Секретный квест

По дороге, шатаясь из стороны в сторону, брёл человек. Сложно было сказать, мужчина это или женщина. Одежда разорвана, а тело с ног до головы покрыто застывшей кровью.

Лицо и руки были испещрены огромными волдырями, наполненными жёлтой влагой. Некоторые уже лопнули, обнажая розово‑красную влажную кожу. К этим ранам, как к источнику жизни, слетались и облепляли тело мухи…

Ничто из происходящего, кажется, совсем не заботило его самого.

Машин проезжало мало, трасса была пуста. Никто не мог остановить идущего и спросить: всё ли с ним в порядке? Нужна ли помощь? Что вообще произошло?

Единственное, что повторял странный человек, хрипя и задыхаясь:

— Не… открывай… семьсот… девяносто… один…

Твердил он это как мантру — то ли предостерегая кого‑то, то ли упрекая себя.

За день до этого

— Лёх, ты уверен, что нам сюда? — Высокий светловолосый парень с сомнением смотрел на заросшую глинобитную дорогу.

Было видно, что за ней давно не ухаживали. Широкую когда‑то торную дорогу постепенно захватывали тонкие стволы молодых деревьев и заросли борщевика с огромными листьями. Дорога определённо была, но вот уже лет десять ею не пользовались.

— Да, точно тебе говорю! Мне Миха координаты скинул. Это единственный путь… — Уверенно проговорил парень на пассажирском сиденье, то увеличивая, то уменьшая карту на планшете. Объездного пути не было.

— А он точно не врёт? Не похоже, чтобы за последний десяток лет сюда кто‑то заезжал… — Максиму никак не хотелось рисковать подвеской дорогой машины, да и вероятность застрять на такой дороге была велика.

Лёха протянул планшет с открытым письмом — последним от Михаила Парфёнова, известного в узких кругах любителей квестов, основателя клуба «Искатели».

Максим цокнул, взял планшет и кликнул на него.

Секретный Квест

Узнать, что случилось в палате 791!

Детский пансион имени доктора Журавлёва снова открыт!

Задача: узнать, что произошло в старом санатории. Почему нельзя зайти в палату 791?

Квест рассчитан на двух человек.

Разглашать координаты о местонахождении зоны прохождения квеста запрещено, вплоть до исключения из сообщества!

Михаил Парфенов.

— Странный квест какой‑то, слишком просто… Почему такая секретность? Почему нигде в сети о нём не рассказывали? — Максим с тревогой смотрел на заросший призрак дороги. Тянущее ощущение опасности из глубины темнеющего зева леса не отпускало. — Давай хоть инфу о пансионе поищем? Так… Доктор Журавлёв… Почему нельзя войти в палату 791…

Пальцы Максима уверенно порхали по экрану смартфона.

— Смотри, тут несколько ссылок… Одна — на видео в ютубе. — Парень подмигнул другу и кликнул на ссылку.

На видео шёл допрос благообразного, совершенно седого мужчины. Седой, как лунь, «доктор», как он представился, бродил вдоль трассы в темноте. Всё, что было при нём, — портфель с историями болезни. Вот только, когда открыли документы, образ благообразного старичка испарился.

Дети. Огромное количество детей, на которых ставили странные, пугающие и омерзительные эксперименты.

В основном это были сироты. Чаще всего на фотоотчётах встречались две девочки. Надпись на папке гласила: «Дело № 791. Эксперименты, проведённые на близнецах, были гораздо эффективнее…»

Чёрно‑белые и пожелтевшие от времени снимки вызывали омерзение. В ту пору телевидение было непуганым: фотографии изувеченных, измученных детей не прикрывали и не размывали.

Рвотный позыв подкатил к горлу Максима.

На снимках к обнажённым телам вели электроды. На каждой фотографии — полостная операция, а на обороте — краткое описание происходящего ровным почерком.

Самое ужасное — то, как спокойно и размеренно о своей деятельности рассказывал совершенно милый на вид старичок.

«Эксперимент вышел из‑под контроля… Что именно повлияло на подопытных, не ясно. № 791 стали агрессивны, бросались на медперсонал с явным намерением причинить вред. Видимо, один из перенесённых ими препаратов вызывал агрессию и порфирию. Стало понятно, что дневной свет наносит испытуемым сильный дискомфорт, нападения прекратились ненадолго. Чуть позже в подсобке был обнаружен санитар с перегрызенным горлом. Было понятно, кто это сделал.

В результате долгих экспериментов пациентки утратили чувствительность к успокоительному и другим подавляющим волю препаратам. Мною было принято решение изолировать № 791…» — Старичок прервался, вздрогнул, затравленно посмотрел по сторонам… — «Мы думали, голод их ослабит… Не входите в 791…»

Больше «доктор» ничего не говорил. На следующий день Журавлёва нашли в камере мёртвым. Причина смерти — остановка сердца…

Санаторий так и не был найден…

— Да ты струсил! Ха‑ха‑ха, точно! Струсил! — Подначивал друг Алексей, глядя на побледневшего Максима с задором и предвкушением. — Не бойся, трусишка, по любому это просто старый дом, напичканный страшилками…

— И ничего я не струсил, я руководствуюсь логикой… — Но подначка всё же подействовала. Парень повернул ключ, мотор заурчал, и машина съехала с бетонных плит на лесной дёрн.

Заглушив двигатель и вновь присмотревшись к заросшему участку, парни увидели небольшой просвет. Борщевик там был срублен недавно: листья пожухли, а перерубленные стебли выглядели страшным оскалом на фоне темнеющего леса.

— Видишь! — воскликнул Лёха. — Я же говорил! А ты — Фома неверующий! — Привычным жестом он взъерошил свои тёмные волосы. Адреналин от предвкушения приключения приятно будоражил кровь.

— Значит, дальше пешком? — спросил Максим. Тревога не отпускала.

Дорога, больше похожая на звериную тропу, уводила вглубь леса. Когда друзья вышли на поляну со зданием, похожим на советский санаторий, уже стемнело.

Странное строение казалось большим и обветшалым, но что удивительно — все стёкла в окнах были целы. Закрашенные непонятной бурой краской и перекрытые толстыми прутьями решёток. Козырёк здания совсем истлел и провисал, грозя обрушиться на каждого, кто пожелает войти в гостеприимно распахнутую дверь.

— Ну всё, квест начался! — С азартом и очень громко выкрикнул Лёха — так, чтоб организаторы точно услышали.

Молодые люди вошли.

Больница казалась совершенно обычной, несмотря на то что была заброшена. Всего один этаж, но коридоры с дверями казались нескончаемыми.

— Странно, Макс, проверь письмо… Здесь не может быть палаты 791, смотри на нумерацию. Первая палата, вторая, третья… Здание большое, но не бесконечное. — Лёха крутил головой по сторонам в поисках нужного номера.

— Может, это не номер палаты, а номер испытуемых? — предположил Максим.

В конце коридора раздался детский смех. Входная дверь с грохотом захлопнулась.

Повеяло странным холодком, и парни поёжились, переглянувшись…

— Круто! — восторженно проговорил Лёха, любитель квестов и адреналинщик. — Как думаешь, это правда, что здесь эксперименты над детьми проводили? — На самом деле парень в это не верил ни минуты. Просто организаторы нашли видео и под эту легенду подогнали квест.

— Да кто его знает. Видео очень старое, там ещё логотип НТВ был, да и вряд ли бы «Искатели» спустя столько времени смогли найти то, что даже полицейские не нашли… — ответил друг.

Интересно, размышлял Максим, идя по коридору и оглядывая палаты. Некоторые были закрыты, а некоторые распахнуты, обнажая металлические остовы ржавых кроватей.

Почему же отсюда не вывезли мебель?

Странный коридор, словно ведущий по кругу… если бы не намалёванные рыжей краской номера палат.

Что это?

За одной из дверей послышался шёпот…

Парень было дёрнулся посмотреть, но друг его остановил.

— Макс, ну ты, как маленький, ей‑богу! Организаторы динамиков наставили, а ты дёргаешься… — И засмеялся, но притих, услышав детский смех с противоположной стороны коридора.

Максим ещё больше напрягся и побледнел. Слишком уж темно было в помещении из‑за окрашенных окон.

А затем парни увидели тёмный небольшой силуэт, очень похожий на детский.

Ребёнок пробежал быстро и, казалось, растворился в темноте.

Скулы Максима свело от бешенства.

Нельзя использовать детей в таких играх!

Парни рванули за ребёнком одновременно.

— Всё, Лёх, я в этих квестах больше не участвую! Твой Парфёнов совсем с катушек слетел… Выводим ребёнка и всё… — Сказал он и резко затормозил — в него тут же влетел друг.

Прямо перед ними была дверь. Обычная больничная палата, а дверь — почему‑то металлическая, с огромным брусом, туго сидящим в ржавых скобах.

Номер 791 был написан странной бурой краской.

Из‑за двери доносился детский плач, переходящий в рёв.

Максим тут же ринулся вытаскивать проклятый занозистый брус.

Вот вытащу ребёнка, и на этом всё! В этот раз они зашли слишком далеко.

Алексей замер. По квестам ходил давно, и только сейчас до него дошло, что место это — реальное. В такой темноте легко было бы заметить индикаторы камер, но их не было. А краска, которой написан номер, подозрительно напоминала засохшую кровь.

— Макс, подожди, а что, если нам не надо открывать эту палату… — но Максим уже не слушал, ориентируясь только на плач, уже переходящий в вой…

Брус не хотел поддаваться, но всё же сдвинулся и с грохотом упал. Дверь распахнулась сама…

Пара ярких зелёных глаз смотрела прямо в душу…

Максим и Лёха глядели на лысую, в лохмотьях девочку, с ужасом понимая, что уже видели её… На фотографиях с экспериментами из того фильма…

— Макс, Журавлёв говорил, что 791 — близнецы… где вторая? — прошептал Лёха хрипло и сглотнул.

Девочка, стоявшая неподвижно, хищно улыбнулась, ощерив звериные клыки…

— Рита… позади вас… — прохрипела она странным, непохожим на детский голосом.

Мужчины оглянулись одновременно.

Зеленоглазая тень взвилась по спине Максима, впиваясь клыками в шею. Парень пытался содрать с себя маленькую фурию, но на него тут же бросилась её сестра, безжалостно полосуя острыми когтями тело и щедро разбрызгивая кровь по сторонам.

Лёха в ужасе смотрел, как расправляются с его другом. Страх сковывал, но очередной фонтан крови, попавший на лицо, отрезвил. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Бежать! Бежать! Бежать!»

И он бежал. Не разбирая дороги и не глядя под ноги. Спотыкался, падал и поднимался снова. Остановился лишь в зарослях борщевика, поняв, что рядом трасса.

Спасся. Тело ослабло мгновенно.

Лёха повалился на землю, ломая хрупкие стебли густо растущих растений. Сок, попавший на кожу, поначалу дарил прохладу, но затем сменился адской болью, которая разом объяла всё тело и вовсе лишила остатков разума…

— Так, Ритка, пиши… Секретный квест! Да без ошибок пиши! — Странная лысая девочка расхаживала, хлюпая босыми пятками по луже крови. — Давай, на трёх человек. Скоро зима, надо запастись…

— Ага! Отправить! — Тонкий грязный пальчик ткнул на иконку самолётика…