Сердце бога войны

Часть 1

Тайны на пороге Олимпа

Ветер с Эгейского моря, пропитанный солью и ароматом диких трав, рвал пурпурный плащ Ареса, словно напоминая ему о свободе, которой он лишён между интригами и вечными семейными раздорами. Он стоял на вершине скалы, и глаза его, холодные и острые, устремились в бескрайнюю синеву, где горизонт сливался с морем. Чуть ниже, на ровном плато, когда-то возвышался его храм — теперь лишь груда обломков, печальный след давно минувших битв и забытых клятв.

Усталость сквозила в каждом его движении. Сколько можно было терпеть вечные игры сестер и братьев, чьи амбиции и желание доказать своё превосходство не знали границ? На полях сражений он находил облегчение: там можно было выместить горечь, накопившуюся от встречи с родными и собратьями, там можно было быть самим собой. Часто он ввязывался в бой не только ради войны, но и ради освобождения от внутреннего напряжения, иногда даже становясь зачинщиком конфликтов.

Дом его отца был местом, где он никогда не чувствовал себя желанным гостем. Зевс всегда получал доклады о его похождениях, о детях, о хаосе, который Арес оставлял за собой. Долгие годы отец грозился отправить его в подземное царство Аида, но до реальных последствий дело не доходило. Самому Аресу его собственные похождения казались чем-то тягостным, особенно связь с Афродитой, женой брата. Но, когда от него требовали что-то, он всегда поступал вопреки ожиданиям.

Сегодня же его мысли были далеки от сражений и родственных конфликтов. К нему обратился обычный смертный – зажиточный горожанин, прося заняться поисками сбежавшей приёмной дочери, Алтеи. Юная и строптивая девушка, испугавшись предстоящего сватовства с неизвестным человеком, сбежала из дома. Чувство тревоги, смешанное с раздражением, тут же охватило Ареса: старик что-то умалчивал, что-то скрывал. А Арес не выносил, когда им манипулировали и использовали в слепую. Это была их семейная особенность, но Аресу она всегда казалась оскорбительной, поэтому он прогнал просителя.

Старик успел только вскользь упомянуть, что мать Алтеи, ещё будучи беременной, семнадцать лет назад попросила у них помощи, когда у той начались схватки. Женщина, имя которой осталось неизвестным, родила Алтею и умерла. Сердобольные приёмные родители взяли девочку под опеку, и теперь Арес предчувствовал, что видимо сирота может стать пешкой в чужой игре.

- Посмотрим, что нам поведает сама девушка, - произнёс он громко, голос его эхом катился вниз по скале, словно раскаты грома, и он спустился к земле.

С ним были лишь самые верные люди. Три дня Арес искал Алтею. С каждой минутой гнев нарастал, смешиваясь с раздражением и сожалением о том, что он ввязался за это дело. Лишь к вечеру третьего дня, когда солнце клонилось к закату, он увидел её: тонкая фигура на фоне пенящихся волн, будто потерянный силуэт на краю мира.

Она заметила его и попыталась бежать. Измождённая и голодная, она едва держалась на ногах, и Арес с лёгкостью настиг её. Но не смотря на это - она сопротивлялась, отбивая под ногами песок, брыкалась, но её силы были слишком малы. Лицо девушки было испачкано золой – видимо, чтобы не привлекать внимания, а подол платья был разорван в нескольких местах, словно шрамы на её нежной коже.

Раздражённый Арес, не терпя сопротивления, схватил её за одежду, поднял с земли словно невесомого котёнка и поставил перед собой на колесницу. Его вес придавил девушку, лишая её возможности пошевелиться. Но даже в этой беспомощности Алтея не сломалась. Взгляд её, полный ненависти, встретился с его глазами снизу вверх. Синие, как холодные сапфиры, глаза отражали отблеск закатного солнца и отчаянную ярость, с которой она смотрела на него.

Арес стоял над ней, как скала, и чувствовал странное смешение чувств: раздражение, любопытство и – что-то неожиданное – проблеск уважения к духу этой маленькой, но бесстрашной девушки.