СЭД

На больничной кушетке под холодным светом ламп лежало изможденное безжизненное тело старика. Чуть поодаль, в тени, стояло механическое существо, имитирующее человека: обтекаемый корпус, заключенный в стальную оболочку, и безликая голова с непроницаемыми льдисто-голубыми зрачками.

Рэй, молодой медбрат с небритым заспанным лицом, только что прекратил реанимацию и обреченно смотрел на ровную линию монитора. Отключив аппарат, он склонился над мертвенно-бледным стариком и укрыл его простыней с головой.

— Что произошло? — глухо бросил Рэй дроиду.

Его смена только началась. Он не выспался после ночного загула и надеялся вздремнуть часок. Не вышло. Теперь голова гудела, и он не знал, от чего больше — от похмелья или мыслей о предстоящих делах: бесцельной возни с отчетами, бессмысленном заполнении медкарты. А главное — нужно было понять, почему показатели работы сердца, стабильные еще вчера, сегодня дали критический сбой.

— Где датчики?! Почему ты молчал?! — сорвался он, резко развернувшись к неподвижно стоящему дроиду.

Специализированный Эмпат-Дроид – 2538U, давно ставший автономным, бесстрастно смотрел на медбрата.

— Его звали Логан. Вы знали об этом?

Рэй недоуменно уставился на СЭДа.

— Он родился в Ирландии, в деревушке под названием Логан, что означает «маленькая лощина». Его родители тоже были родом оттуда. Старик всю жизнь мечтал вернуться и увидеть эти места своими глазами.

«Что он несет? — подумал Рэй. — У меня дел невпроворот. Не хватало еще выслушивать бредни о какой-то Ирландии!»

— Я спрашиваю тебя о показателях, которые ты должен был мониторить каждую секунду. — Может объяснишь, черт возьми, почему у старика случился кардиогенный шок?!

— А вы знали, что в детстве он упал с лошади и покалечился? — слегка повернув к медбрату стальную голову, спросил СЭД.

— Нет, не знал, — раздраженно потер виски Рэй.

— Родители спешно вывезли его из Ирландии, надеясь на более квалифицированную помощь в Англии. Но Логан так и остался хромым, а нога, покалеченная в пятилетнем возрасте, болела всю жизнь.

— Мне неинтересно, что там было с ним сто лет назад… — пробормотал Рэй, но уже не так озлобленно.

— Девяносто пять, — поправил его СЭД. — В этом году ему исполнилось сто, и на его столетие никто не пришёл. Никто, кроме меня. Я уговорил Лори, работницу нашей пекарни, испечь для него бенто-торт, но так и не смог отыскать в кладовой ни свечу с числом «100», ни второго «нуля». Тогда я поставил в центр единицу и ноль.

— И как старик? Обрадовался? — осторожно спросил Рэй, вспомнив, что в тот день была как раз его смена, но он так и не нашел времени поздравить именинника.

— Увидев торт, Логан расплакался, как ребенок. Он шепотом признался, что для него было бы самым большим счастьем снова стать десятилетним.

Дроид вышел из тени и, приблизившись к телу, замер.

— У него что, совсем никого нет? — Рэй присел на край кушетки.

— Матильда, старшая сестра. Когда-то они были очень близки. Логан в то время играл на бас-гитаре в популярной местной группе под названием «Мерфи».

— Мерфи? Я думал, это его фамилия.

— Да, самая распространенная фамилия в Ирландии. Логан с сестрой назвали фолк-группу в честь себя. Матильда сочиняла тексты для их песен. Они много разъезжали по миру, пока она не вышла замуж.

— И?.. Они же с сестрой всё равно общались? — Рэй запнулся, осознав, что работает в хосписе уже год, а перекинулся со стариком лишь парой фраз.

— Какое-то время, — ответил СЭД. — Но с тех пор как её брат оказался здесь, она ни разу его не навестила. Возраст, своя семья и расстояние сделали встречу невозможной.

Гнетущая тишина повисла в воздухе, пропитанном запахом лекарств и стерильного кварца.

— А сам он? — разорвал молчание Рэй. — Был женат?

— Нет. На сцене — яркий и харизматичный, а в жизни — слишком застенчивый и болезненно скромный. Ему было сложно заводить знакомства.

— А друзья? — мрачно поинтересовался Рэй.

— Я был его единственным другом, а он — моим. Почти каждый день мы часами играли в шахматы или шашки — в зависимости от настроения Логана. Впрочем, он редко падал духом, даже когда боли становились невыносимыми. Всегда старался держаться.

— Предпочитал шахматы, а когда уже не мог терпеть боль — выбирал шашки? — пробормотал Рэй, заметив доску в приоткрытой тумбочке.

— Именно так. А еще я угощал Логана его любимым клубничным мороженым: растапливал пломбир в креманке — только так он мог его есть… до самого последнего дня.

Рэй открыл медицинскую карту старика: «Логан Мерфи, 1950 г. р. — рак желудка в последней стадии. Слабость, одышка, анемия, тупые боли в животе, дисфагия, рвота после съеденной пищи…»

— И всё же, — угрюмо произнес Рэй, ощущая, как под медицинским комбинезоном тонкой струйкой стекает холодный липкий пот. — Сердце старика работало стабильно. Датчики фиксировали ровный ритм, ни намека на аритмию. Оно не могло так резко остановиться без вмешательства извне.

— Не могло, — всё так же спокойно ответил СЭД.

— Ты что-то сделал?! Что?!

Андроид плавно выпустил из пальца миниатюрную стальную иглу, похожую на тонкое жало. На его грудной панели высветился список недавно примененных препаратов. Бета-блокатор нового поколения — НеоМетапролол, — способный в случае передозировки вызвать мгновенную остановку сердца, числился в списке последним.

— Зачем? — обреченно спросил Рэй.

— Мне стало его… нестерпимо жаль.