Семь Недель Агонии

Первая глава — Пустые дни.

Яркая весенняя погода. Снег медленно, но верно покидает землю, уступая зелёной траве место под тёплым солнцем. Светлые небеса бросают свой добрый взор на землю, где люди радуются каждому мгновению весны.

— Мама! Мама! Смотри, птичка! — с яркой и доброй улыбкой кричала маленькая девочка своей уставшей после тяжёлой работы маме.

— Ой, солнышко… Она, видно, больная, не трогай её. — устало пробормотала мать, впопыхах уводя своего ребёнка в сторону.

Утро в Коломне начинается с прибытия скорого поезда. Открывшиеся потёртые металлические двери пропускают волны спешащего народа. Люди, не обращая внимания на столь прекрасную погоду, спешат дальше — по своим очень важным делам.

Тридцатилетний Виктор работает машинистом на вокзале уже как четыре года. Он уже настолько привык к своей работе, что поезд стал для него вторым домом. В вагоне его всегда ждут сотни людей, которым позарез нужно куда-то смотаться.

— Витёк! Здарова! — крикнул Валерий Палыч, сидящий с сигаретой в зубах на лавочке. Он, немного покачавшись головой, мигнул своим золотым зубом на свету и неспеша поднялся на ноги.

— Здравствуй, Палыч! Что, как работа идёт? — немного пошатавшись, спросил Виктор. На лице у него читалась утренняя растерянность и грусть.

— Да нормально всё! Ты сам-то как? Ты уже третью неделю как контуженый ходишь… Возьми отпуск! — выкурив сигарету, обеспокоенно сказал Палыч.

— Всё хорошо… Просто никак отойти не могу… Светка… — сказал Виктор, садясь на старую, пожившую лавочку рядом с Палычем.

— М-да… Ещё раз сочувствую… Может, тебе сигаретка хоть чуть-чуть дела поправит? А то совсем бледный, будто труп, ей-богу! — Раскрыв пачку сигарет и подмигнув предложил Палыч.

— Не курю… Ты мне уже предлагал… Ладно, мои проблемы не должны волновать народ. — вяло улыбнувшись и встав с лавочки, сказал Виктор, после чего вместе с Палычем направился в кабину поезда.

Вокруг бродили десятки незнакомых лиц, все чего-то ждут, все куда-то спешат, все уткнувшись в телефон бродят туда-сюда как голуби, которые ждут пока им кинут кусочек батона.

— Развеешься хоть чуток! Я, правда, ухожу на больничный, а то спина уже задолбала! Эту недельку с тобой будет наш стажёр. — немного покорячившись и схватившись за больную спину, проворчал Палыч.

— Палыч! Ну как же я без тебя-то? Я без тебя эту колымагу и в поминках не заведу! — возмущаясь, сказал Виктор.

— Да не переживай! Стажёр наш тебе подсобит. Его Ванька звать, парень добрый, только тупит иногда. — с улыбкой сказал Палыч, после чего достал вторую сигарету и поднёс к ней свою новенькую зажигалку.

— Палыч! — с недовольным лицом сказал Виктор, указывая взглядом на тлеющую сигарету.

— Правильно… Я тебя просто проверял… — с лёгкой улыбкой сказал Палыч, туша сигарету.

— Уже четвёртый год меня проверяешь… Ладно! Давай сюда своего стажёра! — с уверенным лицом сказал Виктор, потирая руки и думая о том, сколько же мороки ему предстоит пережить.

Постепенно рабочий день заканчивался, но людей от этого меньше не становилось. Даже наоборот, теперь народу даже больше — ведь все спешат домой после тяжёлой и не очень работы.

— М-да! Ну ты, Ванёк, даёшь… Ну ладно, ещё научишься тут всему. — с уставшим лицом сказал Виктор молодому стажёру, после чего глянул на свои потёртые часы.

— Опа! Вот и смена моя закончилась, поскорей бы домой. Дома дочка… Дома еда… Дома телек… — с радостной улыбкой сказал Виктор и начал собираться.

— Удачи вам! Завтра ещё встретимся, как раз ещё поучусь! — пожелал молодой стажёр Виктору, после чего сам начал собирать вещи.

Небо понемногу тускнело, яркий, как утренняя заря, закат разрубал облака, а уставший Виктор не спеша топал домой, в родную, потрёпанную временем хрущёвку. На лавочках, как обычно, сидели три бабки. На соседнем дереве пели, как обычно, три синички, а соседская детвора играла в прятки.

— Наконец-то… Ещё чуть-чуть — и буду дома… Надеюсь, дочурка ничего не натворила ещё… — с лёгкой улыбкой сказал Виктор, заходя в старый подъезд. В подъезде мелькала тусклым светом старая лампочка, которую уже третий месяц никто не починит.

Проходя на второй этаж, Виктор размышлял о своей нелёгкой жизни. Он вспоминал яркие моменты, рождение дочки, счастливую жену. Всё это напоминало ему этот старенький подъезд.

Подойдя к старой двери, Виктор достал ключи и неспеша открыл дверь. В нос сразу же ударил запах родной квартирки, тонны воспоминаний и мыслей снова нахлынули на парня. Неспеша разуваясь, Виктор поглядывал на фотки, что стояли в аккуратных рамочках на комоде.

— Папа дома! — скинув с себя кофту, крикнул вглубь квартиры Виктор.

В тот же миг из детской комнатки были слышны маленькие быстрые шаги, что неумолимо приближались к коридору. Девочка лет двенадцати бежала навстречу своему папе, попутно гладя кота по имени Вася.

— Привет, пап! Как дела на работе? — с улыбкой сказала девочка, поглаживая по спинке сонного и не понимающего кота.

— Привет, Маша! На работе дела нормально, вот стажёра к нам перевели. А твои дела как? — с лёгкой улыбкой сказал Виктор.

— У меня хорошо! Стажёр, говоришь? Это классно! А как же дядя Валера, он что же, увольняется? — озадаченно спросила Маша, пока кот Васька отчаянно пытался вырваться из оков девочки.

— Да не! С чего бы ему увольняться-то! Он на больничный выходит, спину будет проверять — а то старенький он уже, костяшки скрипят. — проходя в уборную, успокаивал Виктор дочку.

— Понятненько! Я тебе покушать уже приготовила, там твоя любимая яичница с жареным луком и салом. Я уже поела, так что давай ты сам. — сказала дочка, после чего быстренько убежала обратно к себе в комнату.

Виктор, умывая руки и лицо, смотрел в отражение. Позади него, казалось бы, стояла его жена. Но обернувшись, тот к своему великому несчастью её не увидел. Возле раковины стояли дорогие женские духи, которыми уже давно никто не пользовался… Снова осознав реальность, он грустно посмотрел на духи, закончил умываться и направился на кухню.

На плите уже стоял долгожданный ужин, горячий чайник и небольшая шоколадка. Усевшись за стол, Виктор неспеша накладывал себе в тарелку еду, попутно наливая в кружку горячий чай.

Приступив к долгожданному ужину, Виктор поглядывал на телек, что одиноко стоял у стенки в зале. Взяв еду с собой, он уселся на диван, поставил еду на небольшой круглый столик и взял пульт.

Включив первый попавшийся канал, Виктор неспеша кушал, иногда поглядывая на телек. Возле телевизора стояла фотография в рамке — там была его семья. Жена, дочка и он сам. Жена скончалась от бешенства: её укусила большая дворовая собака, она отказалась идти в больницу — думая, что всё будет хорошо. Иногда, упрямясь, вы делаете только хуже себе и окружающим, всегда нужно думать о последствиях…

— А сегодня у нас репортаж аж из Алтайского края! Сегодня группа исследователей спустилась в заброшенную шахту под небольшим городком Горняк! В ней они обнаружили крупную пещеру с чёрной, как дёготь, слизью. Исследователи пока не знают, что это за вещество, но эта новость уже привлекает массы учёных и простых зевак, которым уже десять лет обещают открыть эту шахту заново!

Виктор медленно глянул на телек, немного усмехнулся и продолжил есть, попутно размышляя насчёт сомнительной передачи.

— Всё как у нас: обещают — а ничего не делают! А ведь я даже города такого не знаю… Ну ладно, опять окажется, что это просто большая дырка в земле. — с лёгкой насмешкой сказал Виктор.

Небо уже темнело, за окном небольшие тучки скапливались в одну большую чёрную тучу. Надвигающийся грохот грома вынудил Виктора выключить телек и направиться в спальню.

— Отдохну чуть-чуть… А то совсем устал… Завтра надо будет к Палычу зайти, посидим, поговорим… А там и по рюмке можно… — засыпая, сказал Виктор…