ночь с пятницы на субботу у него ночевал сынишка Стас.

Фролов же нёсся в избирательно-предвыборную атаку, словно атакующий танк. На встрече с молодежью весь стадион «Машиностроитель», на котором она проводилась, просто ревел от восторга.

Городские блогеры, несомненно, приободренные солидными суммами от Фролова, сыпали в его адрес комплиментами в своих ресурсах по тридцать раз на дню. А один толстомясый мамкин пирожочек даже дошел до того, что стал величать Юрия Васильевича «успешным представителем молодежи нашего города».

Актовый зал Дворца культуры «Монтажник», где Фролов проводил встречу с местными строителями, ревел и одобрительно гудел не переставая. Руководители и работники местных строительно-монтажных управлений предвкушали нехилые барыши и высказывали Юрию Васильевичу свое одобрение.

А на встрече с представителями бизнеса в здании «Белкаминвеста» был вообще аншлаг. Приехали даже большие шишки из Москвы. По результатам этого сборища, воспетого всеми городскими блогерами, Белокаменску светило возведение уже восьми крупных производств, а не двух, как ранее задумывал Фролов.

Сам же Юрий Васильевич был, как всегда, на высоте. Он уверенно держал аудиторию, играл своими обаятельными кошачьими глазами, красиво и эффектно жестикулировал и сыпал лозунгами таким уверенным тоном, что ни у кого не возникало никаких сомнений в том, что всё, что он задумал и обещал, обязательно сбудется в самом ближайшем времени.

А встречи Никифорова, действующего мэра, со своими избирателями бледнели и меркли по сравнению с выступлениями Фролова, напоминая скучные старческие посиделки.

Поэтому никто не удивился тому, что Всеволод Яковлевич на выборах продул Фролову с разгромным счетом – за Юрия Васильевича проголосовало семьдесят девять процентов голосующих.

На следующее утро после выборов, когда уверенную победу Фролова уже огласили официально, Юрий Васильевич позвонил Недельцеву и сухим тоном попросил его приехать в городскую администрацию немедленно.

И когда Игорь, припарковавшись, вышел из машины и быстрым шагом направлялся к входу в здание администрации, к нему вдруг неожиданно, немало удивив Недельцева, буквально подлетел Сергей Дмитриевич Залевский.

- Игорюша, миленький, спасай! – взмолился Залевский, теребя Игоря за рукав куртки.

- От кого спасать, Сергей Дмитриевич? – непонимающе спросил Недельцев.

- От Фролова твоего, от кого же еще? – паниковал Залевский. – Вот же ирод! Он «Белокаменский рабочий» из списка дотаций вычеркнул! Не будет больше никаких пятисот тысяч в месяц от администрации! А мне как быть? Я ведь Оленьке уже триста тысяч в месяц пообещал!

- М-м-м, уже триста в месяц, а не сто двадцать, - с усмешкой прогудел Игорь. – Губа не дура!

- Ну, так девочке скоро тридцать, она хочет успеха! – продолжал пытаться убедить Игоря Залевский. – Сам поймешь, когда доживешь до моих лет!

- Не пойму, - жестко отрезал Недельцев. – Да и повлиять ни на что не смог бы, даже если бы захотел. Я работаю в «Белкаминвесте», а не в городской администрации. До свидания, Сергей Дмитриевич.

- Да где ж я ей теперь триста тысяч в месяц-то возьму, - продолжал бубнить себе под нос Залевский, глядя в асфальт.

- А как же ваши сбережения? – спросил Залевского Игорь.

- Их почти нет, - признался Сергей Дмитриевич. – Осталось меньше трёх миллионов. Два года назад я вложился в одно дело в Краснодарском крае и прогорел. И если я продолжу платить Оленьке и своим родственникам из собственных средств, то они сожрут их меньше, чем за год.

- Сочувствую, - сказал Игорь и решительно зашагал к входу, оставляя Сергея Дмитриевича наедине с его нелегкими думами.

Фролов стоял посреди своего кабинета спиной к двери. Когда Игорь вошел, Юрий Васильевич обернулся и, к удивлению Недельцева, не подошёл к нему для рукопожатия. Взгляд его был жёсток и решителен.

- Нам пора прощаться, Игорь Владимирович, - произнес Фролов своим фирменным властным тоном.

- Прощаться? – оторопел Недельцев. – Да что я не так сделал-то?

- Ничего. К чему тебе зарывать твой талант в «Белкаминвесте? Да и моему предприятию ты, в общем-то, не нужен, - таким же жестким тоном продолжал Фролов. – Но это не единственная причина, конечно же, и не главная. Игорь, ты как никто другой должен понимать, что люди, которые пришли к власти, не любят держать подле себя людей, благодаря которым они к этой самой власти пришли. Заявление об уходе напишешь сегодня же. И деньги, солидные деньги, свое выходное пособие, тебе тоже перечислят сегодня же. Открой своё дело и удачи тебе.

- Так, значит, я… - замялся было Недельцев.

- Прощай, Игорь Владимирович, - отрезал Фролов и указал глазами на дверь.

Юрий Васильевич не соврал. Недельцев написал заявление об уходе, получил трудовую, а на следующий день ему на счет пришли пятнадцать миллионов рублей.

Прошел месяц. Стоял жаркий летний день, сообщая всем жителям Белокаменска, что июнь уже вошел в силу. Недельцев принимал телефонные поздравительные звонки, сидя в кабинете своего издания, которое он назвал «Белокаменск деловой». Звонили даже старые знакомые из московской «Комсомольской правды».

В помещениях «Белокаменска делового» было шумно: айтишники проводили связь и устанавливали оргтехнику.

Недельцев решил уйти сегодня пораньше, чтобы не сойти с ума от всей этой шумной суеты, и поработать дома, в тихой и спокойной обстановке.

Он вышел на улицу и увидел, что прямо перед входом стоит знакомая «Тойота», а возле неё ходит туда-сюда Оленька Быкова собственной персоной. На капоте «Тойоты» полулежала подруга Быковой Настя, прихлебывая прямо из горла дорогущее вино.

- Игорь Владимирович, я к вам, - почти прокричала Быкова, подойдя к Недельцеву вплотную.

- Чем обязан, Ольга Алексеевна? – спокойным тоном спросил Недельцев.

- Возьмите меня к себе на работу, - выпалила Быкова. – Возьмете?

- Так сходу у нас это не делается, - строгим тоном ломал комедию Недельцев. – Напишите статью на интересную тему, мы в редакции её рассмотрим и свяжемся с вами.

Быкова явно такого не ожидала и была огорошена таким ответом.

- А можно я вам вечером сама статью домой завезу? – зашла Быкова с козырей.

- Не-е-е, подруга, тебе к нему домой нельзя, - неожиданно вмешалась Настя и отхлебнула большой глоток вина из бутылки. – Там тебя эта, как её, майор Виктория с пистолетом встретит! У нас с муженечком тоже домик на Майорской есть, мы там иногда бываем и часто машину майора Виктории у дома Игоря Владимировича видим, - пояснила Настя заплетающимся языком.

- Мне пора, Ольга Алексеевна, - закончил разговор Недельцев и сел в машину.

Подъезжая к дому, Недельцев улыбнулся, увидев машину Виктории возле своей калитки. Вика колдовала на кухне. В доме пахло чем-то невообразимо вкусным, и Недельцев вдруг почувствовал ощущение уюта, чего-то семейного и правильного, чего не чувствовал до этого, наверное, никогда.

Он хотел было подойти к Виктории сзади и обнять её, но у него в кармане джинсов неожиданно зазвонил мобильный. Звонила бывшая жена Анна. Недельцев с неудовольствием поднял трубку.

- Алло, Игорюша! – чуть ли не кричала в трубку Анна! – Тут это, первые алименты пришли, двести пятьдесят тысяч! Ты, что, миллион в месяц гребешь, что ли?

- Грёб, - сухо отрезал Игорь. – Теперь буду грести значительно меньше.

- Ну, вот что, Игорюша, - продолжала тараторить Анна, - поигрались мы с тобой и хватит! Опять же, детям без папки плохо. Ты подругу мою Катьку из нашего ЗАГСа помнишь?

- Помню, - безразлично отвечал Игорь.

- Вот и хорошо, что помнишь! – обрадовалась бывшая. – Так вот, она меня с этим вонючим пердуном Виталиком быстренько разведет, как нас с тобой, а потом уже нас обратно и распишет! Ты на следующей неделе в наш ЗАГС подъехать сможешь?

- Не смогу, Аня, я уже женат, - в первый раз в своей жизни соврал ей Игорь.

- Женат? Да когда ты успел-то? На ком? – ошарашенно визжала Анна в трубку.

Игорь завершил звонок, посмотрел на Вику, и понял, что она всё это время внимательно слушала.

- Вик, ты выйдешь за меня? – спросил её Игорь.

- Шампанское открой, - снежностью посмотрела на него Вика. – Оно в холодильнике.

КОНЕЦ